Регистрация Вход
Город
Город
Город

«Теория разбитых окон»

Начну с одной новости:

 

НЬЮ-ЙОРК, 29 ноября. /Корр.ИТАР-ТАСС Даниил Студнев/. Понедельник, 26 ноября 2012 года, войдет в современную историю Нью-Йорка, как день, когда в крупнейшем мегаполисе США не было совершено ни одного преступления с применением насилия. Об этом в среду заявил заместитель комиссара нью-йоркской полиции Пол Браун.

"В этот день наши сотрудники не зафиксировали ни одного убийства, изнасилования, ограбления и ни единого случая поножовщины. Такое случилось впервые в современной истории полиции Нью-Йорка", - сказал он.

Браун добавил, что в настоящее время уровень убийств в городе достиг своей самой низкой точки с 1960 года. "Число убийств по сравнению с прошлым годом снизилось на 23 процента и на данный момент составляет 366 случаев, против 472 по итогам 2011 года", - уточнил полицейский. Наибольшее число убийств - 2 тысячи 245 - в мегаполисе зафиксировано в 1990 году.

В целом же, в Нью-Йорке в 2012 году отмечается рост преступлений на 3 процента, что связано с увеличением краж мобильных телефонов и других гаджетов.

http://www.itar-tass.com/c11/584303.html

 

Следующий материал можно было бы назвать "Как к этому шли", но у него уже есть заголовок - "Теория разбитых окон":

 

