Мусульмане РФ обращаются в Православие?

По сути, эти законопроекты ущемляют права представителей других конфессий. Однако, европейцы решили не протестовать против таких событий, а просто обращаться в ислам. Приспособленческие качества некоторых коренных жителей Европы уже приобретают моду и у менее находчивых граждан ЕС.

 Но в России такого не происходит. Подобная ситуация вызывает недоумение у многих европейцев: как в стране, где изначально проживает достаточное количество мусульман и множество национальных республик, «постоянные теракты» со стороны исламистских радикалов, нет такой тенденции? Конечно, по мнению тех же европейцев, в России идет жуткая война с Чечней. И причина этой войны – религиозная несовместимость.  Наверно, поэтому они и не понимают, почему русские не становятся мусульманами.

Но более того, в России не только никто осознанно не переходит в ислам, но и наоборот, мусульмане переходят в православие. Подобная тенденция носит перманентный характер, о чем говорят не только статистические данные и представители РПЦ, но и сами муфтии РФ.

 Например, первый заместитель муфтия Нижегородской области Дамир Мухетдинов считает, что в России темпы роста количества переходов мусульман в православие сегодня превосходят аналогичные темпы принятия христианами ислама.

 Сегодня огромное количество представителей этнических групп, исповедующих ислам, вступают в смешанные браки, и уже дети второго поколения теряют религиозную самоидентификацию, называют себя русскими именами и становятся православными. Таких людей гораздо больше, чем русских, перешедших в ислам. Между тем количество пришедших в православие очень часто не связано с социальными факторами, такими как брак или среда обитания. Нет и тех, кто меняет веру «за компанию». В основном те, кто приходит в православие, делает это осознанно и планомерно, изучив богословские аспекты религии.

 Ислам же принимает большинство современных русских девушек. Они идут на этот шаг не потому, что познали ислам, посвятив ему годы, а из-за желания либо шикарной жизни за границей, на родине будущего мужа, либо по наставлению  супруга. Муж-мусульманин сказал, что надо ислам принять, вот она пришла в воскресную школу.

 Сам муфтий Д.Мухетдинов признает, что верующих мусульман всего лишь 4-5%. Большинство - неверующие. «Нам бы хотелось видеть всех мусульманами, но это невозможно. Правда, большие цифры нужны многим нашим общественным и религиозным деятелям для предстоящих выборов. Когда мы говорим, что в Москве проживает чуть ли не три с лишним миллиона мусульман, ну хочется нам... Мне хочется, чтобы в Нижнем Новгороде было 500 тысяч татар и мусульман. Чтобы сказать: товарищ губернатор, дайте нам не 150 тысяч, а пять миллионов, чтобы мы потратили на общественные и религиозные нужды», - говорит Д.Мухетдинов.      

Такое положение вещей указывает на победу православия в России. И увеличение числа православных зависит не только от введения «Основ православной культуры» в школах, из-за которого так возмутились представители других конфессий, в основном, иудаизма, а из-за объективного состояния современного общества. К счастью ортодоксального христианства и к горю ислама, большое количество граждан России находят смысл жизни и мира именно в православии.

 Факт перехода из ислама в православие граждан РФ в эксклюзивном интервью KM.RU прокомментировал ответственный секретарь Всемирного русского народного собора Олег Ефимов.

 - Как вы прокомментируете факт перехода из ислама в православие граждан РФ?

 - Ну, во-первых, я очень рад этому событию. Я считаю, что подобная тенденция говорит о многом, как о политических факторах, так и, конечно, глубоко сакральных. Я знаю, о том, что многие приходят в православие именно из ислама. Конечно, если смотреть на бытовом уровне, то подобные события начались после начала активной стадии чеченского конфликта, а именно с взрывов домов в РФ. Люди интуитивно хотели чего-то другого. Но я не хочу сказать, что ислам - это плохая религия. Добавлю, что в православие приходит больше всего татар. Даже появилась новая нация – крещеты или крещены, бывшие татары-мусульмане. Это говорит о массовом явлении, если появляется целая нация!     

Затем этот бурный рост перемены религий сократился и принял настоящий вид. Сейчас человек осознанно приходит к пониманию православия, после длительного постижения глубин и духовных таинств православия, взвешивая и сравнивая то, что видел, ощущал, в чем жил, с тем, чем овладевает.      

Кстати, замечу, в мусульманство, в основном, уходят девушки после или перед замужеством, а в православие приходят мужчины. Это очень показательный момент – если женщину можно склонить, заставить, то мужчина чаще принимает решение все-таки сам. Поэтому мы видим проявление религиозного рвения в высшей степени. Отмечу, что те, кто обращается в православие после исповедания другой религии или после воинствующего атеизма, становятся более верными Богу, более трепетно относятся к своей душе и вере.        

