За тобой. Рассказ от Moi.

ЗА ТОБОЙ…

I.
             Франция. Дижон. Танцпол одного из самых модных ночных
клубов. Возле бара среди пьяных гламурных VIP-персон пока еще мирно
потягивает виски семнадцатилетняя девушка Эмма, высокая стройная шатенка
в замшевых сапогах и мини-юбке шоколадного цвета. Вместо блузки на ней -
сплошное декольте с подтянутой и роскошной не по ее годам грудью и
красивой тонкой шеей.
           В самый разгар вечеринки Эмма не отходит от бара - милое
создание, которое каждые двадцать минут заказывает двойной виски здесь
уже ни у кого не вызывает удивления…  Когда гламурная молодежь уже не в
силах пить, когда местные наркокурьеры уже устают предлагать посетителям
заведения "Экстэзи" и кокаин, когда DJ уже даже не обращает внимания на
play list треков, которые с неистовым грохотом сыплются из колонок,
когда уставшие танцовщицы в гримерках уже вытаскивают из трусиков
"честно заработанные" евро, девушка по имени Эмма в отчаянии отжигает на
полупустом танцполе под гонимую попсу… Алкоголь дает о себе знать, Эмма
в слезах вспоминает о Москве, о группе "Тату", о "Бригаде", о подруге
Оксане, которая, когда-то давно, где-то далеко была ее единственным
другом. Как странно! Прошло только три года, а Москва теперь где-то в
другой жизни…
           Когда деньги заканчиваются, Эмма подсаживается в баре к
какому-нибудь престарелому Дону Жуану, дабы выпить за его счет очередную
порцию спиртного, причем не пива или дешевого коньяка.
           А потом, когда уже безумно хочется спать, а автобусы давно не
ходят, по привычке стусуется с добродушным черным охранником - плохо
говорящим по-французски арабом - обвиняя своего спонсора-воздыхателя в
сексуальных домогательствах по отношению к несовершеннолетним.
           Десять минут спустя этот самый черный охранник избивает
"обидчика" до полусмерти, забрав у него все оставшиеся деньги. Но
полуживое тело уже прекрасно понимает, что обращаться в полицию, по
меньшей мере, не стоит, потому что любая его глупость чревата
необратимыми последствиями из-за пакетика кокаина, который черный
охранник якобы нашел в заднем кармане брюк несчастного.
           Позже Эмма уже пьет пиво в коморке черного охранника. В ответ
на его "знаки внимания", точнее, обычное пьяное прилипалово с
предложениями "sleep together" она говорит, что дома ее ждет мама,
брат-инвалид и бабушка-невростиничка. А также о том, что ее любимый
хомячок Мишель  при смерти, и что она считает своим долгом спасти
невинное животное - рано утром отвезти его в ветеринарную
клинику…Прослезившийся пьяный афроамериканец дает ей часть денег,
которые полчаса назад позаимствовал у избитого дяди. Она уходит,
поцеловав охранника в висок со словами: "Мы теперь с тобой друзья!".
           Наглый таксист ехидным взглядом смотрит на ее колени, когда
она роется в сумочке в поисках денег, чтобы расплатиться с ним. Машина
стоит прямо возле ее дома.  Таксист продолжает улыбаться. "Наконец-то!
Нашла!". Она кидает деньги на переднюю панель салона, делая вид, что не
заметила, как он ухватил ее за бедро, когда она выходила из этой
чертовой круглоглазой машины.
           Мама уже спит. Еще бы! Отчего бы ей волноваться, если ее
милая порядочная дочь танцует с подружками на home party в соседнем
квартале и попивает кока-колу…
           Эмма тихонько прокрадывается в свою комнату. Умывшись и
переодевшись, она зачеркивает еще одну цифру - еще один ушедший вникуда
день ее драгоценной юности. Как беспощаден настенный календарь, как
жесток черный маркер! Но ей все равно - она еще пьяна. Смотрит в
зеркало, вспоминает седого ловеласа и черного охранника, смеется. Курит
в окно. Сигареты пахнут любимыми духами. Почему-то. Свет гаснет. Эмма
спит.
II.

