Регистрация Вход
Город
Город
Город

«...Вспоминайте иногда вашего студента...» Ч-1.

По-разному писались страницы студенческой юности в Томском институте автоматизированных систем управления и радиоэлектроники (ТИАСУР). Это была счастливая пора, которая вспоминается с ностальгической благодарностью.
Томск, 1981-1985 год.

Здравствуй, Томск!

Кто-то получает по тыкве, а кому-то бьют в дыню.
ТИАСУР (Томский институт автоматизированных систем управления и радиоэлектроники) для меня начался с покупки дыни на самаркандском базаре. В аэропорту Ташкента какой-то пассажир случайно выбил ее у меня из рук, и она разбилась. «На счастье»,— сказала уборщица, и как в воду глядела.
Самарканд покидал всего два раза. В классе четвертом летом ездили к дедушке с бабушкой в Петропавловск казахстанский. Познакомился с братьями и младшей сестрой отца Ольгой.
Небольшого роста, симпатичная, с широко посаженными глазами, прямым носом, светлыми волосами, она сидела на стареньком диванчике, поджав ноги, и что-то ела. Первый раз повстречался с девушкой, отсидевшей в тюрьме. Было немного дико: девушка и вдруг — тюрьма, но потом привык. Подглядывал за ней в летнем душе: хотелось увидеть, есть ли у нее наколки? А заодно и все остальное.
Дед Иван Игнатович научил держать в руках напильник, и я ему в благодарность починил патефон. В смысле разобрал, пружина — дзинь! — и вылезла, так и бросили его на чердаке. А в восьмом классе весной на каникулах небольшой группой посещали столицу.
Окончив в 1981 году среднюю школу № 45 города Самарканда и окрыленный родительскими напутствиями в новую жизнь, занял свое место на борту воздушного лайнера, следовавшего по маршруту Ташкент – Томск.

Томск был выбран неслучайно. Об этом сибирском городке мне много рассказывала мать. Она заканчивала Томский электромеханический институт инженеров железнодорожного транспорта Наркомата путей сообщения СССР. Собственных мыслей о будущей карьере у меня, как и у многих моих сверстников, не было. Поэтому целиком понадеялся на выбор родителей. Тем более что какое-то время был радиолюбителем.
В салоне самолета увидел блондина в джинсовом костюме с двумя блоками «Мальборо» под мышкой. После посещения Москвы высокий блондин в джинсе и кроссовках ассоциировался в моей голове со среднестатистическим жителем РСФСР.

Оглядев себя незаметно и посетовав на жизнь, я уставился в иллюминатор. Первая воздушная яма расставила все на свои места.
Хиппарь мгновенно облевал все вокруг себя, да так, что всем близсидевшим пришлось лицезреть непереваренные его организмом макароны с мясом, теперь уже «по-аэрофлотски». Стюардессы, улыбаясь и успокаивая пассажиров, накрыли блевотину газетами, но через пять минут лица хлопкоробов на передовице начали заплывать темными пятнами.

Сверху земля казалась разрезанной на множество фигур, словно собранный пазл. Через какое-то время появились горы, потом леса. Вспомнил детскую считалочку, когда кто-нибудь проводил рукой по голове, спускал ее ниже к носу, далее к губам, подбородку и при этом говорил: «Лес, поляна, бугор, яма, обрыв, взрыв». При последнем слове делали «саечку», слегка стукнув пальцем по подбородку.

Первую ночь в Томске переночевал у знакомых матери, несколько разочарованных отсутствием подарков. Вторую, подав документы в приемную комиссию ТИАСУРа,— в общаге № 6 на Южной по улице Лыткина, 8, девятый этаж, правое крыло, предпоследняя комната перед женским туалетом.
Спросил на вахте: где такой-то номер? Поржали над тем, что я назвал комнату номером, и показали.