Я могу констатировать, при всем моем уважении к исламу, что эта религия терпит поражение. Конечно, можно говорить, что сила не в многочисленности, а в истинности веры людей – их может быть 10 человек, но они искренне и сильно верят, но потеря мудрых мужей, сынов божьих – серьезный удар по авторитету религии. Тем более, в православие обращаются именно хорошо образованные люди, интеллигенция ислама.

http://www.km.ru/magazin/view.asp?id=BA4AC94196A54E138B606C842AAC431C&idrubr=3A76693B8E0711D3A90A00C0F0494FCA

Высказывания современных мусульман:

"Ислам теряет привлекательность, поскольку в природе человека заложено стремление к любви. Люди идут в мечеть не из любви, а из страха перед Аллахом. Любовь привлекает, а страх отталкивает. В этом причина, почему члены индусской ообщины предпочитать принимать христианство, а не ислам и даже наша собственная молодёжь".
др. Азиз Рахман

"Мы видим это каждый день. Даже дети великих мауланов оставляют ислам ради светской жизни. Кто бы мог подумать! Это серьезная угроза выживанию большой части мусульманского мира".
Эмерих Яхья

"Сегодня, благодаря спутникам и электронной почте, мы можем передать сообщение ислама людям разных культур во всем мире. Однако, как ни странно, значительное число мусульманских детей в Соединенных Штатах и Европе покидают Ислам".
шейх Ахмед Абд Рашид

"Я не говорю о нашем поколении, оно скоторое скоро уйдёт. Наша молодёжь - вот что имеет значение, второе и третье поколение. В Соединенных Штатах, приблизительно сорок процентов молодёжи отошли от ислама полностью. Это очень тревожное явление".
др. Абдул Хасан

"Существует расширяюшаяся трещина между нашим поколениеми и младшим, многие отворачиваются от ислама группами. Существующие условия в мусульманских обществах дают преимущества врагам ислама. Многие мужчины и женщины внутри мусульманских обществ отвернулись и отворачиваются от ислама, из-за этих искажений и отклонений".
др. Мохаммад Фарук

"Я знаю, что мусульмане демонстрируют примеры исламизации некоторых жителей западных стран, как доказательство правоты их религии. Однако, большинство из тех, кто становятся мусульманами, оставляет ислам вскоре после того, как ближе знакомятся с ним. Проблема в том, что те, кто оставляет ислам, не рекламируют это из соображений безопасности".
Марьям

"Современность быстро секуляризует мусульман и ассимилирует их в местные культуры. Среди европейских мусульман менее 10% совершают молитву. Для сравнения, число регулярно молящихся христиан во Франции составляет 5%, а в Северной Ирландии - 23%".
Социолог, Мустафа Малик

"Мусульмане тихо покидают ислам. Это трагический секрет бормочущего в воздух исламского общества, которое пытается сказать нам что-что, но мы не слышим этот шепот, потому что он заглушен грубыми криками о том, что "ислам - наиболее быстро растущая религия".
Л. Хассан.

Об обращении в ислам православного священства

Тема сосуществования исламской и христианской цивилизаций, мировоззрений достаточно разных для того, чтобы порождать большое количество вопросов, можно назвать «устойчиво» актуальной. Мы регулярно становимся свидетелями того, как в этом сосуществовании разворачиваются информационные войны. Сейчас — это попытка исламского мира заставить папу Бенедикта XVI подобающим образом извиниться за цитирование «нетолерантных» текстов.

Несколько ранее и конечно в «местном», российском, масштабе можно было наблюдать как принятие православным священником ислама становится достоянием широкой общественности с подачи исламских СМИ. Роман Силантьев (http://gorod.tomsk.ru/index-1227345560.php), исламовед, выпускник геофака МГУ, кандидат исторических наук, автор известной книги «Новейшая история исламского сообщества России», любезно согласился прокомментировать это событие:

— Не так давно принятие православным священником Владиславом Сохиным ислама широко освещался нас страницах электронных СМИ. Исламские интернет ресурсы афишировали это событие как новость номер один. Как по-вашему, почему этот грустный инцидент дал толчок мощной пиар кампании?

— Если бы в ислам переходили часто, то это не считалось бы сенсацией. Между тем на мусульманских сайтах нередко можно заметить, как даже из перехода простых людей в ислам делают целую новостную полосу. Это дает основание думать, что подобные случаи довольно редки. Действительно, новообращенных мусульман сейчас в России не более трех тысяч. Из них подавляющее большинство составляют женщины, сменившие веру из-за семейных соображений, то есть вышедшие замуж за дагестанцев, чеченцев, ингушей или арабов. Людей же, принявших ислам из идеологических соображений, на данный момент насчитывает менее тысячи. Поэтому каждое пополнение этой группы для ее членов считается значимой новостью.

Переход в принципе отца Владислава Сохина в ислам особого удивления не вызывает. Это, к сожалению, во многом проблема Русской православной церкви, в начале возрождения которой часто рукополагались люди, недостаточно проверенные или подготовленные, впоследствии не сумевшие достойно нести свой сан. Такие люди переходили затем в секты, в группы «альтернативного православия», становились атеистами или мусульманами.