В 1980-х годах Нью-Йорк представлял собой адский ад. Там совершалось более 1 500 тяжких преступлений КАЖДЫЙ ДЕНЬ. 6-7 убийств в сутки. Ночью по улицам ходить было опасно, а в метро рисковано ездить даже днем. Грабители и попрошайки в подземке были обычным делом. Грязные и сырые платформы едва освещались. В вагонах было холодно, под ногами валялся мусор, стены и потолок сплошь покрыты граффити.
Вот что рассказывали о нью-йоркской подземке:
«Выстояв бесконечную очередь за жетоном, я попытался опустить его в турникет, но обнаружил, что монетоприемник испорчен. Рядом стоял какой-то бродяга: поломав турникет, теперь он требовал, чтобы пассажиры отдавали жетоны лично ему. Один из его дружков наклонился к монетоприемнику и вытаскивал зубами застрявшие жетоны, покрывая все слюнями. Пассажиры были слишком напуганы, чтобы пререкаться с этими ребятами: «На, бери этот чертов жетон, какая мне разница!» Большинство людей миновали турникеты бесплатно. Это была транспортная версия дантова ада».
Город был в тисках самой свирепой эпидемии преступности в своей истории.
Но потом случилось необъяснимое. Достигнув пика к 1990-му году, преступность резко пошла на спад. За ближайшие годы количество убийств снизилось на 2/3, а число тяжких преступлений – наполовину. К концу десятилетия в метро совершалось уже на 75 % меньше преступлений, чем в начале. По какой-то причине десятки тысяч психов и гопников перестали нарушать закон.
Что произошло? Кто нажал волшебный стоп-кран и что это за кран?
Его название – «Теория разбитых окон». Канадский социолог Малкольм Гладуэлл в книге «Переломный момент» рассказывает:
«Разбитые окна» — это детище криминалистов Уилсона и Келлинга. Они утверждали, что преступность — это неизбежный результат отсутствия порядка. Если окно разбито и не застеклено, то проходящие мимо решают, что всем наплевать и никто ни за что не отвечает. Вскоре будут разбиты и другие окна, и чувство безнаказанности распространится на всю улицу, посылая сигнал всей округе. Сигнал, призывающий к более серьезным преступлениям».
Гладуэлл занимается социальными эпидемиями. Он считает, что человек нарушает закон не только (и даже не столько) из-за плохой наследственности или неправильного воспитания. Огромное значение на него оказывает то, что он видит вокруг. Контекст.
Нидерландские социологи подтверждают эту мысль (источник). Они провели серию любопытных экспериментов. Например, такой. С велосипедной стоянки возле магазина убрали урны и на рули велосипедов повесили рекламные листовки. Стали наблюдать – сколько народа бросит флаеры на асфальт, а сколько постесняется. Стена магазина, возле которого припаркованы велосипеды, была идеально чистой.
Листовки бросили на землю 33% велосипедистов.
Затем эксперимент повторили, предварительно размалевав стену бессодержательными рисунками.
Намусорили уже 69 % велосипедистов.
Но вернемся в Нью-Йорк в эпоху дикой преступности. В середине 1980-х в нью-йоркском метрополитене поменялось руководство. Новый директор Дэвид Ганн начал работу с… борьбы против граффити. Нельзя сказать, что вся городская общественность обрадовалась идее. «Парень, займись серьезными вопросами – техническими проблемами, пожарной безопасностью, преступностью… Не трать наши деньги на ерунду!» Но Ганн был настойчив:
«Граффити — это символ краха системы. Если начинать процесс перестройки организации, то первой должна стать победа над граффити. Не выиграв этой битвы, никакие реформы не состоятся. Мы готовы внедрить новые поезда стоимостью в 10 млн. долларов каждый, но если мы не защитим их от вандализма – известно, что получится. Они продержатся один день, а потом их изуродуют».
И Ганн дал команду ощищать вагоны. Маршрут за маршрутом. Состав за составом. Каждый чертов вагон, каждый божий день. «Для нас это было как религиозное действо», — рассказывал он позже.
В конце маршрутов установили моечные пункты. Если вагон приходил с граффити на стенах, рисунки смывались во время разворота, в противном случае вагон вообще выводили из эксплуатации. Грязные вагоны, с которых еще не смыли граффити, ни в коем случае не смешивались с чистыми. Ганн доносил до вандалов четкое послание.
«У нас было депо в Гарлеме, где вагоны стояли ночью, – рассказывал он. – В первую же ночь явились тинейджеры и заляпали стены вагонов белой краской. На следующую ночь, когда краска высохла, они пришли и обвели контуры, а через сутки все это раскрашивали. То есть они трудились 3 ночи. Мы ждали, когда они закончат свою «работу». Потом мы взяли валики и все закрасили. Парни расстроились до слез, но все было закрашено снизу доверху. Это был наш мэссидж для них: «Хотите потратить 3 ночи на то, чтобы обезобразить поезд? Давайте. Но этого никто не увидит»…
В 1990-м году на должность начальника транспортной полиции был нанят Уильям Браттон. Вместо того, чтобы заняться серьезным делом – тяжкими преступлениями, он вплотную взялся за… безбилетников. Почему?
Новый начальник полиции верил – как и проблема граффити, огромное число «зайцев» могло быть сигналом, показателем отсутствия порядка. И это поощряло совершение более тяжких преступлений. В то время 170 тысяч пассажиров пробирались в метро бесплатно. Подростки просто перепрыгивали через турникеты или прорывались силой. И если 2 или 3 человека обманывали систему, окружающие (которые в иных обстоятельствах не стали бы нарушать закон) присоединялись к ним. Они решали, что если кто-то не платит, они тоже не будут. Проблема росла как снежный ком.
Что сделал Браттон? Он выставил возле турникетов по 10 переодетых полицейских. Они выхватывали «зайцев» по одному, надевали на них наручники и выстраивали в цепочку на платформе. Там безбилетники стояли, пока не завершалась «большая ловля». После этого их провожали в полицейский автобус, где обыскивали, снимали отпечатки пальцев и пробивали по базе данных. У многих при себе оказывалось оружие. У других обнаружились проблемы с законом.
«Для копов это стало настоящим Эльдорадо, – рассказывал Браттон. – Каждое задержание было похоже на пакет с поп-корном, в котором лежит сюрприз. Что за игрушка мне сейчас попадется? Пистолет? Нож? Есть разрешение? Ого, да за тобой убийство!.. Довольно быстро плохие парни поумнели, стали оставлять оружие дома и оплачивать проезд».
В 1994 году мэром Нью-Йорка избран Рудольф Джулиани. Он забрал Браттона из транспортного управления и назначил шефом полиции города. Кстати, в Википедии написано, что именно Джулиани впервые применил Теорию разбитых окон. Теперь мы знаем, что это не так. Тем не менее, заслуга мэра несомненна – он дал команду развить стратегию в масштабах всего Нью-Йорка.
Полиция заняла принципиально жесткую позицию по отношению к мелким правонарушителям. Арестовывала каждого, кто пьянствовал и буянил в общественных местах. Кто кидал пустые бутылки. Разрисовывал стены. Прыгал через турникеты, клянчил деньги у водителей за протирку стекол. Если кто-то мочился на улице, он отправлялся прямиком в тюрьму.
Уровень городской преступности стал резко падать – так же быстро, как в подземке. Начальник полиции Браттон и мэр Джулиани объясняют: «Мелкие и незначительные, на первый взгляд, проступки служили сигналом для осуществления тяжких преступлений».
Цепная реакция была остановлена. Насквозь криминальный Нью-Йорк к концу 1990-х годов стал самым безопасным мегаполисом Америки.
Волшебный стоп-кран сработал.

 

И третий материал  - "Про светофор, Мэрилин Монро и грязную посуду"

 

Каждый был в такой ситуации: бежишь по делам, торопишься. Нужно перейти дорогу, а тут светофор, красный свет. Останавливаешься. Ждешь. Машин не много, но все дисциплинированно стоят. Стоишь и ты. Мысленно подгоняешь светофор – блин, давай уже, давай… И вдруг кто-то беззаботно перебегает улицу. А за ним еще кто-то. И ты не выдерживаешь, срываешься следом.