И вот моя первая поездка на лифте. Забегая вперед, туда, где очень «красочно» прошла пара лет моей жизни и я уже куролесил по полной программе, нажал однажды в лифте на кнопку под номером «10». Так, просто, захотелось. Никогда не нажимал, хотя догадывался, что этажей всего 9. И каково было мое удивление, когда после девятого этажа лифт поехал дальше.
Радовался секунду, потом кабинка с грохотом стукнулась в кирпичную переборку, и я очутился на полу. Панель с кнопками вылетела из пазов и болталась на проводах. Трясущимися руками поймал панель, взяв ее с боков, чтоб не ударило током, и нажал на экстренное открытие дверей.
Как ни странно, двери открылись, и на уровне колен показался коридор девятого этажа. Как вылез, для меня до сих пор остается загадкой.

Ночные гости

Поселили меня в общаге с тремя парнями. Двое из деревни — простые ребята; третий, который повыше, откуда-то из-под Питера: не поступил в военное училище и решил попробовать сюда. Из Ленинграда приехал поступать в Томск! У меня на его счет сразу какие-то нестыковки в голове появились.

Соседи рядом с туалетом — тоже абитура. Все время крутили пластинки с Аллой Борисовной, у нее только диск новый вышел. «То ли еще будет, ой-ой-ой»,— что есть мочи кричали за стенкой провидцы. Самого центрального из соседей звали Володей.
Видный парень, наглый, плотный, вот только заикался сильно. Но, похоже, это его абсолютно не смущало, потому что бабы в их комнате не переводились. Мы иногда, отложив учебники, завидовали этому пофигисту. Видимо, он нас и смутил своим безразличным отношением к учебе.

Культурная программа первых дней в Томске состояла из посещения танцплощадки в «огороде» (горсаду) и на следующий день посиделок в «холодильнике» (летний кинотеатр) на французском фильме «Черный тюльпан». Не мог спокойно пройти мимо летнего кинотеатра — уж очень он напоминал самаркандский «Ватан»!
Не думал, что и в Сибири есть открытые киноплощадки.

Танцевальный «ипподром» (танцплощадка) также напоминал самаркандский. Как будто никуда не уезжал. Под ногами ровный асфальт, по диаметру — высокий забор из стальных прутьев. Стандартная эстрада-«ракушка» с магнитофоном и колонками вместо музыкантов, только вот народ по большей своей части стоял за оградой, не решаясь войти внутрь.
Заплатив на входе копеек по пятьдесят за каждого, мы втроем одни из первых вошли на танцплощадку и встали кружком. Включили песню, и мое тело, уловив знакомый ритм, само начало извиваться в такт мелодии. Видя, что товарищи стушевались, я показал им пару движений. Мне казалось, что танцевать я все-таки умел, но после третьей песни пришлось в этом усомниться. На нас уже показывали пальцем.

Представьте себе такую картину: в центре площадки стоят три парня и в такт музыке, поворачивая корпусом, размахивают согнутыми руками, одновременно отдирая ноги от асфальта так, будто идут по свежезалитому битуму. После содеянного о медленном танце не могло быть и речи. Над нами открыто смеялись, поэтому пришлось ретироваться и ехать в общагу.

Всей комнатой поступали на РТФ (радиотехнический факультет) и с горем пополам сдали физику. Я вошел в аудиторию, где принимали экзамен, с учебником, спрятанным за спиной.
После первого экзамена, как полагается, напились. На второй экзамен не пошли. Заиграла взрослость, явно не в голове. Надумали завтра забрать документы.

Ночь. Спим. Стук в дверь. В комнате никто не отреагировал. Стук усилился, и сквозь сон послышался трехэтажный мат.
Поднял голову, в комнате тишина, как в морге. Никого вроде не оскорбляли вчера и не дрались ни с кем, не считая двух козлов в очереди к винному магазину.
Поднялся и направился было к двери. Вдруг вскочил со своей койки несостоявшийся «курсант» и стал умолять меня не открывать дверь.
Я спросонья не понял в чем дело, но самаркандская натура так не могла. Объяснил ему, что это не по-пацановски и открыть все равно придется. Охраны нет, «мусоров» нет, общага пустая, никто не поможет, а открыть придется.
«Курсант» схватился за голову и нырнул под одеяло. Я, как дебил, неуверенной походкой подошел к двери и повернул ключ. На пороге стояли два мощных и бухих в дупель «хряка».
«А вот и мы!»,— идиотски улыбаясь и отрыгивая на меня квашеной капустой, заявил один из них.