Другое дело, что для таких людей существуют специальные «сточные канавы», как, например, секта суздальских педофилов и ее «лурьитское» ответвление, или разные «Истинно православные церкви». По науке такие люди должны туда уходить именно туда, однако в случае Полосина или Сохина система дала сбой и эти товарищи пошли в ислам, начав разлагать его изнутри.

Действительно, неофиты, как правило, приносят мусульманам больше вреда, чем пользы, поскольку, приняв ислам, они начинают поучать мусульман, как правильно молиться, как им правильно исповедовать эту религию, довольно быстро начинают искать какие-то экзотические направления. Тот ислам, который исповедует большинство дагестанцев или татар, их не прельщает, они ищут для себя неких особенных течений, поэтому среди упомянутой выше небольшой группы «идеологических» мусульман можно встретить представителей по меньшей мере двадцати направлений мусульманской религии. Интересно также, что до трети русских мусульман являются шиитами, в то время как среди российских мусульман в целом доля шиитов не превышает 5—6 процентов. Нельзя не отметить и огромный процент экстремистов и террористов среди «русских мусульман» — учитывая статистику правоохранительных органов и общую численность новообращенных, доля радикалов в их сообществе превышает 50 %.

— Есть ли статистика переходов из ислама в Православие? Стоит ли брать пример с исламских СМИ в том, чтобы акцентировать внимание общества на этих переходах, создавать вокруг подобных ситуаций ажиотаж?

— Дело в том, что рекламной кампанией «переходов» занимаются не исламские СМИ, а псевдоисламские. Надо отметить, что адекватных исламских средств массовой информации в России практически нет. Все эти сайты и журналы, о которых вы говорите, являются враждебными в первую очередь к исламу, поскольку разжигают ненависть как между мусульманами, так и в отношении мусульман со стороны представителей других религий. Если зайти на самые популярные российские исламские сайты, то вместо проповеди ислама, которая по идее должна вестись на такого рода ресурсах, там можно прочитать детали внутренней войны между различными группировками мусульман, массу компромата на их духовных лидеров, а так же очень резкие выпады в адрес христианства, иудаизма и буддизма.

Поэтому нельзя сказать, что все исламские сайты делают на этом PR. Исламские сайты действительно есть – в Татарстане, например, на Северном Кавказе – они эти вопросы стараются не поднимать, поскольку, в общем-то хорошо знают, кто такие «русские» мусульмане и что они из себя представляют: лишь единицы из них действительно могут считаться нормальными верующими. И если мусульмане, как правило, принимают христианство потому, что им нравится христианство, они считают его истинной верой, то большая часть русских, принимающих ислам – как будто бы мстит христианству за что-то. Этнические мусульмане, переходя в христианство, не начинают вести войны против ислама, то есть не превращают свое крещение в пиар-акцию на страницах православной прессы.

А вот по отношению к «русским» мусульманам есть ощущение, что переходят они в ислам из пропагандистских соображений. Чтобы все обязательно об этом узнали, чтобы возник скандал. Например Сохин, перейдя в ислам, два месяца выполнял обязанности православного священника, совершал литургии, и все это время ждал, когда можно будет максимально эффективно объявить о смене веры. Это, честно говоря, похоже на что угодно, только не на искренний переход в веру. Так и в случае Полосина, который, перейдя в ислам, стал сразу писать антихристианские книги, причем нарочито хамские и оскорбительные.

— А если попытаться вернуться к вопросу о статистике...

–Статистику обратных переходов трудно посчитать, потому что если все-таки «русских» мусульман мало, около 2,5-3х тысяч, то обратный переход совершают минимум на два порядка большее количество людей. По моим подсчетам от полутора до двух миллионов этнических мусульман перешли в христианство за последние 15 лет. Около 20 процентов татар, башкир, казахов, кабардинцев, адыгейцев сейчас исповедуют христианство в тех или иных формах.

Можно также посчитать православных священников, этнических мусульман самой разной национальности, их сейчас около трехсот. Лично знаком с тремя священнослужителями-чеченцами: одним диаконом и двумя иереями. Много татар, казахов, башкир, много священников из киргизов. Это люди, как правило, укорененные в Православной вере, и к исламу они относятся уважительно и без вражды. И они перешли в христианство не для того, чтобы воевать с исламом, а для того, чтобы быть христианами.

