Как появилась письменность у древних славян.

Одними из первых буквенным звуковым письмом стали пользоваться те народы, в языке которых гласные звуки оказались не столь важными, как согласные. Так, в конце II тысячелетия до н. э. алфавит возник у финикийцев, древних евреев, арамейцев. Например, в еврейском языке при добавлении к согласным К — Т — L разных гласных получается семейство однокоренных слов: KeToL — убивать, KoTeL — убийца, KaTuL — убитый и т. п. На слух всегда понятно, что речь идёт об убийстве. Поэтому и в письме писали только согласные — семантический же смысл слова был ясен из контекста. Кстати, древние евреи и финикийцы писали строчки справа-налево, как если бы такое письмо придумали левши. Этот древнейший способ письма сохраняется у евреев и поныне, таким же способом сегодня пишут все народы, использующие арабский алфавит.

От финикийцев — жителей восточного побережья Средиземного моря, морских торговцев и путешественников — буквенно-звуковое письмо перешло к грекам. От греков данный принцип письма проник в Европу. А от арамейского письма, как считают исследователи, своё происхождение ведут почти все буквенно-звуковые письменные системы народов Азии.

В алфавите финикийцев было 22 буквы. Они располагались в определённом порядке от `алеф, бет, гимель, далет … до тав (см. таблицу). Каждая буква имела осмысленное название: `алеф — вол, бет — дом, гимель — верблюд и так далее. Названия слов как бы рассказывают о создавшем алфавит народе, сообщая о нём самое главное: народ жил в домах (бет) с дверьми (далет), при постройке которых использовались гвозди (вав). Он занимался земледелием, используя силу волов (`алеф), скотоводством, рыбной ловлей (мем — вода, нун — рыба) или кочевал (гимель — верблюд). Он торговал (тeт — груз) и воевал (зайн — оружие).

Древнегреческая надпись демонстрирует двустороннее направление строки.

Исследователь, обративший внимание на это, замечает: среди 22 букв финикийского алфавита нет ни одной, название которой было бы связано с морем, кораблями или морской торговлей. Именно это обстоятельство натолкнуло его на мысль, что буквы первого алфавита созданы отнюдь не финикийцами, признанными мореходами, а, вероятнее всего, древними евреями, у которых финикийцы этот алфавит позаимствовали. Но как бы там ни было, порядок букв, начиная с `алеф, был задан.

Греческое письмо, как уже говорилось, произошло от финикийского. В греческом алфавите букв, передающих все звуковые оттенки речи, стало больше. Но порядок их и названия, часто не имевшие в греческом языке уже никакого смысла, сохранились, хотя и в несколько изменённом виде: альфа, бета, гамма, дельта… Сначала в древнегреческих памятниках буквы в надписях, как и в семитских языках, располагались справа-налево, и далее, не прерываясь, строчка „вилась“ слева-направо и снова справа-налево. Прошло время, пока наконец установился вариант письма слева-направо, ныне распространившийся на большей части земного шара.

Латинские буквы произошли из греческих, и алфавитный порядок их принципиально не изменился. В начале I тысячелетия н. э. греческий и латинский языки стали главными языками огромной Римской империи. Вся античная классика, к которой мы с трепетом и уважением обращаемся и поныне, написана на этих языках. Греческий — это язык Платона, Гомера, Софокла, Архимеда, Иоанна Златоуста… На латинском писали Цицерон, Овидий, Гораций, Вергилий, блаженный Августин и другие.

А между тем ещё до того, как в Европе распространилась латинская азбука, некоторые европейские варвары уже имели в том или ином виде свою письменность. Довольно самобытное письмо сложилось, например, у германских племён. Это так называемое „руническое“ („руна“ в германском языке означает „тайна“) письмо. Оно возникло не без влияния уже существовавшей письменности. Здесь тоже каждому звуку речи соответствует определённый знак, но эти знаки получили очень простое, стройное и строгое начертание — только из вертикальных и диагональных линий.

Образец рунического письма.

Рождение славянской письменности

В середине I тысячелетия н. э. славяне заселили огромные территории в Центральной, Южной и Восточной Европе. Их соседями на юге были Греция, Италия, Византия — своего рода культурные эталоны человеческой цивилизации.

Молодые славянские „варвары“ постоянно нарушали границы южных соседей. Чтобы обуздать их, и Рим и Византия начали предпринимать попытки обратить „варваров“ в христианскую веру, подчинив их дочерние церкви главной — латинской в Риме, греческой в Константинополе. К „варварам“ стали направлять миссионеров. Среди посланцев церкви, без сомнения, было немало тех, кто искренне и убеждённо исполнял свой духовный долг, да и сами славяне, живя в тесном соприкосновении с европейским средневековым миром, всё более склонялись к необходимости войти в лоно христианской церкви. В начале IX века славяне начали принимать христианство.