Можно ли назвать это полностью осознанным действием? Вряд ли. В тот момент ты не особо задумываешься. Просто получаешь своего рода «разрешение» нарушить правило и – нарушаешь.

Такое разрешение получают гопники, когда видят разбитое окно. Ага, здесь – можно. Вперед. Подобное разрешение выдает замусоренный тротуар – на него уже легче бросить окурок. Разрешение дает знаменитость, когда кончает с собой. После самоубийства Мэрилин Монро в США в течение месяца было совершено на 200 суицидов больше, чем обычно. После каждого подобного сообщения по стране проходит волна самоубийств. И это не горюющие поклонники. Как правило, это люди, склонные к суициду, просто до этого момента они удерживались на краю. Смерть знаменитости для них – послание, сигнал, разрешение. Можно.

Мир полон таких разрешений и запретов. Часто мы не замечаем их на уровне сознания, но подсознательно считываем безошибочно.

Девушки знают – можно идти по улице с «разрешительным» выражением лица, а можно с «запретительным». Некоторые даже умудряются действовать прицельно. Вот этому неудачнику не разрешу подойти, а этот – ничего так, интересный. Ладно, пусть попробует, ковбой.

Молодые мамы часто жалуются – ребенок отца слушается, а их нет. Почему? Потому что дети чутко улавливают бессознательные разрешения. А папы, как правило, не идут на поводу даже по мелочам. Ребенок знает – папино «нет» это именно «нет», а не «может быть» или «попозже», которое в результате заканчивается «ладно, на, только отстань!». А маленькие уступки, мы знаем, быстро приводят к более крупным. Что потом? Ругань, истерики, скандалы в благородном семействе.

И конечно, часто разрешения мы выдаем себе сами. Помните у Стругацких: «Малянов поставил в мойку грязный стакан – эмбрион будущей кучи грязной посуды». Отлично сказано. Френдесса cognacspirit пишет: «У многих женщин в депрессивном состоянии возникает тяга к уборке. Вот, раскладывают они всякую фигню по полочкам, выкидывают ненужное, а там вроде и жить легче». Правильно, мелочи формируют внутреннее состояние. Бардак в квартире служит разрешением бардака в душе.

Если вы когда-нибудь начинали бегать по утрам, или ходить в спортзал, или заниматься йогой, знаете: поначалу тебя несет на голом энтузиазме. Но он понемногу спадает. И в момент, когда воодушевление уже не так сильно, а привычка еще не выработалась, закрадываются подлые мыслишки: «а может, сегодня поспать? Подумаешь, пропущу один разок, но завтра точно…». Ага, конечно. Бессознательное воспринимает это как отмашку – ура, следующие полгода можно не париться и спокойно дрыхнуть!

В общем, разрешение начинается с мелочей. Или, как верно подметили в комментах, «Все начинается с расстегнутой верхней пуговицы!».

Гармонии вам.

 



Источник: http://www.itar-tass.com/c11/584303.html, http://www.xa-xa.org/2012/06/05/teorija-razbitykh-okon-ili-chto-delat-…, http://galiullin.ru/blog/pro-svetofor-merilin-monro-i-gryaznuyu-posudu…

Поделитесь с друзьями:

Смотрите также:

США

 

Комментарии:

Порядок и осмысленные-спланированные действия определённо рулят. Вот только "Полиция заняла принципиально жесткую позицию по отношению к мелким правонарушителям."(с) У нас воплотить сейчас в жизнь практически невозможно. В том числе и по национальным причинам. Ведь тогда в Нуёрке и сейчас в России большиство уличных банд организованно по национальному признаку. Начнут бороться с уличным @улиганством и наркоторговле и выяснится, что борются восновном с цыганами и южанами. Ройзман из Екатеринбургского фонда "Город без наркотиков" об этом очень доходчиво объяснил.

Ответить

ma3shka

Пойду-ка я содержимое шкафов-полочек по перебираю.

Ответить

DmitrySh

А я вот что подумал, похоже, что эта теория хорошо работает и для соблюдения каких-либо правил в интернет дискуссиях. Регулярное, жесткое, оперативное и не предвзятое модерирование, со временем уменьшает количество комментариев требующих вмешательства модератора.

Ответить

А где же оголтелые ненавистники собственного народа, которые вечно испражняются на тему, - у "нас" (у них, ага) такой менталитет, а у мурлюканцев (немцев, разных прочих шведов) генетическая культур-мультура!
Да нифига. Как раз наш менталитет довольно сносный, а их культур-мультур - не более чем регулярное битьё палкой по голове.
Уверен, даже ремимартин перестанет срать где попало, если ему регулярно впендюривать.

Ответить

 
Автор статьи запретил комментирование незарегистрированными пользователями. Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь на сайте, чтобы иметь возможность комментировать.