Экстремисты против экстремизма

Так называемый Совет муфтиев не знает отказа ни в чем, но при этом его лидеры твердят о мифической исламофобии и требуют от власти все новых уступок, новых ресурсов. Ректор Московского исламского университета Муртазин беспардонно заявляет, что Россия уже не является православной страной, глава совета муфтиев Гайнутдин позволяет себе откровенно ксенофобские высказывания. Сопредседатель Совета муфтиев Аширов просто достал благопристойных граждан своей борьбой с православной символикой в российском гербе и за введение в России многоженства и многомужества

Некоторые СМИ создали образ «совета муфтиев России» (СМ) как главной и конструктивной структуры ислама в России. Московские власти строят для СМ минареты высотой в 75 метров, идя на поводу у радикалов, желающих «догнать и перегнать» колокольню Ивана Великого, изменить традиционный облик Москвы. СМ не знает отказа ни в чем, но при этом его лидеры твердят о мифической исламофобии и требуют от власти все новых уступок, новых ресурсов. Ректор Московского исламского университета Муртазин беспардонно заявляет, что Россия уже не является православной страной, глава совета муфтиев Гайнутдин позволяет себе откровенно ксенофобские высказывания типа того, что крещение татарских детей является «позором нации» и т.д. Сопредседатель Совета муфтиев Аширов просто достал благопристойных граждан своей борьбой с православной символикой в российском гербе (которую он начал с подачи сепаратистов из «Татарского общественного центра» и при поддержке американского «Карнеги-центра».) и за введение в России многоженства и многомужества. У нас и так нравственная деградация общества – ниже некуда, и исламские радикалы действуют, таким образом, заодно с пропагандистами «свободной любви». Аширов считает читателей за идиотов, утверждая, что в ислам, якобы, переходят «десятки тысяч русских и иерархи Русской Православной Церкви».

Между тем, создание и возвышение «совета муфтиев» искусственно. Это результат политтехнологического вмешательства группы разработчиков проекта «русский ислам», работавших и работающих в администрации Приволжского округа, но теперь перебравшихся под крышу «Росатома». Несколько лет назад в печать попал текст главы Центра стратегических разработок ПФО Сергея Градировского «Логика устного доклада», в котором недвусмысленно указывается на то, что «совет муфтиев» должен стать основой единой централизованной структурой российского ислама. Эти идеи последовательно реализует другой «птенец гнезда Щедровицкого и Градировского» нижегородский муфтий Идрисов, который борется за «единый исламский патриархат» во главе с «верховным муфтием Гайнутдином». Параллельно Идрисов борется с Днем Народного Единства, а его соратник, ректор Нижегородского исламского института, созданного проектантами «русского ислама», якобы, для борьбы с экстремизмом, Мукетдинов утверждает о «непопулярности» Православия на земле преподобного Серафима – Нижегородском крае, и честно предупреждает русских девушек, якобы, в массовом порядке, принимающих ислам, о том, что им придется поработать на банановых плантациях в Турции.

Естественно, что создание и возвышение «совета муфтиев России» невозможно осуществить без дискредитации и «политической зачистки» умеренных муфтиев, понимающих важность и необходимость мира с православным большинством в России, таких как Мухамедали Хузин или кавказские муфтии, которых принялись травить активисты движения «Российское исламское наследие» М. Шевченко и Г. Джемаль.

Разработчики пресловутого «русского ислама» и других версий этого же проекта, которые продолжают осуществляться, утверждают, что создание сети русскоязычных исламских университетов необходимо, якобы, для того, что создать отечественную альтернативу ваххабизму. Однако, на примере заявлений ректора Нижегородского исламского института мы видим, что в реальности создаются центры радикального ислама, заточенные на прозелитизм в русской среде и на политическую русофобию.

Теперь уже официально «Исламский банк развития» из Саудовской Аравии, страны государственного ваххабизма, заявил о своей поддержке «совета муфтиев» и Нижегородского исламского института.

Одиозный антицерковный портал «Кредо» дал понять, что избрание Гайнутдина в Общественную палату означает, что государство будет ставить именно на него. Это — лоббизм реально существующего антицерковного лобби, а не политическая реальность. Ставить на «совет муфтиев» означает для государства работать против себя.

По плану авторов «Логики устного доклада», «совет муфтиев» должен был стать во главе российского ислама через создание «Высшего исламского совета», который должен был объединить все группы российских мусульман под началом «совета муфтиев». Однако Центральное духовное управление мусульман России и Координационный совет мусульман Северного Кавказа выступили резко против создания «Высшего исламского совета. Глава ЦДУМ Талгат ( ныне Шейхула) Таджуддин заявил тогда, что «мы уже не раз заявляли о том, что Совет муфтиев России создавался при непосредственном участии зарубежных исламских центров и ответственен за проникновение в нашу страну ваххабизма» (НГ-Религии, 17 июля 2002 г.).

Претензии «совета муфтиев» на лидерство выглядят абсурдно, так как этот орган объединяет, собственно, 4 муфтиев: Гайнутдина, Нафигулу Аширова, муфтия Татарстана Г. Исхакова и имама Саратовской области М. Бибарсова. В команде «совета муфтиев»: и скандальный прозелит Полосин, и Абдул-Вахет Ниязов, занявший карикатурный пост «министра по делам национальностей» в «альтернативном правительстве» Геннадия Семигина.