Поняв, что своими силами мы их не одолеем, включил дурочку: мол, может, ошиблись номером? (Дался же мне этот номер!) Оттолкнули меня и ввалились в комнату.
Один закрыл своей тушей дверь, чтоб никто не просочился, второй, с трехмесячной рыжей бородой и шестимесячным пузом, начал измываться пока словесно: «Чо за дела, типа обещали, а не сделали?» По несвязной речи гостя догадался, что накосячил «курсант».
Пойманный где-то на этажах, он обещал «хрякам» купить (за свои деньги, естественно) и принести водки, а сам ноги в руки и смылся. Впрягся за «курсанта», четко осознавая, что останусь один и обязательно получу по башке.
Спас меня, как и еще в нескольких случаях жизни, мой бешеный самаркандский акцент...



Комната 413

На следующий день моим соседям по комнате документы благополучно вернули, а меня попросили прийти через два дня. В деканате встретился с сердобольной женщиной, которая предложила попробовать поступить на КТФ (конструкторско-технологический факультет), сдав пропущенный экзамен со следующим потоком. Туда, сказала она мне по секрету, ушли все те, кто не прошел на РТФ.
Соседей поблизости не было, поэтому не стал набивать себе цену и согласился. И вот удача: экзамен сдал, и меня зачислили на КТФ, специальность КЭВА (конструктор электронно-вычислительной аппаратуры).  Назначили стипендию в 40 рублей и направили в новую комнату, теперь уже на Лыткина, 18, в пятую общагу.
Переезжать не торопился, «гудели» вплоть до сентября. И только когда в нашу, уже набитую до отказа поступившими и провалившимися абитуриентами, комнату вошла будущая ее жительница, нам пришлось удалиться.

На крыше моей новоявленной обители, закрывая собой множество антенн, красовалась огромная надпись: «СССР — оплот мира».
Оказавшись на четвертом этаже перед своей новой комнатой под номером 413, мне как-то стало не по себе. Не от «счастливой» цифры 13, а от того, что входную дверь моего будущего жилья поперек пересекала трещина.

Сквозь щель толщиной в палец из помещения просачивалась подозрительная вонь, непохожая на ту, к которой я уже привык. Собравшись с силами, я все же толкнул дверь.
Калитка отворилась ровно напополам. То есть верхняя половинка двери отошла от нижней. Пнув ногой нижнюю ее часть, я благополучно оказался в стандартном прибежище советского студента. Вернее, судя по тому, что лежало на полу, комната все же была нестандартной.

В центре лежбища раскорячился раком стол на двух ножках. Две разбитые трехлитровые банки с вареньем и еще множество всего: ручки, тетради, зубные щетки, ложки и т. д. Все это было замешано в одну кучу и, судя по всему, стояло когда-то на столе.
На четырех кроватях, стоявших по периметру, и на полу вокруг этой свалки спали люди. Я не побоюсь этого слова, это были действительно люди.
Такого срача я не видел никогда. В комнате находилось еще штук восемь здоровенных полуразрушенных тумбочек, наставленных друг на друга.
Пытаясь выяснить у одного из присутствующих, попал ли я по адресу, получил краткий и в то же время исчерпывающий ответ: «Пошел на...»

Дерни за веревочку

Через некоторое время я появился в своей комнате снова. Познакомились, провели инвентаризацию, в смысле пнули кое-кого из комнаты и начали наводить порядок.
Часть тумбочек разобрали и приколотили высвободившиеся куски ДСП к двери. Дверь теперь стала как в бункере — толстая и тяжелая. Проблема возникла с установкой замка. Ставить его было некуда.
Совместным мозговым штурмом придумали задвижку: если за нее тянули вниз, дверь закрывалась, вверх — открывалась.

