Имя Эгона Шиле – одного из выдающихся художников ХХ века, к сожалению, плохо известно у нас. Австрийское искусств вообще долгое время оставалось для россиян в тени. Их взгляды были обращены к Парижу, а что происходило в Берлине, Копенгагене или Вене мало кого интересовало.

Первым из великих австрийцев, россияне открыли  Климта. Это стало возможным, во первых, благодаря частым поездкам наших соотечественников в Вену, а , во вторых, просто благодаря мировой моде на Климта.

Очень часто так бывает, что художник долгое время пребывает в забвении, и вдруг его имя извлекают на свет и начинают его усердно эксплуатировать.

Современники считали Эгона Шиле преемником Климта, но ранняя смерть помешала настолько развиться его таланту. И все же он оставил ярчайший след в искусстве XX века.

Говорят, у него был экстравагантный и тяжелый характер, который сформировался благодаря не совсем обычной атмосфере в семье.

Эгон родился в Нижней Австрии, в небольшом городке Туллн в 1890 году. Его отец, Адольф Шиле, был начальником местной железнодорожной станции. В городке не оказалось школы, подходящей для сына довольно важного по тем временам чиновника, и Эгона в 1901 году отправили учиться, сначала в Кремс, а потом в Клостернойбург, который был, по сути, северным предместьем Вены. За ним последовало и все семейство, здоровье отца все время ухудшалось, и он нуждался в хороших врачах. Но перемена места жительства не помогла, отцу стало хуже, он потерял рассудок и умер все в том же 1904 году, когда ему было 54 года.

Эгон чувствовал особую связь с отцом. В 1913 году он писал шурину: « Я не знаю, есть ли кто еще на свете, кто вспоминает моего бедного отца с такой печалью, как я. Способен ли кто-нибудь понять, почему я посещаю те места, где он бывал, и какую боль я чувствую при этом. Я верю в бессмертие всех существ. Почему я рисую могилы и тому подобные вещи? Потому что умершие продолжают жить во мне».

Эгон осуждал мать за то, что слишком быстро, по его мнению, сняла траур, и мало внимания уделяла детям, и, прежде всего, ему.

«Моя мать – очень странная женщина… Она не понимает меня хоть сколько-нибудь и совершенно не любит. Если бы у нее была любовь, или, хотя бы, понимание, она способна была бы на жертвы».

В годы поздней юности он особенно сблизился со своей младшей сестрой Гертрудой (Герти). Когда ему было шестнадцать, а ей – двенадцать, они сели на поезд и уехали в Триест, где провели ночь в одном гостиничном номере. Они вообще любили уединяться, так что однажды отцу даже пришлось сломать дверь детской, чтобы увидеть, чем занимаются его дети наедине.

В 1906 году Шиле  несмотря на возражения опекуна, брата его матери, поступил в Школу прикладного искусства в Вене, где в то время учился и Климт. Трудно сказать, почему он не стал учиться в Школе, и поступил в более традиционную Академию искусств, может быть, причиной тому был его тяжелый характер, который не понравился кому-то из преподавателей. Так или иначе, но он оказался в Академии, причем блестяще сдал вступительный экзамен в возрасте шестнадцати лет.

В Вене он нашел своего кумира - Климта, чтобы показать ему свои рисунки. Будущий мэтр одобрил творчество начинающего: «Да, -  сказал он, - это действительно талантливо, даже очень».

Климт любил поощрять младших собратьев по искусству. Он и в дальнейшем проявлял участие в талантливом юноше, находил для него модели, представлял его потенциальным меценатам, сам покупал его рисунки. Климт рекомендовал Шиле в объединение прикладного искусства «Винер Веркштютте», которое было связано с движением «Secession» («Уход»), куда входил сам Климт. В 1908 году Шиле сделал для объединения несколько случайных работ – открыток, эскизов мужских костюмов, женских туфель. В этом же году состоялась его первая персональная выставка в Клостернойберге.

