Мафия нищих

Сами мы не местные, живем мы на вокзале...

Вначале мы подошли непосредственно к одной из цыганок, которую можно постоянно встретить на излюбленных местах обитания таджикских цыган.

С немолодой женщиной обычно сидят пять - шесть детишек разного возраста, самому младшему, которого она прямо на улице кормит грудью, пять месяцев.

На вопросы она отвечала достаточно охотно, никакой подозрительности или враждебности не проявляя. Цыганка рассказала вполне ожидаемую историю - они уехали из Таджикистана, спасаясь от войны. У нее восемь детей, муж остался на родине. Работы найти здесь она не может, денег на билет домой нет. На вопрос, сколько им подают в день, она отмахнулась «Ай, савсем мала дают, вот восем хлеба купила, это все, что мы будем есть!»

На вопрос, как их угораздило забраться аж так далеко от дома, женщина ответила, что тут у них были родственники, но найти их по приезде она не смогла. В городе, если верить нищенке, они первый раз, и живут здесь совсем недавно - неделю. На вопрос, где они живут, цыганка сначала попыталась объяснить, что в каком-то деревянном доме, хозяйка которого разрешила им там пожить, но когда я попыталась задать тот же вопрос старшей девочке, она автоматически ответила - «на вокзале». «На вокзале, на вокзале!», - решила уйти от подозрительного вопроса цыганка.

То, что она врет, было очевидно, но, чтобы не быть голословными, мы проверили вечером вокзал. Естественно, никакие таджики здесь не живут. Девушка, работающая в ларьке прямо в здании вокзала, рассказала нам, что никогда не видела на вокзале никаких цыган-таджиков.

- Я работаю с девяти до девяти, и ни разу не видела их здесь. И мне кажется, что это вряд ли, что они ночуют в здании вокзала - тут постоянно ходят наряды милиции и они выгоняют всяких бомжей и попрошаек, - говорит девушка.

Чтобы выяснить, где на самом деле живут таджики, мы решили проследить за ними.

В ту пятницу у рынка побиралась другая цыганка, не та, с которой мы беседовали. Молодая женщина ушла с «работы» около шести. Не спеша она прошлась по рынку. С ней был мальчик лет пяти - шести, и укутанный младенец на руках.

Подходили они не ко всем ларькам: мальчик целенаправленно подбегал к определенной торговой точке. И там ребенку протягивали какие-то деньги. «Что ж ты так поздно сегодня, у меня уже нет ничего!», - обратилась к пацаненку она из торговок на рынке. Малыш что-то щебетал ей в ответ. Мамаша, шедшая следом, улыбалась торговке, как хорошей знакомой.

У некоторых ларьков цыганка останавливалась, чтобы купить продукты. Очень долго она стояла у ларька, торгующего курами и яйцами - видимо, продавец долго считал мелочь, которой расплачивалась попрошайка. В следующем ларьке женщина купила какие-то овощи. Покупки она делала не спеша, прогуливаясь от ларька к ларьку, как почтенная матрона семейства, уставшая после тяжелого рабочего дня, и покупающая продукты к ужину.

Так вперед за цыганской звездой, кочевой

За официальными комментариями мы обратились в милицию и Управление по делам миграции МВД РК. В пресс - группе УВД нам сообщили, что наряды милиции каждую неделю проводят так называемые рейды, цель которых - выявлять лиц, проживающих на территории города без регистрации. Проверяются все рынки, оптовые базы, и всех лиц кавказской национальности, у которых нет документов, наказывают штрафами и, по идее, должны бы выдворять из страны. Однако, как говорят в пресс - группе, эти люди, цыгане таджикского происхождения, постоянно кочуют с места на места и бороться с этими стихийными перемещениями крайне сложно. В какой-то момент их выселяют из Карелии, а спустя некоторое время они объявляются в Архангельске, их выселят из Архангельска - они перекочуют в Мурманск. И этот круговорот цыган в природе невозможно остановить.

Как говорит начальник Управления по делам миграции МВД Карелии Виктор Красножен, пересчитать всех цыган практически невозможно, сведения имеются лишь о тех, кто попал в поле зрения милиции. Выдворить их на их Родину тоже задача практически неосуществимая - таджики сходят с поезда, не достигнув границы, и вновь разбредаются по раздольной России - матушке. Кроме того, все новые и новые группы кочевников нелегально просачиваются через прозрачные границы стран СНГ и начинают свои скитания по всей Федерации.

- Они не хотят работать, я неоднократно предлагал им список предприятий, где их готовы были взять на работу даже без регистрации, - говорит Александр Гезалов, член Комиссии по правам человека. - Они говорят, что таскать тяжести на стройке им тяжело, и платят за это мало. А если предложить им денег на билет домой - они ведь все равно не уедут. Потому что у нас их жалеют, и подают им. Они так устроены - они бродяжничают с места на место, нигде никогда не работают. У них только женщины, используя детей, побираются и зарабатывают какие-то деньги. Мужчины у них вообще ничего не делают - просто сидят дома. Они никогда не моются, живут в страшной антисанитарии, и поэтому они реально могут быть опасны - у них можно найти все, что угодно - начиная от блох и чесотки, и заканчивая экзотическими южными болезнями, которые они разносят у нас.

___________________________________________________________________________________

Название города, где писалась статья, удалил, ибо явление сие характерно для любого города РФ