Как разбогатела Америка

В 1913 году Америка имела отрицательный внешнеторговый баланс, а ее инвестиции в экономику других стран, главным образом латиноамериканских, были меньше, чем внешний государственный долг. Если на конец 1913 года за границей были размещены капиталы США на сумму 2,065 миллиардов тогдашних долларов, то сами Соединенные Штаты были должны 5 миллиардов долларов. Надо отметить, что это были доллары образца 1873 года, каждый из которых в то время был приравнен к 1,50463 граммам чистого золота. Иными словами, внешний долг США составлял в 1913 году 218 миллиардов нынешних долларов. Но с началом первой мировой войны картина изменилась.

С 1 августа 1914 года по 1 января 1917 американцы предоставили воюющим странам займов на 1 миллиард 900 миллионов долларов. Уже в апреле 1915 Томас Ламонт, один из совладельцев финансовой империи Морганов, выступая перед журналистами, заявил, что Америке необходимо как можно больше помогать европейским союзникам, так как это приведет к выкупу американцами их долговых обязательств перед Францией и Англией. Еще больше американцы разместили кредитов после того, как США вступили в войну. К концу войны их общий объем составил 10 миллиардов 85 миллионов долларов. Из них примерно 7 миллиардов пошли на закупку вооружений и военных материалов у самих же американцев.

В результате Америка из одного из крупнейших должников превратилась в крупнейшего кредитора. Франция же и Англия, наоборот, из крупнейших в мире кредиторов превратились в крупнейших в мире должников.

В случае с Францией этому способствовало то обстоятельство, что на территории этой страны шли военные действия, а северо-восточная ее часть, где и была сосредоточена большая часть тяжелой промышленности, всю войну находилась под немецкой оккупацией. Собственные золотые резервы Франции к началу войны оценивались в 845 миллионов долларов, и неудивительно, что все они были израсходованы за первые месяцы войны.

Что же касается Англии, то тут дело было в том, что в неофициальных беседах американские государственные мужи всю войну и первые послевоенные годы заверяли своих британских партнеров в том, что по окончании войны долги этих стран Америка частично спишет, частично же переложит тяжесть их выплат на плечи побежденных держав, увязав график погашения долгов стран-заемщиков с графиком получения ими репарационных платежей от Центральных держав. Гром грянул 4 марта 1920 года. В этот день англичане получили ответ от министра финансов США на послание своего министра финансов, отправленное 20 февраля того же года. В ответе говорилось примерно следующее: "Если вы и дальше будете опаздывать с выплатой процентов, вы больше не получите от нас ни доллара. Нас не волнует то, что вам не платит Германия. Вы от нее получили колонии в Африке, французам вернули Эльзас и Лотарингию а мы тоже воевали, и никаких территорий не приобрели. Так будьте добры, платите, что положено, включая причитающиеся нам проценты". Тщетно премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж умолял президента Вудро Вильсона пересмотреть условия выплат. В своем письме, датированном 3 ноября 1920 года, написанном в ответ на письмо Ллойд Джорджа, президент Вильсон написал примерно то же самое, что и его министр финансов в мартовском письме.

В конце концов, вопрос о военных долгах был вынесен на Генуэзскую конференцию. Было решено, что те 4 миллиарда 600 миллионов, которые должна Англия, будут выплачены в течение 62 лет. При этом до 1932 года англичане должны были платить 3% годовых, а, начиная с 1933 и заканчивая 1982 годом, – 3,5%. Таким образом, сумма процентов должна была составить 6 миллиардов 505 миллионов 965 тысяч долларов. Общая же сумма выплат была определена суммой в 11 миллиардов 105 миллионов 965 тысяч долларов.

