Но многие либеральные наблюдатели на Западе и даже в России ждут еще чего-то, а именно - смутных обещаний скорой весенней оттепели. Дескать, оковы тяжкие падут и при мне все будет как при бабушке, то есть в 2000-2002 годах. В "золотой век" раннезрелой путинщины, когда укрощенное быдло уже загнали в стойло, но на элитные коньячные свободы еще никто всерьез вроде бы не покушался.

Может быть, и дождутся. Обещания оттепели прозвучат зимними намеками. Не случайно все это холопское действо 22 января называется "Общероссийский гражданский форум". (Если я ничего не путаю, на первом Гражданском форуме, состоявшемся много исторических лет назад, в президиуме Владимир Путин соседствовал с самой Людмилой Алексеевой, а в Кремлевском Дворце съездов, отданном в аренду гражданскому обществу, царила переворотная атмосфера бутербродов с мороженой рыбой.)

Впрочем, поверьте, друзья: слушать Д.А. Медведева (как прежде - В.В. Путина) - занятие пустое и неблагодарное. Преемник (как и его предшественник) вам расскажет все что угодно, лишь бы вы максимально долго оставались довольны. Смысл и содержание медведевской России, увы, ясны безо всяких форумов и широко объявленных бумажных программ.


Настоящий преемник

Перед режимом, который можно условно назвать "путинским" (поскольку идеологом его был вовсе не случайно-перепуганный подполковник, дважды честно отказывавшийся от рокового поста), изначально (1999-2000) стояли три основные задачи.

1. Защита результатов "большой" (индустриально-инфраструктурной) приватизации 1990-х годов вкупе с доведением этой приватизации до логического конца.

2. Легализация российской правящей элиты, сформировавшейся в целом в 1993-1999 годах, равно как и подконтрольных этой элите капиталов (активов) на Западе (то есть там, где права собственности действительно гарантированы, а в колбасу не подкладывают гвоздей).

3. Упразднение советской социальной системы, предполагавшей широкий спектр бесплатных государственных услуг населению и перекрестное субсидирование граждан предприятиями, и замена ее на классическую постсоветскую (то есть присущую странам третьего мира), при которой гражданин платит за все полную стоимость, государство и корпорации ничего, ровно ничего ему не должны, а если нечем платить - его (твоя) проблема.

Сегодня, по истечении восьми лет путинского управления, можно констатировать, что первая и третья задачи в основном решены.

Ни ревизии приватизации, ни выплаты каких-либо компенсаций за бесплатное разгосударствление огромной индустрии, построенной "неэффективной" (как сейчас принято считать в правящих элитах) советской властью, не потребовалось и не случилось. Кто бы что ни говорил, но Роман Абрамович, Олег Дерипаска, Михаил Фридман, Виктор Вексельберг, Владимир Потанин, Вагит Алекперов и др. стали за минувшие восемь лет намного богаче и влиятельнее, чем при Борисе Ельцине. Сколько бы они ни делали торжественный вид, что подчиняются теперь некоему "государству", которое де-факто остается всего лишь орудием воплощения их частных интересов.

Решение избавиться от Владимира Гусинского и Бориса Березовского было принято еще "семьей" Бориса Ельцина в 1998-1999 годах, и появление двух первых "опальных олигархов" - не чрезвычайное происшествие, но закономерное следствие реализации проекта "Путин". Что же касается Михаила Ходорковского, то он сам первый нарушил приватизационную круговую поруку, поставив вопрос о тайных бенефициарах "Роснефти" и "Сургутнефтегаза". И система, чьей приоритетной целью была (и остается) легализация приватизации, вполне системно ему ответила.

Состав выгодоприобретателей приватизации несколько расширился за счет старых друзей Путина по былым временам, но на логике и конституции системы это никоим образом не сказалось.

Задача номер три тоже близка к окончательному решению. Бесплатное образование и здравоохранение для всех заменены на соответствующие платные услуги для немногих. Советская очередь на жилье - на грядущую труднодоступную ипотеку. Цены на газ, свет и тепло растут и приближаются к мировым стандартам.