Между тем, затея с клонированием в России вообще и в Москве в частности многочисленных «исламских университетов», численность которых превзошла православные ВУЗы, поражает и размах прозелитических замыслов, и масштабами обмана органов государственной власти на самом высоком уровне, и авантюризмом.

К 2002 году мусульманскими религиозными объединениями, в первую очередь, «советом муфтиев России», была создана целая сеть ВУЗов, готовящих не только и не столько имамов, сколько исламскую политическую элиту. А именно: Российский исламский университет в Татарстане, Институт исламской цивилизации, Университет мусульманской культуры, Московский исламский университет. Последнему в 2000 году Правительство Москвы выделило свыше 3, 5 тысяч кв. м. под учебные цели. Однако, они не были освоены, а «совет муфтиев» начал кампанию по созданию еще одного «Российского исламского университета». Соответственно, всем вышеперечисленным исламским ВУЗам государство оказало поддержку. Напомним, что несколько исламских университетов есть еще в Дагестане, а медресе мы вообще не перечисляем.

Однако благодаря высокопоставленным покровителям государство оказалось попросту обманутым предприимчивыми лоббистами радикального ислама. Под разглагольствования о мнимой исламофобии и необходимости открыть сто двадцать пятый исламский ВУЗ «для противодействия ваххабизму» появилась целая серия поручений Правительства Российского Федерации, возглавляемого тогда М. Касьяновым, о создании Российского Исламского Университета. Эти документы (Поручение Правительства Российской Федерации от 09.09. 2002 №ВМ–ПЗ-13024 о создании нового исламского ВУЗа в столице России появились тогда, когда совет муфтиев занимался сомнительного толка финансовыми операциями.

В наше распоряжение попало исковое заявление о возврате суммы денежного займа , поданное 13 мая 2005 года в Арбитражный суд города Москвы ООО «Авеста–С». Ответчиками являются возглавляемое Равилем Гайнутдином «Духовное управление мусульман Европейской части России (ДУМЕР)» и Московский исламский университет, тот самый, которому московское правительство выделило 3, 5 тысячи кв. м. под учебные цели. Однако они не были реализованы под целевое назначение, а совет муфтиев обманул государство, добиваюсь открытия еще одного «Российского исламского университета». Истец утверждает, что «30 октября 2001 года между ООО «Авеста-С» и Московским Исламских университетом был заключен договор целевого займа, по которому истец передал по частям денежный займ Московскому Исламскому университету в сумме 105000 долларов США. Согласно п. 1. 3 договора займа ООО «Авеста-с» с письмом №12 с просьбой в счет договора займа оплатить ООО «Норма-Строй» 100 000 рублей по договору генподряда №2 от 26. 10. 2001 г. Платежным поручением №24 от 05.11. 2001 г. ООО «Авеста-с» перечислило 100 000 рублей в счет договора займа ООО «Норма-Строй» в виде оплаты договора генподряда за Московский исламский университет. Всего общая сумма займа в размере 1 697412 руб. 92 коп. в период времени с 5 ноября по 24 декабря 2001 г. была истцом также перечислена Московскому исламскому университету по его письмам на указанные университетские цели.

Таким образом, первая передача заемных денег МИУ состоялась 05 ноября 2001 года, и Московский Исламский Университет был обязан погасить задолженность по заемному обязательству, указав срок возврата денежных средств — в апреле 2005 года истец письменно потребовал у МИУ погасить задолженность по заемному обязательству, указав срок возврата денежных средств — 29 апреля 2005 года. Однако до настоящего времени Московский Исламский Университет денежную сумму займа истцу не возвратил, мотивируя это тем, что на его расчетном счету денег не имеется…

Истец отправил письменное требование о возврате заемного долга, но ответа так и не получил. На основании изложенного, ООО «Авеста-С» привлек в качестве ответчика собственника (учредителя) основного должника Московского Исламского Университета – ДУМЕР». Помимо требования возместить ущерб истец потребовал «В соответствии с ч.1 ст.92 АПК РФ одновременно с иском заявляю ходатайство об обеспечении иска по следующим основаниям. Ответчик длительное время (на протяжение трех лет) уклоняется от возмещения причиненного ему ущерба, на письменное предложение истца добровольно возвратить сумму денежного займа не реагирует, даже не принимает мер к возмещению ущерба… прошу суд в качестве обеспечительной меры наложить арест на денежные средства и иное имущество, принадлежащее ответчику и находящееся у него».

На молодежно-уголовном сленге поведение Гайнутдина и его подопечных называется «кидалово», т.е. циничный обман, финансовые махинации, воровство, а в отношении государства – это обман и вымогательство земли, недвижимости, медиа и политических ресурсов. Московское правительство выделяет немалые площади под «Московский исламский университет», но они не используются по назначению, займы для университета не возвращаются, а совет муфтиев требует создать еще один университет. Как известно, Российский исламский университет планировалось открыть в Сергиевом Посаде – это наглая демонстрация, либо при Институте Стран Азии и Африки МГУ, где уже десять лет действует Центр по изучению основ ислама и исламского богословия (заметим, что у православных подобного научного центра в МГУ нет, а создание «Центра по изучению основ православия, православного богословия и восточнохристианской цивилизации» крайне необходимо).

