Копное право

«…звычай права нашего копнаго.»
Светлой памяти Н.Д. Иванишева (1811-1874),
ректора Киевского Университета им. Св. Владимира

К О П А
(общины Древней Руси)

Две вещи явились невосполнимой утратой для народа русского славянского племени, потеря которых продолжает пагубно складываться и на воспитании подрастающего поколения – это СЕМЬЯ и ОБЩИНА.
Об утрате СЕМЬИ как действительно ячейки общества, в составе которой человек приходит на Свет Божий и уходит из жизни; о её влиянии на воспитание своим древним укладом, своим ДОМОМ, где есть мужские и женские половины, где перед взором отрока проходят представители всех четырёх ступеней жизни человеческой, говорить не буду. Это тема для отдельного разговора.
И Семья, и Община ныне напоминают осколки некогда красивого зеркала, собрать которые уже и не представляется возможным, но попытаться, на мой взгляд, всё же стоит. Ведь каждый из нас вершина своего Родового Древа, уходящего корнями в глубокую древность и на наши мысли, поступки, дела предки незримо оказывают сильное влияние. И не важно осознаём ли мы эту ген-ную память или нет.
Сколько копий сломано об использовании в воспитании подрастающего поколения коллек-тива!? Сколько педагогов выступают «за» воспитание в коллективе, но ещё больше выступают «против». Почему же этот вопрос остаётся открытым для педагогов всего мира? Осмелюсь пред-положить, что корни этого вопроса уходят в глубокую древность и влияют через гены на всех Славян (и всех тех, кто считает себя их потомками).
Смелость в высказывании подобной гипотезы мне придают исследования Николая Дмит-риевича Иванишева (1811-1874) о русских сельскохозяйственных общинах, в основе которых традиции древнего КОПНОГО ПРАВА. О праве вообще известно много. Сразу вспоминается рим-ское право, германское право, но о СЛАВЯНСКОМ праве, а тем более о русском многие даже и не знают.
Чтобы подтвердить мою догадку мне хочется рассказать о копном праве и затем уже пусть читатели сами решают, есть ли основания для подобной гипотезы.
Копное право – это древнейшая форма самоуправления внутри славянской сельской общины. Оно передавалось устно из поколения в поколение.
Слово «право» наше родное и происходит от древнеславянского корня «правь» (вспомним ЯВЬ, НАВЬ и ПРАВЬ). «Правь» имеет много однокоренных, употребляемых и по сей день, слов: правда, правильный, праведный, управлять и т.д.
«Копа» («купа») также являет собой древний славянский корень. В таком виде он сейчас вышел из употребления, но зато сохранились от него однокоренные слова, которые позволяют без труда восстановить сокровенное значение самого корня. Вдумайтесь в них: скопом, совокупность, скопище, копна, копить, копать и т.д.
Копа – это собрание сходатаев для решения вопросов, связанных с жизнью общины. Копа могла открывать и преследовать преступников, судить и наказывать их, присуждать и доставлять обиженному вознаграждение и, наконец, не допускать нарушения законов Копы. На собрании (скопище) устанавливалась, согласно праву Копы, круговая порука, когда вся община отвечала за проступки своих членов, а также ручалась за безопасность жизни и имущества как своих, так и пришельцев.
В Копу входило от 4 до 9 близлежащих сёл (весей), сходатаи которых собирались в особом месте («местечке»). Откуда до сих пор сохранилось название главного села (теперь районного центра) – «мисто». Со временем главное село могло перерасти в город, который сохранял в своём управлении Копное право, а его жители назывались мищанами (мещанами). Большинство городов русских выросло именно из Коп, кроме пограничных, которые сразу же строились как крепости, а потом уже в них расцветали торговля и ремёсла.
Другое название Копы – Громада. Отсюда «громадить», т.е. собирать что-либо вместе (на-пример, собирать в копны сено).
Копа собиралась для соВЕЩания, т. е. на ВЕЧе. Отсюда наши русские слова: вещий, ве-щать, извещать и т.д. Так что ВЕЧЕ – это со-ВЕЩание Копы. А знаменитое Новгородское Вече – это как раз городское копное право.
В древности КОПА, и только она, выражала волю наРОДа. Но не всё население имело право придти на Копу. Этим правом пользовались лишь домохозяева, имевшие кроме собственности и постоянную оседлость. Это были Старейшины – Главы РОДОВ. Их ещё называли сходатаи, судьи копные, мужеве, обчие, т.е. общинные мужы.
