Город
БИН

Рассказ от ДэДа. Грустно, но всё же оптимистично!




Ветерок подхватил бумажку, закрутил ее сумасшедшим вихрем карусели, вознес на небо и аккуратно положил на траву. Но он этого не заметил: слишком сбивчивы были его мысли, слишком противоречивы; нечто фатальное ему мерещилось, нечто из ряда вон выходящее. Да он и не заметил, как обронил этот листик. Позже, возможно много лет спустя, он будет сожалеть об этой неловкости, об этой невнимательности. Но сейчас ему было не до этого. Он шел туда, в неизвестное настоящее, пришедшее из смутного прошлого.

Вся жизнь его была сплошным недоразумением, даже не сплошным, это не достаточно точно, правильнее было бы сказать, что жизнь его была абсолютным недоразумением. С самого рождения.

Тяжелые были роды. Почти до смерти. Еле спасли. Назвали чудом. Везение… У него не было игрушек, как у других детей. Их просто не было. Погремушка, которую забыл кто-то в песочнице, солдатик с отломанной ногой из мусорного бака, мишка без головы еще отцовский и куча бутылок. Фактически бутылки и были его единственными игрушками: зеленые, коричневые, даже синяя была. Но ничего благородного – сплошные чебурашки. Спасибо маме. Не повезло ему с мамой. Казалось бы, нелепость – как может не повезти с родной матерью?! В любом случае, она – мама, мамочка. Но ему именно не повезло: мама была веселой, даже слишком веселой, потому ее постоянно успокаивали какие-то мужчины – постоянно разные, но неизменно одинаковые. Когда маму успокаивали, было самым любимым его временем – он мог играть. Играть, как настоящий ребенок, как все другие дети. Играть, но не быть игрушкой. Да, с мамой он тоже играл, точнее с мамой и ее друзьями. Они играли в ресторан, в непослушного ребенка, в выпоротого ребенка, в пингвинчиков (это зимняя игра), в занятый туалет, в умоляющего мальчика, даже в маленького йогу играли – да много еще было различных игр: богата была мама на выдумки, а мамины приятели и того более. Но все же на семилетие он получил свой подарок: мама ушла. Ушла совсем. Навсегда. Искупнуться в речке.



Его подобрала какая-то женщина. Она просила называть ее просто тетей Лидой. Тетя Лида была одна, совсем одна в свои сорок восемь лет. Ни мужа, ни детей. Да и друзей-то у нее не было. Родилась с маленьким искривлением челюсти – нелепость, превратившая жизнь в полосу одностороннего движения. Тетя Лида была рада мальчику, он был ей тоже очень рад: наконец-то, как ему казалось, счастье ему улыбнулось: он мог играть. Он не был игрушкой. Хоть и было холодно, хоть и было голодно – тетя Лида жила тем, что даст ей государство, ибо видеть ее никто не хотел: внутренний страх человека перед браком природы, необоснованная вера в возможность перенесение на них этого изъяна, отталкивали людей от тети Лиды прочь. Но, тем не менее, нашелся человек, который его смог полюбить, который дал этому человечку самую настоящую, чистую материнскую любовь – все, что не смог он получить в младенчестве.


В школе его сразу невзлюбили. «Замухрик» - другого имени у него не было, даже учителя его между собой так называли. Над ним смеялись за порванное пальтишко и стоптанные сапоги, над ним издевались за большие и глубокие глаза, молчавшие, чтобы с ним не случилось. Его били – лишь для того, чтобы увидеть слезы маленького ребенка, «Замухрика». Но никто не видел его слез. Он разучился плакать. Даже в одиночестве, в своем уголке (они жили в маленьком домике на краю города – домик, по размерам напоминавший хлев, достался тете Лиде от матери). Ни капли. Нет, все же однажды он заплакал.

Она нравилась ему давно. Она не была первой красавицей, не была умницей, она была просто девчонкой. Довольно симпатичной, приветливой, с потрясной улыбкой. Она, как и все в этой школе, называла его Замухриком, смеялась над ним, но было что-то в этом смехе совсем не злорадное, даже что-то просто веселое, можно сказать, слегка дружеское. Он боялся на нее смотреть, лишь со своей последней парты украдкой поглядывал на нее… «Придурок!» - она заплакала и убежала. Он ничего ей не сделал плохого, он даже подумать о чем-то плохом не мог относительно ее. Он просто принес ей какую-то коробочку, которую его попросили передать пацаны с его класса. И все... Он плакал первый раз за много-много лет.

- И как же ты живешь? – она действительно не понимала, как можно жить в такой каморке.
- Да нормально, у меня никогда другого-то и не было. Не скажу, что я прямо в восторге, но это мой родной дом.
Месяц назад она возвращалась с дискотеки.
- А где твоя тетка? Ты же с ней вроде жил?
Уставшая, слегка пьяная, но счастливая – ее возлюбленный признался ей в своих чувствах.
- Она умерла в прошлом году.
На встречу шли пять пацанов. Пьяных. Не слегка.
- А на что живешь?
Она кричала, брыкалась, кусалась.
- Да подрабатываю маленько: обувь чиню, там, замки, ключи делаю. На хлеб хватает.
Она лежала до утра. В грязи у дороги. Никто не видел, не слышал.
- А дальше что?
Дело заводить даже не стали – нажралась девчонка, с кем-то трахнулась, теперь жалобу катает. Сама не помнит, свидетелей нет – какому менту нужен висяк?
- А что дальше?
Школьные друзья отвернулись сразу. С Подстилкой никто не хотел дружить.
- Ну, после школы что делать будешь? Через месяц уж все – конец.
Родители тоже стали ее стыдиться. Тыкать ей стали, что, мол, на работе из-за нее на них пальцами тычут.
- Не знаю. Буду в наш техникум поступать. На механика-водителя.
Она сидела за гаражами, около речки, на бревнышке. Он подошел и просто обнял ее.
- Ха, на водителя! Тележкой что ли управлять будешь, на которой дерьмо возят? Умора…
Они просидели до утра. Вместе. Одни. У них не было слов, у них не было тем, они были совершенно чужие люди. Но эти совершенно чужие люди оказались самыми близкими людьми во всем мире. Вместе.