Мало того, у «совета муфтиев» денег не может не быть. Эту организацию открыто поддерживает саудовский «Исламский банк развития». Как сообщает www.volgainform.ru, Саратовская Духовное управление мусульман Поволжья, возглавляемое сопредседателем совета муфтиев Биббарсовым, выиграло грант Исламского банка развития. Духовное управление мусульман Поволжья (ДУМП) выиграло грант, предоставленный Исламским банком развития, на завершение строительства мусульманского религиозного комплекса в Саратове, сообщил муфтий Поволжья Мукаддас Бибарсов. Стоимость проекта составляет несколько сот тысяч долларов США.

По словам муфтия Поволжья, в Саратовском исламском комплексе планируется открытие мечети и филиала одного из высших исламских учебных заведений. Новый мусульманский храм рассчитан на две тысячи человек. Однако, как сообщили в ДУМП, в дни главных праздников ислама на молитву в этой мечети смогут собраться порядка четырех тысяч человек.

Кстати, у православных в Саратове таких комплексов нет, а вот ответ на попытки их создания некие «оранжевые» группки проводят пикеты против «клерикализма».

Обманом государства являются и утверждения о том, что вся эта огромная сеть исламских университетов необходима для «борьбы с экстремизмом и ваххабизмом». В действительности, происходит импорт экстремизма и ваххабизма, да еще и совращение в него православных людей. Как сообщает «Правда Он-лайн» (10 2003.07.17 ВЕРБОВЩИКОВ ШАХИДОВ ВЫСЛАЛИ ИЗ РОССИИ. ПОЧЕМУ?): «Правоохранительные органы Свердловской области официально подтвердили "Известиям" факт высылки из страны граждан Саудовской Аравии Аль Талеба Мухаммада Сауда и Аль Хабра Абдуллаха. Представители Всемирной ассамблеи исламской молодежи прибыли в Россию две недели назад вполне легально — по приглашению председателя совета муфтиев России Равиля Гайнутдина. И даже по просьбе главы духовного управления мусульман азиатской части России (ДУМАЧР) Нафигуллы Аширова провели в Омске несколько семинаров по основам ислама.

В семинарах участвовали молодые мусульмане из шести регионов страны. Наиболее подготовленные слушатели, по задумке исламистов-фундаменталистов, должны были продолжить обучение в специальных религиозных центрах Ближнего Востока. Именно в таких центрах, по мнению экспертов, молодые люди подвергаются серьезной идеологической обработке, там воспитываются будущие террористы-шахиды.

Решением федерального суда Центрального округа Омска миссионеры из Саудовской Аравии были подвергнуты административному штрафу и выдворены из страны за отсутствие регистрационных документов. Из аэропорта "Кольцово" Екатеринбурга их отправили рейсом в Дубаи. Характерно, что год назад эти же двое волонтеров проводили серию "семинаров" на территории Свердловской области. Итогом их работы стала мобилизация "на учебу" за рубеж троих молодых россиян, о судьбе которых сегодня ничего не известно».

Привлекает внимание и фигура Нафигулы Аширова, который в последние месяцы завалил все органы государственной власти откровенно безумными инициативами — это и призывы к разрушению государственной символики России, и пресловутое многоженство, и слова, которые можно интерпретировать как призывы к расправе и самосуду — комментируя 19 января газете «Коммерсант» встречу представителей религиозных конфессий, на которой было предложено усилить охрану культовых объектов, Аширов заявил, что мусульмане не нуждаются в усиление государственной охраны, мотивируя это тем, что если кто придет в мечеть с недобрыми намерениями, «то может из нее и не выйти». В 2000 году органами внутренних дел был арестован ставленник Аширова имам-хатыб мечети г. Ишим А. Бурхан, уроженец Узбекистана, заочно приговоренный по ст. 159 УК Узбекистана за участие в покушении на Президента Узбекистана Ислама Каримова и попытку насильственной смены государственного строя.

Аширов неоднократно высказывался о том, что «необходимо поддержать чеченский народ в их стремлении к независимости». «От признания независимости Чечни зависит стабильность на Северном Кавказе, в том числе России и во всем мире»,- заявлял он. Понятно, почему Аширов выступает против государственной аккредитации религиозных ВУЗов — такая регистрация и аккрекдитация опасны тем, кто под видом «медресе» создает центры подготовки «специалистов» по ведению уличного боя или агитаторов «русского халифата».

И таких фактов можно при вести множество. Тогда возникает законный вопрос — почему государство заигрывает и поддерживает «совет муфтиев» и всю эту братию, спокойно наблюдая за вытеснением умеренных лидеров ислама: Таджуддина, Хузина, Салмана?

