Магазин
авто-приколов

Развлечения
города

Знакомства

Теория эволюции - мифы и факты ч.2

HaN | 15 января 2008 г. |

Интересно | 2 балла ? | Личный пост

Американский дядюшка

- Нельзя поверить в невозможное!
- Просто у тебя мало опыта. В твоем возрасте я уделяла этому полчаса каждый день. В иные дни я успевала поверить в десяток невозможностей еще до завтрака.

Пока просвещенная Европа, шалея от восторга, с надеждой хваталась за каждое новое сообщение об обезьяночеловеке, у заокеанских поклонников животного предка дела шли куда труднее. Большинство американцев не желало полагаться в своей жизни (как в этой, так и в вечной) на столь экстравагантную гипотезу, причем чисто умозрительную и не подкрепленную какими бы то ни было серьезными доказательствами. В ряде штатов даже было законодательно запрещено преподавать в государственных школах теорию эволюции, как единственное учение о происхождении, и уж тем более - как доказанный научный факт. Как и любую другую религиозную доктрину, ее можно было преподавать лишь в частных школах, не финансируемых за счет налогоплательщиков: хочешь происходить от обезьяны - плати за это сам. Немаловажную роль в этом запрете играло сильное влияние в обществе тех, чьи предки пересекли океан именно затем, чтобы быть подальше от соблазнительных новомодных течений - всяческих там ренессансов, декадансов, просвещений и затемнений. А может быть, американцы просто не хотели происходить от обезьян Старого Света? Все силы были брошены на поиски своего, отечественного обезьяночеловека.

Немудрено, что когда в 1922 году профессор Гарольд Кук, консультант-геолог Американского музея естественной истории, нашел в плиоценовых отложениях русла Змеиного ручья на западе штата Небраска окаменевший зуб, он незамедлительно принес находку профессору Генри Ф. Осборну, директору музея. Осборн был не только большим поклонником идеи эволюции, но и боролся за официальное разрешение ее применения на практике в виде евгеники - искусственной селекции породы сверхчеловека путем скрещивания подходящих особей и последующего выбраковывания потомства, не обладающего желаемыми качествами.

Осборн пристально всматривался в находку. Не было сомнения, что этот зуб не мог принадлежать ни человеку, ни обезьяне. А значит... Эврика! Это - зуб обезьяночеловека, которого зовут, скажем, Hesperopithecus Garoldcooki (Гесперопитек Гарольдкуковый). Статья Осборна "Гесперопитек, первый антропоидный примат, обнаруженный в Америке" была опубликована одновременно в трех ведущих научных журналах - "Сайенс" (Т. 60, №1427, май 1922 г. С. 281), "Америкэн мьюзиум новиэйтис" (№ 37, 1922 г. С. 2) и "Нэйчур" (Т. 110, 1922 г. С. 281). Но самый большой сюрприз ожидал подписчиков популярного журнала "Иллюстрэйтед Ландан Ньюс". Раскрыв свежий номер за 24 июня, они обнаружили напечатанное на целый разворот живописное изображение своего предка.

В сравнении с питекантропом Геккеля был виден явный прогресс. Во-первых, предок был достаточно трезв, чтобы довольно свободно перемещаться, не опираясь на деревья. Во-вторых, его супруга уже, по-видимому, научилась заявлять о своих гражданских правах, в связи с чем глава семейства не расставался с дубиной. В-третьих (возможно, как результат этого), сама спутница жизни, хотя все так же не проявляла особого восторга по отношению к своему благоверному, без дела тоже не сидела, а выполняла какую-то полезную работу по хозяйству. И наконец, в полном соответствии с традициями пасторального жанра, вся идиллия была изображена на фоне мирно прогуливающихся представителей плиоценовой фауны - древних лошадей Pliohippus, антилоп Illingoceras, безрогого носорога Rhinoceros - совершенно не опасающихся нашего сородича и, по-видимому, принимающих его за своего. Такое изобилие деталей было вполне объяснимо, ведь, в отличие от произведения Геккеля, эта картина была построена не на голом воображении, а на подлинном факте - это был портрет настоящего зуба! Тут же была помещена статья профессора анатомии Лондонского университета, члена Королевского научного общества, ведущего эксперта по Пилтдаунскому человеку сэра Графтона Эллиота Смита, "Гесперопитек, обезьяночеловек Нового Света - доисторический Колумб, достигший Америки посуху". Каким именно образом удалось проследить маршрут и способ передвижения, автор скромно умалчивал.

Тем не менее, настороженно относящиеся к безвизовой иммиграции американцы продолжали игнорировать своего мохнатого родственника. Нужно было как-то легализовать его существование, одновременно сделав ему как можно более громкую рекламу. И вот в июле 1925 г., представители крайне антихристианской организации ACLU (Американский союз гражданских свобод), беззаветно исповедовавшей эволюционные идеи, подали в суд на молодого учителя физкультуры из Дайтона (Теннеси), по совместительству преподававшего биологию, Джона Скоупса за то, что он учил детей... теории эволюции. Еще раньше, когда антиэволюционный закон был только принят в Теннеси, ACLU известил все газеты штата, что если кто-либо из учителей решится нарушить этот закон, Союз возьмет на себя финансирование всех судебных издержек. И вот подопытный кролик был найден. Слушание этого дела стало всемирно известно как "Обезьяний процесс". Лидеров ACLU действительно трудно было бы упрекнуть в скупости. Впервые в истории судебный процесс транслировался по радио; а по общему количеству слов, переданных в зарубежные информационные агентства по телеграфу, суд побил рекорды любых событий, происходивших в Америке когда-либо до этого.

Сам Скоупс весьма сомневался, рассказывал ли он школьникам об эволюции, ввиду слишком слабых собственных познаний в этой области. Однако некто Джордж Раплейя, член ACLU, убедил его сознаться в провинности, добавив: "Не волнуйся, мы тебя в обиду не дадим". На помощь совсем растерявшемуся учителю была выделена целая бригада адвокатов-добровольцев во главе с Лоренсом Дэрроу. Не один час был потрачен Дэрроу на то, чтобы свидетельские показания учеников Скоупса совпадали слово в слово - под благовидным предлогом не дать в обиду любимого учителя юрист обучал целый класс как лгать под присягой. Самое удивительное выяснилось позже: в тот злополучный день, 24 апреля, Скоупса вообще не было в школе - достаточно было лишь заглянуть в журнал, чтобы убедиться в этом, - и защите это наверняка было известно. Но ни один из адвокатов не упомянул этот простейший факт, вполне достаточный для того, чтобы оправдать обвиняемого. Защита не ставила перед собой цель доказать невиновность учителя. Ее задачей было добиться публичного признания несостоятельности антиэволюционного закона, и его отмены. Все шло как нельзя более удачно, пока не выяснилась одна деталь - выполнять роль обвинителя вызвался выдающийся юрист, трижды выдвигавшийся в кандидаты на пост президента США, занимавший в период правления Вудро Вильсона пост Государственного секретаря, автор аналогичного закона в штате Флорида Уильям Дженнингс Брайан.