Утро. "Да, нечасто оно начинается далеко после полудня. 12:28. Как не
хочется вставать! Тело вросло в постель, голова болит. Наверное, это
похмелье, хотя… Нет! Просто слишком долго спала". Все-таки встала. Две
чашки кофе оказались наполненными живительной влагой, а не как обычно -
отвратительно сваренного "Bonne". Стало лучше. Покурила. Закружилась
голова… Радио… "ПОПСА!!! Ну, уж, нет! Хватит вчерашнего". "Вместо
завтрака - обед, но все равно хорошо. Поела. Покурила. Еще лучше. Села
за уроки".
           "Пустой день. После домашней работы по физике просидела у
окна в тишине весь вечер… Мама позвала ужинать. Бивштэкс с кровью,
зеленый горошек и козий сыр оказались как нельзя кстати…"
          "Пустой день - пусто внутри. О вчерашнем не хочется
думать…Кошмар!"
           Рисует. Трещины, глаза,  губы, цветы… Все такое холодное…
Плачет… Рыдает…
           Плюшевый медведь оказывается сегодня в роли "жилетки",
которой она высказывает всю свою боль… Раньше говорила с зеркалом… а
сейчас она считает его самой забавной вещью в доме. Забавной и
бессмысленной.
           Успокоилась. Мама спит… Покурила. Хорошо. Уснула…

III.

           Колледж. "Что за безвкусица!? Сапоги на платформе и…
кроссовки! Кроссовки!!! Смотреть противно!" - Она, такая милая и
элегантная стучит каблучками своих баснословно дорогих сапожек и с
удовлетворением наблюдает взгляды завистливых дур и озабоченных
подростков.
           Слегка неудобно, но мнимые подруги уже ее заметили.
 - Привет.
 - Привет.
 - Как дела?
 - Нормально. Лучше всех.
 - Как провела выходные?
 - Так, ничего особенного,  - дома сидела. А ты?
 - Я тоже.
           Звонок. Все идут в аудиторию. Испанский…

IV.

           За воротами уже стоит ее парень. Она со счастливой (а может,
натянутой) улыбкой быстрым шагом  идет к нему. Поцелуй, как в красивом
голливудском кино тридцатых годов. Подходят его друзья, она здоровается
с ними поцелуем в щеку. Он прощается. Они уходят.
           На остановке они молча смотрят друг другу в глаза.
 - Я тебя люблю.
 - Я тоже, - лишь мило улыбается она в ответ.
           Подходит автобус. Целуются.
 - До завтра
 - Пока.

V.

           Дома. Звонит телефон.
 - Это тебя!
 - Меня? Интересно…
           Она еще больше удивилась, когда услышала в телефонной трубке
мягкий бархатный мужской голос с легким акцентом, что придавало
приятному баритону определенный шарм…
 - Здравствуйте, Эмма! Мы не знакомы, меня зовут Артур. Вы мне
понравились. Мы можем встретиться?
 - Ну… Не знаю… А ты, вообще, кто?
 - У нас будет куча времени все обсудить, если вы согласитесь.
 - Хорошо. Я буду в парке возле медведя в четыре.
 - Завтра?
 - Да, конечно.
 - Чудесно! До свидания, Эмма!
 - Пока!

VI.

