15 лет «каирского ига»

Когда в конце 1990-х годов мы с И.Я. Медведевой написали работу «Демографическая война против России», в нашей стране о Каирской конференции по вопросам народонаселения и развития 1994 года, фактически положившей начало этой войне, почти не было известно. Даже у депутатов профильных комитетов Государственной Думы и прочих политиков не было понимания того, куда приведет нас следование красиво звучавшим, но по сути весьма коварным каирским рекомендациям об «охране репродуктивного здоровья».

Сейчас, 15 лет спустя, ситуация значительно улучшилась. Уже многие люди понимают, что в реальности означает политика «планирования семьи», в чьих интересах она проводится, и стараются этому противостоять. Хотя до победы в демографической войне еще очень далеко.

В связи с 15-летним «юбилеем» Каирской конференции интересно подвести некоторые итоги. Причем за основу имеет смысл взять материалы «с той стороны», в частности обширный доклад «Социальное и демографическое развитие России. Каирская программа действий 15 лет спустя» (далее мы будем именовать этот документ просто докладом), подготовленный целым коллективом авторов, среди которых немало известных лиц, таких как академик В.В. Покровский – руководитель Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом (одним из самых эффективных средств такой борьбы, как известно, провозглашается пользование презервативами), гинеколог профессор Е.В. Уварова, пропагандирующая контрацептивы для подростков, Ж.А. Зайончковская – сторонница массовой иммиграции. А среди рецензентов – П.Н. Кротин, главный врач петербургского центра «Ювента»[1], активно внедряющего в сознание школьников установку на «безопасный секс» и на защиту «прав ребенка», которые в том числе включают в себя и беспрепятственную реализацию вышеупомянутой установки.




Итак, какие же выводы можно сделать, ознакомившись с этим докладом?

Первый и самый, пожалуй, главный таков: несмотря ни на какие усилия борцов с рождаемостью в России, она все-таки стала повышаться. А усилия, прямо сказать, предпринимались немалые. Доктор Антун Лисец из Хорватии, выступая 23 июля этого года на I международном фестивале социальных технологий в защиту семейных ценностей «За жизнь – 2010», сообщил, что за последние 20 лет Западом на мероприятия по контролю над рождаемостью в России было израсходовано 370 миллионов долларов. Деньги, по мнению Антуна Лисеца, пошли на развитие служб по предоставлению услуг контроля над рождаемостью (планирования семьи) и подкуп чиновников, лоббирование мер, направленных на сокращение рождаемости. Встречные же меры, направленные на преодоление депопуляции, всячески блокировались и тормозились. Маститые либеральные демографы вроде А.Г. Вишневского, ссылаясь на западный опыт, уверяли власти, что экономические способы стимулирования рождаемости не дадут результата. Тем не менее, когда даже весьма ограниченные и половинчатые меры (имеется в виду «материнский капитал») были приняты, они дали результат, и очень быстро. Авторы доклада вынуждены были признать этот факт. Причем рождаемость – опять-таки наперекор прогнозам отечественных мальтузианцев – повысилась вовсе не только за счет того, что в репродуктивный возраст вступило многочисленное поколение 1980-х. Даже наоборот! «Быстрый рост рождаемости в 2007–2008 годах охватил преимущественно средние и старшие возрастные группы матерей, – говорится в докладе, – которые вносят главный вклад в рождение вторых и последующих детей. Скачок рождаемости в 2007 году отчетливо виден: он затронул рождение детей всех очередностей, кроме первых (вот и верь после этого прогнозам маститых, но ангажированных демографов! – Т.Ш.). Связь с новыми мерами демографической политики, введенными в действие в 2007 году, очевидна. Отреагировали все поколения, включая сорокалетних женщин».