Первым, что в ходе процесса попыталась сделать защита, было нападение. Государственному обвинителю был устроен перекрестный допрос, неоднократно переключавшийся на личность самого Брайана и откровенно ставивший целью продемонстрировать его безграмотность как в биологии, так и в Священном Писании. Тем не менее, Брайан выдержал этот натиск и присяжные признали его достаточно осведомленным, чтобы продолжать вести дело. Следующим номером программы последовал парад-алле свидетелей защиты - прогрессивных ученых, рассказывавших суду о Пилтдаунском человеке; о жаберных щелях у человеческого эмбриона; о наличии в человеческом организме 180 (!) бесполезных органов, унаследованных от эволюционных предков (все органы, назначение которых во времена Дарвина было неизвестно, были объявлены рудиментарными. В поддержку этого утверждения указывалось, что если удалить какой-либо из этих органов, человек может продолжать жить. Однако последующие исследования выяснили, что, с одной стороны, в человеческом организме нет ни одного органа, не выполняющего какой-либо специфической функции, с другой стороны, как раз у обезьян, считающихся родственниками человека, многие из этих органов, например - аппендикс, отсутствуют. Что же касается вопроса об ампутации органов, на основании этого аргумента бесполезными органами можно было бы также объявить руки, ноги, уши, нос и многое другое), об эволюции лошади (предполагавшийся пра-предок лошади эогипус на самом деле оказался ископаемой разновидностью барсука) и т.п. При этом ни адвокаты, ни свидетели защиты не стеснялись в выражениях, вовсе не опасаясь быть оштрафованными за оскорбление оппонентов или неуважение к суду - фирма все оплачивала. Но главным козырем защиты был именно вышеупомянутый портрет четы мистера и миссис Гесперопитек: "Смотри, Брайан, - взывал Дэрроу, - даже в твоем родном штате Небраска находят ископаемые промежуточные звенья, свидетельствующие об истинности эволюции!".

Видя, что дело идет далеко не о нарушившем закон учителе, Брайан, обложившись справочниками и научными статьями, стал готовить свою заключительную речь о теории эволюции. Выведав об этом через подставных лиц, защита не на шутку перепугалась: Брайан никогда не писал пустых речей. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы речь прозвучала и попала в печать. В самый кульминационный момент процесса Дэрроу вдруг неожиданно принес от имени защиты извинения за проявленное неуважение к суду и признал обвинения в адрес своего подзащитного обоснованными. Не посвященные в суть дела присяжные и зрители ничего не могли понять. Цель же была достигнута - речь Брайана так и не прозвучала, и опубликованные по всему миру материалы суда включали лишь показания свидетелей защиты в пользу эволюции человека, что создавало впечатление полного отсутствия контраргументов.

Скоупс был признан виновным в нарушении Закона об образовании и приговорен к минимальному наказанию, допускаемому законодательством - штрафу в размере 100 долларов. Защитники Скоупса подали апелляцию на пересмотр дела. Верховный суд штата признал решение суда справедливым, однако счел возможным снизить размер штрафа до 50 долларов, оказав тем самым противникам закона медвежью услугу: формально это означало пересмотр приговора, что исключало возможность дальнейшей передачи дела на рассмотрение в вышестоящих инстанциях. ACLU оплатил штраф, а также предъявленный Скоупсу счет в $327.77 на покрытие судебных издережек, включавших неспортивное поведение защиты. Общее же количество средств, вложенных Союзом в мероприятие, составил, по оценке Science, десять тысяч долларов.

Много позже Джон Скоупс, обратившийся к тому времени ко Христу (возможно, процесс тоже сыграл в этом свою роль) признался, что больше всего на суде он боялся, что его начнут опрашивать не как обвиняемого, а в качестве свидетеля, и, в соответствии с требованиями процедуры, приведут к присяге. В этом случае он был бы вынужден сознаться, что никогда никого не учил теории эволюции. Но тогда все сошло с рук. Брайану процесс обошелся дороже - формально выигравший дело, но подвергшийся во время процесса шквалу издевок и оскорблений, бывший Госсекретарь скончался, не покидая Дайтона, через несколько дней после завершения процесса.

Следующий демарш, предпринятый потомками гесперопитека, носил уже чисто пропагандистский характер. В Голливуде был снят полнометражный художественный фильм о деле Скоупса "Ветер в наследство", изображавший процесс как триумф победы свободомыслия над тупым бюрократическим консерватизмом фундаменталистов. Посмотрев фильм, трудно было даже усомниться в победе Скоупса и его команды. Тем не менее, антиэволюционные законы в южных штатах были отменены лишь в конце шестидесятых годов, да и то - надолго ли? В наше время подобные законы принимаются там вновь, но теперь преподаватель, убеждающий учеников, что эволюция - единственное удовлетворительное объяснение факту их нынешней встречи в классной комнате, запросто может лишиться занимаемой должности и даже лицензии в связи с профессиональной некомпетентностью.

А как же наш животный предок? Что-то о нем больше не слыхать!
Благодаря широкой рекламе, сделанной гесперопитеку, удалось достигнуть главной конечной цели любого научного исследования, а именно - получить деньги на продолжение исследований. В 1927 году исследования действительно были продолжены, и вскоре был найден полный скелет обладателя заветного зуба. К всеобщему изумлению гесперопитек оказался... дикой свиньей. Поначалу этот вид за древностию лет посчитали вымершим, но более тщательное изучение выяснило, что чуть было не ставшая предком человека свинья Catagonus ameghino по сей день мирно проживает в Парагвае.

Восток - дело тонкое

- Это самое важное свидетельство из всех, рассмотренных ранее. Вот теперь пусть присяжные...
- Если кто-нибудь сможет это объяснить, я даю ему серебряную монету. В этом нет и крупицы смысла.
- В этом нет смысла? Тем лучше: таким образом мы избавлены от необходимости искать его здесь.

Говорят, что в Китае совсем еще недавно любимого предка можно было приобрести в аптеке. Причем по весьма сходной цене и самого отменного качества - не хуже какого-нибудь гесперопитека. И даже без рецепта. Так, профессор Шлоссер, исследуя в своей лаборатории в Германии привезенные из Китая окаменелые кости дракона (весьма популярный компонент восточных снадобий), купленные в одной из пекинских аптек, нашел среди них зуб, который, по его мнению, вполне мог в свое время украшать отеческую улыбку нашего дикого пращура. Шлоссер не скрывал своего мнения на этот счет, и слухи о том, что человек вполне мог произойти от обезьяны не где-нибудь, а именно в Китае, распространились довольно широко. Хотя зуб был явно человеческим, а выяснить как и откуда он попал в аптеку, было невозможно. К тому же весьма скоро этот зуб исчез совершенно таинственным образом. Впрочем, это было лишь самое первое таинственное исчезновение, связанное с китайской историей "обезьяночеловека".