           Без пяти минут четыре. Она стоит у памятника и спокойно курит
сигарету. Ее не пугают минуты ожидания неизвестности и таинственного
незнакомца. Она делает последнюю затяжку… Ха! Она опять заметила, что
выкуривает сигарету до самого фильтра… Что за смешная привычка? Эмма
вспомнила, как в московской школе  на перемене в туалете приходилось
делить одну сигарету на четверых…
           Окурок упал в лужу и недовольно зашипел.
           Без двух. Девушка сидит на скамейке и играет в какую-то
банально-примитивную игру на своем мобильном. Вдруг она слышит звук
тяжелых, но уверенных шагов. Медленно поднимает ресницы…
 - Здравствуйте!
 - Ну, здравствуй, коль не шутишь!
 - Как дела?
 - Ничего, неплохо. А откуда же ты все-таки меня знаешь?
 - Пойдем в бар, там поговорим.
           По дороге разговаривают на какие-то отвлеченные темы.
Странно, ведь она никогда много не говорила. Она придерживалась мнения:
"Лучше помолчу, чем наговорю лишнего!". И все же в голове параллельно их
беседе возникали мысли типа: "А ничего, не плох… Хотя, могло бы быть
лучше. Он не красивый. Обычный, может быть, немного симпатичный, но
никак не красивый. Но, блин, золотая цепь, кольца, костюм, туфли,
начищенные до блеска… Прямо Саня Белый, только вот на рожу не вышел. С
такой рожей, какой там, к чертовой бабушке, Белый???".
           В баре. Она:
 - Итак, откуда ты меня знаешь?
 - Друзья рассказали, что есть на свете такая девушка: ночью светит ярче
луны, днем солнце затмевает… Где она ни пройдет - цветы расцветают,
птицы о ней песни поют… А потом я тебя увидел… И решил позвонить!
           Он ласково улыбнулся и поцеловал ее руку. Они разговорились
по новой. Болтали около часа, пили капучино и рассказывали друг другу о
себе.
           Чуть позже, в парке. Он:
 - Ты мне очень нравишься. Мы можем еще увидеться?
 - Я так быстро не могу…
 - Я буду ждать. Столько, сколько тебе нужно.
 - Хорошо…
 - Можно тебя проводить?
 - Как хочешь…
 - Хочу, очень хочу!
           Остановка.
 - Ну, ладно, спасибо, что проводил! Пока!
 - Когда тебе можно позвонить?
 - Не знаю, когда хочешь!
 - Когда?
 - В четверг.
 - Спасибо тебе, я обязательно позвоню!
 - За что спасибо? Счастливо!
 - Пока…

VII.

           Дома: "М-да, забавно! Но я не хочу! Да и вообще! Что за
вздор?! Эмма! Ты любишь своего Ромео - своего Жофре, и никаким Артурам в
твоей жизни места нет! И Жофре тебя… любит… наверное… Не важно! Главное,
меня все устраивает и точка! Хотя… У Жофрика за душой гроша ломаного
нет, а этот очень даже при них… Короче, не знаю! Время покажет. " А мне
все по х*й! Я Сделан из мяса! Самое страшное, что может случиться -
Влюбиться в дикобраза!". Отлично! Ха-ха-ха! Чудесная интерпретация!
Хотя, да! Песенка как раз кстати. Мне реально по х*й! Я плюшевый
тюлень…"

VIII.

           Четверг. Опять беспощадно трындит телефон. "Отдохнешь тут!" -
подумала полусонная Эмма и побрела к телефону.
 - Здравствуйте, а Эмму я могу услышать?
 - Да, я слушаю.
 - Здравствуй, это Артур.
 - А… Привет, - немного разочарованно протянула она.
 - Как дела?
 - Спасибо, нормально. А ты как?
 - Хорошо. Можем встретиться?
 - Нет. Я не могу - у меня дела.
 - А завтра?
 - Не знаю.
 - Ладно, в субботу можешь?
 - Не знаю.
 - Хорошо, я еще позвоню.
 - Пока.

IX.

           Суббота. Голос в трубке:
 - …Нет, если ты не хочешь, я больше не буду звонить.
 - Артур, я правда не могу. Позвони на следующей неделе.
 - Ладно.
 - Пока.
           Выходные прошли как обычно: у окна, под "EVANESCENCE". Потом
в тишине, в позе "плюшевого тюленя"… Два дня одиноких скитаний по дому
ведут прямой дорогой к депрессии. Ночью она опять не может заснуть,
думает об одиночестве, уткнувшись носом  в мокрую от слез подушку…

X.

           Колледж. Обед. Уже перекусила. Стоит с "подружками" у окна,
выслушивая их тупые бредни и делая вид, что все это чрезвычайно
интересно… Случайным взглядом замечает за окном Артура. "Черт! Что
делать?! Жофре! Где он?! Не здесь, хорошо!". Быстрым шагом вылетает на
улицу.
 - Зачем ты сюда пришел?!!?
 - Мне сказали, что у тебя есть друг.
 - И что дальше? Это не твое дело!!!
 - Зачем ты так со мной? Не надо… Знаешь, я влюбился в тебя с первой
встречи, я не смогу тебя забыть.
 - …Ладно, я подумаю, а теперь немедленно уходи отсюда!
           Он не реагирует… Плевать! Ушла. "Подружки" стоят молча с
огромными глазами. Подходит один из друзей Жофре…
 - Жофре просил передать, что между вами все кончено…
 - Спасибо, милый Антуан! Удачи Жофре! И тебе не хворать!!! -
съехидничала она и добавила по-русски: "Бл*дь!".

