Генезис русского сепаратизма.

Симбиоз Широпаева и Каспарова, Широпаева и Новодворской, который мы наблюдаем в последние два года, с одной стороны, глубоко логичен, с другой – столь же глубоко противоестественен. Как практически все в российской публичной политике.

Сами же идеи, легшие в основание современного «русского сепаратизма», зародились еще в XIX веке, причем одновременно в Петербурге, в Малороссии и в Сибири. Развитая Широпаевым идея «подмены русской истории» впервые звучит в творчестве «петербургского славянофила», все того же графа А.К.Толстого. Если для славянофильского кружка в целом источником бед русской земли были реформы Петра I, то А.К.Толстой соединял в себе «славянофила» и «западника»: «золотым веком» Руси был для него «Вольный Новгород» (не столько в его реальности, сколько в представлениях о нем, заложенных Карамзиным и Рылеевым), источником зла – «азиатчины» – централизованное самодержавие Москвы, перешедшее затем и в Российскую Империю. Само освобождение от ордынской зависимости (которое Л.Н.Гумилев считает переходом «от Руси к России») было для него «точкой подмены» всей русской истории:

Певец продолжает: «И время придет,

Уступит наш хан христианам,

И снова подымется русский народ,

И землю единый из вас соберет,

Но сам же над ней станет ханом!

<…>

И с честной поссоритесь вы стариной,

И предкам великим на сором,

Не слушая голоса крови родной,

Вы скажете: «Станем к варягам спиной,

Собственно, в этих строках уже заложен, по сути, весь Широпаев. Разумеется, граф А.К.Толстой, находившийся при дворе и близкий лично к Императору, не мог быть в буквальном смысле слова сепаратистом, но саму идею прозападного и антиевразийского русского национализма он выразил полностью и вполне адекватно для того, чтобы она более чем через столетие стала «идеей, овладевающей массами». Собственно же сепаратизм возник в то же время на двух «украйнах» Российской Империи – восточной и западной.

Само же слово «сепаратизм» появилось в XIX веке в Сибири, и обозначаемое им явление всегда шло рука об руку с революционным и антимонархическим движением, ориентировавшимся на идеологию американской революции XVIII в. Первым уподоблять Сибирь Северной Америке начали декабристы. Именно от них перенял эстафету сепаратизма сибирский демократ Григорий Николаевич Потанин (1835-1920), писавший: «Разрабатываю следствия зависимости нашей колонии от митрополии, зимой хочу изучить войну за независимость Северной Америки». Вскоре Потанин вместе со своим другом Н.М.Ядринцевым (1842-1894) начинает проповедовать сибирскую самостийность казакам, однако, видя, что эта проповедь не пользуется заметным успехом, обращается к «красному сепаратизму». В 1917 году, сразу после февральской революции был провозглашен лозунг «Сибирь для сибиряков», создан «Сибирский областной Совет» во главе с Г.Н.Потаниным и, наконец, «Временное правительство автономной Сибири». «Правительство» это было прямо связано с интервентами и в конце концов потеряло доверие как большевиков, так и адмирала А.В.Колчака.