Помнится, еще в 1999 году, когда на сессии Генеральной Ассамблеи ООН по проблемам народонаселения в Нью-Йорке тогдашний вице-премьер В.И. Матвиенко (кстати, в 1994 году это она от имени России подписала итоговые документы Каирской конференции) засвидетельствовала «приверженность духу и целям Каирской конференции», а в Национальном докладе, представленном Россией на эту сессию, авторы на 17 лет вперед (до 2016 года) гарантировали, что «репродуктивное поведение российских семей будет по-прежнему ориентировано на рождение одного ребенка», мы задались вопросом: почему за 17 лет нельзя создать семьям более благоприятные условия для рождения большего количества детей? Ведь период фертильности женщин длится достаточно долго – большую часть жизни, и за это время можно родить не одного и не двух детей. Главное захотеть. А невозможно, рассуждали мы, создать семьям более благоприятные условия для многодетности только в одном случае – когда стремишься к обратному – чтобы детей рождалось как можно меньше.

Но, слава Богу, приверженность «духу и целям Каирской конференции» оказалась поколеблена, и в 2001 году была принята «Концепция демографического развития Российской Федерации на период до 2015 года», главной целью которой провозглашались стабилизация численности населения и формирование предпосылок к повышению рождаемости. Государство объявило, что берет курс на семью с двумя и более детьми. В 2007 же году был принят новый пакет мер по поддержке семей с детьми. В докладе подчеркивается, что «впервые (конечно, лишь за постперестроечный период, о котором и идет речь. – Т.Ш.) демографическая программа имеет ярко выраженную пронаталистскую направленность: государство стимулирует рождение детей, и особенно вторых и последующих».

Прекрасно понимая, что в российских условиях экономическое стимулирование рождаемости крайне важно, неомальтузианцы, как могут, пытаются ставить палки в колеса. Их главный аргумент теперь сводится к «негативным последствиям повышения рождаемости в маргинализированных слоях общества и последующему росту социального сиротства». Дескать, «за деньги» будут рожать только бедные, а зачем плодить нищету? (Это любимый лозунг «планировщиков семьи».) Причем оказывается, что «именно полные семьи с одним-двумя детьми и составляют большинство бедных семей с детьми». То есть полные семьи с детьми зачисляются в группу риска, а значит – автоматически – в «маргиналы», которым не следует размножаться.

Конечно, политика России в 1990-е годы гораздо больше соответствовала «духу и целям Каира». В докладе Национального совета по подготовке и проведению Международного года семьи в Российской Федерации в 1994 году (он был приурочен к дате проведения Международной конференции в Каире. – Т.Ш.) провозглашалось, что «демографическую политику надо… освободить от стимулирования рождаемости и сосредоточить на реальной помощи тем семьям, матерям и уже рожденным детям, которые в ней нуждаются». Правда, разговоры о «реальной помощи» были демагогическими, ведь тогда, как мы помним, очень любили вести речь о том, что у нас «слишком много иждивенцев» и что «нужно жить по средствам». Поэтому в том же тексте говорилось, что «важнее добиться в будущем, чтобы как можно большее число семей как можно меньше нуждалось в государственной и общественной благотворительности, разного рода пособиях, льготах, бесплатных услугах». Иными словами, чтобы рожали как можно меньше. А уж если кто родил ребенка, будь любезен рассчитывать только на свои силы, и государство в дело его содержания не впутывай.

Что ж, все познается в сравнении. На самом деле то, что сейчас российское государство, пусть даже пока еще в основном декларативно, обозначило увеличение рождаемости в качестве своих основных приоритетов, – это огромная победа. И в ее достижении большую роль сыграл российский пролайф.

Впрочем, авторы доклада настойчиво повторяют, что население России находится «в процессе устойчивой депопуляции». Это звучит подобно заклинанию, мантре. Ладно, поживем – увидим…




О каких еще пролайфистских достижениях можно судить по материалам наших оппонентов?

Число абортов, несмотря на их оголтелую пропаганду и доступность, снизилось, особенно у молодежи. При этом авторы доклада тут же себе противоречат, сетуя на «отсутствие у населения квалифицированной информации о планировании семьи». Но ведь «планировщики» всегда твердили, что только эта информация способна уменьшить число абортов! Где же логика? Не разумнее ли предположить, что в снижении числа абортов сыграли свою роль усилия Православной Церкви, которая открыто и последовательно выступает против убийства детей во чреве матери? Мы, тесно работая со множеством семей, можем засвидетельствовать, что число женщин, в анамнезе которых есть аборты, по сравнению с 1990-ми годами, разительно уменьшилось. И связь с воцерковленностью здесь самая прямая.