Между тем, большая часть репарационных платежей, на которые так рассчитывал Ллойд Джорд, досталась не англичанам, а французам, хотя Англии и отходил довольно значительный их процент. В целом распределение репараций в процентах каждой стране выглядело так:

Франции – 54,46 %

Англии – 23,04 %

Италии – 10 %

Бельгии – 4,5 %

Японии – 0,75 %

Португалии – 0,75 %

Румынии – 1,1 %

Греции – 0,4 %

Югославии – 5%

Если принять во внимание то, что Германия ежегодно обязывалась выплачивать по 650 миллионов долларов, то для Англии эта сумма равнялась 149 миллионов 760 тысяч долларов в год. Выплачивать же проценты американцам до 1933 года англичане должны были ежегодно по 138 миллионов долларов. Таким образом, может показаться, что репарационные платежи полностью покрывали бы первые 10 лет проценты по долгам. Лишь после 1933 года англичане должны были бы выплачивать по 161 миллиону в год, что превышало бы суммы репарационных поступлений лишь на 11 с небольшим миллионов. Однако уже в 1923 году от Германии не поступило ни пфеннига. Франция вышла из положения тем, что совместно с Бельгией оккупировала Рур. Эти две страны свое взяли. А что было делать англичанам? Англичане созвали Лондонскую конференцию, на которой 16 августа 1924 был утвержден репарационный план для Германии, разработанный международным комитетом экспертов под председательством американского банкира Чарльза Гейтса Дауэса. План предусматривал предоставление Германии займа в 200 млн. долл. (в том числе 110 млн. долл. американскими банками) для стабилизации марки, установил размеры платежей Германии на первые 5 лет по 1-1,75 млрд. марок в год, а затем по 2,5 млрд. марок в год.

1 миллиард золотых марок составлял тогда примерно 238 миллионов долларов. Те самые 23,04% для Англии в денежном выражении были бы 54 миллионами 835 тысячами долларов, что составляло 36,6% от той суммы, которую должны были англичане выплачивать американцам. Остальные 95 миллионов Англия должна была выплачивать из карманов собственных налогоплательщиков. Даже из 1,75 миллионов марок, которые Германия должна была бы выплатить в 1929 году, Англии досталось бы всего 96 миллионов долларов. Но и эти заниженные суммы Германия выплачивала нерегулярно, а к началу 30-х годов опять прекратила выплаты. Для урегулирования выплат на Гаагской конференции по репарациям 1929-30 был выработан второй репарационный план для Германии, заменивший план Дауэса. Этот план был назван планом Юнга – по фамилии его разработчика. Этим планом предусматривалось новое снижение репарационных платежей. Выполнялся этот план всего один год. В 1931 году рейхсканцлер Генрих Брюнинг (1885-1970) добился моратория на эти выплаты, и больше Германия ничего не платила.

Чрезвычайно сильно подгадила англичанам и Советская Россия. Она не признала своих долгов, которые на момент Октябрьской революции составляли 13,2 миллиарда (Сидоров А.Л. Финансовое положение России в годы первой мировой войны. М., 1960, с. 525-526), а учитывая долги Колчака, Врангеля, Миллера и других "правителей России" – 18,5 миллиардов золотых рублей. Золотой рубль, как уже было сказано в предыдущей главе, содержал 0,77423544 грамма чистого золота и, таким образом, был равен 0,514 568 658 доллара. Или, можно сказать, что доллар стоил 1,94 довоенного рубля. Кстати, в 1924 году у нас восстановили золотой стандарт, и золотое содержание рубля было приравнено к тем самым 0,77423544. Правда, при этом основной денежной единицей считался не рубль, а червонец, делившийся на 10 рублей или 1 000 копеек.

Но больше всего Америка разбогатела за время второй мировой.

1 сентября 1939 года Гитлер напал на Польшу, а уже 16 сентября польское правительство и военное командование бежали в Румынию. Вместе с ними покинул страну и польский золотой запас.

Вскоре польское золото оказалось во Франции. Затем во Франции на короткий период оказалось и золото потерпевшей поражение Бельгии, в больших количествах ввозившееся до войны в Бельгию из Бельгийского Конго. Наконец настала очередь Франции. 14 июня 1940 года немцы вступили в Париж, а 19 числа Брест покинул только что построенный французский линкор «Ришелье». 23 июня линкор благополучно прибыл к берегам Французского Сенегала.

Линкор стандартным водоизмещением 38,5 тысяч тонн был вооружен восемью 380-миллиметровыми орудиями с длиной ствола в 45 калибров, которые выбрасывали снаряды массой 881 килограмм на расстояние в 37,5 километров. Шестикотельная паротурбинная установка мощностью 150 тысяч лошадиных сил позволяла ему развивать 30,5 узлов, а его 330-миллиметровый броневой пояс и 150-миллиметровая бронепалуба могли выдержать прямое попадание 500-килограммовой бомбы, сброшенной с высоты 4700 метров.