Припоминается случай с попыткой вскрытия двери окошниками (оперативный комсомольский отряд, что-то похожее на ДНД).
В очередной раз перед танцами хотелось просто посидеть спокойно, выпить, закусить. Накрыли стол в комнате: вино, простенькая закуска, состоявшая из двух банок консервированного хека (пахла эта рыба, как мягко заметил один студент, будущий гинеколог, предметом его изучения.)
В магазинах, к сожалению, все витрины были заставлены только хеком в собственном соку, трехлитровыми банками березового сока и консервами из водорослей «Салат из морской капусты», которые, хоть и воняли меньше, но по вкусу напоминали порубленный бычий цепень, и вдруг неожиданный стук в дверь. Кто посещал нашу комнату, тот знал, как она открывалась. А тут настойчивый долбеж.
Мы затаились. Спрятать выставленное не представлялось возможным, а мгновенно выпить тем более. За дверью послышался мужской голос, который уверенно заявлял, что надо, дескать, искать и дергать за веревку. Кто-то из пацанов сразу вставил шепотом, за что им надо дергать.
После некоторого замешательства незваные гости нашли нижнюю часть веревки и начали за нее тянуть. А вниз — это закрытие! Один наш жилец встал возле задвижки и держал ее руками. Так и ушли добровольные помощники не солоно хлебавши.

P. S. Отношение к оперативникам в деканате было снисходительным. На «хвосты» и задолженности новоявленных стражей порядка в институте смотрели сквозь пальцы. Поэтому к большинству студентов, затесавшихся в их ряды, можно было смело применять пословицу «Сила есть — ума не надо».



Паспортная проверка

Стук в дверь — это искусство, которым владела элита ОКО. Часов в пять утра в двери многих комнат нашего общежития, взятых на карандаш местными органами, неожиданно начинали стучать.
Это нововведение, как с гордостью объясняли мне представители правопорядка по институту, постукивая по моим юношеским органам в своей каморке, брало начало в 1937 году.

С тех пор как в паспорт начали вклеивать фотографические карточки, внутренним органам стало интересно, насколько утром гражданин похож на себя в документе. Называлось это архиконституционное действо паспортной проверкой.
Причем частота, тембр и длительность постукивания, скорее всего, были засекречены. Если бы, скажем, немецкие оккупационные власти узнали про этот стук, не нужны были тогда никакие лагеря и пытки.

Стучали тихонечко, монотонно и очень долго. Не выдерживали даже те студенты, которые спали во время чемпионата мира по футболу. А крик там был такой, что в проходившем рядом с общагами поезде несколько глухонемых заговорило.

В сети паспортного беспредела попадали в основном бомжи и дамы не совсем легкого поведения, ибо на женщин легкого поведения у бедных студентов просто не было денег.
Бомжи в хорошем смысле этого слова! Хотя какой может быть хороший смысл в том, что тебя из-за неуспеваемости лишили общаги и стипендии?
Пойманные нарушители сопровождались в комнату с табличкой «ОКО», находившейся у входа в общежитие рядом с вахтой, и фильтровались.
С симпатичными девушками (а несимпатичных никто и не приглашал на ночь) окошники заигрывали, стараясь познакомиться и объяснить, что в их комнатах никто паспортную проверку не устраивает, а бомжей вроде меня выставляли на улицу.
В нашей комнате за два года количество койко-мест варьировалось от четырех до пятнадцати. Прыгать в окно никто не решался, да и зачем? Ну пожурят, ну выкинут. Чем можно напугать лишенца? Через два дня все шло по-старому.
***
автор - Дмитрий Липатов
(Реальные фамилии в тексте заменены или удалены по известным причинам. Стихия)

 



Источник: http://www.proza.ru/2013/08/10/558

Поделитесь с друзьями:

Смотрите также:

воспоминания студенты

 

Комментарии:

aс

респект!)))
хотя сам жил в общагах намного раньше (для понимающих - был в числе первых жильцов 6-ки, до этого на Студгородок 11 Кирова 22 и на Киевской, где сейчас студенческая поликлиника), но 6-ку в описываемое время наблюдал уже со стороны, ибо кураторов тогда обязывали ходить перед праздниками в общагу, поздравлять и напоминать о завтрашней демонстрации. Всегда чувствовал себя неловко, все-таки без приглашения, к уже взрослым людям. Спасался в комнате старосты группы, где рубился в шахматы до окончания обхода.
Эх, ностальжи...
Спасибо...