 01 - Дома под склоном горы, 1907

02 - Стилизованные цветы на декоративном фоне, 1908

03 - Монастырь, дома и обнаженные деревья, 1907

В 1909 году он ушел из Академии с третьего курса, нашел квартиру и студию и стал заниматься самостоятельно. В это время у него обострился интерес к совсем юным девушкам, которые часто становились его моделями. Парис фон Гутерслох, молодой художник, который был современником Шиле, вспоминал что его студия, была наводнена такими девицами: «Они там отсыпались после родительских побоев, лениво слонялись по комнатам, что им не разрешалось делать дома, расчесывали волосы, одергивали платья… Они вели себя подобно животным в клетке, которая их вполне устраивает».

04 - Молодая девушка, 1910

Шиле, ставший уже превосходным рисовальщиком, сделал много рисунков этих девиц, из которых многие были чрезвычайно эротичны.

05 - Лежащая обнаженная, 1917

06 - Обнаженная, 1910

07 - Дремлющая,1911

08 - Презрительная, 1910

09 - Обнаженная на коленях, 1913

10 - Темноволосая девушка с поднятой юбкой,1911

Говорят, он поставлял свои рисунки коллекционерам порнографии, которых в то время в Вене было множество, и это составляло значительную часть его доходов. Шиле был очарован не только сексуальными подростками, но и собой. Он любил рисовать автопортреты и вкладывал в них весь свой талант и душу. Что и говорить. Он умел произвести впечатление. Артур Рёсслер, один из его самых верных защитников и покровителей, описывал его так: «Даже в присутствии импозантных мужчин, Шиле производил яркое впечатление. Он был высок, строен и гибок, у него были узкие плечи и длинные угловатые руки и пальцы. У него было загорелое безбородое лицо, обрамленное длинными темными непослушными волосами. Его широкий лоб рассекали глубокие горизонтальные морщины, что придавало его лицу трагическое выражение, казалось его все время грызет изнутри неизбывная тоска. Говорил он лаконично, и часто использовал афоризмы, что придавало его речи особую значимость, но значимость эта была не напускной, а естественной».

11 - Автопортрет

12 - Портрет Герберта Райнера, 1910

В это время Шиле любил производить впечатление, что живет в крайней бедности. Ходил он в лохмотьях, что никак не вяжется с воспоминаниями современников и некоторыми его фотографиями того времени. Его письма явственно свидетельствуют о том, что он страдал манией преследования. Вот, что он писал в 1910 году: «Здесь отвратительная обстановка. Все завидуют мне и сговариваются против меня. Коллеги глядят на меня со злорадством».

13 - Автопортрет в чёрном, 1910

В 1911 году Шиле встретил шестнадцатилетнюю Валли Нойциль, которая некоторое время с ним прожила и стала моделью его лучших картин, но перед этим она позировала Климту, и, возможно, была его любовницей.

14 - Портрет Валери Нойцель, 1912

15 - Валли в красной блузе.1913

Эгон и Уолли хотели вырваться из тесной Вены, и переехали в маленький городок Крумау, но неприязнь со стороны местных жителей заставила их покинуть его, и поселиться в столь же маленьком Нойеленгбахе, что в полутора часах езды поездом от Вены.

16 - Спальня Шиле в Нойеленгбахе, 1911

Здесь, как и в Вене, в студии Шиле стали находить себе приют многочисленные подростки, провинившиеся дома. Это не могло понравиться местным жителям, и они пожаловались на него в полицию. В апреле 1912 года Шиле был арестован. Полиция изъяла более ста его рисунков, которые посчитала порнографическими.

17 - Эгон Шиле, пишущий обнаженную натуру перед зеркалом, 1910

18 - Эрос (автопортрет), 1911

19 - Автопортрет, 1910

Шиле был заключен в тюрьму по подозрению в совращении несовершеннолетней девушки. Следствие это не доказало, но художник был признан виновным в демонстрации порнографического рисунка в месте доступном для детей. Он был приговорен к 21 дню тюрьмы, но к тому времени он уже отсидел большую часть этого срока, поэтому камере он оставался после суда только три дня.