Но не это было главное.

В трюмах линкора находилось золото Польши, Бельгии, часть золота Нидерландов, а главное, золотой запас Французского Национального банка, составлявший на конец мая 1940 года 2 миллиарда 477 миллионов долларов – самый крупный в межвоенной Европе. До ноября 1942 года «Ришелье» спокойно стоял у берегов Французского Сенегала. Правда, 7 июля 1940 года английские «суордфиши», взлетевшие с авианосца «Гермес», пытались его потопить своими торпедами, чтобы линкор не достался немцам. За несколько дней до этого – 4 июля 1940 года произошел так называемый Мерс-Эль-Кебирский инцидент. Англичане, которые еще две недели назад были союзниками Франции, неожиданно напали на французские корабли, стоявшие на военно-морской базе Мерс-Эль-Кебир в Алжире. В результате обстрела, произведенного орудиями английских линкоров «Бархэм» и «Резольюшн» французы потеряли несколько линейных кораблей, а также 1230 человек убитыми, 310 пропавшими без вести и 311 ранеными. Но в этот раз, потеряв от огня пятнадцати 152-миллиметровых зениток линкора четыре самолета, англичане смогли лишь повредить линкор: одна торпеда взорвалась под днищем корабля, а две глубинные бомбы – в непосредственной близости от бортов.

Наконец, 8 ноября 1942 года в Дакаре высадились американские войска. «Ришелье» в этот день получил новые повреждения: пять попаданий шестнадцатидюймовых снарядов, выпущенных с американского линкора «Массачусетс» вызвали взрыв заряженных орудий в правой верхней полубашне.

30 января 1943 года американцы увели «Ришелье» в Нью-Йорк на ремонт. Сначала оба поврежденных орудия заменили на точно такие же, снятые с другого захваченного французского корабля – недостроенного линкора «Жан Бар», стоящего в Касабланке. Затем орудия рассверлили до английского стандарта и, снабдив линкор английскими пятнадцатидюймовыми снарядами, отправили они его после ремонта воевать с японцами к берегам Бирмы. Золото же оказалось в руках американцев и перекочевало из трюмов линкора в хранилища Форт-Нокса.

Еще раньше в руки американцев попало норвежское золото. Правда, его было не так уж много. В резерве норвежского правительства перед оккупацией страны было золота на 84 миллиона долларов. В то время послом в Норвегии был Уильям Аверелл Гарриман – тот самый Гарриман, которые чуть позднее, в 1943 году стал послом США в Советском Союзе. Однажды он рассказал о том, как на детских санках и мебельных фургонах норвежское золото сотрудники американского посольства свозили к побережью. Затем на рыбацких лодках это самое золото перевозили под носом у только что захвативших Осло немцев на стоящий вблизи побережья американский лайнер.

Однако еще до этого золото как бы само стекалось в Америку. Все его владельцы, как правительства европейских стран, так и частные лица, переводили свои сбережения за океан. Если в октябре 1939 года в федеральной резервной системе США хранилось золота на сумму 17 миллиардов долларов, то к февралю 1940-го эта сумма увеличилась на целый миллиард. Миллиард тогдашних денег стоит сейчас 25,7 миллиардов нынешних. Это после того, как Франклин Делано Рузвельт снизил на 40,94%, его золотое содержание. С 31 января 1934 оно было установлено в размере 0,888671 г чистого золота за один доллар. С началом активных боевых действий в Европе приток золота в США еще более увеличился. Только за 10–14 мая в США поступило золота на 46 миллионов долларов. Когда же стало ясно, что Франция вот-вот рухнет, поток золота в США принял громадные масштабы. Только за 3–4 июня в Америку поступило золота на 500 млн. долларов.

Но это еще не все. Потом эти средства американцы давали разоренным войной европейцам уже взаймы. Причем на условиях того, что на эти деньги будут покупаться лишь американские товары. Получив, таким образом, обратно эти же деньги, американцы снова давали их в рост своим младшим партнерам.