Во время I Мировой войны в Китай снаряжается шведская палеонтологическая экспедиция, которая начала регулярные раскопки пещер Чжоукоутянь (что, собственно, и означает "Кости дракона") в 40 километрах к юго-западу от Пекина. Не найдя ничего сенсационного, в 1922 году экспедиция вернулась в Европу, где ученые занялись кабинетной обработкой находок - идентификацией, описанием, систематизацией. Среди окаменелостей обнаружились еще два человеческих зуба, которые соответственно были снабжены биркой "Homo sp." ("человек разумный"), и отправлены пылиться в хранилище. Однако четыре года спустя про эту находку напомнил в своем докладе на международной научной конференции в Пекине канадец Дэвидсон Блэк. В 1914 году он проводил вместе с сэром Графтоном Эллиотом Смитом экспертную оценку вышеупомянутого Пилтдаунского человека в Манчестере, а теперь перебрался на восток для чтения лекций по анатомии в Пекинском медицинском институте - в глубине души он лелеял надежду найти своего собственного обезьяночеловека.

Блэк настаивал на продолжении раскопок Чжоукоутяня, и вскоре, в октябре 1927 года, был обнаружен еще один окаменевший человеческий зуб. Поднаторевший на Пилтдаунских находках, Блэк пристально осмотрел зуб и понял, что в нем есть что-то неизъяснимо обезьянье. Всему миру тут же было объявлено о новом открытии - Sinanthropus pekinesis (китайский человек - синантроп пекинский). Похоже, не окажись гесперопитек такой свиньей, у него бы появился восточный брат. Теперь же даже люди отказывались признать родство на основании одного лишь зуба. Но Блэк не унывал. Взяв долгосрочный отпуск без содержания, он, как некогда Дюбуа, повез своего древнего родственника, точнее - то, что от него осталось, в кругосветное путешествие. Для удобства и надежности зубу был сделан медный завинчивающийся футляр, прикрепленный золотой цепочкой к часовому браслету.

Рекламное турне возымело на власть имущих большее воздействие, чем на ученых, и Фонд Рокфеллера выделил 20 тысяч долларов на продолжение исследований. Средства по тем временам немалые даже для Америки, не говоря уже о Китае, где рабочие были рады и пяти долларам в месяц. В 1929 году в Пекине под руководством Блэка создается специальная Лаборатория исследования кайнозоя. Должность штатного эксперта по геологии получает соратник Блэка по пилтдаунской кампании, опальный монах Тейяр де Шарден. Результаты не заставили себя долго ждать. В том же сезоне в раскопе была обнаружена крышка черепа - почти точно такая же, как у Яванского лже-питекантропа. Хотя череп был далеко не полным, Блэку даже удалось определить объем мозга этого существа - 964.40027 см3 (точности измерения, составившей 0.00001%, могут позавидовать даже специалисты в области космической техники). Правда, по закону все находки принадлежали Китаю, - только что (1925-27 гг.) пережившему национальную революцию, сопротивляющемуся натиску красных партизан и в любой момент готовому вступить в войну с Японией - а потому не могли быть представлены на суд независимых зарубежных экспертов. Тем не менее синантроп, о существовании которого так долго говорил Блэк, официально был обнаружен.

К концу года из Китая поступили еще более ошеломляющие сведения - в Чжоукоутяне найдены десять окаменевших полных человеческих скелетов. Дэйли телеграф от 16 декабря 1929 г. сообщала подробности, указывая на высокую сохранность находки - даже кости лицевого отдела черепа не были разрушены. Хотя в газетах было много разноречивых сведений, в главном разногласий не было: официальный доклад Блэка научной общественности об открытии состоится в Пекине 29 декабря. Однако никакого доклада в указанный день не последовало, равно как и не было опровержения на сообщения о находке. О человеческих скелетах просто больше не вспоминали - никто, нигде и никогда. Окаменевшие кости исчезли так же неожиданно, как и появились, а вместе с ними исчезла и память о них. Их как бы и не существовало вовсе. Похоже, что хотя по недосмотру исследователей нежелательная информация и просочилась в прессу, урок Дюбуа все же пошел им на пользу - предъяви они вместе с черепом синантропа обнаруженные в том же раскопе человеческие скелеты, никто не поверил бы, что это существо могло быть предком живших одновременно с ним людей.

Зато все внимание было переключено на синантропа. По имевшейся крышке черепа и найденным в стороне неизвестно кому принадлежащим нескольким фрагментам лицевых костей была выполнена реконструкция с почти человеческими чертами, получившая имя Нелли. Особенное впечатление производила солидная толщина короткой шеи - никто даже не задавал вопроса, как эта деталь определена на основании имевшегося исходного материала. В ходе раскопок в том же самом слое среди множества костей всевозможных животных удалось найти еще несколько (до четырнадцати) черепов "синантропа", сильно поврежденных. Отмечался небольшой размер мозга этого существа, и мнения ученых сходились в том, что это - довольно примитивный гоминид, вряд ли знавший огонь и умевший изготовлять орудия. Оставался нерешенным лишь один вопрос: почему хотя в исследуемом слое находят кости (десятки тысяч!) всех частей тела различных животных, от синантропа там остались лишь черепа, да и то - разбитые. Загадочность и неясность доходивших из Китая сведений вынудила ведущего специалиста по культурам Каменного века из Французского университета и Института палеоантропологии профессора Брейля предпринять рискованное путешествие в Пекин.

С появлением Брейля вдруг обнаружились две очень интересные детали, ранее не фигурировавшие ни в одной из публикаций, но получившие отражение в докладе Брейля геологическому обществу Китая 3 ноября 1931 года и в отчете о поездке, опубликованном в следующем году в Европе.

Во-первых, оказалось, что на территории раскопок найдено не менее 100 тысяч кремневых и костяных орудий и их осколков. Особенно богата ими была соседняя пещера Коцетанг - Брейль собственными глазами видел там полуметровый слой кварцевых отщепов. В самом массиве Чжоукоутянь месторождений кварца не было, так что весь материал был принесен из долины. Там были и большие валуны, выполнявшие роль наковален, и отщепы со следами обработки, совершенно аналогичной мустьерскому (т.е. довольно позднему и развитому) типу европейской человеческой культуры палеолита - материала было достаточно, чтобы быть уверенным в выводах. Было очевидно, что комплекс пещер являлся древней фабрикой по производству каменных орудий. Причем столь примитивное существо, как синантроп, отнюдь не могло хозяйничать на этой фабрике. Самой удивительной продукцией этой фабрики были искусно изготовленные боло - каменные шары идеально сферической формы. 2-3 таких боло прикрепляются к концу веревки, и при удачном броске эта конструкция полностью спутывает ноги бегущего животного - индейцы Мексики по сей день пользуются таким приспособлением.

Вторым сюрпризом для прибывшего из Европы и знавшего о находках лишь по официальным публикациям профессора оказалось то, что существенную часть отложений в пещере, в которой были найдены черепа синантропа, составляет... семиметровый слой золы! Это был гигантский очаг, горевший не один десяток лет. Здесь обжигали камень, здесь же и готовили пищу. И все обнаруженные там кости животных - результат обеденных перерывов. И тогда вполне понятно, почему скелеты антропоидов представлены лишь размозженными черепами. Мясо обезьяны слишком жестко для употребления в пищу, в то время как мозг ее во многих культурах считается признанным деликатесом. Поэтому если работники каменоломни (не те ли, чьи скелеты таинственно исчезли в 1929 году?) убивали на охоте обезьяну, им не было нужды тащить домой тушу. Добыче отрубали голову, приносили в пещеру, разбивали череп, мозг извлекали и съедали, остальное же - выбрасывали. Таким образом, синантроп был не предком, а частью рациона современного ему человека. С этим мнением были согласны и другие независимые специалисты, которым удалось посетить место раскопок.