В заключение он сделал несколько автопортретов, сопровождаемых подписями полными жалости к себе: «Я не чувствую себя наказанным, скорее очищенным», «Ограничить художника – это преступление. Это убивает подрастающую жизнь».

20- Друзья, 1913

21 - Любовники, 1913

22 - Две женщины, 1912

Инцидент в Нойеленгбахе не имел последствий для его дальнейшей карьеры. В 1912 году он был приглашен принять участие в выставке  в Кельне и стал работать на крупного мюнхенского дилера Ханса Голтза. Их отношения были постоянной борьбой за деньги. Шиле всегда хотел много за свои работы, а дилер все время старался умерить аппетиты художника.

23 - Мост, 1913

24 - Закат, 1913

В это время Эгон самодовольно писал своей матери: « Все прекрасные и благородные качества были объединены во мне… Я буду плодом, который сохранит жизнь даже после распада. Вы должны очень радоваться, что родили меня…»

Самовлюбленность Шиле, эксгибиционизм и мания преследования наши отражение в эмблеме его персональной выставки, которая проходила в венской галерее «Арно». Шиле изобразил на ней себя в образе святого Себастьяна.

25 - Агония, 1912

26 - Видящий собственного духа, или Смерть и мужчина, 1911

27 - Лирик, 1911

28 -  Смерть и девушка, 1915

29 - Молодая мать, 1914

1915 год стал поворотным в жизни художника. Год назад он встретил двух школьниц  Эдит и Адель. Они были дочерьми слесаря, который жил напротив. Шиле привлекли сразу обе, но в конце концов он предпочел Эдит, и в 1915 году увлекся ею. Валли получила отставку.  Они попрощались в Café Eichberger, где он играл в бильярд почти каждый день. Он вручил ей письмо, в котором предложил ей, несмотря на разрыв проводить вместе (без Эдит) каждое лето. Валли ответила отказом. Она вступила в Красный крест в качестве медсестры и умерла от скарлатины в военной больнице в Далмации перед Рождеством 1917 года.

30 - Эгон и Эдит, 1915

Шиле и Эдит поженились, несмотря на возражения ее семейства, в июне 1915 года. Мать Эгона на свадьбу не приехала.

Спустя четыре дня после свадьбы Шиле призвали в армию. По сравнению с большинством его современников, война была для него легким приключением. Он служил сначала в части, которая занималась транспортировкой русских военнопленных, а затем писарем в лагере для военнопленных русских офицеров в Нижней Австрии. Наконец в 1917 году он был откомандирован в Вену для службы на складе, который снабжал продовольствием армию. В стране, где продовольствия катастрофически не хватало, это место считалось золотой жилой.

31 - Четыре дерева, 1917

Служба в армии не слишком мешала его художественному росту. В это время он участвует в. нескольких крупных выставках. Для одной из них он рисует плакат на котором изображает себя в образе Христа на Тайной Вечере. Выставка стала настоящим триумфом, цены рисунков выросли втрое.

32 -  Лежащая женщина, 1917

33 - Обнаженный на корточках (Автопортрет), 1917

34 - Объятия, 1917

35 - Портрет сидящей Эдит Шиле, 1918

36 - Сидящая женщина, 1917

37 - Сидящие женщины, 1918

38 - Семья, 1918

Эгон и Эдит задумали купить большой дом с большой студией, но их мечтам не суждено было сбыться. 19 октября 1918 года Эдит, которая была беременна, заболела инфлюэнцей, бушевавшей в то время в Европе, и 28 октября умерла. Перед этим Шиле написал ее матери очень прохладное письмо, в котором сообщил, что ее дочь скорей всего умрет. Но Эгон не намного пережил жену. Сразу после ее смерти он заразился инфлюэнцей и умер 31 октября, спустя три дня после смерти Эдит.

Эдвард Льюси-Смит