Запрет абортов – ключевой момент.

Запрет абортов – ключевой момент. Любая подвижка в эту сторону вызывает крайне нервную реакцию у приверженцев идей Каирской конференции. Вот и на сей раз авторы доклада не преминули заявить, что запрет абортов «крайне опасен».

Очень расстраивает антинаталистов и плохое отношение многих россиян к «планированию семьи». Несмотря на миллионы красочных буклетов, щедрые «мотивационные кампании» среди врачей и чиновников, а также усердное лоббирование на всех этажах государственной власти, часть общества до сих пор настроена по отношению к праву на планирование семьи и репродуктивный выбор «откровенно негативно». «Миф о том, что регулирование рождаемости является синонимом ее ограничения и широкий доступ к услугам по планированию семьи приводит якобы к снижению рождаемости, достаточно распространен как на обыденном уровне, так и на уровне лиц, принимающих решения», – расстраиваются докладчики. И добавляют, что «за последние 15 лет политика в отношении планирования семьи кардинально менялась – от благоприятствования и содействия до критики и игнорирования». (Так и хочется воскликнуть: «Слава Богу!»)

И это еще не все! «Основными направлениями государственной политики в области снижения абортов в настоящее время приняты: постепенное ограничение доступности услуг по искусственному прерыванию беременности, активное распространение информации о вредных последствиях аборта для здоровья женщины и его неприемлемости с этической точки зрения». Нет чтобы внедрять любимую идею «планировщиков» «Вместо аборта – контрацепция»! (Таким образом они якобы борются с абортами.)

«В настоящее время никаких программ по продвижению идеологии планирования семьи… нет, – сетуют авторы доклада. – Кроме того, специальные нормативно-правовые акты, регулирующие статус, распространение средств контрацепции, консультирование по вопросам планирования семьи и т.п. в стране до сих пор отсутствуют». Да еще и репродуктивные права в России до сих пор «традиционно связываются главным образом с материнством (а вовсе не с абортом, контрацепцией и стерилизацией – просто безобразие какое-то! – Т.Ш.). Поэтому «основное внимание в нормативных документах уделяется охране материнства и детства, репродуктивному здоровью женщины-матери, и в этом направлении… делается немало». А вот «отношение государства к праву на безопасную и приносящую удовлетворение сексуальную жизнь, на планирование семьи и репродуктивный выбор было и остается двусмысленным (хотя и искусственный аборт, и применение средств контрацепции законодательно разрешены)».

К достижениям православного пролайфа можно отнести и тот факт, что «планировщиков» до сих пор не пустили в школы. «Нет в России и государственных программ всестороннего сексуального образования в школах, – с сожалением констатируют авторы доклада. – Только некоторые его элементы включены в факультативные (то есть необязательные) программы здорового образа жизни, профилактики ВИЧ/СПИДа и т.п.». Да и те, добавлю от себя, обычно вызывают скандал, если родители вдруг узнают, чему учат детей на таких уроках.

И это, конечно, радует. Мы ведь хорошо помним, что без «всестороннего сексуального образования в школах» достичь устойчивой депопуляции крайне затруднительно. К такому заключению еще за 20 лет до Каирской конференции пришли эксперты, подготовившие «План NSSM–200» – «Меморандум национальной безопасности США», в котором давались конкретные рекомендации, как лучше всего сокращать рождаемость в странах – производителях сырья. А до них эта закономерность была известна основательнице «Лиги контроля над рождаемостью» (впоследствии переименованной в «Международную федерацию планирования семьи»), профашистски настроенной Маргарет Зангер и самому бесноватому фюреру с его приспешниками.