XI.

           Автобус. "Плакать не хочется. Просто обидно. Хотя… больше не
придется себя обманывать в том, что люблю его… Ладно, по х*й! Рано или
поздно это должно было случиться…".

XII.

           Тяжелая музыка. Эмма сидит в комнате на полу в позе лотоса.
Плевать на все! Голос мамы:
 - Эмма! Тебя к телефону!
 - Иду!
           Еле-еле поднялась с пола и выключила магнитофон. Подошла к
телефону:
 - Алло.
 - Привет, это Артур. Давай встретимся.
 - Зачем?
 - Поговорить, - растерянно ответил он.
 - О чем? Ты уже все сказал. Спасибо, мне этого достаточно!
 - Прости… Но мне действительно нужно с тобой поговорить!
 - Ладно, в шесть, там же.
 - Хорошо. До свидания.
 - …

XIII.

 - Привет!
 - Привет.
 - Как дела?
 - А ты как думаешь?
 - Пойдем в бар, посидим, поговорим.
 - Ну, пойдем…
           В баре. Артур:
 - Он тебя не достоин. Он хотел тебя использовать.
 - Мне ПЛЕВАТЬ!
 - Хочешь, я с ним поговорю, и все будет как раньше?
 - Не надо…
           Молчание. Он:
 - Я тебя люблю!
 - А я тебя нет!!! - с грубой ухмылкой почти выкрикнула она.
 - Я тебя очень люблю, больше жизни! Я все для тебя сделаю! Хочешь, я
убью его ради тебя?
 - Лучше сделай милость - сдохни сам!
 - Не говори так, прошу тебя, ты убиваешь меня…
 - Плевать я хотела на тебя вместе с твоей любовью!
 - Можно поцеловать тебя?
 - Да пошел ты!
           Встает. Берет куртку, телефон со стола и сумку. Выходит,
хлопнув дверью, со словами: "Баран!".
           Идет. Его уже ненавидит. Ненависть нарастает в ней, словно
снежный ком. Вдруг снова слышит уже раздражающий ее звук уверенных
шагов.
 - Девушка, можно с вами познакомиться?
 - Отвяжись!
 - Тебя проводить?
 - Еще только этого мне не хватало!
           Остановка. Стоят вместе.
 - Ну что мне делать? Я хотел тебя забыть, но не смог… Я люблю тебя.
           Она молчит. Лишь пританцовывает, глядя на серый асфальт. Она
погружена в свои мысли. Пытается сделать вид, что не слышит его. Он
делает шаг в ее сторону. Она не отходит. Он подходит еще ближе, еще…
Потом совсем близко… Поцелуй. Красивый и романтичный. Судя по всему, она
не против… Вдруг резко отскакивает назад, как ошпаренная:
 - Все! Уходи!!!
 - Ты меня любишь, - не унимается он.
 - Нет же, нет!!!
 - Я тебе нравлюсь?
 - Нет! Мой автобус, все!
 - Я позвоню тебе завтра! - пытается остановить ее он.
           Она заходит в автобус. Покупает билет и садится на свободное
место у окна. 19:24. Достает плеер, наушники. В еще открытую дверь он
кричит ей:
 - Не забудь, что я тебя люблю!!!
 - Да-да, конечно. ПОКА! - отмахивается она.
           Автобус отъезжает. Она включает любимую песню - "Hello" -
EVANESCENCE. И по проводам льется любимая музыка. Она наслаждается ею,
представляя себя на мировой сцене с подобной песней…

XIV.

           Он - мечта всей ее жизни. Принц из розовых снов - опять же
он. Но она его не любит. Странно…
           Размышления у окна по-прежнему не дают плодотворных
результатов.

XV.

