В поисках погибшего добровольца. Слухи как оружие массового поражения

«В Томск пришел груз 200 с юго-востока Украины», – такую новость начали распространять пользователи томских соцсетей в минувшие выходные. Сочувствующие киевскому режиму томичи утверждали, что хоронить жителя нашей области будут тайно. Однако никакой ссылки на источник информации указать никто не мог.

Одна из томских газет провела расследование и установила, что на данный момент потери томских добровольцев, уехавших защищать Донбасс, исчисляются одним раненым. Погибших на 12 февраля нет, груз 200 в Томскую область не приходил. В нашем регионе это уже второй случай вброса дезинформации о томских добровольцах в Донбассе.

Откуда ноги растут?

Для меня эта история началась субботним вечером, 7 февраля, когда я зашел в «Фейсбук» (ФБ) посмотреть, чем дышит народ в соцсетях. Там меня ждало личное сообщение от коллеги по журналистскому цеху Александра (фамилию он просил не указывать): «Дим, не подскажешь случаем, где и когда будут хоронить мужика, привезенного с юга-востока Украины в гробу?»

Подумав, что пропустил важную информацию, я перерыл Интернет, но ничего по этому поводу не обнаружил. Однако вскоре в том же ФБ некая оппозиционная дама, споря со мной по поводу Донбасса, неожиданно предложила: «Вы лучше расскажите нам, что произошло с томичом, который вернулся грузом 200». На мой вопрос, что ей известно про груз 200 и из какого источника, она сообщила: «Письменного источника нет. Разговоры, ссылки на сообщение родственницы».

И тут же дама добавила нечто совсем удивительное: «Значит, вы, Дмитрий, не знаете его имени. Источник считает, что уж вы-то должны знать…» То есть этот таинственный источник не только озвучил информацию о гибели томича в Донбассе, но и сообщил, что именно я, политический обозреватель «Томских новостей», почему-то должен знать имя погибшего. Теперь стало понятно, почему Александр как бы ненароком спросил меня о месте и времени похорон…

Через некоторое время я нашел первоисточник трагического известия про гибель томича в Донбассе. Им оказался мой знакомый Виктор – бывший опер-уполномоченный уголовного розыска, а ныне радикальный оппозиционер, который год назад вычеркнул меня из списка своих друзей из-за разногласий по поводу Украины. 7 февраля на своей страничке в ФБ он написал: «Утром разбудил звонок друга. Дождались… Первый из 30 уехавших вернулся. Как и положено – в гробу… 50 лет было. Ума вот только не было…»

Автора сообщения тут же забросали вопросами про личность погибшего, а также про дату, место и время его похорон, для того чтобы прийти на кладбище и молча там постоять, выражая свою позицию по поводу «агрессии России на Украине». Но оказалось, что никаких подробностей Виктор не знает, а имени своего друга назвать, разумеется, не имеет права. Стоит отметить, что он выступил против акции на кладбище.

Среди вопрошавших был и Александр. Отвечая ему, Виктор и упомянул мое имя: «У меня нет каналов в той среде, Саша. Я не журналист. Я давно и плотно дистанцируюсь от крымнашистов. Спроси своего френда Евсейчука Диму – а пойдет ли он на похороны?»

Вот из-за этого ответа люди и решили, что мне известно об этой истории больше, чем остальным. Пришлось соответствовать.

«Все наши живы»

«30 уехавших» – это группа жителей Томской области, которые 5 декабря прошлого года добровольно отправились в Луганск, чтобы защищать Луганскую Народную Республику от украинской армии. Отправка 31 добровольца в возрасте от 23 до 50 лет проходила открыто, под объективом телекамеры ТВ-2. Большинство из них воевали в Афганистане и Чечне, остальные в армии служили, но боевого опыта не имели.