Отрадно было узнать из доклада и о том, что с развращением подростков у нас, оказывается, дела обстоят отнюдь не так благополучно, как следует для успешной демокоррекции. Если верить СМИ и разговорам обывателей, то российские дети чуть ли не поголовно живут половой жизнью с 12–13 лет. Да что обыватели! Зимой 2010 года на круглом столе, устроенном в Совете Федерации партией «Справедливая Россия», врач-гинеколог необходимость введения в школах секспросвета доказывала тем, что 94% 13-летних девочек якобы уже сделали аборт!

Однако по данным, которые приведены в докладе, возраст первого сексуального контакта у мальчиков на сегодняшний момент составляет в среднем 16,5 лет, а у девочек – 17,5 (то есть уже практически по окончании школы). Конечно, добрачные связи в любом возрасте блуд, но все же картина блуда не столь помолодела, как пытаются представить лоббисты секспросвета с детсадовского возраста. И вот что интересно: в середине 1990-х «планировщики семьи» приводили фактически те же самые, а то и более удручающие показатели. Так, И.Л. Алесина, руководитель проектов по сексуальному образованию Российской ассоциации планирования семьи, в 1996 году утверждала, что «средний возраст сексуального дебюта составляет приблизительно 16 лет»[2]. Ей вторила и Л.В. Гаврилова, заместитель начальника Управления охраны здоровья матери и ребенка Минздрава России. Получается, положение с середины 1990-х улучшилось? Если так, то не за счет ли того, что узаконить в школе растление под видом сексуального просвещения все же не удалось? Оставим вопрос открытым…

Не все радужно для приверженцев Каира и в таком «жизненно важном аспекте для любой программы по контролю над мировым народонаселением», как «пропаганда дешевых, эффективных, безопасных, продолжительно действующих и приемлемых методов предупреждения беременности» (цитаты из уже упомянутого «Меморандума национальной безопасности США»).

Но что же, получается, все хорошо и можно отдохнуть? Ведь так надоел этот вечный бой, когда покой нам только снится…

Увы! С отдыхом придется повременить. Ведь у наших оппонентов, как говорится в одном известном анекдоте, «еще было много идей». Остановимся на самых, пожалуй, вредоносных.

В докладе настойчиво проводится мысль о том, что российское законодательство рассчитано на законный брак, а нужно учитывать «новые формы семейных отношений», их «разнообразие». Какое такое «разнообразие», докладчики предпочитают не пояснять, упоминая лишь про незарегистрированные, «неформальные» союзы. Но, во-первых, сами же они признают, что государство оказывает у нас поддержку неполным семьям (в таких союзах, если по каким-либо причинам пара даже после рождения ребенка не желает регистрировать брак, мать считается матерью-одиночкой, а семья – неполной; в законодательстве все это предусмотрено). А во-вторых, незарегистрированный брак мужчины и женщины – это никакое не «разнообразие» форм семейных отношений. Да и нового тут ничего нет. Незаконное сожительство встречалось и в советское время, и в царской России. Хотя, безусловно, реже, чем сейчас.

Что же на самом деле имеется в виду? Судя по всему, то же, что и в других странах, идущих на поводу «борцов с населением», а потому послушно расшатывающих моральные устои, без которых ни о крепости семьи, ни о массовой многодетности говорить не приходится. В этих странах в последние годы в авральном порядке легализуются гомосексуальные и лесбийские «браки», после чего на повестку дня выносятся другие новшества (которые, впрочем, весьма стары). Тут, действительно, «разнообразие». Современный Содом, как и древний, в данном отношении весьма изобретателен.

Поэтому сейчас следует быть особенно внимательными к предложениям внести поправки в законодательное определение понятия семьи. Такие предложения уже звучали в стенах Государственной Думы и наверняка будут звучать еще не раз. Размывание формулировок сейчас крайне опасно.

Да и лоббирование ценности внебрачных связей, кстати, небезопасно для демографии. По сведениям докладчиков, «особенно распространено намерение родить ребенка и, как следствие, отказ от контрацепции среди молодых бездетных пар, проживающих совместно в зарегистрированном браке, – гораздо больше, чем среди состоящих в неформальном партнерстве».