Ответ прост. Лоббизм сторонников радикальной исламизации России, чреватой кровавыми межрелигиозными и межнациональными конфликтами, достиг очень высокого уровня. В заблуждение введены высшие государственные лица. Именно так следует интерпретировать документы Президента России: Распоряжение от 21 мая 2002 года ПР-849

МК-03-07388 М. Касьянову, Ю. Лужкову и Ю. Осипову «Предложение об открытии в г. Москве Исламского университета заслуживает внимания. Прошу проработать вопрос и доложить»

и «Поручение» М. Касьянову от 19 июня 2002 года ПР-1089 «Продолжающиеся проявления религиозного экстремизма в стране требуют принятия дополнительных мер по повышению уровня взаимодействия государства с религиозными организациями.

Прошу в первоочередном порядке разработать комплекс мер по оказанию организационной, материальной и методической помощи в развитии сферы религиозного образования, прежде всего мусульманского» (документы были опубликованы на сайте «Столица.Народ.Ру»)

Укрепление взаимодействия государства с традиционными религиозными организациями дело важное и необходимое. Но нам принципиально важно выявить и проследить механизм дезинформации высших должностных лиц Российского государства. Понятно, что дело было представлено так, что речь действительно идет о борьбе с экстремизмом. Президенту же не доложили, что исламских университетов в России уже больше, чем православных, и что они становятся рассадниками экстремизма. А от государства требуют еще один создавать. Как же происходит дезинформация высших лиц государства?

В этом контексте очень интересен один документ, а именно письмо Заместителя Руководителя Аппарата Правительства М. Триноги министру образования А. Фурсенко от 17 марта 2004 года (1678п-ПЗ), в котором чиновник обвиняет заместителя министра образования профессора Леонида Гребнева в то, что он «не организовал должным образом работу и не принял необходимых мер для выполнения поручений Президента РФ. На протяжении почти двух лет в Правительство Российской Федерации направлялась повторяющаяся информация, не содержавшая даже попыток решения поставленных задач. В результате важные политические решения… остаются невыполненными». Таким образом, заместителя министра образования Леонида Гребнева, известного как сторонника введения в школах «Основ православной культуры», обвинили в срыве правительственных поручений.

В действительности , предшественник Фурсенко на посту министра образования В. Филиппов разъяснил позицию Министерства образования по указанному вопросу. Он ответил на обвинения Триноги:

«В соответствии с поручением Правительства Российской Федерации от 09.09.2002 №ВМ-ПЗ-13024 и с запиской начальника Департамента по связям с Федеральным Собранием, общественными организациями и религиозными объединениями Ф.М.Мухаметшина от 05.09.2002 №ПЗ-781 Министерство образования Российской Федерации сообщает следующее.

Согласно поручениям Президента Российской Федерации В.В.Путина от 21.05.2002 №Пр-849 и от 19.062002 №Пр-1089 и Председателя Правительства Российской Федерации М.М.Касьянова от 24.06.2002 №МК-ПЗ-09156 Министерство образования Российской Федерации рассмотрело правовые и фактические основания создания Российского исламского университета.

Подготовленная Министерством образования Российской Федерации информация не содержала реального комплекса мер по оказанию организационной, материальной и методической помощи в развитии сферы мусульманского образования по следующим причинам:

1. Мусульманскими религиозными объединениями, в частности Советом муфтиев России, уже создано несколько подобного рода образовательных учреждений: Российский исламский университет в Татарстане, Институт исламской цивилизации, Университет мусульманской культуры, Московский исламский университет. Последнему в 2000 г. Правительство Москвы выделило свыше 3,5 тысяч кв. м. под учебные цели, которые до сих пор не реализованы под целевое назначение (письмо Департамента государственного" и муниципального имущества г.Москвы от 31.07.2002 №02/14214). Министерство образования Российской Федерации считает, что, прежде чем создавать новые образовательные учреждения, мусульманские религиозные объединения должны наладить образовательную деятельность существующих образовательных учреждений, которым государство уже оказало поддержку.

2. В соответствии с Конституцией Российской Федерации, государство не вправе вмешиваться в противоречия между духовными управлениями мусульман и принимать столь явно чью-либо сторону. Центральное духовное управление мусульман России уже выступило с протестом против содействия государства в создании негосударственного учреждения высшего профессионального образования только лишь при Совете муфтиев России (письмо муфтия Фарида Салмана от 07.08.2002). В случае создания поддерживаемого государством Российского исламского университета таковой должен создаваться как централизованное образовательное учреждение, обслуживающее интересы всех крупнейших духовных управлений мусульман России.

