Рэю Брэдбери - 90 лет.

 

.         

    22 августа Рэю Брэдбери, автору более 800 самых разных литературных произведений, исполнилось 90 лет, но он до сих пор остаётся одним из самых популярных писателей-фантастов, классиком этого жанра. Он до сих пор не любит всякую технику, сотовые телефоны, самолёты и автомобили, считая лучшим видом транспорта велосипед, не пользуется компьютером, но полон творческих идей, оставаясь в душе двенадцатилетним мальчишкой.  

       

когда будущему писателю было 6 лет, однако память о нём сохранилась не только в благодарной душе Рэя Брэдбери, но и в его произведениях. Это он послужил прототипом дедушки Дугласа в рассказах "Верхний сосед", "Лучшее из времён", и в романе "Вино из одуванчиков". Прототипом того самого дедушки, который, приготавливая диковинное вино, придумал "отличный способ сохранить живьём июнь, июль и август", "поймать и закупорить в бутылки лето".


 
     С самого раннего дества у Рэя была неодолимая тяга к волшебному вымыслу. Он с упоением слушал, как мама читала ему "Волшебника страны Оз", и с точно таким же восторгом внимал тетушке, которая сказкам предпочитала рассказы Эдгара По. Взрослые брали мальчика с собой
в кино, где он смотрел " Призрак оперы "и "Затерянный мир". Однажды он попал на выступление знаменитого иллюзиониста Блэкстона. Магия произвела на Рэя совершенно неизгладимое впечатление. Он захотел стать фокусником.
       В 1928 году (в том самом, который через много лет станет волшебным годом Вина из одуванчиков) мир восьмилетнего Рэя повернулся раз и навсегда - совершенно случайно к нему в руки попал номер Amazing Stories Quarterly - толстого ежеквартального журнала фантастики. Это было бумажное сокровище, преисполненное магии. На ярко-желтой обложке гигантские, больше двух метров ростом, красные муравьи преследовали человека. Какой мальчишка смог бы спокойно смотреть на такое? Обложка обещала невероятные приключения. Обложка будила именно то, что стало едва ли не главным достоинством ранней журнальной фантастики - ощущение Чуда. Восторг перед этим чудом легко перекрывал страх перед чудовищами. Точнее, чудовища сами собой становились частью пронизывающего мир волшебства... С этого момента жизнь Рэя пошла в строго предопределенном направлении. Впрочем, пока он об этом не догадывался. Но рок уже разгонял маховик его судьбы. 
     Картина древнего умирающего Марса так запала в душу Брэдбери, что подвигла его впоследствии написать собственный цикл - "Марсианские хроники". Из-за бедности Рэй не смог получить высшего образования, но университет ему заменили книги, в библиотеках он просиживает часами.Образ библиотеки - не просто хранилища книг, но цитадели знаний, крепости добра, появится потом в рассказе "Лучезарный Феникс", явившимся как бы эскизом к "451 градус по Фаренгейту", и в романе "...И духов зла явилась рать" 
     В 1932 году бедствия Великой Депрессии сорвали семью Брэдбери с места. Из Иллинойса они переехали в Аризону. В Аризоне Рэя ждал настоящий клад: один из местных ребят собрал целый ящик журналов фантастики, и Рэй прочитал их все. Истории о Тарзане и марсианские эпопеи Эгара Райса Берроуза настолько потрясли его воображение, что он, не в силах преодолеть жажду новых приключений, принялся творить их сам. Тем летом его настоящей Машиной Чудес стала игрушечная пишущая машинка, у которой были одни только заглавные буквы. Еще двумя годами позже, в 1934 году, судьба и Депрессия переносят его семью в Лос-Анджелес. К этому времени Рэй превращается в полноватого очкарика, традиционного школьного изгоя, которого сверстники никогда не зовут играть в бейсбол. Что ему остается? Только чтение. И фантастические рассказы, порожденные его воображением... Тогда, в середине 30-х годов времени , он лишь начинал чувствовать одиночество, но был не в силах его осознать. Это было нелегкое чувство. Он, открытый для чудес, погибал в повседневности.