ЮЮ




Эксперты неоднократно указывали на связь двух, казалось бы, разных направлений: «планирования семьи» и так называемой «ювенальной системы». Вплоть до того, что отнятие детей некоторые журналисты даже стали именовать «социальным абортом». Хлестко, но по сути абсолютно точно. Взаимная поддержка и комплиментарность прослеживаются на всех уровнях, начиная с идеологического и кончая персоналиями. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в условиях, когда государство напрямую не рвется финансировать деятельность «планирования семьи», приверженцы каирских договоренностей делают ставку на ювенальную юстицию (ЮЮ). Необязательно сразу раздавать контрацептивы на каждом шагу. Можно сперва запугать людей показательными процессами отнятия детей, чтобы отбить у них охоту рожать, а затем, в качестве великой милости, предлагать «высокоэффективные и безопасные» средства предохранения от нежелательной беременности.

В докладе говорится о необходимости бороться с «жестоким обращением» с детьми (напомним, что под этим на самом деле подразумевается законодательный запрет наказаний детей родителями, который, по настоянию Совета Европы, тоже спешно принят в последние годы рядом стран, в том числе совсем недавно в Польше), о борьбе с бедностью. Опять-таки напомним, что самый многочисленный контингент бедняков в России составляют, по выкладкам тех же докладчиков, семьи с детьми. Недаром как только в России стали обкатывать «ювенальные технологии», в самых разных регионах зафиксированы случаи изъятия детей у многодетных семей «по бедности» или под предлогом недостаточно хороших квартирных условий, что опять-таки связано с нехваткой материальных средств.

Фактически слово в слово цитируя апологетов ЮЮ, авторы доклада говорят о необходимости разработать практику выявления неблагополучных семей, расширять формы работы с ними. То, как будет выглядеть эта практика, описано в материале доктора юридических наук И.В. Понкина «Законопроект будет способствовать разрушению института семьи», где приведено подробное и высокопрофессиональное заключение на предлагаемый Общественной Палатой проект Федерального закона «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в целях совершенствования работы по профилактике социального сиротства, безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних и по развитию семейных форм воспитания детей, оставшихся без попечения родителей».

Что же касается форм работы с неблагополучными семьями, то можно не сомневаться, что дальнейшее продвижение контрацепции в массы пойдет полным ходом. Что стоит включить в план индивидуальной реабилитации, который составляется в рамках судебного решения и является обязательным к исполнению, прохождение детьми из неблагополучных семей семинаров, где обучают «планировочным» премудростям? Тем более что наработки уже имеются. На главном портале сторонников ювенальной юстиции уже приведена информация о таких тренингах. Пример – пилотный проект ЕС «Дети и молодежь групп риска», осуществленный в Псковской области в 2004–2006 годах. В рамках проектав марте 2006 года в Пскове прошел тренинг по профилактике заболеваний, передающихся половым путем (ЗППП). Он был организован на базе Центра планирования семьи и репродукции в рамках международного проекта ЕС «Дети и молодежь групп риска». В тренинге приняли участие подростки из четырех образовательных учреждений области: Себежского специального ПТУ № 1, ПТУ № 11 города Острова, сменной общеобразовательной школы с технологическим обучением № 5 и Островской специальной школы открытого типа для детей с девиантным поведением.

В ходе тренинга были рассмотрены вопросы профилактики инфекций, передающихся половым путем, ВИЧ/СПИДа, контрацепции, личной гигиены и межличностных отношений (за этим наукообразным термином скрываются разговоры с подростками об «отношениях с сексуальных партнером».) Также в рамках мероприятия прошло обучение социальным и жизненным навыкам планирования семейной жизни. Как отметила региональный эксперт проекта Людмила Федорова, «учащиеся целевых групп – в основном дети из неблагополучных семей». Организатором тренинга выступило Государственное управление образования Псковской области. Занятия провели специалисты Центра планирования семьи и репродукции[3].

Ну, и конечно, в рамках такого плана, угрожая изъятием уже рожденных ребятишек, можно оказывать давление на родителей, чтобы они больше не «плодили нищету».

