Почему русская нация терпит своих правителей?

Почему русская нация терпит своих правителей? Вот вопрос, на который необходим исчерпывающий ответ, на который, по-моему, еще никто не давал ответа. Просто говорят, что мы достойны своих правителей.

Приведу несколько цитат о русском народе. Фотий, патриарх Константинопольский 9 века: «Народ ничем не заявивший себя, непочетный, считаемый наравне с рабами, неименитый, но приобретший себе славу со времени похода на нас, незначительный, но получивший теперь значение, смиренный и бедный, варварский, кочевой, гордящийся своим оружием, не имеющий стражи (т.е. не охраняющий себя – бесстрашный), неукоризненный (т.е. безукоризненный) народ».

Прокопий Кесарийский (Византийский писатель 5 века): «Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве …, живут они в жалких хижинах, на большом расстоянии друг от друга, и все они по большей части меняют места жительства. Образ жизни у них грубый, без всяких удобств, вечно они покрыты грязью, но по существу они неплохие люди и совсем не злобные, но во всей чистоте сохраняют гуннские нравы. В древности оба эти племени называли спорами «рассеянными», думаю потому, что они жили, занимая страну «спораден», «рассеянно», отдельными поселками. Поэтому им и земли приходится занимать много».

Маврикий Стратег (условное наименование Византийского автора анонимного произведения «Стратегикон» 6-7 веков): «… их никоим образом нельзя склонить к рабству или подчинению в своей стране. Они многочисленны, выносливы, легко переносят жар, холод, наготу, недостаток в пище. К прибывающим к ним иноземцам относятся ласково. […] У них большое количество разнообразного скота и плодов земных, лежащих в кучах, в особенности проса и пшеницы. Скромность их женщин превышает всякую человеческую природу, так, что большинство их считают смерть своего мужа своей смертью и добровольно удушают себя. Они селятся в лесах, у неудобопроходимых рек, болот и озер. Необходимые для себя вещи они зарывают в тайниках, ничем лишним открыто не владеют, ведут жизнь бродячую. Не имея над собой главы, и враждуя друг с другом, они не признают военного строя. Сражаться со своими врагами они любят в местах, поросших густым лесом, в теснинах, на обрывах; с выгодой для себя пользуются засадами, внезапными атаками, хитростями, и днем и ночью изобретая много разнообразных способов. Опытны они также в переправах через реки, превосходя в этом отношении всех людей. В общем, они коварны и не держат своего слова относительно договоров; их легче подчинить страхом, чем подарками. Так как между ними нет единомыслия, то они не собираются вместе, а если и соберутся, то решенное ими тотчас же нарушают другие, так как все они враждебны друг другу и при этом никто не хочет уступить другому».

Не находите ли, что эти слова написаны как бы современным очевидцем? Ведь все, что о нас сказано в 7 веке, можно сказать о нас и сегодня. Даже «кучи проса и пшеницы», мокнущие под дождем, найдутся, если приехать к нам в конце лета.

Продолжу цитировать иностранцев через 8-9 веков согласно традиционной хронологии. По «новой хронологии» этот разрыв в 8-9 веков может быть и не так велик. Заметки в основном касаются привилегированного сословия.

Контарини Амброджо (венецианский дипломат, был в Москве в 1475-1476 годах): «Московитяне, как мужчины, так и женщины, вообще красивы собою, но весьма грубы и невежественны. Образ жизни их состоит в следующем: утро до полудня проводят они на рынке, а потом отправляются в харчевню есть и пить, так что вечером никакой уже услуги от них ожидать уже нельзя»

Крижанич Юрий (хорват, писатель и путешественник). Учился в Вене, Болонье и Риме. Жил в России в 1647 и 1659-1676 гг.: «Русское обличье не отличается ни красотой, ни ловкостью, ни свободой, а скорее говорит смотрящим людям о рабской неволе, тяготах и малодушии».

Смит Томас (английский купец и дипломат, был в России в1604-1605гг.): «… чванство, самомнение и произвол составляют присущие свойства каждого русского, занимающего более или менее почетную должность».

Олеарий (Эльшлегер) Адам (немецкий ученый и путешественник, был в Москве в 1634, 1636, 1643 гг.): «Все они, в особенности же те, кто счастьем и богатством, должностями или почестями возвышается над положением простонародья, очень высокомерны и горды, чего они, по отношению к чужим, не скрывают, но открыто показывают своим выражением лица, своими словами и поступками».