«Сибирский сепаратизм» в XIX-начале ХХ вв. развивался (точнее, его «развивали», стимулировали) строго параллельно западнорусскому, который только потом стал называться «украинским национализмом». Сегодня «Сибирская православная газета» (№8 2003 г.) пишет об этом так: «Термин “украинский национализм” не корректен. Такого национализма в природе не существует, поскольку не существует и такой нации. Более точное определение наблюдаемому явлению – “украинский сепаратизм” (см. Николай Ульянов. «Происхождение украинского сепаратизма». Нью-Йорк, 1966) <…> Украинцами у нас называют малороссов – русских, населяющих одну из украин (окраин) России. Эта украина дорога любому русскому националисту, ибо когда-то она была центром Киевской Руси (украиной в те времена называли Владимиро-Суздальское княжество). Архитекторами украинского сепаратизма являются исторические враги России: Ватикан, еврейский кагал, польские и австрийские колонизаторы Червонной и Карпатской Руси. А.И.Солженицын по этому поводу пишет: “В Австрии и в 1848 г. галичане еще называли свой национальный совет – ‘Головна Русска Рада’. Но затем в отторгнутой Галиции, при австрийской подтравке, были выращены искаженный украинский ненародный язык, нашпигованный немецкими и польскими словами, и соблазн отучить карпатороссов от русской речи, и соблазн полного всеукраинского сепаратизма… Эта русофобская идеология зародилась в середе либеральных демократов XIX века. Наиболее яркими ее представителями были Шевченко, Кулиш, Костомаров (в противовес таким подлинным гениям, как Григорий Сковорода и Николай Гоголь – В.К.). Их действия встречали поддержку многих великороссов из среды либералов-западников (выделено мною – В.К.)». Либеральная великороссийская интеллигенция – а центр, координирующий ее, как и ее революционного «дубля», действия, находился, как и сегодня, в Лондоне, сама вскармливала сепаратизм западных губерний Империи, и твердые меры против революции, принятые Императором Александром III в центре, автоматически привели и к затуханию всех ее проявлений также и по окраинам. К концу XIX века о Шевченке практически забыли, а Кулиш (и отчасти Костомаров) во многом отказались от прежних воззрений. Однако, как пишет то же самое сибирское издание, в 1917 году «Шевченко, как символ русофобии, снова был востребован врагами России. Пришедший к власти кагал объявил Россию “тюрьмой народов”, а малороссы были объявлены “угнетенной нацией”. Бухарин на XII съезде РКП(б) призывал русский народ “искусственно себя поставить в положение более низкое по сравнению с другими; только этой ценой мы можем купить себе настоящее доверие прежде угнетенных наций” <…> Дети зазубривали “Завещание” (“Заповiт”), и этим бесовским заклинанием они убивали в себе русскость».

Надо заметить, что призывы Бухарина к самоотвержению русских ради того, чтобы купить себе «настоящее доверие» строго параллельны призывам современных «национал-демократов» отказаться от «имперства» и «евразийства», как царского, так и советского, во имя признания русских «европейским народом» и вхождения в «европейскую семью». Тому же Широпаеву в этом случае придется отказаться и от наследия русской поэзии в угоду «среднему классу» собственников. За все следует платить, между прочим.

Так или иначе – Шевченко-Грушевский (Малороссия) – граф А.К.Толстой (Петербург) – Потанин-Ядринцев (Сибирь) – вот «три источника, три составные части» идеологии сепаратизма, наложившиеся на современный как либеральный, так и национал-социалистический антураж.

Характерно при этом, что «украинская» схема начала ХХ века сегодня реализуется в Сибири. Подобно тому, как Михаил Грушевский фактически создал сам «украiньску мову», так сегодня томский лингвист Ярослав Золотарев создает «новый язык» – «сибирску вольготу». Комментируя деятельность Золотарева, журналист Денис Яцутко в статье «Сибирь без русского» (sic!) пишет : «Кому нужен сибирский? Политически озабоченная интернет-общественность отвечает: сепаратистам, тем, кто хочет отделить Сибирь от России. Чтобы это отделение стало возможным, нужно, чтобы сибиряки перестали быть русскими. Собственный, отличный от русского язык для этого – самое верное средство <…> Сибирские националисты же считают сибиряков нацией и говорят как минимум о широкой национально-культурной автономии. Говорят серьезно. Известный в интернете сибиряк Дмитрий Верхотуров даже требует освободить Сибирь от русского населения, делая исключение для потомков первых поселенцев, к которым сам себя относит. Насколько популярны такие идеи в народе? А какая разница? Народ и против развала Советского Союза был. Где теперь Советский Союз?» (). Сам же Золотарев комментирует отзывы на его работы так: «К русскому литературному языку людей приучили совсем недавно. Как приучили, так и отучат, если будет политическая воля на это» (там же).

Сказано очень много. Почти все.