Как уже упоминалось, ключевой вопрос для сторонников Каира – получение свободного доступа к детям и подросткам. Пока что вход в школу для «планировщиков» затруднителен, и они сейчас берут курс на создание «клиник, дружественных к молодежи». Это характерный образчик глобалистского новояза. Адепты ювенальной юстиции продвигают идею «города, дружественного ребенку», а «планировщики» – таких же клиник. В большинстве стран Европы, говорится в докладе, на государственном уровне была организована работа молодежных клиник для пациентов от 10 (ничего себе молодежь! – Т.Ш.) до 24 лет. В основном такие клиники работают бесплатно, получая финансирование от государства, занимаются охраной репродуктивного здоровья в духе Каира, включая консультирование по вопросам контрацепции и заболеваний, передающихся половым путем, и предполагают добровольный и персональный выбор консультанта без участия родителей.

Подчеркивается, что такие клиники или центры важно создавать именно в системе муниципальных и государственных медицинских учреждений. Иными словами, начинается второй заход по постановке программ «планирования семьи» на государственное финансирование. В РФ уже больше 70 медико-социальных центров, «работающих в соответствии с принципами оказания услуг по проблемам репродуктивного здоровья молодежи. В 26 регионах проведены установочные семинары для руководителей администрации, депутатов законодательных собраний, руководителей комитетов здравоохранения, социальной защиты и образования». То есть для начальства. Кто именно дает начальству установки, авторы доклада предпочитают не упоминать, но вполне логично предположить, что этим занимаются некие фонды и общественные организации, радеющие о выполнении решений Каирской конференции в РФ и, по странному стечению обстоятельств, даже на фоне мирового кризиса не испытывающие нехватку в средствах для своей деятельности.

«К первым положительным результатам деятельности медико-социальных служб, внедряющих в свою деятельность принципы “клиник, дружественных к молодежи”, – отмечают докладчики, – можно отнести внедрение новых методов, невозможных в обычных поликлиниках, значительную самостоятельность в деятельности среднего медперсонала, особенно при проведении профилактических осмотров… консультирования по контрацепции».

Так что православным организациям, борющимся с абортами, родительским комитетам, филиалам Объединенного общественного комитета в защиту семьи, детства и нравственности и прочим структурам на местах стоит поинтересоваться, не запустили ли подобные проекты и в их регионах. И если да, то не сидеть сложа руки.

Второй ключевой фактор, без которого каирские программы демографической коррекции не могут заработать на полную мощность, – это обеспечение соответствующей правовой базы. Слава Богу, в 1990-х годах удалось не допустить принятия Государственной Думой закона «О репродуктивных правах граждан», который легализовал бы и сексуальное просвещение в школе, и стерилизацию по желанию клиента без ограничения возраста, и прочие инициативы, направленные на снижение рождаемости в нашей стране.

Сейчас, судя по всему, будет предпринята вторая попытка. Во всяком случае, авторы доклада выражают оптимизм в связи с подготовкой «Закона об охране репродуктивного здоровья».

В России растет доля онкологических заболеваний в репродуктивной сфере. Докладчики это отмечают, но, как и следовало ожидать, не связывают с применением контрацепции. Хотя результаты многих исследований свидетельствуют об обратном[4]. Утаивая информацию о вреде гормональной контрацепции, борцы с рождаемостью наносят непоправимый вред репродуктивному здоровью миллионов женщин, о которых они на словах так пекутся.

Весьма печален и тот факт, что за последние десять лет резко возросло число операций кесарева сечения. Сейчас каждый пятый ребенок рождается путем этой операции, которая чревата риском развития в дальнейшем различных патологий как у матери, так и у ребенка и, кроме того, представляет огромную опасность для потенциальных возможностей демографического роста, поскольку даже женщины, изначально желавшие иметь много детей, после операции кесарева сечения в подавляющем большинстве случаев ограничиваются вторым ребенком и бывают вынуждены применять контрацепцию.