– На данный момент все наши живы, потерь нет, – сообщил председатель томской региональной ассоциации «Офицерское собрание» Андрей Шарков, один из организаторов отправки томских добровольцев. – Мы ежедневно общаемся с ними по телефону, так же, кстати, как и их родственники. Четверо томичей уже вернулись домой, так как уезжали туда временно, кое-кто вообще за счет своего отпуска. Остальные в составе армии ЛНР держат сейчас оборону вокруг дебальцевского котла, отражают попытки прорыва украинских силовиков из окружения. Они вою ют вместе, в одном взводе, кроме нескольких человек, которые перевелись в другие подразделения. Один получил ранение средней степени тяжести, причем тот, кто воевал в другой части. Он лечится в госпитале Луганска.

По словам Андрея Шаркова, полной информации у него нет только о судьбе так называемых аборигенов – тех, кто поехал в Донбасс из Томска самостоятельно. Возможно, кто-то из них погиб или пропал без вести, но пока об этом ничего не известно, их родственники к нему и другим организаторам отправки не обращались. В любом случае груз 200 в Томскую область не приходил.

– Если вдруг, тьфу-тьфу, с нашими парнями что-то случится, скрывать этого мы не будем, – говорит Андрей Шарков. – Во-первых, они поехали туда официально. Во-вторых, ничего постыдного тут нет, напротив, их решение безвозмездно, за идею защищать жителей Донбасса заслуживает всяческого уважения. И, в-третьих, это просто бессмысленно, такую трагедию не скроешь.

Казачий вопрос

Один из источников СМИ вспомнил, что слышал от томских казаков, будто один из их товарищей погиб в Донбассе в октябре прошлого года. Но в Томск его не привозили, а похоронили в Луганской области.

Однако советник губернатора по вопросам казачества Александр Живоглядов этот слух опроверг.

– Слухи это все! – заявил Александр Живоглядов. – Я бы сразу об этом узнал. Но на всякий случай специально опросил всех томских атаманов, и они подтвердили, что в октябре прошлого года никто из их казаков в Донбассе не погибал. Кроме того, я сам говорил с человеком, который приехал оттуда два месяца назад. Он тоже о каких-то потерях среди томских казаков не слышал.

Слова вместо бомб

Учитывая, что организаторы отправки томичей в Донбасс являются лицами заинтересованными, мы обратились к ряду других людей, могущих обладать информацией о судьбе добровольцев. Но и они о грузе 200 ничего не знают.

– Обычно к нам в таких случаях обращаются родственники тех, кто служит в армии или находится в зоне боевых действий. Либо для того, чтобы узнать информацию, либо чтобы помочь похоронить, – говорит председатель томского комитета родителей военнослужащих Лидия Александрова. – Но по поводу тех, кто поехал в Донбасс, к нам еще никто не обращался. Я не знаю, откуда взялась информация о гибели томича. Проверила уже по всем своим каналам – никто ничего не знает. Если бы это было правдой, родственники погибшего давно бы уже подняли шумиху, это однозначно.

По словам Лидии Александровой, в Донбасс отправляют далеко не всех, кто этого хочет. Поэтому часть добровольцев пытаются попасть туда через каналы в Новосибирске. Но и в Новосибирске про гибель томича никто не знает. Про тех, кто едет в Донбасс самостоятельно, сказать что-либо сложно, так как трудно найти человека, который нигде не зарегистрировался.

– Когда добровольцы отправляются туда легально, например через афганский центр, мы все про них знаем. А когда самостоятельно, то мы ведь даже не ведаем, за кого они там воюют, – негодует Лидия Александрова. – Может, некоторые в украинской нацгвардии служат? Я понимаю, что кому-то хочется показать, что на Украине гибнут российские ребята, которых потом тайно хоронят в безымянных могилах. Но пусть тогда они спрашивают про это у тех, кто такие слухи распускает!

Свое возмущение Лидия Афанасьевна объясняет тем, что слухи о погибших бьют в первую очередь по родителям и родственникам солдат срочной службы. Они уже и так напуганы сообщениями «правозащитников» о том, что после шести месяцев службы срочникам предлагают подписать контракт, после чего отправляют воевать на Украину. А призывники, начитавшись таких новостей в Интернете, начинают «делать себе разные болячки», чтобы не идти в армию.