           Новый год банален, как обычно. Как обычно - пафос,
европейская натянутая улыбка и елка, перевернутая вниз головой и
подвешенная к потолку. Еще хуже, чем на Рождество. Скукотища!!!
           Вернулась домой, ссылаясь на усталость. Дома никого? Неужели
одна!?! А-А-А! Кайф! Скорее к холодильнику! "Так… Мартини,… а где Швепс?
Нету? Ладно, буду пить так! В Москве через… 15 минут будут бить Куранты!
А в Дижоне Новый год наступит только через 3 часа 15 минут… Главное,
чтобы никто не приперся ко мне раньше времени! Да и вообще не
приперся!!!
           Вот уже, наверное, Владимир Владимирович говорит… И вся
Москва на Красной площади с Шампанским… С Советским Шампанским…
           С Новым годом тебя, Эмма! С Новым счастьем!!!"
           Залпом выпивает полбутылки Мартини. Конечно, этого будет
мало. Из-под матраца достает спрятанную от мамы пачку сигарет. Сигарета.
Еще одна. Кружится голова. Вторая половина бутылки спиртного идет как
лимонад.
           По радио крутят какую-то чушь! Конечно, все нормальные люди
сейчас сидят дома и уже начинают праздновать, а в эфир запустили
какую-нибудь запись… Не важно, что! Главное - Эмме уже хорошо, больше не
раздирает вновь навалившаяся тоска по России. Она танцует под незнакомую
мелодию, смотрит в зеркало, любуясь своим телом. Она красива, как
богиня. И пьяна. Как подзаборная баба.
           Мобильник.
 - Алло! - как можно четче пытается ответить она, но язык предательски
заплетается.
 - Эмма? Это Артур! С Новым годом, любимая!
 - Иди к черту! Я пьяная!!!
           Кидает трубку. Снова к окну. За окном тишина и слякоть. Свет
разноцветных фонарей отражается в лужах. А как бы сейчас хотелось
поваляться в сугробе, просто - как ребенку! Подкинуть над головой горсть
снега, загадать желание, пока снежинки не коснутся земли… Она плачет…
           Мобильник.
 - Да!
 - Не делай так больше никогда! Ты разбиваешь мне сердце!!!
           Она уже не напрягается, чтобы что-то ответить - просто
молчит…
 - То есть… Прости меня, за то что кричу… пойдем завтра в клуб?
 - Завтра я буду спать.
 - А послезавтра?
 - Хорошо, пока!
 - Пока! Я тебя люблю.
           Надо же, какая прелесть! Она приятно растрогана, и сейчас
самое время пойти спать. Влезла в любимую плюшевую пижамку. Выключила
свет. Легла в постель. Она все еще пьяна, поэтому не надо ни о чем
думать и считать белых овечек. Можно просто закрыть глаза и провалиться
в бездну сна.

XVI.

           Сотовый орет благим матом прямо в левое ухо. На часах 19:34.
"Отлииично… Эмма, тебе точно нельзя пить ничего крепче Коки…"
 - Да.
 - Это Артур, привет.
 - М… А? Артур… ты…
 - Ты спишь что ли?
 - Есть маленько…
 - Ой, извини, я тебя разбудил…
 - Нет, ничего страшного! Уже пора вставать.
 - Я насчет завтра.
 - А… Ага… И что?
 - Во сколько за тобой заехать?
 - Ты на машине?
 - Ну, я с другом…
 - А кто будет кроме тебя?
 - Мои друзья, ты их не знаешь…
 - Хорошо, подъезжайте в половине двенадцатого.
 - Отлично! До завтра!
           "Соединение завершено". Встает. Смотрит в зеркало: лицо
опухло. Точно, пить нельзя… По фигу - до завтра пройдет!

XVII.

           Макияж. Прическа. Белый полупрозрачный топ. Черная мини.
Кожаные сапожки до колен. Она готова. 11:20. Есть еще 10 минут. Закрыла
дверь комнаты на замок, достала сигарету из-под матраса. Покурила.
Широко открыла окно, чтобы мама не почувствовала запаха.
           Звонок в дверь. Она мчится вниз по лестнице.
 - Привет!
 - Привет!
 - Отлично выглядишь!
 - Спасибо, ты тоже ничего!
           Подходят к машине, там уже сидят трое. Садятся.
 - Здравствуйте.
 - Добрый вечер, - ответила она, - Эмма.
 - Артем.
 - Денис.
 - Марат.
 - Очень приятно. - ответила она.
           Едут. Музыка. Потрясающе! Чудесный звук!
           Перед глазами затылок Марата. Мысли: "А ничего мальчик… В
моем вкусе! Глаза цвета Виски… Он смотрит, улыбаясь, мне это нравится!
Что со мной? Душно… Очень душно, кажется, поднимается температура… Он
опять посмотрел… Сердце вот-вот выпрыгнет из груди!" И как в бреду
тихонечко шепчет себе под нос: "Господи! Какие у него красивые глаза!".
           Подъехали к клубу. Денис - Артуру:
 - Ну что? Потопали?
 - Потопали!
          Компания молодых людей уверенным шагом направляется к
гремящему басами входу в ночной клуб. Эмма, не прекращая, сверлит
затылок Марата уже почти влюбленным взглядом…

