Часть XI. Снова Мутаре
16 апреля 2007 года. (продолжение)
Оказавшись на земле зимбабвийской, я облегченно вздохнул – все формальности позади, и я приступил ко второму этапу длинной дороги домой. Прежде всего мне нужно было попасть в Мутаре, переночевать, а завтра утром уехать в Хараре. Я без труда нашел водилу, который согласился довезти меня до того же самого отеля, в котором я ночевал на пути сюда за 50000 зимбабвийских, правда пришлось его уламывать со 150000, но сделка состоялась и мы поехали. На этом небольшом отрезке пути нас три раза тормозила полиция для проверки документов, а один раз нам пришлось подкинуть двоих местных «гаишников» до полицейского участка. Водила нервничал. В конце концов, он «залупился» и сказал, что дальше не поедет, а то я приношу ему одни неприятности. До отельчика оставалось метров 200 и я возражал не особенно бурно. Я вернулся в отель. За стойкой ресепшна стояла другая девушка. Она посмотрела на меня оценивающе, и завела знакомую мне песню, мол не резидент, поэтому 100 американских. Я ей сказал, что несколько дней назад уже останавливался всего за 120 тысяч зимбабвийских, она не поверила, посмотрела записи, обнаружила мое имя с зимбабвийской фамилией и принадлежностью к Зимбабве, посмотрела на мою бутылку колы, которую я предусмотрительно поставил на стойку и пододвинул к ней, согласилась с моими аргументами, и выдала мне ключи от того же номера. «Мелоди»,- представилась она.
Я оставил вещи в комнате и пошел гулять по Мутаре.



Улицы городка почти пустынны днем. Народ концентрируется только в местах торговли. Я прошел Мутаре сначала в один конец, затем в другой… Определился как мне завтра уехать в Хараре и пошел в сторону центрального рынка.



По пути я решил зайти в ресторан. Именно в ресторан, а не в фаст фуд. Я забыл, что ресторанами в Зимбабве называются забегаловки с сидячими местами, - все остальное от лукавого. Но поскольку других едальных заведений, кроме пиццы хат, за всю свою прогулку я не обнаружил, я решил пообедать здесь. В меню было только одно блюдо, поэтому мнея даже не спросили, а просто дали номерок и показали за столик, где я должен был ждать традиционную садзу и неопределенное мясо. Еда, конечно ужасная, но зимбабвийцам нравится, да и другого у них в Мутаре – нет. Обед плюс две колы обошелся мне в 25000 зимбабвийских. Больше всего меня поразило, что местное население почти не покупает здесь напитки, а пользуется общей кружкой, которая на металлической цепочке пристегнута к умывальнику. Совок чистой воды!
На рынке я купил арбуз за 20000 зимбабвийских и присел на скамейке пофотать местных персонажей. Как оказалось, я занял правильное место – это место где тусуются мутарские фотографы.



Меня тут же обступили человек пять, и с нескрываемой завистью смотрели на мою цифрозеркалку. Дело в том, что они до сих пор пользуются обычными проверенными пленочниками.

Цифру в Зимбабве никто не завозит. Я не против пленки, более того, я уверен, что пленка даст цифре огромную фору, но цифра стала для меня иным способом существования, мне проще провозиться с файлом на компьютере, чем колдовать с химией, да и количество кадров на цифре значительно превосходит пленку. А эти бедолаги фотографию сделали своей профессией, но не могут заработать даже на самую бюджетную зеркальную камеру – все их сбережения съедает инфляция.



Короче, мы болтали, я фотал, показывал им что получается, как выглядят пересветы, гистограмма и прочие цифровые нехитрости…



Тут подошел один из фотографов и сказал, что напротив сидит самый богатый человек в Мутаре и просит сфотать его. Да, блин, не вопрос! Щелк! И все побежали смотреть на монитор, и тут же восторженно защелкали языками и побежали с докладом к тому, «самому богатому».



Тот удовлетворился их сообщением и продолжил деловой разговор. Меня не смутила его реакция: кто я, и кто он! Положение не позволяет общаться напрямую. Мы поболтали и пофотали еще час, и я вернулся в гостиницу поедать арбуз. На всякий случай, я купил еще одну бутылку колы для Мелодии.
Арбуз оказался не вкусным, каким-то сухим, не сочным, но я все равно его доел, потому что он был совсем не крупным, а с маленькую круглую дыньку. Я презентовал Мелодии колу, попросил разбудить меня в четыре часа, и не особенно доверяя ее пунктуальности завел свои часы на это же время.