И тогда встала новая задача. Как сделать доступным для новообращённых огромнейший пласт мировой христианской культуры — священные писания, молитвы, послания апостолов, труды отцов церкви? Славянский язык, различаясь диалектами, долгое время оставался единым: все прекрасно понимали друг друга. Однако письменности у славян ещё не было. „Прежде славяне, когда были язычниками, не имели письмен, — говорится в Сказании черноризца Храбра “О письменах„, — но [считали] и гадали с помощью черт и резов“. Однако при торговых сделках, при учёте хозяйства или когда нужно было точно передать какое-нибудь послание, а тем более при диалоге со старым миром, вряд ли „черт и резов“ оказывалось достаточно. Возникла потребность в создании славянской письменности.

„Когда же [славяне] крестились, — рассказывал черноризец Храбр, — то пытались записывать славянскую речь римскими [латинскими] и греческими письменами без порядка“. Эти опыты частично дошли до наших дней: звучащие по-славянски, но записанные в Х веке латинскими буквами главные молитвы, распространённые у западных славян. Или другой интереснейший памятник — документы, в которых греческими буквами записаны болгарские тексты, причём тех времён, когда болгары говорили ещё на тюркском языке (позже болгары будут говорить на славянском).

И всё же ни латинский, ни греческий алфавит не соответствовал звуковой палитре славянского языка. Слова, звучание которых невозможно правильно передать греческими или латинскими буквами, приводил уже черноризец Храбр: живот, црьквi, чаяние, юность, язык и другие. Но выявилась и иная сторона проблемы — политическая. Латинские миссионеры вовсе не стремились сделать новую веру понятной верующим. В Римской церкви было распространено убеждение, что существуют „лишь три языка, на которых подобает славить Бога с помощью (особых) письмен: еврейский, греческий и латинский“. К тому же Рим твёрдо придерживался позиции, что „тайна“ христианского учения должна быть известна только духовенству, а простым христианам достаточно очень немногих специально обработанных текстов — самые зачатки христианского знания.

Миниатюра из Киевской Псалтыри 1397 года. Это одна из немногих сохранившихся старинных рукописей.

В Византии на всё это смотрели, видимо, несколько иначе, здесь начали подумывать над созданием славянских букв. „Дед мой, и отец мой, и иные многие искали их и не обрели“, — скажет будущему создателю славянской азбуки Константину Философу император Михаил III. Именно Константина призвал он, когда в начале 860-х годов в Царьград пришло посольство из Моравии (часть территории современной Чехии). Верхи моравского общества приняли христианство уже три десятилетия назад, но среди них активно действовала церковь германцев. Видимо, пытаясь обрести полную независимость, моравский князь Ростислав просил „учителя, чтобы нам на языке нашем изложили правую веру…“.

„Дела этого никто совершить не может, только ты“, — напутствовал цесарь Константина Философа. Эта трудная, почётная миссия легла одновременно и на плечи его брата, игумена

(настоятеля) православного монастыря Мефодия. „Вы ведь солуняне, а солуняне все чисто говорят по-славянски,“ — был ещё один аргумент императора.

Константин (в пострижении Кирилл) и Мефодий (светское имя его неизвестно) — два брата, стоявшие у истоков славянской письменности. Они действительно происходили из греческого города Солуни (современное его название — Салоники) на севере Греции. По соседству жили южные славяне, и для обитателей Солуни славянский язык, видимо, стал вторым языком общения.

Константин и его брат родились в большой богатой семье, где было семеро детей. Принадлежала она к знатному греческому роду: глава семьи по имени Лев почитался важной персоной в городе. Константин рос младшим. Ещё семилетним ребёнком (так рассказывает его „Житие“) он увидел „вещий сон“: ему предстояло из всех девушек города выбрать свою супругу. И он указал на самую прекрасную: „имя же её было София, то есть Мудрость“. Феноменальная память и отменные способности мальчика — в учении он превосходил всех — поражали окружающих.

Неудивительно, что, прослышав об особой одарённости детей солунского вельможи, правитель цесаря призвал их в Царьград. Здесь они получили блестящее по тому времени образование. Знаниями и мудростью Константин снискал себе почёт, уважение и прозвище „Философ“. Он прославился многими своими словесными победами: в дискуссиях с носителями ересей, на диспуте в Хазарии, где отстаивал христианскую веру, знанием многих языков и прочтением старинных надписей. В Херсонесе, в затопляемой церкви, Константин обнаружил мощи святого Климента, и его стараниями их перенесли в Рим.