Ответить

sazon

Хех, я на первом курсе сначала бомжевал у друзей с АВТФ на Вершинина 39а, а когда я там совсем уж утомил местное ДНД, переехал к себе на ГРФ - Пирогова 18. Сразу на "пироговку" не селился по причине несметного количества там клопов. Дюже я с них чесался :)

Ответить

Клопы? О-о-о-о-о-оооооо....
Я первую ночь в общаге на абитуре спала просто стоя. Столько их было в комнате. Причём клопов я тогда увидела впервые в своей жизни.

Ответить

sazon

Мой рекорд - за одну ночь раздавил на стенке только возле своей кровати ровно 152 клопа :)
Как только не боролись с напастью... Более-менее эффективно помогал только карабозоль. Но вонючий был жуть.
А сейчас клопов в общагах нет. И даже тараканов нет. Слава великому фумитоксу :)

Ответить

а как же ручной огнемёт? :)))
Аэрозоль+зажигалка и жги их напалмом что есть дури )))

Ответить

sazon

Это не наши методы (с)
Мы использовали либо химическое оружие (каробозоль), либо массовый геноцид (побелка стен известью с добавлением каробофоса), или шли на них в рукопашную. :)

Ответить

Эти все карбофосы и прочая химия, мне кажется, эффекта не оказывала никакого. Эти мерзости, живущие по сто лет (или больше, кто знает?) приползали, казалось, аж с соседних общаг...
Мы ставили пустые консервные банки под ножки кровати, наливали туда воду и ложились спать. Думали, наивные, что так козявки не доползут (не заберутся) до нашего бедного студенческого тела. Ага. Но кое-кто, видно, обладал эффектом плацебо и спал спокойно. Только не я.(
*
Но самое ужасное, что я видела из этой серии, это невообразимое что-то...Это, правда, надо только видеть.
Часов 7-8 вечера. Захожу в комнату к мальчишкам...Горит свет, каждый занимается своими делами. И всего лишь один наш одногруппник спит. Спит при свете без задних ног. При этом у него прямо по лицу ползают (нет, бегают!) эти самые клопы. И не один, и не два. Их было много. Очень много. Но он спал и......даже не чесался ни разу...
Вот это была картина маслом, как говаривал известный герой.
Запомнила это на всю жизнь.

Ответить

shrrr

Клопы отлично падали с потолка на жертвенное тело.

Ответить

"Эти все карбофосы и прочая химия, мне кажется, эффекта не оказывала никакого"
Отлично работало, просто применять надо было правильно.
Никаких аэрозолей - они очень разбавлены по требованиям безопасности (для людей карбофос не менее ядовит!). Только настоящий концентрат-эмульсия, который применяет СЭС - маслянистая на вид жидкость темно-коричневого цвета, после разведения дает мутно-белый раствор.
Разводить строго по инструкции, можно даже гуще раза в два - весь 100 гр флакон на ведро воды. Кружкой (а лучше - распылителем) тщательно, не жалея раствора, пролить все углы, плинтусы, мебель и все места, где есть хотя бы подозрение на лежбища насекомых. И не просто сверху полить, а залить внутрь щелей. Делать все очень быстро - иначе к концу поливки сами отравитесь неслабо.
После проливки запечатать наглухо окна и двери (можно скотчем), чтоб вентиляции не было, на целые сутки (минимум 10-12 часов). Вонь, конечно, проникать будет все равно - и соседи вам потом обязательно выскажут свое возмущение, но так надо.
Через сутки выметаете дохлятину (она почти вся наружу повылезет) и отмываете засохшие потеки раствора - готово. Пованивать еще долго будет (особенно первые 2-3 дня), но вполне терпимо. Если все правильно сделано, то не только избавитесь от любой живности в комнате, но и в ближайшие несколько лет этой живности там гарантированно не будет, даже если у соседей она будет ходить строем. Проверено неоднократно.