   
    В первых числах сентября 1937 года Брэдбери случайно познакомился в букинистическом магазине с каким-то парнем, который обратил внимание на его страсть к фантастическим журналам и пригласил его  на очередное ежемесячное заседание местного отделения
Научно-Фантастической Лиги. Брэдбери пережил то же потрясение, которое примерно тогда же обрушилось на нью-йоркского любителя фантастики Фредерика Пола и на сотни (всего лишь
сотни - на всю страну) других: он, неудачник, заблудившийся в воображаемых мирах, нашел
таких же, как он, нашел единомышленников - и нашел их в совершенно реальном, вещественном, повседневном мире! Но Брэдбери был в этом мире пока что почти никем. Он был Шутом. Джокером. Записным остряком, который хохмил в журналах, на встречах, на улице, всегда и по любому поводу. Он бурно общался. Он рассылал юморески и заметки во все любительские журналы, до которых мог дотянуться. Юморески вскоре перестали его устраивать и он перешел к более серьезным формам. Но любительские журналы, привыкшие получать от Брэдбери легкие хохмы, серьезные его рассказы брали не слишком-то охотно. Рэй прекрасно знал, что такие издания вечно испытывают дефицит материалов, и отказам сначала просто удивлялся, а затем с обидой начал подозревать чуть ли не заговор... Но из этой ситуации выход был найден - летом 1939 года Брэдбери выпустил первый номер своего собственного фэнзина Futuria Fantasia. В этом журнале ему, как правило, в публикациях не отказывали... 
        С подготовкой первого номера (всего Брэдбери сделал четыре выпуска) совпало первое
(и последнее) политическое затмение, постигшее будущего классика - он увлекся идеями технократии. В 1930-х годах это было весьма модное поветрие, этакая новая химера, рожденная
в болотах всеобщего уныния от брака Депрессии с техническим прогрессом. Технократы утверждали, что научные методы управления экономикой позволят сделать ее максимально эффективной, и у общества не останется другого выхода, кроме как немедленно процвесть.
Для этого нужно было дождаться, когда неэффективная капиталистическая экономика сама
себя скушает. Брэдбери игрался с технократической утопией недолго - в первых номерах Futuria Fantasia ей уделялось довольно много места, но постепенно тема сошла на нет. Публиковать фантастические рассказы ему было интереснее, чем социальные прожекты.. За неимением других средств к существованию, он работал разносчиком газет. Будущий классик носился по улицам с криком "Последние новости! " добрых четыре года, с 1938 по 1942, одновременно придумывая новые рассказы, наблюдая за людьми, подмечая яркие детали... Если у него
хватало на это сил.  В связи с плохим зрением Рэя не берут в армию - идёт Вторая мировая
война - и молодой писатель усиленно занимается самообразованием, изучая в библиотеках историю, философию, психиатрию.  
    В 1942 году Брэдбери решил, что хватит с него газетной работы. Он выбрал из своих рукописей все, что можно было читать без риска для рассудка, и отправился в Нью-Йорк к Шварцу, рассчитывая на его дружеский совет. Брэдбери засел за машинку и принялся писать - один рассказ за другим, не давая себе ни малейшей поблажки и выдавая текст десятками страниц
в день. Ни один из этих рассказов не был принят ни в одном журнале фантастики. К середине
1943 года его упорство принесло первые успехи. Его рассказы стали регулярно появляться
в Weird Tales, реже - в других изданиях, менее значимых. 


  
  Самым известным журналом фантастики оставался Astounding Джона Кэмпбелла - тот первым читал каждый новый рассказ Брэдбери, но не проявлял ни малейшего желания их публиковать. Такая фантастика ему не подходила. Поэтому Брэдбери мало-помалу стал дрейфовать в сторону литературы ужасов. Детские страхи были ему памятны, и его пишущая машинка превращала их в стильные и необычные истории. В Weird Tales его уже числили постоянным автором. А в 1947 году у него даже вышел авторский сборник Темный карнавал в издательстве Arkham House - вышел и разошелся довольно большим для этого издательства тиражом в три с небольшим тысячи экземпляров. В 1945 году Джулиус Шварц предложил один из рассказов Брэдбери в журнал New Detective и внезапно получил совершенно восторженный отзыв. Редактор Райерсон Джонсон писал: "Вне всяких сомнений, Брэдбери - самый интересный начинающий автор из всех, кого мне доводилось читать. Присылайте мне все, что он напишет".  Еще важнее было то, что прозой Брэдбери заинтересовались внежанровые популярные журналы. Его рассказы появились в American Mercury, Charm, Collier's, Mademoiselle.