17 апреля 2007 года.
Меня опять забыли разбудить! Наверное, непунктуальность у зимбабвийцев в крови. Они все исполняют, но через час, два, сутки, год, да и вообще в другой жизни, но расшибутся в лепешку, главное их предупредить об этом.
На улице темно. Я опять иду по пустынным неосвещенным тротуарам. Ближе к автостанции меня останавливает патруль, проверяет документы, но не найдя ничего противоправительственного – отпускают. Без пяти пять я сажусь в автобус оплачиваю 50000 зимбабвийских, и буквально через пять минут мы начинаем колесить по городу. Кстати, мы проехали всего в 50 метрах от моего отеля. А потом вернулись обратно на станцию, подождали еще немного, и, затем, очень скоро поехали через холмы в сторону столицы.

Часть XII. Снова Хараре.
17 апреля 2007 года. (продолжение)
В Хараре я решил поселиться туда, где в прошлый раз мест не было, - в «Отель на Пятой авеню». Поэтому, выйдя из автобуса, я поймал такси и еле уломал водилу отвезти меня туда за 100 тысяч. Езда продолжалась долго, минут 10, и водила забрал у меня честно заработанные деньги. На ресепшне меня без проблем поселили в номер , где стоял телек, и по нему показывало аж 2 государственных телеканала. Туалет и ванна с душем оказались общими с соседним номером. И то, и другое здесь было установлено еще до эпохи Независимости. Брезгливо встав в облупленную ванну в сандалях я принял душ, выпил презентованного чая с сахаром (!) и пошел в город.
Я долго болтался по улочкам Хараре, пока не нашел скамейку, куда пристроился, достал фотик, пристегнул телеобъектив 70-200 и сделал первый кадр проходящей мимо симпатичной студентки.



Через пару минут напротив меня резко затормозил «Прадо». Оттуда с заднего сиденья высунулась толстая морда негра и крикнула мне: «Эй, ты, иди сюда быстро!» - я поморщился, чтобы какой-то негр, кричал мне «эй, ты!», и приказывал подбежать к нему на задних лапках, - да пошел он в свою черную жопу! Я остался сидеть неподвижно. Тогда он послал ко мне своего водилу. Водила очень вежливо, стесняясь реакции своего хозяина, сказал: «Вон тот человек в машине просит подойти вас к нему». – «Очень хорошо», - ответил я, «если ему это так надо, то пусть он сам и подойдет ко мне». Водила передал мои слова хозяину, тот в бешенстве выбежал из машины и бросился ко мне. Я не пошевелился, но на всякий случай приготовился дать отпор кулаками. Не добежав трех метров толстяк запыхался и закричал, что Зимбабве свободная страна и он не позволит всяким журналюгам тайно снимать ее жителей. Он бегал вокруг меня, но видя мою внешнюю невозмутимость опешил. Тогда он лихорадочно покрутил головой, увидел полицейского и закричал, чтобы тот разобрался со мной. Ко мне действительно подошел полицейский, и только после этого толстяк уехал. Полицейский доброжелательно проверил мои документы, попросил показать ему, что я наснимал. Я показал единственный кадр: «Смотри, это красивая девушка?» - он согласился, «Тогда почему я не могу ее сфотографировать? Я снимаю людей, которые мне нравятся, я последний день в Зимбабве, завтра улетаю домой, а люди страны – это самое ценное, что есть в стране», - продолжал демагогию я. Тот опять согласился. «И все же, закон есть закон, нельзя в Зимбабве снимать людей, можно только дома, улицы, машины, а людей нельзя. Вам нужно поменять объектив на ландшафтный». – «Хорошо», - сказал я. Он дождался пока я заменю объектив, пожелал всего хорошего и мы расстались. Хороший оказался полицейский. Не арестовал меня, не повел в участок, хотя я и нарушил закон Зимбабве. Вот так доброжелательность укрепляет дружбу между народами!





Я начал бродить по улицам и снимать городские пейзажи. Пока ко мне не подошел парень и не попросил сфотать его, я долго пытался отвертеться от этой участи, но он настоял на своем, сказал, что не боится никаких жирных козлов в «Прадо», что он сам по себе парень – ничей.