Что касается «политической воли», то в первые годы ельцинского правления она была – у самого Президента, призывавшего брать столько суверенитета, сколько можно «переварить». Однако когда Борис Ельцин внезапно – как это часто у него бывало – осознал, что это угрожает лично ему и его власти, эти процессы были жестко остановлены и заморожены – надолго, до «оранжевой революции» на Украине. Это хорошо видно на примере «запаздывающе-параллельного» сепаратизма сибирского, история и современная структура которого в целом выглядит примерно так (по данным иркутского портала babr.ru): «В 1993 году, во время ельцинского переворота, руководители республик, краев и областей Сибири заявили о непризнании легитимности президента Ельцина (который, напомним, сам, вслед за Лениным, заявил о необходимости всеобщей суверинизации – В.К.) и о намерении создать Сибирскую республику.

Однако скоротечный вооруженный путч, проведенный Ельциным в Москве, на время остановил развитие этого процесса <…> Реальная политическая деятельность возобновилась только с 1998 года, когда началась экономическая стабилизация (выделено мной – В.К.: перед нами объективная констатация того, что революция, вопреки марксизму, есть результат не «объективного ухудшения жизни масс», а субъективной воли субверсивных сил – В.К.)». Именно в 1998 году была образована т.н. Освободительная Армия Сибири (ОАС), сотрудничавшая с региональными отделениями партии «Яблоко» и использовавшая ее печатный орган «Байкальскую Открытую Газету». В 2000 году ОАС «была переименована (чтобы сохранить аббревиатуру) в Областную Альтернативу Сибири». С 2002 года ОАС сотрудничает с газетой «Байкальские вести», а после выборов 2004-2005 гг. образовала фракцию Региональное развитие в Законодательном собрании, работая, как указывает babr.ru, «в тесном сотрудничестве с администрацией губернатора Тишанина». В конце 2006 г. образован Байкальский Народный Фронт, в который вошли представители партий Справедливая Россия, НБП и ЛДПР; не вошли в БНФ, но сотрудничают, представители КПРФ. «Ряд положений, – указывает babr.ru, – отстаиваемых ОАС-БНФ (руководство этих структур фактически одно и то же, разница заключается в составе: если ОАС – организация конкретной идеологической направленности, своего рода “мозговой центр”, то БНФ – это широкое гражданское движение, делающее упор не на идеологическую “стерильность”, а на решение общегражданских проблем), поддерживается руководством Иркутской области и близка настроениям других сибирских регионов. Так, в 2006-м на сессии Межрегиональной ассоциации “Сибирское соглашение” (МАСС) <…> губернатор Иркутский Александр Тишанин заявил: “Все мы – одна сибирская нация”». При этом подразумевается, что «сибирская нация» станет прежде всего союзником Запада – против «москалей».

Собственно, ничего нового о сибирском, уральском, дальневосточном и т.д. сепаратизме сегодня мы не узнаем по сравнению с тем, что писал Збигнев Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска», где он предлагал разделить Россию на 14 независимых государств. Однако оказывается, что 14 – это уже слишком мало. Речь идет о гораздо большем числе «независимых государств русских субэтносов». И здесь мы сталкиваемся с ситуацией, кажущейся на первый взгляд парадоксальной. Как правило, «русский сепаратизм» – особенно в его «народных», «бытовых» проявлениях — имеет отчетливо националистический подтекст, заостренный против Москвы как «ментовско-поповско-чурбанского (т.е. кавказского) города» (на интеллектуально-публицистическом уровне это выглядит как противопоставление якобы «европейства» других русских городов московскому «евразийству»). Произошло это сразу же после «перевода стрелок» русского национализма с древнего врага против Юга и ислама уже с начала 90-х годов – вопреки предупреждениям таких русских политиков того времени, как генерал Александр Стерлигов. Однако в таких случаях в сослагательном наклонении не рассуждают, и сегодня именно чеченские сепаратисты выступают как одна из главных движущих сил сепаратизма… русского. Впрочем, с учетом того, что оперативно-стратегический центр «чеченского сопротивления» находится в Лондоне, многое становится гораздо понятнее.