XVIII.
 - Ну что, за нас!?!? - пытается перекричать музыку Артем, держа в руках
стакан русской водки.
           Все поднимают бокалы для виски, почти до краев наполненные
прозрачной бесцветной жидкостью, чокаются. Эмма и Марат смотрят друг
другу в глаза, не отрываясь.
           Весь вечер они непрерывно смотрят друг на друга, постоянно
выискивая друг друга в толпе полупьяных эмигрантов из бывшего Совка.
           Мысли: "Интересно! 18 лет, с Артуром знаком пару дней.
Баскетболист. Мне нравятся его глаза, я влюблена в его улыбку… Хм,
неплохо для начала!".
           Танцуют. Близко. Еще ближе. Она чувственно кусает его за
мочку уха и шепчет:
 - Давай сбежим отсюда?
 - Я… Не могу… Артур любит тебя и он мой друг…
 - Неужели едва знакомые люди так быстро становятся друзьями?!?
 - Да, ты права…
           Уходят по очереди. Он. Потом она - через минуту. Берет куртку
в гардеробе. Выходит на крыльцо. Такси. Уезжают вместе.

XIX.

           Храм Святого Этьена на каком-то холме где-то у черта на
куличках. Река и весь мир у их ног. Ночной Дижон, и только они вдвоем.
           Встречают рассвет. И уже уверены, что никогда не расстанутся.
 - Я люблю тебя!
 - Я тоже тебя люблю!!!
           И, взявшись за руки, они идут по занесенной за ночь тропинке.
Перекрестившись у храма, они свернули к автобусной остановке. Они
обмениваются телефонами и в который раз признаются друг другу в любви.
Марат дождался ее автобуса и нехотя отпустил ее руку из своей ладони.
Через две минуты подходит его автобус, и они ехали, любуясь этим
чудесным зимним утром.

XX.

           Вечер. 18:57. Мобильник.
 - Алло!
 - Привет, малыш!
 - Привет! Как ты, любимый? Нормально доехал?
 - Да, ты как? Тебе никто не звонил?
 - Все в порядке. А кто должен был?
 - Ну, Артур!
 - А… Нет, а что?
 - Ну, просто мы так ушли…
 - Мне глубоко наплевать на то, что он думает, и как мы ушли!
 - Мне тоже…
 - Вот и хорошо. Что ты завтра делаешь?
 - Ничего.
 - я тоже. Давай встретимся?
 - Давай! В центре. Возле елки, в час.
 - О'К!
 - Отличненько! Все, целую! До завтра!
 - До завтра, любимая!
           19:27. Снова мобильник. Наверное, Маратик что-то забыл…
 - Да.
           Но это не Маратик.
 - Где ты? Куда ты пропала? Я со вчерашнего дня тебя ищу! А он, я его
убью! Я его маму вы*бу! Сбежали! Любовники, бл*дь!!!
 - Ну, извини…
 - Извини? Ты что мне на ногу наступила? Это и есть твоя благодарность
за все, что я для тебя сделал?
 - А что ты для меня сделал!?!
 - Я!?! Да я тебя боготворил, я тебя в люди вывел, я готов был тебя на
руках носить, а ты… Ты с этим пи**ром сбежала!!!
 - Но я его люблю!
 - Ты!?! Этого придурка!?!
           Молчание. Он:
 - Ну, если так… Удачи тебе… ВАМ! Прощай!

XXI.

           Завтра. 12:51. Эмма стоит, переминаясь с ноги на ногу возле
большой елки, наряженной разноцветными гирляндами. Она стоит, поминутно
глядя на часы, и дышит
На красные от мороза ручки. Он идет ей навстречу, расплываясь в широкой
улыбке. Подбегает, хватает ее на руки и кружит в своих объятиях.
           Они еще долго гуляют в заснеженном парке, то и дело кидая
друг в друга комки снега, как малые дети. Они счастливы и согреты
любовью.