Однако сотрудники Лаборатории исследования кайнозоя не стали ни подтверждать, ни опровергать утверждений Брейля, хотя в их публикациях стали появляться туманные замечания о следах огня (это - о семиметровом слое золы) и некоторых орудиях, из которых только 150 могут считаться искусственно созданными инструментами. Версия о том, что синантроп - не обитатель Чжоукоутяня, а его добыча, была объявлена не заслуживающей внимания, поскольку не обнаружено ни останков, ни следов деятельности какого-либо второго гоминида. Ни о боло, ни о высокоразвитой технике обработки камня речи не велось - заказчики платили за поиски синантропа, а не того, кто его ел. Столь откровенное пренебрежение мнением ведущего эксперта по палеолиту вызывало подозрения, тем более что с 1933 года из Китая стали просачиваться слухи, что вскрыта еще одна пещера, в которой были найдены останки заваленных обвалившимся сводом истинных хозяев Чжоукоутяня - людей.

Сведения об этой находке стали робко появляться в публикациях исследователей лишь через пять месяцев (где тот энтузиазм, с которым трубили об обезьяночеловеке?), полный же отчет увидел свет лишь через пять лет. Вновь обнаруженная пещера (получившая название Верхняя) явно выполняла роль жилища работников Чжоукоутяньской каменоломни. В верхнем ее слое были найдены останки примерно шести человек, погибших при обвале (из них три скелета - совершенно полных), а во всех культурных слоях содержались признаки жилья человека, в том числе - украшения из посверленных зубов животных, костяная игла, а также кремневые и костяные орудия того же типа, что изобиловали среди находок, приписываемых синантропу. У сторонних обозревателей не оставалось сомнений - Чжоукоутянь был человеческим поселением мустьерского типа, и употреблявшийся людьми в пищу тип обезьян, скоропалительно названный синантропом, никак не может быть предком человека.

Тем не менее исходящие из Китая публикации де Шардена и Пея (руководителя исследований с китайской стороны) продолжали настаивать, что синантроп - предок человека, утверждая, что человеческие останки относятся к более позднему периоду времени, а орудия труда синантропа либо были найдены людьми и принесены в Верхнюю пещеру, либо попали туда в результате естественных процессов. Хотелось бы только знать, где же тогда орудия самих людей, и что это за естественные процессы, движущие камни снизу вверх?

Возмущенный Брейль предпринимает повторную поездку в Пекин в 1934 году. Он окончательно убеждается в достоверности своей гипотезы, а также пишет статью "Обработка кости и рога в Чжоукоутяне", обильно иллюстрированную фотографиями. Все описываемые в статье образцы носили следы искусной ручной обработки, посильной лишь человеку. Но Лаборатория исследования кайнозоя публикует эту статью лишь пять лет спустя, указав в предисловии, что все (!) описанные в статье артефакты были переданы в музей Нанкина, откуда исчезли в ходе военных действий 1937 года, и более недоступны для науки. Кроме того сообщалось, что не имеется возможности предоставить информацию... о точном месте обнаружения каждой находки в уровнях стоянки синантропа. Последнее было особенно поразительно при той скрупулезности, с которой велись раскопки и описывался каждый найденный образец.

Общее количество загадок, несоответствий, внезапных появлений и исчезновений находок, путаницы в фактах и таинственности в комментариях, сопровождавших сообщения из Китая, превысило критическую массу. Взрыв был неизбежен. У западных исследователей уже давно чесались руки потрогать пекинские окаменелости и раз и на всегда разобраться - кем был синантроп и в каких отношениях он состоял с найденным там же человеком? С восторгом предвкушения скандала было воспринято поступившее в самом начале декабря 1941 года сообщение, что принято решение об эвакуации всех чжоукоутяньских находок в Америку. Все было тщательнейшим образом уложено в матросские рундуки, погружено на поезд, идущий из Пекина на Чинвангтао, и...

Больше их никто не видел. За завесой неразберихи, последовавшей за событиями 7 декабря в Перл Харборе, вряд ли можно с уверенностью воспринимать ту или иную версию о судьбе пекинских окаменелостей. Легенд, связанных с ними - множество, но они имеют еще меньшее отношение к происхождению человека, чем вся эта история.

Ископаемые обезьяны

- Я вообще боюсь их, особенно - больших. Но по крайней мере я знаю, как их зовут.
- И они, можно подумать, откликаются, когда их зовут?
- Сомневаюсь.
- Что толку тогда звать их, если они не откликаются?
- Нет толку для них, но полезно, я думаю, тем, кто их зовет.

Одновременно с описанными до этого изысканиями в Европе, Азии и Америке, поиски животного предка велись и на территории "черного" континента. Наиболее преуспела в них супружеская пара Мери и Луис Лики, посвятившая пращуру не один десяток лет совместной жизни. Мало кто мог бы состязаться с ними в производительности при воспроизводстве обезьянолюдей.

Как четой Лики, так и другими исследователями, были выданы на-гора сотни обезьяньих и человеческих окаменелостей. Причем каждая человеческая окаменелость - будь то кость, череп или скелет, моментально отбрасывалась, подвергнутая критике как интрузивное захоронение, как результат смещения пластов или как проделка шутника. Это весьма напоминало детскую игру "верю - не верю". Любой же фрагмент - даже самый маленький - обезьяньего скелета записывался в предки человека и получал собственное название.

В этом созвездии предков с трудом могли разобраться сами палеоантропологи: Plesianthropus transvaalensis, Paraanthropus robustus, Paraanthropus crassidens, Telanthropus capensis, Australopithecus africanus, Australopithecus transvaalensis, Australopithecus robustus, Australopithecus prometheus и прочие недо-человеки, почти-человеки и уже-почти-совсем-человеки. Однако со временем все они были признаны представителями одного вымершего вида приматов "австралопитек" (южная обезьяна). Отличия же в скелетах не выходили за рамки внутривидовых и межполовых вариаций. Точно так же среди своих знакомых вы можете вспомнить людей с массивным (robustus), изящным (africanus) и промежуточными типами скелета, но если отбросить ваше личное к ним отношение, придется признать, что все они в равной степени принадлежат одному и тому же виду Homo sapiens - человек разумный.

И все-таки, при всей спорности африканских находок, и даже принимая во внимание их соседство с человеческими костями, это было что-то настоящее, за что можно было реально подержаться. Именно поэтому интерес к ним резко возрос в середине 50-х годов, когда о предках, найденных на других континентах, стало стыдно вспоминать.