Так, живущий именно в Лондоне «активный пропагандист», пишущий под ником xazzar, указывает: «Порабощенные Россией страны и народы ареала русского и других славянских языков (сибирского, поморского) с удовлетворением восприняли объявление независимости Косова и надеются, что они тоже рано или поздно получат независимость» ().

«Хазару» вторят и «переродившиеся славяне» (К.Рылеев): «У русских во сто крат больше оснований для самоопределения, чем у косовских албанцев, – пишут в блогах . – И Кремль это понимает. Для той же Владимирщины, большую часть своих налоговых сборов отдающей ненасытному имперскому Центру и получающей взамен жалкие подачки на региональные нужды, Косово может стать «примером или оправданием». Как и для русского Северо-Запада, который быстро сверит свою идентичность с Новгородской республикой. И для демократического казачьего Юга, присоединенного к Московии путем террора – царского и комиссарского. А также для русского Урала, для русской Сибири, для русского Дальнего Востока, всегда тяготившегося колониальной властью Москвы».

В этом свете следует сопоставить «критику России» национал-демократами, называющими себя русскими националистами и врагами «мослов» и «чурбанья», и сепаратистами кавказскими (прежде всего чеченскими), чье отношение к России радикально отличается от отношения стран традиционного Ислама, прежде всего Ирана. Вот слова, под которыми вполне мог бы подписаться Широпаев: «Однако довольно наивно было бы полагать, что одна только отставка Путина с поста президента РФ (она уже произошла вполне «конституционным путем» – В.К.) повлечет за собой реальные перемены к лучшему <…> Причина происходящего сегодня в России кроется не в путинском режиме, а в существовании российского государства как такового. Следует признать, что Россия в ее современном виде – это вообще не страна, а уродливое имперское образование, которое на протяжении всего своего существования – с XV века до наших дней – держалось исключительно на завоевании и порабощении народов <…> Так что, с Путиными или без Путина – Россия не нужна нам с вами, товарищи по несчастью, солагерники по этому огромному концлагерю для народов! Нам нужна – каждому своя родина: Чечня, Татарстан, Сибирь, Новгородская Республика, Восточная Пруссия и другие земли, оккупированные Россией. Только окончательный развал этой империи обеспечит освобождение народа от путинского и ему подобных режимов» ( Мария Эльдарова «Нам не нужна Россия» ).

Античеченская и антиисламская риторика «националистов»-сепаратистов вообще не является препятствием для их прямой поддержки сепаратистами чеченскими, которые на своем сайте «Кавказ-Центр» пишут: «Усилия Запада должны быть направлены в первую очередь на поддержку растущего стремления порабощенных славянских, финских и других народов в Ингрии, Поволжской Республике, Сибирской Республике, Идель-Урала, Новгородской Республике, Дальневосточной Республике, Поморье, Уральской Республике, Залесье, Артании, Государства Свободная Тверь, Псковской Республике, Восточной Пруссии, Карелии, Казаки, Брянской Руси и т.д. к свободе и восстановлению своей государственной независимости от России».

Как видим, число будущих «независимых государств» значительно превышает норму, предусмотренную «планом Бжезинского». Тем более, что «Кавказ-Центр» из публикации в публикацию упорно настаивает, как бы передавая чей-то приказ, что Россия должна быть разделена на сто частей.

В связи со столь поразительным единством взглядов «русских националистов»-«чеченофобов» и самих чеченских сепаратистов вновь и вновь возникает вопрос: а не были ли события в Кондопоге и Ставрополе с обеих сторон инспирированы если не из одного центра, то во всяком случае одной и той же криптополитической силой? Как, впрочем, и «чеченские войны» – первая, во всяком случае: ведь она «перевела стрелки» русского национализма с его традиционных противников на мусульман, за чем последовало и 11 сентября, и включение России в антироссийскую, по сути, «антитеррористическую коалицию» во главе с США.