XXII.

 - Я хочу мальчика.
 - А я девочку.
 - Тогда будет три мальчика и одна девочка.
 - Ого! Это почему же? Мальчиков три, а девочка всего одна, да?
 - А кто же ее тогда защищать будет?
           Смеются…

XXIII.
           Вечер того же дня. Марат подходит к своему дому - обычное
фуайе для тех кто ожидает ответа из префектуры или тех кто уже дождался,
но не получил жилье. Тропинка к подъезду ничуть не освещается. Лишь луна
слабо отражается в замерзших лужах. "Вдруг, откуда ни возьмись появился
Вротъ*бись", - пронеслось у него в голове, когда на пути появились три
шкафоподобных амбала.  Где-то полминуты они стояли молча, потом один из
них подошел к Марату вплотную:
 - Ну, ты че, братан!?! Тебе баб мало что ли?
 - Да пошел ты!!!
           Единственное, что успел почувствовать Марат - хруст
переносицы, после чего потерял сознание…

XXIV.
           Голос немолодой женщины:
 - Это кто ж тебя так отделал-то? Голубчик, а?
 - А…? Что? Где я? - выдавил из себя Марат, с трудом узнавая в чудесной
спасительнице соседку сверху.
 - Избили тебя, милый. Ух! Бандюги! Зря ты с ними связался, ты хороший
мальчик, тебе это ни к чему!
 - А где я?
 - У меня дома, голубчик. А я иду, гляжу - лежит кто-то на дороге, думаю
- бродяга какой. Потом пригляделась - а куртка-то знакомая. Ну, думаю,
нет, не он. Ты же не пьешь, не колешься, а чего б тогда тебе в
сугробах-то валяться? Ближе подхожу, а ты весь в темном в чем-то.
Сразу-то не поняла, а совсем близко подошла когда… Ты в крови весь… Да
без сознания…
 - А… Это… Спасибо…
 - Бога благодари, сынок, Бога… Да, кстати, телефон-то твой уже  битый
час верещит. Опять, поди, бандюги те названивают!
 - Где? Где он?
 - Хто?
 - Телефон! - начал потихоньку приходить в себя Марат.
 - А… Вот он!
           Клара Семеновна подала ему мобильный, который лежал на столе
возле дивана. Марат нажал несколько кнопочек, потом, несколько раз
переменившись в лице, приложил телефон к уху…
 - Любимая!?! Где ты? Что с тобой? Все в порядке!?!
 - Нет!!! - навзрыд кричала Эмма, - Ничего не в порядке!!! Какого черта
ты не отвечаешь!?! Я уже два часа до тебя дозвониться пытаюсь!!! -
продолжала, задыхаясь от слез, Эмма.
 - Объясни толком, что случилось!?!
 - Что случилось!?! Этот… Этот… Эта сука меня изнасиловала!!!
Понимаешь!?! ИЗ-НА-СИ-ЛО-ВАЛ!!! Он говорил, что хочет извиниться, а сам…
Любимый, мне так больно, он так бил меня!!! Так кричал, говорил, что я
проститутка, что он меня из дерьма достал….. Он прикасался ко мне своими
грязными руками!!! Я хочу умереть!!!
           У Марата подкатил комок к горлу. Он не мог ничего сказать
несколько минут. Потом, сквозь зубы смог выдавить:
 - Родители дома?
 - Нет! Я ведь говорила. Что они уехали до конца недели…
 - Ладно, сиди дома, никому не открывай дверь. Успокаивайся. Я скоро
приеду.
           Ярость! Необыкновенная ярость вперемешку со зверской злостью
овладели его телом и разумом. Он быстро оделся и выскочил из квартиры
соседки, не обращая внимания на все ее попытки остановить его.