Правда, идеологи постсоветской социальной системы в силу своего поверхностно-паразитического отношения к жизни пока еще не поняли, что в таких сферах, как образование, наука, медицина, важна школа. Каковая неизбежно разрушается при отсутствии постоянного воспроизводства и массового спроса на соответствующие социальные услуги. Так что врачей и преподавателей "для богатых" все равно скоро придется завозить из-за границы. Но это уже другой вопрос, с которым, кстати, столкнется в своей черствой практической деятельности преемник Медведев. А пока у них с социальной реформацией все хорошо.

Правда, так называемые "национальные проекты", которые должны были подсластить антисоветскую пилюлю горькому русскому народу и одновременно позиционировать Медведева как лучшего и социальнейшего, провалились. Но, в конце концов, тоже не большая беда: снявши голову, зачем плакать по остаткам седых имперских волос?

Настоящие проблемы остаются только с задачей номер два. Потому что легализовать временных хозяев постсоветской русской жизни и захваченные ими сокровища там, на Западе, пока не удалось.

Поначалу (2000-2004) казалось, что все будет совсем легко и приятно. И западные лидеры системы "Шредер-Берлускони" как-то подозрительно быстро падали в путинские коррупционные объятия. И крупные корпорации - от E.ON до Eni - с присущим бизнесу прагматизмом выразили готовность обслужить путинскую элиту по высшему разряду, невзирая ни какие авторитарно-воровские проблемы на 1/7 (бывшей 1/6) части суши.

Но потом механизм "бархатной легализации" забарахлил. Сначала оранжевая революция на Украине показала, что никаких гарантий своим сукиным детям в бывшем СССР Запад на самом деле не дает. Дальше явились Ангела Меркель и Романо Проди, и коррупционная ось Москва-Берлин-Рим оказалась смыта спиртом кричащей современности. А там еще и воплощение новорусской нравственности Прохоров со скандалом покидает Куршевель, и Луговой с эротической каплей полония получает британский волчий мандат, и много еще чего. Оказалось, что Запад деньги принять отчасти готов, но позволить российским деньговладельцам еще и ноги положить на священно-каменный стол не получится.

Путин пытался беситься и жаловаться: дескать, мы же к вам с деньгами, а не на танках (танки все равно уже проржавели до татарских костей), с кэшем, с налом, еб вашу мать, а вы что - нас, таких красивых, не берете?! Баблом нашим брезгуете, отмытым докрасна в ваших самых прозрачных банках? Так родились и мюнхенская речь, и другие танцы вприсядку, которые нервный Запад почему-то принял за начало холодной войны.

Но проблему все-таки надо было решать. Потому что Запад - он такой один, а провести остаток преприятственной жизни в Гонконге (не говоря уже о Хабаровске/Магадане) никому из нынешних РФ-временщиков совсем не хочется. Не для того они захватили в свое время власть в покинутой ее богом стране.

Отсюда и состоялся преемник Дмитрий Медведев. Несмотря на все политико-медицинские противопоказания. Ибо только человечек с имиджем настоящего либерала может получить от доверчивого Запада квадратный карт-бланш и завершить главное. Решение задачи под номером 2.


Праздник ожидания оттепели

Запад - это прямо вытекает из моего личного общения со многими дипломатами, журналистами и вообще наблюдателями - действительно ждет от президента Медведева демократизации с элементами гласности.

Запад можно обрадовать. Формально нечто подобное произойдет.

Если Путин с некоторых пор разыгрывал пошлую и мелкую (в духе "Комеди Клаба") пародию на Николая I, то Медведеву придется разыграть еще более скулосводящую пародию на Александра II. Царя, так сказать, освободителя.

Сначала всему честному человечеству напомнят, что к власти в РФ пришло-таки меньшее (ну просто очень маленькое) зло. А могла ведь победить и очень большая беда - в лице какого-нибудь титанового силовика по прозвищу "Иванов" или же ветхосовхозного ретрогада Зубкова. И чтобы не спугнуть маленькое зло, надо думать плохое только о том несостоявшемся великом зле и ругать его что есть мочи. Для такой ругани будут отданы мегаватты электронного эфира и гектары газетных полос.