Именно в разгар этого повышенного интереса и была сделана необычная находка в ущелье Олдувай близ оз. Виктория, в более чем ста километров к западу от г. Килиманджаро. Это был череп, обнаруженный миссис Лики. Он состоял из лицевого отдела и затылочной части, промежуточные же кости отсутствовали. Это позволяло, сдвигая или раздвигая имеющиеся фрагменты, добиваться получения реконструкции с любым необходимым объемом мозга, что существенно выделяло находку из ряда австралопитеков, имевших явно обезьяньи мозги. Находка получила официальное название Zinjantrohropus boisei (Зинджантроп Бойса - в честь Чарльза Бойса, спонсировавшего экспедицию) и неофициальное - Щелкунчик (музыка навеяла). Впоследствии в окрестностях были найдены фрагменты еще нескольких - более мелких - особей и множества костяных каменных орудий. Последние включали боло - до двенадцати полных комплектов (по три шара) и несколько отдельных шаров. За эти изделия более мелкие особи получили название Homo habilis (Человек умелый), хотя орудия, скорее всего, принадлежали не им, а их современнику - человеку неандертальского типа, череп которого был найден там же. В итоге все найденные кандидаты в гоминиды тоже были идентифицированы как обезьяны - австралопитеки. Не исключено, что Щелкунчик был крупным самцом, окруженным гаремом из более мелких самок, которым поневоле приходилось быть habilis.

Об австралопитеке, как о возможном предке человека, вновь заговорили в 1974 году в связи с находкой, сделанной экспедицией Д. С. Иохансена в Хадаре (Эфиопия) и получившей имя Люси в дань уважения "Битлз". То, что обнаружил Иохансен, было представлено миру как на удивление полный [на самом деле - не более 40%] скелет Australopithecus afarensis, свидетельствующий, что австралопитек был прямоходящим. Основанием для подобного заключения стал коленный сустав, который был сильно раздроблен, а потому его можно было собрать как на обезьяний, так и на человеческий манер. Правда, форма тазобедренного сустава Люси не вписывалась в идею прямохождения, но эта трудность легко была преодолена заявлением, что кости таза несколько деформированы.

Лишь много позже выяснилось, что пресловутый коленный сустав был найден на расстоянии 2400 метров от скелета. К тому же залегал он на 80 метров глубже, что, в соответствии с предложенной самими же исследователями хронологией пластов, делает его на 0.5 млн. лет старше его обладательницы. Исследователи Люси по сей день не могут завершить спор, что у этого на удивление полного скелета было длинее - руки или ноги. Совсем недавняя публикация (Science, Vol. 270, 24 November 1995, p. 1297) оповестила публику, что вполне вероятно, что Люси была ... мальчиком! А тщательное изучение морфологических параметров всех типов австралопитеков привело к заключению, что они отличаются и от людей, и от человекообразных обезьян более, чем те и другие - друг от друга.

Последним диким предком, утратившим родство с нами, стал рамапитек - скрюченное обезьяноподобное существо на двух ногах, получившее название по имени героя индийского эпоса Рамы. Все, что нам изначально досталось в наследство от рамапитека - это пара десятков зубов и несколько фрагментов челюсти (самый большой из которых не превышает пяти сантиметров), найденные в 1932 году близ Дели. Именно на этом материале и сделана известная реконструкция всего существа с ног до головы. Сперва эти зубы определили, как три разных вида обезьян - рамапитек, сивапитек (в честь индийского божества Шивы) и дриопитек. Однако разница между зубами разных видов не выходила за пределы возрастных отличий. То, что материал был столь фрагментарным, позволяло по воле художника складывать из имеющихся зубов мозаику челюсти как человеческого, так и обезьяньего типа. На этом основании рамапитек и числился косолапым предком человека. Но, как говаривал бравый солдат Швейк, всему прекрасному приходит конец. В семидесятые годы были обнаружены более полные челюсти рамапитека, мало чем отличающиеся от челюсти современного орангутана.

Такие же параметры, как длиннорукость, косолапость, размер, осанка и проч. могут варьироваться как у обезьян, так и у людей. Но применение современных медицинских методов компьютерного сканирования черепа позволило установить принципиальную разницу между обезьяньими и человеческими окаменелостями (Nature, June 23, 1994, p. 645). Внутреннее ухо человека содержит точнейший механизм в виде лабиринта, заполненного жидкостью. Стенки этого удивительного устройства покрыты тончайшими волосками, ощущающими колебание жидкости в канале даже при самых незначительных изменениях положения головы. Именно этот механизм позволяет человеку уверенно передвигаться на двух ногах, постоянно контролируя движения своего тела. У всех людей - как современных, так и ископаемых (о них речь пойдет дальше) - наблюдается поразительное сходство и совершенство конструкции внутреннего уха. На основании этого, по мнению многих исследователей, все они должны быть отнесены к одному и тому же виду Homo sapiens. У обезьян же - как современных, так и ископаемых - подобного органа нет вовсе - ни в зачаточной, ни в переходной стадии. Люди - это люди, и всегда ими были, обезьяны же - всего лишь обезьяны.

Ископаемые люди

Совершенно наоборот: если это так, то это возможно, а если бы было так, то так и должно быть, поскольку же нет, то иначе. Вполне логично. Или, хочешь, я сформулирую это попроще: никогда не думай, что ты иная, чем могла бы быть иначе, чем будучи иной, в тех случаях, когда иначе нельзя не быть.

В 1968 году двадцатитрехлетний Ричард Лики - сын Мери и Луиса Лики - заявил членам Совета директоров Национального географического общества США, что хочет получить деньги на создание собственной палеонтологической экспедиции. Ричард не имел высшего образования. Родившись в Найроби (Кения), он закончил там колониальную школу, в 16 лет прошел языческий обряд инициации в племени кикуйу, посвятил последующие годы сафари-бизнесу, время от времени навещая экспедицию своих родителей. Нетрудно представить, какова бы была реакция ученых мужей на это дерзкое требование, если бы ни одна деталь - на заседание Совета Ричард пришел вместе со своим предком. Причем не с предполагаемым эволюционным, а самым что ни есть непосредственным. Молчаливое присутствие маститого папочки нервировало членов Совета, и они решили удалиться на совещание. Решение было суровым: "Вы получите деньги, но не вздумайте снова показываться здесь, если ничего не найдете!". Знал бы Совет, что, давая волю дилетанту, он подписывает приговор обезьяночеловеку.

Сказано - сделано. Условия контракта были ясны, и Ричард, в том же году перенявший от отца руководство Национальным музеем Кении, приступил к раскопкам на Восточном побережье озера Рудольф (ныне - Туркана). Поначалу все шло гладко. За несколько лет сотрудники экспедиции нашли и описали несколько десятков "австралопитеков", а также множество каменных орудий. Сенсационная находка была сделана в августе 1972 года. Это был довольно хорошо сохранившийся обыкновенный человеческий череп, получивший название KNMER 1470 (Кенийский Национальный музей, Восточный Рудольф, 1470 - номер по каталогу). Там же были найдены и человеческие бедренные кости. Вся беда заключалась в том, находки были сделаны в слишком древней страте. При использовании тех же принципов датирования, что применяются к обезьяночеловеку, возраст находки составлял 2.9 млрд. лет, т.е. обладатель этого черепа был на целый миллиард лет старше любых своих обезьяноподобных предков.