Эта тема требует продолжения: не направляемы ли т.н. «исламизм» или «исламский фундаментализм» (прежде всего вакхабитского толка) и антиисламский «белый расизм» все той же криптополитической силой и еще иной, за нею стоящей – и далее по иерархии, ведущей в ничто, – как против Православной России, так и против традиционного Ислама? Тем более что последний – в особенности в Иране (именно традиционный Ислам, а вовсе не неонацистские движения Европы, которым подражает значительная часть «русских националистов», в том числе и сепаратистского толка, и тем более не «гламурный фашизм») – воспринял сегодня политико-историческую эстафету консервативно-революционных движений и государств первой половины ХХ века, в связи с чем русско-исламский союз – разумеется, на политическом, а не на конфессиональном, уровне – мог бы стать принципиально новым аналогом так и не состоявшегося после 1939 года советско-германского «блока против современного мира».

В этих условиях аутентичным зеркалом намерений евроатлантического могущества в отношении России является наиболее открыто «прозападная» ветвь «русского сепаратизма» – «петербургский сепаратизм» или движение на Республику Ингерманландию (Ингрию). Вот грезы сепаратистов города на Неве: «Промышленность маленькой страны не зависит от федеральных заказов. Потому что маленькая страна не входит ни в какую федерацию. Она входит в ООн и НАТО (выделено нами – В.К.) <…> В маленькой стране всегда легко выбирать президента и депутатов маленького парламента. Потому что никто не боится, что один из кандидатов, дорвавшись до власти, будет ссылать сограждан, имеющих другой взгляд на жизнь, на вечное поселение Куда Надо. Тем более, что Там Где Надо много других маленьких стран, которые живут, может быть, не так, как эта маленькая балтийская страна, но так, как хочется их гражданам. А вовсе не так, как прикажет «старший брат». Тем более что никакого «старшего брата» у маленьких стран давным-давно уже нет (выделено мной – В.К.)», – пишет основной идеолог «петербургского сепаратизма» Виктор Шаву на портале «Вольный Петербург. Республика Ингерманландия». Собственно, здесь, на фоне трогательной заботы о «маленькой стране» и «маленьких людях», «маленьких домиках» и «маленьких семьях» проговорены очень большие – и очень зловещие – планы: уничтожение России как таковой и вхождение ее обломков в мировое государство (ООН и НАТО) или, по крайней мере, в евроатлантическую военную систему. «Маленькая страна» – это не что иное, как резервация, наподобие резерваций коренного населения Северной Америки.

Россия приговорена «хозяевами мира» не быть. А русские – к участи североамериканских индейцев в резервациях НАТО. Под скипетром «дракона-коркодела» – «Великого Монарха Европы». Уже официально объявлено, что кандидат в Президенты США Джон Маккейн – Каролинг. Кто возглавит Евросоюз?

«Ингерманландские сепаратисты» уже сегодня имеют готовую поэтапную программу политического и экономического отделения от России и присоединения к «западному сообществу», включающие формирование Ополчения и Самообороны, теневого кабинета, проведения акций гражданского неповиновения, отказ от выплаты долгов Российской Империи, СССР и Российской Федерации, введение таможенных и транзитных пошлин и конечное провозглашение независимости Ингерманландии. При этом предусматривается «объявление москалей нежелательными иностранцами» . Характерно при этом, что в своих планах «петербургские сепаратисты» надеются на поддержку преемника Владимира Путина Дмитрия Медведева, чьи высказывания о необходимости «расширять полномочия местного самоуправления по европейскому образцу и ликвидации имперских командно-административных методов контроля» вселяют в них эту надежду.

Точно за то же самое (стремление к восстановлению «принципов истинного федерализма», там же) «ингрийцы» хвалят и других «москалей» – бывшего премьера и несостоявшегося кандидата в президенты Михаила Касьянова, лондонского жителя Владимира Буковского, либерального экономиста Андрея Илларионова, и, разумеется, Михаила Ходорковского, которого Дмитрий Медведев уже, по его намекам, собирается освободить. Они же цитируют американского эксперта Андрея Злобина: «Империя Петра I будет разрушена так или иначе <…> Все больше людей в России становятся глобально мыслящими, они ориентируются не на Москву, а на другие центры глобального влияния (выделено нами – В.К.), с которыми они теснее связаны экономически и географически» (там же).