Потом он сказал, что Мугабе – сам козел, что его давно пора убить, что он развалил всю страну. На что я ему ответил, что народ Зимбабве сам его выбрал, да и не в моих интересах слушать его политический треп. Он согласился и попросил немного денег на еду. Денег я ему дал. 10000, - все, что у меня в это время было в карманах из местных денег. Он поблагодарил, сказал, что русские – самые лучшие и ушел. Вот так небольшая сумма способствует взаимопониманию между народами.

Затем, какими-то петляющими путями я оказался опять на площади Единой Африки, где увидел уличных фотографов. Мы познакомились. Я рассказал о недавнем происшествии. Те посетовали, что так оно и есть. Что единственное место, где можно снимать людей в Хараре – это именно эта площадь.

Мы опять поговорили о преимуществах цифры, и они сходу начали предлагать мне деньги за мой фотик. Цена подскочила до 3000 за комплект, а я, балбес, не согласился, хотя, буквально завтра, в Дубаях я мог купить тоже самое на тысячу, а то и больше дешевле. Ну лоханулся, - с коммерческой точки зрения, но мне так не хотелось расставиться со своим фотиком, что я не сильно-то и пожалел…
Ближе к вечеру я вернулся в отель. В ресторане начинала собираться толпа. Сначала я не обратил на это внимания, но потом толпа росла, музыка становилась все громче, и я понял: наступает День Независимости – 18 апреля. Негры танцевали, пили и пели до 6 утра, прямо под моим окном. Все это время я не мог заснуть, а самолет в 10!

18 апреля 2007 года.
Кое-как продрав глаза, я соскочил с постели и помчался на улицу. Улица – пуста абсолютно – все таксисты дрыхли после вчерашней попойки. Пришлось идти в сторону центра. Это около 10-15 минут ходьбы. На огромной стоянке паслись таксисты. Их было человек (а соответственно и машин) пятьдесят. Как только они увидели потенциального пассажира – они начали разрывать меня на части, выкрикивая суммы: 250! 200! 180! Я же их коротко отрезал, сказал: «100 тысяч, и ни доллара больше!» Пока все стояли и обдумавали мое взвешенное предложение, ко мне подошел один таксист, и сказал: «Поехали!»
Пока мы ехали в аэропорт нас на великой скорости обогнал кортеж с самим Мугабе, который провожал делегацию китайских военных, о них я узнал еще вчера из выпуска новостей. Но почему они не остались на годовщину национального праздника? Мугабе уехал из аэропорта еще до нашего приезда. Его ждал народ на стадионе, где и проходили официальные торжества.
Рейс задержали на 4 часа. Местных денег у меня не осталось вовсе, и я коротал время тем, что болтался по аэровокзалу, и болтал с такими же как и я невезучими пассажирами, которым не хотелось платить по официальному курсу за напитки в ресторане.
Наконец, объявили регистрацию, мы прошли границу, и я снова вздохнул с облегчением: третья стадия долгого возвращения домой – завершена!
В дьютифри я хотел купить бутылочку хорошего вина, чтобы распить ее в самолете, но цены в 25-30 американских мне показались чрезвычайно завышенными, и я купил череп крокодила в подарок для сына. Потом мы сели и взлетели. Прощай Зимбабве!
Борт кенийских авиалиний летел над бескрайними лесами Африки, над озером Малави, потом над Танганьикой. Я поставил себе в наушниках джаз и попросил принести стюарда красного вина. Представляете себе, что он принес! Это было самое классное африканское вино! Когда 3 года назад мы с женой гордые спустились с вершины Килиманжаро, мы попросили менеджера нашего лоджа принести самого лучшего красного вина – нам принесли бутылку восхитительного Биллингема купаж 2001 года. Этот терпкий вязкий вкус у меня был до сих пор на губах и на языке, но нигде в России я не мог приобрести его. А тут мне приносят сразу две бутылочки по 186 мл. именно купажа 2001 года!!! Я пил чудное вино, смотрел, как гаснет день, как солнце на заходе золотом отражается в Танганьике, а ее берега усыпаны изумрудной зеленью! Представляете: золото на изумрудах! И я попросил еще вина. Мне принесли еще две бутылочки, а потом еще. За перелет Хараре – Найроби я выпил почти 1200 мл Биллингема и был счастлив. Я опять расстаюсь с Африкой на долго (ждет меня Непал и Перу с Эквадором), но путешествие удалось, и я вернусь сюда еще не один раз! До встречи, черный континент! Люблю я тебя!

Напоминаю, что все права на использование данного текста и фотографий принадлежат ресурсу www.travel.awd.ru BR