Администрации муниципальных кладбищ Томска сообщили, что на их территории давно не было захоронений, связанных с грузом 200.

Несмотря на то что в большинстве случаев страшные новости не подтверждаются, слухи о них создают в обществе атмосферу страха и нервозности. То есть служат мощным оружием информационной войны. Хотя большинство тех, кто такие слухи распространяют, искренне считают, что борются за правое дело.

Исчерпывающий ответ

Собранной мной информацией я поделился с Виктором и посетителями его странички в ФБ. И спросил Витю, почему его друг, знающий больше, чем все остальные, не ведает при этом даже имени и фамилии погибшего. Ведь сам Витя, как опытный опер, хорошо знает, что хоть какие-то концы можно найти в любом деле, даже самом засекреченном.

В ответ Виктор разразился оскорблениями: «Дмитрий, г…о твое расследование. А твой разведопрос об источнике информации – г…о еще большее))». Тогда я позволил себе вообще усомниться в существовании некоего знающенезнающего друга, снабжающего Виктора столь избирательной информацией.

Тогда Виктор, вывалив в мой адрес еще порцию оскорблений, отправил меня в бан. То есть сделал так, чтобы я не мог заходить к нему на страницу и видеть его посты и комментарии в ФБ. В принципе, это был исчерпывающий ответ на все мои вопросы.

Сибирский террорист в степях Украины

В ноябре 2014 года украинские сайты сообщили о том, что томич Александр Мосин находится на Украине, является наемником, террористом, мародером и входит в список лиц, которые «совершили преступления против мира, человечности, против законов войны: военные преступники, подлежащие Гаагскому трибуналу». Сам Александр Мосин этому очень удивился, так как находился в Томске и на Украине никогда не был. А его фотография в камуфляже, опубликованная на украинских сайтах, была сделана в Томской области

Координатор инициативной группы «Томичи помогают Новороссии» Ирина Байгулова рассказала «ТН» о том, как ей пришлось разоблачать эту ложь:

– В мае прошлого года инициативная группа граждан начала сбор гуманитарной помощи для жителей Донецка и Луганска. После сообщений в СМИ и социальных сетях о создании и деятельности группы «Томичи помогают Новороссии» от сторонников новой киевской власти на организаторов обрушился шквал оскорблений и обвинений в пособничестве «террористам, бандитам, убийцам». Бесполезно было объяснять, что гуманитарная помощь от томичей поступает в лечебные учреждения, детские дома и простым гражданам.

И для нас стало шоком, когда в очередной «дискуссии» в социальных сетях в качестве доказательства нашего «пособничества терроризму» нам предоставили публикацию на украинских сайтах «Груз 200» и «ЛостИван» («пропавший Иван»), которые разыскивают и публикуют информацию об убитых и пропавших без вести российских солдатах и «наемниках из России» на территории Украины. С их легкой руки один из организаторов группы «Томичи помогают Новороссии» Александр Мосин превратился в «российского наемника» и «террориста». С мутной формулировкой как «возможно, находящийся на Украине» и утверждением, что он принимает участие в убийствах и грабежах населения восточной Украины.

Сначала мы даже не знали, как реагировать на эту ложь. Писать опровержение и спорить с создателем сайта «Груз 200» Еленой Васильевой, которая однажды похоронила заживо целую футбольную команду? Глупо. Промолчать тоже нельзя, иначе подобные доносы будут поставлены на поток и кто знает, в чем в следующий раз обвинят томичей, спокойно живущих и работающих в Томске.

Поэтому я обратилась к нашим томским журналистам, которые рассказали об этом случае в СМИ. Справедливости ради отмечу, что после письменного обращения Александра Мосина к администратору сайта «ЛостИван» скандальная публикация была оттуда удалена. А мы сделали вывод, что любой томич, поддерживающий Новороссию, может стать «наемником и террористом».

Автор: Дмитрий Евсейчук