Опытный естествоиспытатель просто запрятал бы находку подальше, и уберег бы этим и себя, и своих коллег от лишней головной боли. Ведь если человек существовал раньше переходных форм, кем были эти формы? Но горячий и наивный Лики-младший стал трубить о своей находке и ее значении во все рога. "Или мы выбрасываем этот череп, или мы выбрасываем все наши теории, касающиеся раннего человека", - заявил он в National Geographic в июне 1973 г. Череп экспонировался в Лондоне, и все антропологи признали его "вполне человеческим". Над иерихонскими стенами эволюционного антропогенеза нависла угроза разрушения. Директор Йоркского Центра по изучению приматов Джеффри Борн даже всерьез выдвинул альтернативную теорию, что не человек произошел от обезьяны, а наоборот, обезьяна является дегенеративной ветвью человечества. Хотя эта теория была более состоятельна, чем идеи животного происхождения человека, она не устраивала ни поклонявшихся обезьяноподобному предку, ни отвергавших его. Конфликт насилу замяли, пересмотрев представления о возрасте находки и присвоив ей наименование Homo habilis, т.е. превратив ее в собственного же предка.

Но было ли открытие Ричарда Лики чем-то новым? Неужели раньше следы человека никогда не обнаруживались в неправильной страте? Нет, это не так. Просто эту находку из-за энтузиазма и легкого доступа ее автора к академической прессе (как-никак сын самого Лики!) не удалось замолчать. На самом же деле присутствие человека можно найти практически в любой геологической страте. Это - окаменелости, отпечатки ног, инструменты, посуда, украшения, монеты и проч. И многие из этих находок не удается списать ни на розыгрыш, ни на захоронение, ни на подвижку слоев. Остается последний аргумент - загадка науки. Факты, которые нас устраивают, сколь мало бы их не было, - наука, остальное же - ее загадка. На самом деле не противоречит фактам лишь одно объяснение - геологическая колонна никак не связана с миллионами лет, все ее слои отложились в бытность человека. Соответственно, все ископаемые формы животных - известные и неизвестные - были современны человеку, и ни одно из них не может считаться его предком.

Первая жертва расизма

Много месяцев плыли мы, много недель,
Нам бывало и мокро и жарко,
Но нигде не видали - ни разу досель! -
Ни малейшего проблеска Снарка.
Плыли много недель, много дней и ночей,
Нам встречались и рифы, и мели;
Но желанного Снарка, отрады очей,
Созерцать не пришлось нам доселе.

Окаменевшие останки древних людей, обладавших некоторыми характерными особенностями черепа (удлиненная форма, низкий лоб, сильно развитые надбровные дуги, массивная, но почти лишенная подбородка нижняя челюсть), искривленными длинными костями скелета и увеличенными суставами, находили и раньше. Известны находки 1700 года в Каннштадте (Германия), 1829 - в Бельгии, 1848 - на северном склоне Гибралтарской скалы. Самая знаменитая такая находка была сделана в 1856 г. близ Дюссельдорфа, в узкой долине реки Неандер (приток Рейна), которая так и называется - Неандерталь (долина Неандера). По ней и получил наименование этот тип древнего человека - Неандерталец.

Ввиду характерной кривизны ног обнаруженного в Неандере человека было сделано заключение, что большую часть жизни он проводил в седле. Предполагалось даже, что это - казак-монгол, дезертировавший в 1814 году из русской кавалерии, настигавшей уходившие за Рейн войска Наполеона.

Особого внимания на прочие физиологические особенности неандертальца тогда не обратили - люди бывают всякие. Может быть, об этой находке забыли бы так же, как и об остальных, если бы не обезьяномания, разразившаяся через три года вслед за выходом в свет Дарвиновского "Происхождения видов". Неандертальца сразу же попытались втиснуть в "генеалогическое древо человека". Но диагноз, который поставил неандертальцу светило патологической анатомии Рудольф Вирхов, быстро охладил пыл обезьянопоклонников. Вердикт гласил: это - обыкновенный человек, но страдавший рахитом в детстве и артритом в старости, имевший плохо сросшийся перелом локтевой кости, а также стойко перенесший два-три сокрушительных удара тяжелым предметом по голове.

И все-таки множество новых находок неандертальца, сделанных на фоне непрерывного роста острой ностальгии по животному предку, усиливало соблазн заполнить за счет неандертальца хотя бы одну вакансию в родословной человека. Именно такова, по-видимому, была мотивация профессора парижского Института палеонтологии человека Марселена Буля, когда в 1908 году он взялся воссоздать внешний облик неандертальца по полному скелету старика, найденному близ деревни Ла-Шапель-о-Сен.

Буль внес в свою модель ряд весьма интересных деталей. Большие пальцы ног он расположил так же, как на руках, превратив человеческие стопы в обезьяний хватательный орган. Таким образом, неандерталец должен был ходить как шимпанзе, опираясь на внешний край подошвы. Коленный сустав, восстановленный Булем, не разгибался полностью, что вынуждало неандертальца передвигаться на полусогнутых ногах. Позвоночник был выполнен совершенно прямым, а голова настолько выдвинута, что неандертальцу приходилось истошно задирать ее лишь для того, чтобы посмотреть вперед. В результате этой реконструкции на свет и появилось то несуразное существо, которое нам известно под именем неандертальца по картинкам в учебниках и научно-популярных публикациях.

Трудно поверить, что, будучи экспертом в палеоантропологии, Буль допустил все эти ошибки случайно. Тем не менее, мнение Вирхова больше не было препятствием - всякий мог взглянуть и убедиться, что неандерталец - человек с типично обезьяньими чертами. Правда, появилась еще одна проблема: старик из Ла-Шапель-о-Сен имел объем мозга 1600 см³. Эта величина значительно превышает среднее значение объема мозга современного человека, но характерна как для неандертальца, так и для Кроманьонского древнего человека, в человечности которого никто никогда не сомневался. Конечно, размер мозга - не показатель интеллектуальных способностей, но именно этот параметр применяют, создавая эволюционные последовательности промежуточных звеньев между обезьяной и человеком. Возникает вопрос: какой эволюционный процесс мог привести к последовательному увеличению объема мозга у предков человека вплоть до неандертальца и кроманьонца, а потом - к снижению этого параметра до нашего с вами уровня.

Для объяснения этой загадки был выдвинут целый ряд смелых гипотез - одна экзотичнее другой. Так, например, биолог Эрнст Майер из Гарвардского университета предположил, что на ранних этапах развития человеческого мышления наиболее сообразительные представители общества добивались значительно больших успехов в труде и личной жизни, а потому оставляли более многочисленное потомство. Но со временем товарищеские коллективы неандертальцев разрослись настолько, что мудрые вожди человечества стали не в состоянии держать всех своих соплеменниц под постоянным наблюдением, и бесконтрольные связи на стороне свели действие интеллектуального отбора на "нет". Антрополог Лоринг Брейс из Мичиганского университета, со своей стороны, предполагает, что всему виной - появление речи. Как только неандерталки научились разговаривать, изысканные методы, использовавшиеся представителями наиболее смышленой элиты, дабы добиться благосклонности спутниц жизни, стали достоянием общественности, и те лишились своей монополии в вопросах семьи и брака. Наверное, именно тогда будущий человек впервые задумался о необходимости законодательной защиты прав на интеллектуальную собственность.