Рейтенфельс Яков (посол Рима в Москве 1670-1673гг.): «Русские в обыкновенных разговорах не прибегают, когда бранятся, как это делается обыкновенно у многих народов, к заклятиям небесными подземными богами, но доходят почти до богохульства, пользуясь постоянно бесстыдными выражениями. Рассерженные чем бы то ни было, они называют мать противника своего жидовкою, язычницею, нечистою, сукою и непотребною женщиною. Своих врагов, рабов и детей они бесчестят названиями щенят и выблядков, или же грозят им тем, что позорным образом исковеркают им уши, глаза, нос, все лицо (харю) или изнасилуют их мать».

Флетчер Джильдс (В 1588-1589 годах посол Англии в России): «Что касается других качеств простолюдинов, то, хотя и заметна в них некоторая способность к искусствам (как можно судить по природному здравому рассудку людей взрослых и самих детей), однако они не отличаются никаким даже ремесленным производством, тем менее в науках, или какими – либо сведениями в литературе, от коих, как и ото всех воинственных упражнений, стараются отклонить для того, чтобы легче было удержать их в том рабском состоянии, в каком они теперь находятся, и чтобы они не имели ни способности, ни бодрости решиться на какое-либо нововведение». […]  Что касается  их свойств и образа жизни, то они обладают хорошими умственными способностями, не имея, однако, тех средств, какие есть у других народов для развития их дарований воспитанием и наукою. Образ их воспитания (чуждый всякого основательного образования и гражданственности) признается их властями самым лучшим для их государства и наиболее согласным с их образом правления, которое народ едва ли стал бы переносить, если бы получил какое-нибудь образование и лучшее понятие о Боге, равно как и хорошее устройство. С этою целью Цари уничтожают все средства к его улучшению и стараются не допускать ничего иноземного, что могло бы изменить туземные обычаи. Такие действия можно  бы было  сколько-нибудь извинить, если б они не налагали особый отпечаток на самый характер жителей. Видя грубые и жестокие поступки с ними всех главных должностных лиц и других начальников, они также бесчеловечно поступают друг с другом, особенно со своими подчиненными и низшими, так что самый низкий и убогий крестьянин (как они называют простолюдина), унижающийся и ползающий перед дворянином, как собака, и облизывающий пыль у ног его, делается несносным тираном, как скоро получает над кем-нибудь верх. От этого здесь бывает множество грабежей и убийств. Жизнь человека считается нипочем. Часто грабят в самих городах на улицах, когда кто запоздает вечером, но на крик не выйдет ни один человек из дома подать помощь, хотя бы и слышал вопли. Я не хочу говорить о страшных убийствах и других жестокостях, какие у них случаются. Едва ли кто поверит, чтобы подобные злодейства могли происходить между людьми, особенно такими, которые называют себя христианами. Бродяг и нищих у них несчетное число: голод и крайняя нужда до того их изнуряют, что они просят милостыни самым ужасным, отчаянным образом, говоря: «Подай и зарежь меня, подай и убей меня» и т.п. Отсюда можно заключить, каково обращение их с иностранцами, когда они так бесчеловечны и жестоки к своим единоземцам. И, несмотря на то, нельзя сказать, наверное, что преобладает в этой стране – жестокость или невоздержание. Впрочем, о последнем я говорить не стану, потому что оно так грязно, что трудно найти приличное для него выражение. Все государство преисполнено подобными грехами. И удивительно ли это, когда у них нет законов для обуздания блуда, прелюбодеяния и других вопросов. Что касается до верности слову, то русские большею частью  считают его почти нипочем, как скоро могут что-нибудь выиграть обманом и нарушить данное обещание. По истине можно сказать (как вполне известно, тем, которые имели с ними более дела по торговле), что от большого до малого (за исключения весьма немногих, которых очень трудно отыскать) всякий русский не верит ничему, что говорит другой, но зато и сам не скажет ничего такого, на что бы можно было положиться». Узнаете себя, нынешних, россияне?

Маскевич Самуил (литвин, офицер польского войска, участник событий 1609-1611 гг. в России): «Все русские ремесленники превосходны, очень искусны и так смышлены, что все, чего сроду не видывали, не только не делали, с первого взгляда поймут и сработают столь хорошо, как будто с малолетства привыкли. Науками в Москве вовсе не занимаются. Они даже запрещены. […] боярин Головин рассказывал мне, что один из наших купцов привез с собою в Москву кучу календарей; царь, узнав о том,  велел часть этих книг принести к себе. Русским они казались очень мудреными; сам царь не понимал в них ни слова, посему опасаясь, чтобы народ не научился такой премудрости, приказал все календари забрать во дворец, купцу заплатить, сколько потребовал, а книги сжечь. Одну из них я видел у Головина. Тот же боярин мне сказывал, что у него был брат, который имел большую склонность к языкам иностранным, но не мог открыто учиться им; для сего тайно держал у себя одного из немцев, живших в Москве; нашел также поляка, разумевшего язык латинский; оба они приходили к нему скрытно в русском платье, запирались в комнате и читали вместе книги латинские и немецкие, которые он успел приобрести и уже понимал изрядно. Я сам видел собственноручные его переводы с языка латинского на польский и множество книг латинских и немецких, доставшихся Головину по смерти брата. Что же было бы, если  бы с таким умом соединялось образование». Заметьте, идет начало 17 века, скоро царь Петр явится нами править.