Ее увезли неожиданно. Просто, вдруг оказалось, что она уже здесь не живет. Ее увезли в новый мир с новым прошлым: чистым и приятным; в новый мир с престижным университетом, с новыми шаблонами друзей; ее увезли в ее новое, более лучшее, чем прежнее, благополучное будущее. Она оправдала надежды родителей: красный диплом, аспирантура, свой бизнес, благополучный и уважаемый молодой человек, престижная машина, шикарная квартира. Сногсшибательная красота.

Он отремонтировал свой домик, теперь там было даже зимой тепло. С утра до вечера работал водителем на фабрике. Его никто теперь не называл Замухриком, хотя все равно сторонились - он все еще не научился улыбаться.
«В 21:00, на бревне».

Ветерок подхватил бумажку, закрутил ее сумасшедшим вихрем карусели, вознес на небо и аккуратно положил на траву.



Смотрите также:

Томский креатив

Антарес
 

Комментарии:

dzak dzak 4 мая 2006 г. 00:35 #
непонятно все как-то...
{Ответить}
 

Katya Katya 4 мая 2006 г. 00:47 #
а мне понятно, это типо как воспоминания во время разговора протискивались...ооочень грустно!
{Ответить}
 

Россиянин Россиянин 4 мая 2006 г. 01:29 #
местами не понятно.....жаль история интересная((((
{Ответить}
 

Mo/loC Mo/loC 4 мая 2006 г. 07:57 #
Мрачная история, такая же как окружающая нас в данный момент жизнь. Такие истории вырывают человека из своего маленького тихого мирка, в котором всё нормально и нет грязи, во внешний достаточно неуютный мир. Как не по себе стало после прочтения...
{Ответить}
 

Laska 4 мая 2006 г. 10:14 #
Вот это пост, я понимаю!!! Спасибо, ДэД!!! Аж до костей пробрало... После такого всегда думаешь, что ты просто СЧАСТЛИВЧИК в этой жизни! А то иногда накатывает, что как-то неудачно вроде бы жизнь сложилась, друзья вроде бы ВОН куда выбились, а ТЫ?...и т.д. Но после того как сгоняешь в командировку, посмотришь как другие живут по стране или такие вещи прочтёшь, как сейчас - то о многом задумываешься и жизнь кажется ПРЕКРАСНОЙ!!!
{Ответить}

Сергей Сергей 4 мая 2006 г. 10:36 #
Мне тож понравилось...
{Ответить}
 

Алена 4 мая 2006 г. 11:35 #
отличный рассказ,очень неплохо!
{Ответить}

ss 4 мая 2006 г. 12:18 #
Laska
в точку!
{Ответить}

nala 4 мая 2006 г. 12:22 #
Laska
согласна!
{Ответить}

Микх 4 мая 2006 г. 16:33 #
Талант, только на счет в 21 на бревне которое он потерял я не понял
{Ответить}

sword 4 мая 2006 г. 19:14 #
ДэД, если писал и вправду ты, то впечатляет, доложу я тебе. У тебя есть и сочность образов, и подчёркнутая лаконичность, за которой сразу и видится многое, и фантазия рисует подробности. Тебе, как мне кажется, НУЖНО писать всерьез. "Мама была веселой, даже слишком веселой, потому ее постоянно успокаивали какие-то мужчины – постоянно разные, но неизменно одинаковые". Молодец.
{Ответить}

ychenik 4 мая 2006 г. 21:58 #
ДэД: спасибо, вообще то похоже на Веллера, но если писал сам - две истории через строчку - просто отлично!:))
{Ответить}

Vad 4 мая 2006 г. 22:56 #
Знаете что, вот я имею три высших образования. Одно из них буржуйское. Соответсвенно я никогда не считал себя глупым, но сейчас НЕ ПОНЯЛ. Хотя все равно получил удовольствие от прочтения
{Ответить}

маруська 4 мая 2006 г. 23:35 #
Так классно!даже плакать охота,очень пробивает!
{Ответить}

Katya 5 мая 2006 г. 01:23 #
честно говоря я про бумажку тож не очень поняла...но настроение которое задает история заставляет задуматься о жизни!
to Podonok:ладно, спасибо что извинился!
{Ответить}

Bak$$ Bak$$ 5 мая 2006 г. 01:47 #
не ребята, вот такая жизнь, задело, ей богу задело, до самых пят пробрало)
{Ответить}
 

DeepDaun 5 мая 2006 г. 17:52 #
Как тут говорится- БАЯН....
Прикольная тема - но спиженна с удава...
хотя может и не дословно... но тема и все образы - точно...

{Ответить}

nomi 20 июля 2006 г. 20:29 #
такое ошушение, что писал человек очень обнспеченный, которому порой даже садомазохистки хотелось понять что такое настоящая нищета.... возможно я ошибаюсь
{Ответить}

 
 



image code

— скажите волшебное слово (или пропишитесь на Городе)

14

августа 2007

  В Томске

12:12

Горожане знакомятся здесь
   

В Томске