Авторы подобных выдумок как бы не замечают двух моментов. Во-первых, вне развитого человеческого общества с устойчивым морально-этическим сознанием и твердыми представлениями о добродетели, решающим в дележе пищи и соревновании за самку является не уровень интеллекта, а острые когти и крепкие зубы. Тяжелый кулак тут куда более весомый аргумент, чем гарвардский диплом.

Во-вторых, известно, что и современный-то человек не использует возможностей своего мозга даже на 10%. Как же столь большой орган появился в результате эволюции? Ни один из эволюционных механизмов, предложенных Дарвиным и его последователями, не ведет к появлению сверхдолжных характеристик, не дающих эволюционного преимущества.

Как тонко подметил Курт Воннегут в своей блестящей литературной фантасмагории Галапагосы: В те давние времена [имеется в виду 1986 год - С. Г.] почти у всякого индивидуума мозг весил порядка трех килограммов! Не было предела злым козням, которые столь непомерно разросшийся мыслительный аппарат мог задумать и осуществить... Можно ли сомневаться, что трехкилограммовый мозг некогда представлял собой почти роковой дефект с точки зрения эволюции человеческого рода... И если бы мне довелось дать критический отзыв о человеческом организме, каким он был миллион лет назад [т.е. в 1986 году - С. Г.] - в том числе и у меня - словно речь идет о машинах, которые некто вознамерился выпустить на рынок, то у меня было бы два основных замечания. Одно из них я уже не раз делал на протяжении своего рассказа: Мозг чересчур велик, чтобы быть практичным в использовании. Второе же я бы сформулировал следующим образом: Вечно что-то не ладится с нашими зубами. Обычно их не хватает на срок, сопоставимый с продолжительностью жизни. Каким событиям в ходе эволюции должны мы быть благодарны за то, что вынуждены ходить с полным ртом крошащихся черепков?

Чем больше мы узнавали о неандертальце, тем труднее было считать его примитивным существом. Неандертальцы были распространены по всей Европе от Крыма до Испании. Жили они, как правило, в хижинах, зачастую строившихся у входа в пещеру. Готовили пищу на огне, порой используя раскаленные каменные плиты в качестве сковороды, а недостаток дров (во время оледенения растительность Европы была не очень буйной) восполняли высушенными костями. Неандертальцы изготавливали не только орудия труда, но и музыкальные инструменты. Флейта из кости голени медведя, найденная в одном из неандертальских поселений в окрестностях г. Нова Горица (Словения), не отличалась по строю от современной и имела основной тон си-бемоль. В глубине одной из пещер на юге Франции было обнаружено сложное квадратное сооружение, возведенное неандертальцами из обломков сталактитов и сталагмитов (Science, January 26, 1996, p. 449), свидетельствующее об умении наладить освещение и существовании сложного языка с абстрактными геометрическими понятиями, без которого создатели этой конструкции не смогли бы взаимодействовать.

Неандертальцы имели представление о жизни после смерти, и хоронили своих умерших. Как показал пыльцовый анализ захоронения в пещере Шанидар в Ираке, погребальные обряды сопровождались обильным возложением цветов - васильков, чертополоха, гиацинтов, штокрозы, хвоща. Среди захоронений нередко обнаруживают калек, получивших не дающие надежды на улучшение увечья за много лет до смерти. Такие соплеменники при жизни требовали заботы и ухода, а значит в этом обществе существовали представления о милосердии и сострадании. Встречаются смешанные захоронения неандертальцев и людей современного типа, а в 1908 г. было обнаружено (Nature №77, 1908, p. 587) захоронение неандертальца в железной кольчуге и с железными наконечниками стрел...

Сомнения в достоверности реконструкции Буля ширились с каждым новым открытием, и в 1957 году Вильям Штраус (Университет Джона Хопкинса) и Энтони Дж. Э. Кейв (Медицинский колледж Госпиталя св. Бартоломео) вынуждены были вновь заняться неандертальцем из Ла-Шапель-о-Сен. Вот тут-то и обнаружились все ошибки булевской реконструкции. Как выяснилось, пациент Буля страдал тяжелой формой артрита, что и привело к деформации позвоночника и челюсти. В остальном же (включая стопы, а также коленный и тазобедренный суставы) старик ничем не отличался от современных нам людей.

Вывод был таков: "Если бы мы могли оживить его и - предварительно помыв, побрив и одев в современный костюм - поместить в метро Нью-Йорка, никто из пассажиров не обратил бы на него особого внимания". Впрочем, после 1957 года наш мир весьма изменился, и теперь для достижения того же эффекта мыть и брить "неандертальца" вовсе не обязательно. Основной проблемой неандертальцев был хронический рахит, а он, как известно, вызывается недостатком в организме витамина D. О дефиците витамина D свидетельствует не только форма костей неандертальца, но также и их лабораторный анализ. Это может быть вызвано тремя причинами - как по отдельности, так и в совокупности.

Во-первых, количество витамина D в организме может регулироваться рационом питания. Так, хорошим источником этого витамина является жирная рыба. Однако, хотя в кроманьонских поселениях мы находим множество рыболовных снастей, данных о рыбной ловле среди неандертальцев не существуют - они предпочитали мясную диету. Об этом же свидетельствуют и столь большие надбровные дуги, состоящие из мягкой костной ткани, наращиваемой под воздействием мускулатуры лица при пережевывании грубой пищи.

Вторым источником витамина D является ультрафиолетовое излучение. Обнаруживаемые нами неандертальцы жили в эпоху оледенения, и испытывали его недостаток. И если неандертальцы были темнокожими (а это, как известно, в основном определяется лишь количеством в коже вещества, называемого меланин), то такой признак должен был быть для них роковым, и в результате вырождения в северной Европе темнокожей расы, теперь эту территорию заселяют потомки успешно переживших оледенение кроманьонцев, отличавшихся патологическим отсутствием меланина в коже.

Третьей причиной рахита вполне мог быть наследственный сифилис, столь распространенный среди вырождающихся человеческих рас. Рахит и сифилис настолько взаимосвязаны в примитивных культурах, что ни один врач не берется различить их без специальной аппаратуры.

Если же мы отбросим признаки, вызванные заболеваниями, неандертальские черты по сей день распространены среди жителей северо-западной Европы - Англии, Дании, Норвегии, Финляндии. В ископаемых формах эти характеристики можно обнаружить не только в Европе. Ими, например, обладают человеческие останки, найденные в долине реки Соло на Яве, в пещере Тешик-Таш в Узбекистане, а также в Китае, в Центральной и Северной Африке.

Эти же черты характерны и для представителей человеческой семьи (мужчина, женщина и ребенок), найденных в 1921 году в Северной Родезии горняками, добывавшими цветную руду. Когда эта находка поступила в Британский музей естественной истории, герой Пилтдауна сэр Артур Смит Вудворд, признал совершенно человеческие характеристики Родезийского человека, после чего передал его на реконструкцию... орнитологу (т.е. специалисту по пернатым) У. П. Пайкрафту. Пайкрафт в соавторстве с уже известным нам Графтоном Эллиотом Смитом и другими сотрудниками музея опубликовал результаты исследования, определив это существо, как Cyphanthropus rhodesiensis - недо-человек сутулый Родезийский, т.е. находке было отказано даже в принадлежности к роду Homo, а гордое имя Родезийский, повидимому, должно было отличать ее от других - пока еще не открытых - сутулых недо-человеков.