Ответить

Жесть!)
В одесской гостинице постоялец обращается к дежурной по этажу:
- Послушайте, в моей постели клопы!
- Ой, не смешите меня! За эту цену вы таки хотите иметь в постели Джулию Робертс?
***
Общаги - самое тёплое воспоминание из жизни. Даже почесаться хочется сразу...

Ответить

Мелисса

Ошибаетесь, однако. Сын у меня учится на бывшем ГРФ, ныне ИПР. Так однокурсники его, проживающие все по тому же адресу, сильно жалуются на клопов, видимо потомки тех, социалистических...

Ответить

Не зря говорят, "живуч, как клоп".
Двести лет живут, однако.)

Ответить

Любавна

Клопы? О-о-о-о-о-оооооо....
Я первую ночь в общаге на абитуре спала просто стоя
----------------------------------------------------
Мне завидовала вся комната - я всю общажную жизнь дрыхла по ночам без задних ног, и никакие клопы меня не трогали. То бишь, не колыхали ))

Ответить

sazon

Клопы кусали всех, но у некоторых организмов укусы не вызывали аллергической реакции :)

Ответить

Вот-вот. После этих мерзопакостных козявок у меня и была, видимо, какая-то "холера", типа аллергии. Пришлось к хирургу идти в студполиклинику.
Меня тогда вся абитура и прозвала "хромоножкой", потому как я даже ходить не могла толком после укусов...Жуть!Бррррррр.....

Ответить

Любавна

Ну я и говорю - не колыхали, ибо мой организм их вообще не ощущал )

Ответить


Тёма

А от меня клопы на третий день почему то сбегали. Но первую и частично вторую ночь на новом общажном матрасе я как правило не спал - жрали суки просто немилосердно.

Ответить

Изя

ЗдОрово! Хотя я не застала тех времён с клопами, у нас в универовской тройке их не было, но были тараканы, которые исчезли в году эдак 1998, когда мы переехали с 7 этажа на 4, хотя до этого пробрызгивали отравой все вещи от и до. А они взяли и исчезли. Было так непривычно :)

Ответить

Чего-то не помню я в Томске "холодильника" - просветите, плиз))И танплощадку в Горсаду называли всегда "огородом"

Ответить

ну, т.е "холодильником" всегда назывался Дворец Спорта, а что тогда за открытый кинотеатр в начале 80-х?

Ответить

Кто-нибудь знает где находился в Томске летний кинотеатр? Он-то и был этим "холодильником", оказывается.
М.б. в том же Горсаду?
Автор смотрел там французский "Чёрный тюльпан"и выразил удивление по поводу того, что и в Сибири есть (вернее, были) открытые киноплощадки.

Ответить

aс

совершенно верно, в горсаду, недалеко от центрального входа, немного левее. Мне он запомнился еще и тем, что во время сеанса там перед экраном степенно прогуливались крысы...

Ответить

В Томске было два летних кинотеатра, один в Горсаду, а второй на Белом озере, как раз там где стоит памятник Рукавишникову.

Ответить

Кинотеатра на Белом озере в начале 80-х уже не было, а в Горсаду еще стоял. И летними, в южном смысле этого слова - они не были, у них все-таки стояли стояли стены. Они были по-сибирски летними, т.е. неотапливаемыми - тут вы правы.

Ответить

:) А площадки и не были открытыми! Они были не отапливаемые! Крыша и стены присутствовали. Кстати остаток кинобудки в Горсаду до сих пор стоит. :)

Ответить

MihaelD

Был ещё один холодильник на Белом озере.

Ответить

pthj

Аха, мы туда за морковками ходили.