  
     Первую настоящую славу писателю приносит роман "Марсианские хроники", посвящённый жене писателя Маргарет, в котором он объединил свои "марсианские" рассказы по совету опытного редактора, которого, как не странно, звали Уолтер Брэдбери. Этому редактору Рэй Брэдбери впоследствии посвятил свой роман "Вино из одуванчиков". Популярным "Марсианские хроники" сделало и то, что Брэдбери в нём рассматривает проблемы, во весь рост вставшие перед человечеством: экологическую катастрофу, угрозу ядерной войны, нетерпимость к инакомыслящим, технизацию общества, обгоняющую уровень его морального и социального развития, несовершенство общественной жизни, порождающее стремление людей эмигрировать куда угодно, даже на Марс.
     Романы и рассказы Рэя Брэдбери принесли ему известность не только в Америке и Англии,
но и во всём мире, ими до сих пор зачитываются взрослые и дети, даже те, кто равнодушен к фантастике. Его произведения носят позитивную, созидательную программу, чётко выраженную писателем в "451 по Фаренгейту": "Каждый должен что-то оставить после себя. Сына или книгу, картину, выстроенный тобой дом или хотя бы возведённую из кирпича стену, или сад, посаженный твоими руками. Что-то, чего при жизни касались твои пальцы, в чём после смерти найдёт прибежище твоя душа...Неважно, что именно ты делаешь, важно, чтобы всё к чему ты прикасаешься, меняло форму, становилось не таким, как раньше, чтобы в нём оставалась частица тебя самого. В этом разница между человеком, просто стригущим траву на лужайке, и настоящим садовником... Первый пройдёт, и его как не бывало, но садовник будет жить не одно поколение."


        
       Ещё одной причиной популярности Рэя Брэдбери является то, что среди множества произведений, написанных им в разных жанрах, любой читатель может отыскать что-то соответствующее его литературным вкусам. Такие рассказы как "Лёд и пламя" (мой любимый  рассказ!), "Здесь могут водиться тигры", "Нескончаемый дождь" - оценят любители "жёсткой" научной фантастики, есть мудрые и печальные сказки для взрослых, такие как "Жила-была старушка", много рассказов о детях - "Поиграем в "отраву", "Верхний сосед". Есть у Брэдбери и рассказы, сделанные в чисто реалистичной манере в традициях Марка Твена, Джека Лондона - "Шлем", "Время уходить", "Примирительница". Но не всегда Рэй Брэдбери является "добреньким сказочником", как его называет большинство критиков, есть у него несколько рассказов - таких как "Вельд", "Акведук", "Маленький убийца", "Город", которые показывают, что писатель не всегда творит в розовых очках,  он - исследователь, порой жестокий, уделяющий внимание тем потаённым уголкам человеческой души, где дремлют до поры до времени весьма мерзкие инстинкты, жестокость, подлость, предательство.


    
     В 1950 году, когда вышли Марсианские хроники - более полувека назад! - Рэю Брэдбери было всего тридцать лет. Впереди были долгие годы жизни, увлекательной работы, неизменного успеха, неувядающей популярности. Премии, переводы на все языки, признание современников, слава живого классика... Пройдет еще полвека , и он напишет: "Когда я гляжу в зеркало, я встречаю взгляд мальчишки, чьи голова и сердце переполнены мечтами, восторгом и неистребимой любовью к жизни. Да, у него совсем седая шевелюра - но что с того? Люди часто спрашивают, как мне удается оставаться таким юным, как удается сохранить ощущение молодости. Все просто: пусть ваша жизнь преисполнится всеми возможными рифмами, всеми возможными занятиями, всей возможной любовью. И обязательно находите время для смеха - помните о том, что дарит вам счастье - каждый день, без исключения. Именно так я и поступаю с самого раннего детства. "