XXV.
           Щелчки нескольких дверных замков.
 - А, это ты. Ну, заходи, Ромео, заходи, - спокойно протянул Артур,
открывая перед Маратом дверь. Полное отсутствие всяческих эмоций очень
удивили Марата, но он все же помнил, за чем пришел… Проследовал в
кабинет за Артуром. Уселся в кожаном кресле и уставился на хозяина
апартаментов.
 - Ты, наверное, меня теперь ненавидишь, - начал спокойным голосом
Артур. - я тебя понимаю, я ведь тоже совсем недавно тебя ненавидел…
 - А сейчас что же? Проснулись дружеские чувства?
 - Нет. Просто я отомстил и доволен результатом. Ведь ты с этой сучкой
мне жизнь испортил. А я такие удары встречаю ударом.
 - Это так ты мне отомстил? Изнасиловав бедную девочку!?!
 - Нет, что ты… Я ведь ее любил, еще как любил! Но только ты пойми - я
всегда добиваюсь своей цели, любым путем!!! И этот случай не исключение!
Так что, брат, извини, вам быть вместе не судьба. Мы с ней теперь одной
крови, и умрем, как говорится, в один день.
 - Да я тебя скорей убью, чем ты ее хоть раз еще увидишь!
 - Ну, не стоит, не стоит… Просто у меня СПИД! - Артур смотрел на Марата
свысока, наслаждаясь триумфом…
           Потом он говорил еще что-то, потом еще, еще… Но Марат уже не
слышал ничего.  В глазах потемнело, в голове пронеслась куча картинок с
неимоверной скоростью… День знакомства, ее широко распахнутые глаза, в
которых отражалось синее небо, пьянящий звонкий смех… Темные шелковые
волосы…
           Марат лишь услышал последнюю фразу Артура:
 - …Вот так я вас всех и нае*ал!!! - потом он громко засмеялся, как в
дешевом триллере.
           Марат не торопясь, встал с кресла, взял что-то тяжелое со
стола и с грохотом кинул в Артура. Тот свалился на пол, и по паркету
растеклась лужица крови. Потом Марат добил ногами еще хрипящее тело…
Еле-еле успокоившись, переводя дыхание, он плюнул на изуродованного тела
Артура и удалился прочь.

XXVI.
 - Собирайся! - он схватил какую-то одежду со стула и кинул в сторону
Эммы.
 - Куда!?! Мне плохо, неужели ты не понимаешь!?!
 - Понять… Ты сама-то поймешь себя?
 - Ты странный…
 - …У него СПИД… - чуть слышно проговорил Марат.
 - У кого?
 - У тебя, дура!!! У-ТЕ-БЯ!
 - Почему ты на меня кричишь? - прошептала Эмма, спускаясь по стене на
пол. Потом, закусив нижнюю губу, схватившись за голову, что-то напевая
себе под нос, уже по привычке сглатывая соленые слезы…
 - Мы с тобой уедем, да? - подняла она на Марата свои по-детски наивные
глаза, в которых было столько боли, столько горечи, что можно было
умереть от одного только ее взгляда…
 - Конечно, конечно уедем… Одевайся, моя маленькая, нам уже пора… Нас
ждут…

XVII.
           Тот же холм. Тот же храм. Та же река и… обрыв. Городская ночь
почему-то сегодня молчала…
           Эмма:
 - Мне страшно.
 - Не нужно боятся своего счастья,… нас ждут…
           Молчание… она вновь наивными глазами искренне верит ему и
произносит губами:
 - Я люблю тебя!
 - И я люблю тебя!
…
 - Ты готова?
 - Нет.
 - Не бойся, еще чуть-чуть и все будет хорошо. Мы почти пришли…
           Поцелуй. Поцелуй, как перед алтарем. Как впервые, но в
последний раз… Единственный и неповторимый…
 - Верь мне…
 - Я верю…
           Шаг, другой. Они совсем близко, они почти пришли. Туда, где
их ждут… Переглянувшись, они полетели… "Но не вверх, а вниз" и любовь
зияла в их душах…

XXVIII.
             P.S.
…Успокойся, лежи и смотри в потолок.
Героин, пульса нет, в голове молоток.
Постучи, покричи, пусть соседи не спят,
Не засни, не прости, не убьют, потерпят…

Нарисуй облака, города и в слезах
Утонут, кокаин не спасет, не уснет.
Унесет, заревет и любовь не запрет
Ни в чулан, ни в стекло, в зеркалах - только лед…

Закрывать горизонт не рукой, никакой…
И вспотеть, и ладонь, и глаза, и… покой.
Не молчи! Говори! За мечтой не любой.
Разбегусь, раскричусь, полечу ЗА ТОБОЙ…