Ответить

kalinka

у нас на ТЭФе клопы особо не свирепствовали, но вот в ТИАСУРовских общагах это было нечто!!! У меня одноклассница там училась и как-то зазвала с ночёвкой... это был единственный раз, когда я у нее осталась. вот тогда-то я и увидела первый раз этих кровопийцев...
з.ы.в ТИАСУРе училась моя двоюродная сестра, а бабушка называла его ТИСАУР)))

Ответить

Любавна

Работая после института в НИИ АЭМ при ТИАСУРе, своими глазами видела типографские бланки, в шапке которых было напечатано "ТИСУАР"))

Ответить

Забавно.Как будто свою абитру вспомнил.Правда на РТФ поступил без проблем.А с бухлом в Томске в 87 были проблемы.Мы ставили брагу в трехлитровых банках с соком.Надевали на горло банки резиновую перчатку. Тогда это называлось "привет Горбачеву"

Ответить

На 1 курсе к нам пришли парни "для знакомства" с Чашмой. Наутро мы,девчонки, лежали с лицами зелёного цвета. Я пролежала дольше всех и тяжелее всех перенесла этот ужас. ОрганизЬм "не принял"...
С тех пор стойкое отвращение ко всему спиртному, ну, разве, кроме шампусика немного или хоррррррррошего вина.

Ответить

Любавна

Экий организм у вас, барышня, слабый - что на клопов, что на Чашму! )))

Ответить

Это да, так оно и есть.)

Ответить

Ба как мир тесен. Так тож описалово про моих одногруппников. А 413 отличилась еще одним... В свое время решили они навести порядок в виде ремонта. Сели, рядили, что и как но к консенсусу не пришли. В итоге каждый сделал ремонт над своей кроватью чем бог послал. Ну а бог послал каждому разное... кому коричневую краску кому синюю а кому ничего не послал только известь которую комендант раздавала всем желающим. В результате комната представляла собой яркий пример абстракционизма, посредине которой на нитке прицепленной за лампу висела засушенная рыба с приклеенными от куклы глазами. Сия рыба была заныкана в период пищевого изобилия, а чтобы ее никто не сожрал была залита несметным количеством дихлофоса.

Ответить

да, в 99 году с клопами в тусуровской 5-ке был полный порядок, в смысле изобилие. я и не знал про существование клопов, думал аллергия в виде сыпи. в больнице просветили. боролись регулярным перетряхиванием белья и уборкой в комнате.
с тараканами успешно боролись борной кислотой

Ответить

Первый год до армии после поступления пришлось пожить на Вершинина, 48. От клопов спасался тем,что СЕБЯ обрызгивал дихлофосом. После этого только засыпал. Потом переехали на Кирова, 2. Там клопов практически не было. Были крайне редко единичные экземпляры, но я их подкарауливал и убивал. Иначе не мог заснуть. Насчет консервов хека, что-то я не помню, что так мрачно всё было. Консервов в наше время хватало. Дело в финансах. Кстати, торты были вкуснее. Почтовские - воще отрыв!Тогда производители, дураки, масло сливочное в них клали, а не маргарин. И мороженное. А с бухалом сложно было. Да моё окружение особо и не употребляло. Когда надо было, ездили в Новосиб. На жизнь зарабатывали - ходили на овощебазу (губернаторский рынок на Кулагина) вагоны разгружали. Платили по тем временам (1988) - безумные деньги: по пятерке на брата выходило. И каждый старался по рюкзаку утащить того, чего разгружали. Энергии было вагон!

Ответить

"...СЕБЯ обрызгивал дихлофосом..."?? Смело!)))

Ответить

В 80-ом на абитуре впервые попробовал водку "сибирская"42об,а ребята с Луговой привезли спичечные коробки с дурью.А ещё в эти годы ходила байка,что девушки написали на стене "слава КПСС" раздавленными клопами(кровью)и их всей комнатой выгнали из вуза.

Ответить

 
Автор статьи запретил комментирование незарегистрированными пользователями. Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь на сайте, чтобы иметь возможность комментировать.