Славянские апостолы Кирилл и Мефодий с учениками. Фреска монастыря „Святой Наум“, находящегося у Охридского озера на Балканах.

Брат Мефодий часто сопровождал Философа, помогал ему в делах. Но мировую известность и благодарную признательность потомков братья получили, создав славянскую азбуку и переведя на славянский язык священные книги. Труд огромный, сыгравший эпохальную роль в становлении славянских народностей.

Итак, в 860-х годах в Константинополь пришло посольство моравских славян с просьбой создать для них азбуку. Однако многие исследователи справедливо полагают, что над созданием славянского письма в Византии начали трудиться, видимо, ещё задолго до прихода этого посольства. И вот почему: и создание алфавита, точно отражающего звуковой состав славянского языка, и перевод на славянский язык Евангелия — сложнейшего, многослойного, внутренне ритмизованного литературного произведения, требующий тщательного и адекватного подбора слов, — работа колоссальная. Чтобы её выполнить, даже Константину Философу и его брату Мефодию „с поспешниками“ потребовался бы не один год. Поэтому естественно предположить, что именно эту работу и выполняли братья ещё в 50-е годы IX века в монастыре на Олимпе (в Малой Азии на побережье Мраморного моря), где, как сообщает „Житие Константина“, они беспрестанно творили молитву Богу, „занимаясь только книгами“.

А в 864 году Константина Философа и Мефодия с великими почестями уже принимали в Моравии. Они принесли сюда славянскую азбуку и переведённое на славянский язык Евангелие. Но здесь ещё предстояло продолжить начатое дело. В помощь братьям и на обучение к ним определили учеников. „И вскоре (Константин) перевёл весь церковный чин и научил их и утрене, и часам, и обедне, и вечерне, и повечерию, и тайной молитве“.

Братья пробыли в Моравии более трёх лет. Философ, уже страдая тяжёлым недугом, за 50 дней до кончины „облёкся в святой иноческий образ и… дал себе имя Кирилл…“. Когда в 869 году он скончался, ему было 42 года. Умер Кирилл и похоронен в Риме.

Старший из братьев, Мефодий, продолжил начатое ими дело. Как сообщает „Житие Мефодия“, „…посадив из учеников своих двух попов скорописцев, перевёл быстро и полностью все книги (библейские), кроме Маккавеев, с греческого языка на славянский“. Время, посвящённое этой работе, указывается невероятное — шесть или восемь месяцев. Умер Мефодий в 885 году.

Фрагмент Лицевого свода с миниатюрой, изображающей поединок Пересвета с татарским богатырём на Куликовом поле.

Появление священных книг на славянском языке имело мощный резонанс в мире. Все известные средневековые источники, откликнувшиеся на это событие, сообщают, как „некие люди стали хулить славянские книги“, утверждая, что „ни одному народу не следует иметь свою азбуку, кроме евреев, греков и латинян“. В спор вмешался даже папа римский, благодарный братьям, доставившим в Рим мощи святого Климента. Хотя перевод на неканонизированный славянский язык и противоречил принципам латинской церкви, папа тем не менее осудил хулителей, сказавши якобы, цитируя Писание, так: „Пусть восхвалят Бога все народы“.

Что было сначала — глаголица или кириллица?

Кирилл и Мефодий, создав славянскую азбуку, перевели на славянский язык практически все важнейшие церковные книги и молитвы. Но до наших дней дошла не одна славянская азбука, а две: глаголица и кириллица. Обе существовали в IX-X веках. В обеих для передачи звуков, отражающих особенности славянского языка, были введены специальные знаки, а не сочетания двух или трёх основных, как практиковалось в алфавитах западноевропейских народов. Глаголица и кириллица почти совпадают по буквам. Порядок букв тоже практически один и тот же.

Как и в самом первом подобном алфавите — финикийском, а потом и в греческом, славянским буквам тоже дали имена. И они одинаковы в глаголице и кириллице. Первая буква А называлась аз, что означало „я“, вторая Б — буки. Корень слова буки восходит к индоевропейскому, от которого происходит и название дерева „бук“, и „book“ — книга
(по-английски), и русское слово „буква“. (А может быть, в какие-то далёкие времена дерево бука использовалось для нанесения „черт и резов“ или, быть может, в дославянские времена была какая-то письменность со своими „буквами“?) По первым двум буквам алфавита составилось, как известно, название — „азбука“. Буквально это — то же самое, что греческое „альфабета“, то есть „алфавит“.