В соответствии со ст. 14 Конституции Российской Федерации и ч.1 ст.4 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» государство не вправе брать на себя полностью решение вопросов проектирования и создания негосударственного учреждения высшего профессионального образования. Судя по обращениям Совета муфтиев России в различные федеральные органы государственной власти, развернутого проекта создания планируемого негосударственного учреждения светского высшего профессионального образования и соответствующего экономического расчета не существует. Но в соответствии с ч.1 ст. 14 Конституции Российской Федерации, устанавливающей запрет на установление какой-либо религии в качестве государственной, а также в соответствии с ч.2 ст.4 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» государство не может вмешиваться во внутренние дела религиозной организации и создавать за нее какие-либо организационные структуры. Согласно ч.1 ст. 19 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» религиозные организации в соответствии со своими уставами имеют исключительное право создавать учреждения профессионального религиозного образования (духовные образовательные учреждения) для подготовки служителей и религиозного персонала, то есть государство не вправе создавать учреждения профессионального религиозного (духовного) образования. Государство может оказать религиозному объединению помощь в реализации его проектов, но готовить эти проекты религиозное объединение должно самостоятельно.

В связи с этим выполнять пункт 1 записки начальника Департамента по связям с Федеральным Собранием, общественными организациями и религиозными объединениями Ф.М.Мухаметшина от 05.09.2002 №ПЗ-781 — то есть уточнять список имеющихся и реально работающих учебных заведений в сфере религиозного мусульманского образования России, выделять высшие учебные заведения, имеющие уже в настоящее время достаточную материальную и методическую базу, учебные пособия и квалифицированный преподавательский состав, преподающие общеобразовательные дисциплины, имеющие лицензию, а также достаточный состав обучающихся, должны мусульманские религиозные объединения, а не Министерство образования Российской Федерации.

Предусмотренное пунктом 2 записки начальника Департамента по связям с Федеральным Собранием, общественными организациями и религиозными объединениями Ф.М.Мухаметшина от 05.09.2002 №ПЗ-781, оказание методической помощи в формировании единой многоуровневой системы исламского образования и просвещения в России и рассмотрение вопроса о возможности и целесообразности создания методического центра Министерство образования Российской Федерации выполнить не вправе до тех пор, пока этим не займутся сами инициаторы создания Российского исламского университета — мусульманские религиозные объединения. Светский характер государства в Российской Федерации (ч. 1 ст. 14 Конституции Российской Федерации) не позволяет Министерству образования Российской Федерации подменять собой религиозное объединение и выполнять за него его функции. Каких-либо развернутых и обоснованных предложений от мусульманских религиозных объединений России оказать им методическую помощь в образовательной деятельности в Министерство образования Российской Федерации не поступало.

Что касается пункта 3 записки начальника Департамента по связям с Федеральным Собранием, общественными организациями и религиозными объединениями Ф.М.Мухаметшина от 05.09.2002 №ПЗ-781, то Министерство образования Российской Федерации не вправе внести предложения о возможном содействии мусульманским учебным заведениям в подготовке необходимых учебных пособий, условиях приглашения преподавателей светских учебных заведений для преподавания ряда дисциплин в мусульманских учебных заведениях, о соответствии использования зарубежных пособий и преподавателей в практике работы отечественных мусульманских учебных заведений общероссийским требованиям до тех пор, пока не получит встречные обоснованные предложения от мусульманских религиозных объединений России. Министерство образования Российской Федерации в силу чЛ ст. 14 Конституции Российской Федерации не может брать на себя подготовку учебных пособий для мусульманских религиозных объединений без каких-либо усилий с их стороны.

Учитывая отсутствие у мусульманских религиозных объединений развернутого, проработанного и обоснованного плана создания Российского исламского университета или «единого методического центра», Министерство образования Российской Федерации считает преждевременной подготовку предложений о необходимых нормативных документах для совершенствования мусульманского религиозного образования.

К настоящему времени ответы ряда министерств и ведомств не представлены. По мере их получения Министерством образования Российской Федерации дополнительная информация будет предоставлена.

Министерство образования Российской Федерации считает также, что противодействие религиозному экстремизму предполагает в сфере религиозного образования не только меры по содействию подготовке мусульманских священнослужителей, но и прямую работу государства через СМИ с мирянами всех конфессий, а также формирование идентичных представлений о традиционных в России религиях, прежде всего о православии и мусульманстве, в рамках образовательных программ средней школы.

В.М.Филиппов»

Таким образом, Владимир Филиппов убедительно продемонстрировал всю некомпетентность сторонников очередного Исламского университета, вздорность их обвинений адрес Л. Гребнева и тогдашнего Министерства образования. И самое главное-лживость их заявлений о том, что клонирование «исламских университетов» необходимо , якобы, для противодействия экстремизму. Для противодействия экстремизму, как раз необходимо знать и видеть, что такое «совет муфтиев» России, поддержать те умеренные силы в исламском сообществе, что противостоят ему.

И самое главное. Разработчики «русского ислама», системы подготовки русскоязычных ваххабитов за государственный счет, провокационного доклада «Государства, антропотока», политтехнологи «совета муфтиев» имеют доступ е только к медиа и административным ресурсам, но и возможности лоббирования опасных антигосударственных идей на высшем государственном уровне. Это беспрецедентная угроза национальной безопасности России.