Приведенные отзывы иностранцев о русских людях сильно меняются с течением времени. Древние авторы отзываются о русских благожелательно, отдают дань их душевным качествам, уму и физическому совершенству.  С 16 века, отдавая дань уму и способностям русских людей как характеристику их индивидуальности, резко отрицательно характеризуют их в морально-этическом, нравственном плане, отражая гигантскую пропасть между власть имущим и рядовым народом. Между царем и власть имущим сословием такая же большая пропасть, как и между первой группой. Страх и беззаконие царят в русском государстве. Отсталость от Западной Европы гигантская во всем: и в образе жизни, и в образовании, и в следовании  нравственным постулатам религии, и в самом их понимании; и в науке, и в производстве, и в культуре, да, в общем, – во всем. В стране напрочь отсутствует понятие гражданственности, законности, жизнь убогая, первобытная.

Понимая как аксиому то, что все народы в отправной точке своей истории имели одинаковый культурно-нравственный потенциал, а также то, что народы на  практически непрерываемом морями субконтиненте Афроевразия не могли возникать разновременно (они возникли спорадически, но, по-моему, практически одновременно), необходимо ответить на вопрос: когда, как и почему одни народы отставали от других в своем развитии?  Этот вопрос особенно актуален для Западной и Восточной Европы ничем естественным (моря, горы, топи, болота и т.д.) не разделенных, кроме границей, нарисованной на карте, правда, во все века чрезмерно жестко охраняемой с восточной стороны.

Из приведенных цитат древних авторов 6-10 веков следует подтверждение, что отсталость русских от самой высокой византийской культуры было совсем незначительным. Дальнейшее ускоренное, катастрофическое отставание русских от западноевропейской  культуры должно было бы произойти на отрезке 10-16 веков. Уже стало общим местом, прописной истиной, что это отставание произошло во время «трехсотлетнего татаро-монгольского ига». С этим «игом» надо рассмотреть два вопроса: сколько все-таки длилось «иго», и было ли иго татарским, или еще каким?

На первый вопрос отвечаем: «татарское иго» длилось ну никак не долее 257 лет. Битва на Калке произошла в 1223 году, и потом вообще о татарах ничего не было слышно в течение 6 лет (т. е. грубо до 1230года), в 1238 году Батый взял Владимир, в 1240 году – Киев, с1248 по 1250 год Александр Невский «гостил» в Золотой Орде, Куликовская битва произошла в 1380 году, «полное освобождение от татар произошло» в 1480 году  (какая-то очень условная дата, т.к. битв больших больше не было вроде бы, а  «иго» оставалось ровнехонько еще сто лет). Так вот, от  битвы на Калке до «полного освобождения от татарского ига» прошло 257 лет. Далее надо исключить из этого срока 6 лет, в которые после битвы на Калке о татарах вообще по всей Руси «ничего не было слышно». Следует исключить из «татарского ига» и время до взятия столиц Руси, Киева и Владимира (17 лет), ибо какое же «иго», когда в столицах правят русские князья? По- хорошему,  надо исключить и время нахождения Александра Невского в Орде с «правительственным визитом», т.е. начать отсчитывать «иго» с 1250 года, когда Александр Невский получил инструкции по выплате дани. Таким образом «иго» сокращается до 230 лет. Сто лет с 1380 по 1480 годы я бы тоже исключил, ничем не доказано, что целых сто лет наголову разбитые «татары» тут же восстановили «иго». Таким образом, «иго», отбросившее Русь на обочину Европы, существовало только 130 лет. Как видим, и сегодня мы не можем очухаться от этого «ига». Покупные  или амбициозные «историки» 19 века недаром старались увеличить срок  «ига» в три раза, чтобы было внушительно. Интересно, написали бы они так, если бы знали, что «последствия ига» не удастся преодолеть и в 2000 году?

На второй вопрос ответили авторы «новой хронологии», которые исчерпывающе доказали, что вообще никакого «татарского ига» не было, была борьба за власть внутри одной страны. Что касается новой хронологии, то она очень доказательна, а что касается так называемой «реконструкции истории», выполненной ее авторами  с опорой на новую хронологию, то здесь я с ними берусь подискутировать в соответствующем месте этой работы, к чему, кстати, они сами призывают.