Потом начнется создание многих невозможных структур свободы слова и гражданского общества. Например, Первый канал снова (как в 1995 году) преобразуют в Общественное телевидение и - страшно подумать! - контрольный пакет акций отдадут журналистам и другим вообщественным деятелям. То есть руководить-то каналом будут все те же люди, берегущие свою воровскую копейку настолько, что критиковать власти предержащие они просто не посмеют. Но зато всем станет ясно, что телевидение называется Общественным, а потому демократия уже победила. А кому неясно - тот, как выяснится, и есть агент большого и страшного (и потому навсегда проигравшего) зла.

Дальше на арену выйдут новейшей модели правозащитники. И выяснится, что недобитые оппозиционеры и вообще те, кто позволяет себе системно ругать власть, противостоят вовсе не Империи и ценностям Государства, как провоглашалось при микро-Николае-I. Нет, теперь, при нано-Александре-II, оппозиционеры будут опасными экстремистами, угрожающими основам демократии и правам человека. И чтобы защитить гражданские права и свободы от всех этих экстремистов, государство, воплощающее правозащитный дух, должно будет действовать так же решительно и коротко, как 3-4 октября 1993 года.

Отдельное внимание царь-освободитель уделит неугомонному Интернету. У него хватит ума и правды постепенно объяснить, что именно Рунет есть проповедник всемирного тоталитаризма, на что никогда нельзя закрывать бессонные государственные глаза.

Рафинированный до мозга ногтей Дмитрий Медведев явится миру уже не гонителем и душителем, как его простоватый предшественник, но как правоучредитель и свободотворец. И Запад ему зааплодирует - а что еще останется делать? И русский либерал, подуставший от борьбы с Кремлем, который последние десять лет старался воплощать этого либерала заветы, смирится с мыслью: жизнь не прошла зря - рассвет свободы встает над Курильскими островами, скоро он докатится и до центрально-черноземной полосы.

Оттепель наступит. Всеми грязными струями она прольется на наш толоконный лоб.


На самом деле

Но главная проблема медведевского царствования состоит не в закручивании гаек, умильно выдаваемом за либерализацию и демократизацию. Это еще цветочки маленького зла. Ягодки прорастут в другом месте.

Главное - перед страной стоят вопросы, которые поколение преемника не в состоянии даже осмыслить.

Например.

Как заниматься госуправлением в ситуации, когда 99% бюрократии уже коррумпировано и ни один даже самый монарший приказ не может быть выполнен без подкрепления в виде взятки?

Как переводить на профессиональную или любую другую основу армию, которой уже просто не существует? Развалилась, понимаешь?

Каким образом гарантировать энергетическую безопасность Западной Европы, если широко разработанных запасов нефти и газа через 2-3 года уже и для собственного внутреннего потребления не хватит?

Можно ли сдержать варварский рост цен на хлеб, молоко и мясо, если Российская Федерация давно и полностью зависит от импорта продовольствия, а на счастливом мировом рынке все дорожает?

Что делать с Северным Кавказом, если Ингушетия уже вышла из-под контроля, еще 2-3 республики на очереди, а мнимая чеченская покорность держится на одном волоске прямоходящего человека Рамзана Кадырова?

Как вести себя с масштабными техногенными катастрофами, которые просто неизбежны в стране, где 30 лет никто не вкладывал ничего серьезного в инфраструктуру?

Какие преобразования вообще можно проводить в государстве-обществе, где уровень социальной энтропии достиг максимальных значений - проще говоря, всем на все наплевать?!

На первое время можно зажмурить глаза и сконцентрироваться на защите свободы от экстремистов. А после?

Никакой тиран никогда не был так страшен для России, как правитель, который в принципе не понимает, что происходит. А таких только в двадцатом веке было не меньше двух.

Приготовимся же жить и выжить в стране "Медведев".

Ваше имя
E-mail

Ваш комментарий:

— скажите волшебное слово (или пропишитесь на Городе)