Защитники данного вида родовспоможения обычно возражают, что задачи ограничения рождаемости тут ни при чем, просто репродуктивное здоровье женщин ухудшается на глазах. Однако очень во многих случаях такие разговоры служат просто прикрытием. Найдя опытных акушеров, женщины, которым настойчиво рекомендовали кесарево сечение, благополучно рожают сами. Если всерьез стремится преодолеть депопуляцию, то, с одной стороны, необходимо так укреплять репродуктивное здоровье, чтобы как можно больше женщин было способно родить самостоятельно. То есть снижение числа операций кесарева сечения на фоне роста благополучно завершившихся естественных родов должно служить одним из показателей укрепления репродуктивного здоровья. А с другой стороны, нужно повышать квалификацию акушеров, которая в условиях насаждения операционного подхода к родовспоможению стремительно утрачивается.

«Повышение эффективности планирования семьи в связи с массовым переходом на современные методы контрацепции позволило российской молодежи существенно расширить выбор возможных сценариев жизненного цикла и отказаться от модели раннего формирования семьи и деторождения как экономически и социально нерациональной, – с удовлетворением отмечают докладчики. – Начало сексуальной жизни, обретение первого опыта проживания с партнером все меньше ассоциируется с незапланированными беременностями, с нежелательными и несвоевременными родами».

Что ж, это вполне в духе Каира. И не только Каира, но и «Меморандума национальной безопасности США», в котором открыто (документ-то был сугубо секретный, так что притворяться было не перед кем) заявлялось, что, помимо абортов и контрацепции, снижению рождаемости послужит и более позднее вступление в брак. Мысль небогатая, но абсолютно верная. Ну, а если вдобавок усиленно разрушать репродуктивное здоровье развратом, который всегда чреват ЗППП и СПИДом, а также пользоваться противозачаточными средствами, которые имеют массу противопоказаний и побочных эффектов, препятствующих вынашиваемости беременности и рождению здоровых детей, то демографическая война будет вестись еще более успешно.

Причем в России и без того рожают не так уж и рано. В начале 1990-х годов средний возраст матери составлял 22,6 года, к 2009 году он увеличился до 24,4 лет. Но «дух Каира» требует новых жертв. Поэтому на обширном информационном поле, до сих пор подконтрольном «демокорректорам», стоит ожидать, с одной стороны, еще более оголтелой пропаганды разврата (хотя, казалось бы, дальше некуда), а с другой – внедрения установок на дальнейшее повышение возраста материнства. Уже сейчас множество сайтов и блогов спешат сообщить о выдающемся открытии американских ученых, которые установили, что идеальный возраст для рождения первого ребенка – аж 34 года и что 34-летняя роженица по состоянию здоровья на 14 лет моложе 18-летней, потому что с 22 лет до 34 здоровье женщин якобы улучшается.

Естественно, будет продолжаться и игра на амбициях, и на традиционной для России престижности образования. Конечно, теоретически учеба в вузе совершенно необязательно препятствует рождению и воспитанию ребенка. До следования целям Каира большинство учащейся молодежи выходило замуж и обзаводилось детьми как раз в студенческие годы, и никого это не шокировало, хотя студенты подрабатывали и зарабатывали в среднем гораздо меньше, чем сейчас. Однако затем в общественное сознание удалось внедрить установку на то, что учеба и ребенок несовместимы.

Сейчас же, судя по всему, будет предпринята аналогичная попытка в области послевузовского обучения. Недаром в докладе отмечено, что на этапах послевузовского обучения (аспирантуры и докторантуры) мужчин пока больше, чем женщин. Так что бред про идеальный возраст материнства в 34 года через некоторое время уже может восприниматься вполне серьезно.

Подводя итог, хочется выразить оптимизм. В очень сложных условиях, несмотря на колоссальное, хотя и не для всех очевидное давление извне и на то, что большинство адептов человеконенавистнических идей избавления планеты от «лишних», «ненужных» людей осталось на своих местах и до сих пор влияет на принятие решений, вектор движения России начинает смещаться в сторону защиты жизни. И теперь очень многое будет зависеть от нашей консолидации, от нашей твердости и упорства. Тех, кто за эти годы понял, чем чревато для нас поражение в демографической войне, на самом деле уже большинство. Теперь нужно, чтобы как можно больше людей поверило в возможность победы и старалось ее приблизить.