Остается задать вопрос: имеет ли «русский сепаратизм» хоть какое-то отношение к русскому национализму? Полагаю, ответ очевиден. А к национализму вообще? Отчасти. Но это национализм несуществующих наций. Виртуальный национализм. Даже с учетом того, что сами понятия нации и национализма весьма спорны – они органически связаны с формированием «национальных государств» третьего сословия эпохи французской и американской революций XVIII века. В этом смысле германский национал-социализм также содержал в себе внутреннее противоречие: нельзя наследовать Империи Гогенштауфенов и при этом быть «националистами». Это, кстати, знали прямые наследники Императорского рода во главе с полковником Штауфенбергом и генералом фон Мольтке и потому поднялись против Гитлера в 1943 году и погибли. Нация как буржуазное сообщество – в этом правы марксисты, говорившие о «буржуазном национализме», – не всегда совпадает с Расой, которая абсолютна (здесь уже марксизм безсилен). Раса Русь. Раса как строительница Империи. В этом глубоко прав Юлиус Эвола в своей книге «Фашизм: критика справа». Но после коммунизма и либерализма – пока! – пусть будет национализм как все-таки более возвышенная форма того же самого коллективизма. Основанная хотя бы на живых, кровных связях, а не «прибавочной стоимости». Но сепаратизм как виртуальный национализм служит чужим нациям и даже хуже – Новому Интернационалу.

Характерно, что еще в 2003 году, до «оранжевой революции» на Украине и до «перевода стрелок» русского национализма от интернационального врага на «чурок» и «мослов», но уже после 11 сентября 2001 года, то есть, после «смены вех» мирового правительства, один из самых умных и проницательных русских националистических публицистов Александр Елисеев писал : «Нам, националистам, следует тщательно продумать угрозу «русского местничества». Следует быть готовыми ко всяким неожиданностям. Весьма возможно, что завтра многие наши ура-оппозиционеры, радеющие за “русскую идею”, побегут брататься с разного рода “регионалами” – в надежде сокрушить “антинародный режим” любой ценой. Они будут апеллировать к “Вольному Новгороду” (кое-кто уже апеллирует) и требует образования зоны, независимой от “антирусской власти”».

Итак, сепаратисты именуют себя «русскими националистами». Но это – ложь. Национализм и сепаратизм несовместимы. Ответ сепаратистам может быть только один: ни пяди русской земли. Никому. Совершенно справедливо пишет на официальном сайте Союза Русского Народа Игорь Бойков:

---

«Идеология национального подъема – это идеология наступательная, идеология экспансионистская <…> Следовательно, идеология русского национального подъема должна быть не просто освободительной. Это должна быть идеология русской ирреденты. Тем более, что наступать есть куда и воссоединяться есть с кем. Образовавшиеся на руинах СССР государства отхватили огромные куски исторической России. Вместе с миллионами русских, вмиг оказавшимися иностранцами и гражданами второго сорта на своей родной земле. И находящийся в состоянии национального подъема народ просто по определению никогда не мог бы согласиться с таким раскладом. Однако, вместо этого от тех, кто говорит о подъеме (выделено нами – В.К.), мы слышим вовсе не проповедь национального воссоединения с юго-восточной Украиной или северным Казахстаном. Мы слышим совсем иную пластинку, свидетельствующую о горячем желании откромсать от и без того урезанной донельзя РФ новые, причем самые выгодные в географическом отношении куски. Отделить и прогнать от себя лучшие земли с благодатным теплым климатом. Территории, жители которых вовсе не так страшны, как представляются многим. Надо только уметь поставить себя среди них. В общем, вместе желания бороться хотя бы за ту Россию, которая осталась после 91-го года, подавляющее большинство националистов предлагает драпать еще дальше на Север. Драпать без оглядки. Бежать еще до того, как кто-то этого потребует. Бежать ото всех, кто только возьмет в руки палку. И закончить свой «славянский» исторический путь построения «белой» России в волнах Ледовитого океана».