Сутулость Родезийского человека была установлена по неправильно выполненной орнитологом реконструкции тазобедренного сустава, в результате чего колени были вывернуты наружу, а стопы - вовнутрь. Лишь своевременное вмешательство профессора Ле Грос Кларка, обнаружившего ошибку, уберегло нас от появления в учебниках еще одного предка. Но в Homo sapiens Родезийский человек попал не сразу. Поначалу он был зачислен в клуб Homo erectus, который было предложено распустить лишь в 1993 г. (New Scientist, January 16), поскольку все ископаемые в нем действительно принадлежали человеку, за исключением обезьяньего черепа Яванского питекантропа.

Как ни обидно, диагноз, поставленный Вирховым, опять оказался правильным, и неандерталец - всего лишь расовая разновидность человека, гораздо более близкая к европеоидной расе, чем какая-либо иная.

Вообще удивительно, насколько серьезно многие люди воспринимают расовые различия - цвет кожи, или например, разрез глаз - в то время, как под кожей мы все одинаковы. Как бы мы не отличались внешне, то, что объединяет нас, гораздо более фундаментально: мы все связаны реальными генетическими узами, и это не просто библейские сказки, а научно установленный факт. Так, выяснилось (Nature, January 1, 1987, p. 31), что код молекулы ДНК, содержащиеся в митохондриях клеток человеческого организма, совершенно одинаков у всех людей мира - австралийцев, азиатов, американцев, африканцев, европейцев. Поскольку случайное совпадение столь сложного кода исключено, эту молекулу все мы могли получить только по наследству. Митохондрии являются энергетическими станциями клетки и находятся вне ее ядра, а потому всегда передается детям от матери. Таким образом все человечество, населяющее планету, имеет единую праматерь, которая была таким же человеком, как и мы с вами.

Изучение генетического кода человека в японском Университете передовых исследований показало (Science, January 16, 1995), что генофонд двух людей из разных концов света более схож, чем у двух горилл из одного леса в западной Африке. Заключительным аккордом этих исследований явилось сообщение (Independent, November 23, 1995), что строение Y-хромосомы, контролирующей мужские половые признаки, также совпадает на уровне общего предка у представителей всех типов человека, населяющих землю. Так что праотец у нас тоже общий. И вне зависимости от того, нравимся мы друг другу или нет - мы с вами одной крови, вы и я!

Литература

Бауден Малкольм. "Обезьянообразный человек - факт или заблуждение?". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1996 - 224 с.
Брюс Фредерик. "Документы Нового Завета: достоверны ли они?". Чикаго: Slavic Gospel Press, 1988 - 160 с.
Виланд Карл. "Камни и кости". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1994 - 48 с.
Головин Сергей. "Всемирный потоп: миф, легенда или реальность?". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1994 - 80 с.
Констэбл Джордж. "Неандертальцы (Возникновение человека)". М: Мир, 1978 - 160 с.
Литтл Брюс. "Откуда мы знаем. Религиозная эпистемология". Симферополь: Крымско-Американский Колледж, 1996 - 96 с.
"Проблемы теории эволюции. Сборник статей для студентов и преподавателей". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1994 - 40 с.
Роузвер Дэвид. "Наука о сотворении мира". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1995 - 160 с.
Роузвер Дэвид. "Происхождение человека". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1996 - Буклет №18.
Тейлор Пол. "Сотворение. Иллюстрированная книга ответов". С.Пб: Библия для всех, 1994 - 128 с.
Уайлдер-Смит А.Е. "Происхождение человека, предназначение человека". Стефанус, 1995 - 280 с.
"Ученые - о теории эволюции". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1995 - 52 с.
Хайнц Томас. "Творение или эволюция?", Издание третье, исправленное. Чикаго: Slavic Gospel Press, 1990 - 160 с.
Чапмен Джефф. "Теория эволюции и святость человеческой жизни". Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1995 - Буклет №8.
"Человек и христианское мировоззрение", Выпуск 1. Симферополь: Крымское отделение АН Украины, 1996 - 400 с.

Baugh Carl E. Dinosaur - Orange, California, USA: Promise Publishing Co., 1991 - 2nd print - 173 p.
Bliss Richard B., Parker Gary E., Gish Duane T. Fossils: Key to Present - San Diego, California, USA: C. L. P. Publishers, 1990 - 3rd print - 81 p.
Bowden Malcolm. The Rise of the Evolution Fraud - Bromley, Kent, UK: Sovereign Publications, 1982 - 232 p.
Bowden Malcolm. True Science Agrees with the Bible - Bromley, Kent, UK: Sovereign Publications, 1997 - 600 p.
Brown Walt. In The Beginning - Phoenix, AZ, USA: Center for Scientific Creation, 1995 - 230 p.
Cousins Frank W. Fossil man - Evsworth, Hants, UK: A. E. Norris & Sons Ltd., 1971 - 107 p.
Davidheiser Bolton. The Scopes Trial.//In: Evolution and Christian Faith - Grand Rapids, Michigan, USA: Baker Book House, 1969 - 5th print - Pp. 88 - 105.
Gish Duane T. Evolution: The Challenge of the Fossil Record - El Cajon, California, USA: Creation-Life Publishers, 1992 - 7th print - 278 p.
Grigg Russell. Ernst Haeckel: Evangekist for evolution and apostle of deceit/Creation ex nihilo, 1996. Vol.18, #2 - Pp. 33 - 36.
Ham Ken, Taylor Paul. The Genesis Solution - Grand Rapids, Michigan, USA: Baker Book House, 1992 - 6th print - 126 p.
Herbert David. Charles Darwin’s Religious Views - London, Ontario: Hersil Publishing, 1990 - 104 p.
Johnson Phillip E. Darwin on Trial - Downers Grove, Illinois, USA: InterVarsity Press, 1991 - 195 p.
Lubenow Marvin L. Bones of Contention - Grand Rapids, Michigan, USA: Baker Book House, 1992 - 295 p.
Moore John N. Note on Scopes Trial./Creation Research Society Quarterly, Vol.6, #4. Pp. 171, 203.
Shaeffer Francis A. How Should We Then Live? - Wheaton, Illinpois, USA: Crossway Books,1993 - 13th print - 288 p.
Sunderland Luther D. Darwin’s Enigma. Santee, Califorrnia, USA: Master Books Publishers, 1988 - 180 p.
Tinkle William J. Creationism in the Twentieth Century./Creation Research Society Quarterly, Vol.10, #1. Pp. 44 - 47.
Whitcomb John C., Morris Henry M. The Genesis Flood - Grand Rapids, Michigan, USA: Baker Book House, 1993 - 36th print - 518 p.
White Monty A. J. The caring Neandertal./Creation ex nihilo, Vol.18, #4 - Pp. 16 - 17.