---

А скорее всего, в резервациях под особым управлением войск НАТО, где «русские аборигены» будут под аплодисменты «мирового сообщества» водить хороводы вокруг деревянных истуканов «родных богов». Ибо, отвергая Православие и имперское начало, причем порой даже и с «антисемитских позиций» («Рашка – страна жидов, попов и чурок»), националисты-демократы и псевдорусские сепаратисты прокладывают дорогу к окончательному евроатлантическому, иудеохристианскому игу международного капитала, имеющему на 80% еврейское происхождение. Да и роль «баскаков» в оккупированных «русских зонах» вряд ли будут осуществлять «белые люди». По величайшей иронии судьбы – да и по логике «опускалова» — ими, скорее всего, станут «афроамериканцы» и «неонатовцы» вроде косовских албанцев или турок. Или «эффективные менеджеры» из «дружественного Израиля».

«Не будет никаких “сорока маленьких русских швейцарий”, как мечтают крайние национал-демократы, – делает далее вывод Игорь Бойков. – Будет загнанное на север и обреченное на вымирание русское население, бездарно и безвольно отдавшее земли, обильно политые кровью их отцов, дедов и прадедов, которые, наверное, в гробах переворачиваются, глядя на своих ничтожных потомков». И все же – на грани отчаяния, на последнем дыхании – он говорит: «Выправление ситуации надо начинать с радикального изменения политического курса в Кремле. Во многих кавказских республиках, в перспективе, весьма эффективной мерой было бы введение прямого президентского правления или назначение на высшие должности чиновников из России, не связанных с местными элитами тухумно-клановыми обязательствами (при этом возможно одновременное действие местного обычного, да и шариатского права, как это было в Российской Империи – В.К.). Но все это будет действенным лишь при условии, что новая русская власть будет не только сильной и строгой, но и справедливой. А стать она таковой может лишь в случае радикального изменения всей общественно-политической модели России (выделено мной – В.К.)». Прежде всего, в области самой Верховной Власти – во всем ее объеме – а также при постепенном переходе от демократии парламентско-партийного типа к широкой демотии на местах – по типу «земской Pyciи».

Ибо широкое местное земско-демотическое самоуправление («непосредственная демократия») является реальной альтернативой сепаратизму: российские регионы, не претендуя на политическую субъектность, вполне могут в этом случае самостоятельно определять свою культурную, религиозную, экологическую и даже (в той части, которая не противоречит общегосударственным проектам) экономическую деятельность, восстанавливать традиционное самоуправление в любой форме – советы, церковные общины, казачий круг, курултай и т.д. Тем самым у сепаратистов окажется выбитой почва из-под ног – им не на чем будет паразитировать. Но все это при двух непременных условиях – жесткой централизации политического управления (неполитические сферы, включая культуру, религию, экологию, следовало бы полностью предоставить регионам) вплоть до перехода – пока не поздно, с использованием механизмов, предусмотренных действующей Конституцией, – к унитарной форме государственного устройства и совершенно иному формату Верховной Власти.

«Сибирская православная газета» (№8б 2003) совершенно справедливо настаивает на дополнении ст.282 УК РФ пунктом «Разжигание внутринациональной розни», который бы предусматривал более суровое наказание, нежели пункт «Возбуждение национальной, расовой и религиозной вражды». Я бы сказал даже больше. С учетом того, что нынешняя редакция данной статьи УК используется преимущественно против русских, в том числе против русских писателей и публицистов, русских общественных деятелей, следовало бы ее отменить, а затем переформулировать радикально, поставив во главу угла именно сепаратизм и противопоставление «русских субэтносов» русской нации в целом. Это могло бы стать видимым знаком начала перемен.