Присутствовали на Копе и СТАРЦЫ, мнение которых спрашивали в тех случаях, когда нужно было вынести приговор на основании давнишних решений Копы. Однако СТАРЦЫ и СХОДАТАИ это не одно и тоже. Старцы не имели права голоса на Копе, но их советы играли ре-шающую роль. Сыновья и братья, не имевшие отдельных хозяйств, а также женщины являлись в собрание только по особому требованию Копы, как правило, для свидетельских показаний.
Вече Копы было одновременно и практикой, и школой для изучения права, священные по-ложения которого без помощи письма сохранялись в памяти мужей-сходатаев, передавались изу-стно из поколения в поколение. А Старцы ревностно следили за соблюдением обычаев предков.
Копное право основывалось на правиле единогласия – прихода к единому мнению всех со-бравшихся сходатаев. Извращая копный закон единогласия, помещики навязывали селянам демо-кратический принцип выборов, основанный на процентном перевесе голосов. Но, как известно, в любом коллективе худших всегда большинство.
Численность Копы могла колебаться от 100 до 300 человек. Собиралось собрание в центре одного из сёл общины или в заповедной дубраве, в священной роще с естественными или специ-ально нарытыми холмами. Обязательно рядом должны были быть река, пруд, озеро, родник. Это место называлось КОПовище, КОПище, КАПище. Зачастую Копа занималась исследованием и решением спорных и всяких других дел прямо под открытым небом.
Коповище было излюбленным местом, где справлялись народные праздники Красная Горка, Масленица, Коляда, Купала и др.
Собиралась Копа под звон била, колокола, а также подачей светового сигнала – костра.
А какое-нибудь мелкое дело или уголовное преступление решалось прямо на месте их воз-никновения. При уголовном деле Копа вела «распрос», а также искала преступника, устанавливала его «лик» (от этого происходит слово «улика»).
На Копе поощрялось индивидуальное прощение пострадавшим обидчику, а также искренне всенародное раскаяние преступника. Обязательно учитывалось прощение смертельнораненного и его последняя воля, которая считалась законом.
Решение Копы выполнялось всеми добросовестно и с большим энтузиазмом. Так что о ка-ком-то там «исполнительном комитете» Копы, о содержании подобия «милиции» и речи быть не могло. Нарушений права Копы, а также её постановлений, никогда не наблюдалось, а если и слу-чалось иногда, то это было чрезвычайным происшествием. Копа широко пользовалась «само-управлением».
Значение широкого самоуправления усиливалось выборными должностями: десятского – по одному 10 дворов и сотского – от 100 дворов. Входящие в Копу сельские общины образовывали волость. На сходе Копы выбирались волостной старшина (как правило, на три года), а также воло-стное правление и волостной суд. По мере необходимости выбирали ходатаев по общественным делам – челобитчиков в стольный град.
Уклад Копы позволял обеспечивать высокую рождаемость и восстановление населения в случае войны или эпидемии, воспитывать мужчин-воинов, поддерживать безупречное санитарное состояние местности, охранять и восстанавливать леса. В частности не случайно много труда и сил вкладывалось в выращивание льна, так как именно в льняной одежде не живут насекомые-паразиты. Следили и за сохранением липовых рощ. Из коры лип заготавливали лыко для лаптей, мочалок, корзин и т.д.
Копа изначально была присуща всем славянским народам. Но с началом христианизации, несущей на своих плечах то, что принято называть феодализмом, она начинает вытесняться снача-ла из Западной Европы, а потом и с территории Руси. Так к XYI- XYII вв., например, в Юго-Западной Руси от Копного права уже ничего не осталось. Именно тогда-то и попытались возро-дить древние обычаи казаки, и Дашкевич образовывает за днепровскими порогами знаменитую Запорожскую Сечь. А то, что казачий образ жизни является высшей формой развития русской об-щины – так считают многие исследователи казачества. Именно казаки и пронесли через века «звычай права нашего копнаго».
Копное право ждёт своих исследователей. Надо изучать богатейшие письменные источники периода его угасания (ХY-XYII вв.). Это актовые книги городов Юго-Западной . Конечно в этих книгах законы Копы никто специаьно не записывал. В них протоколировались бесконечные тяжбы нарождающихся феодалов с Копой. К середине XIX века сохранилось около 400.000 книг в таких городах, как Киев, Вильно, Луцк, Витебск, Владимир, Житомир и др. Но на Русь с Запада активно начало наступать писаное, Посполитное (польское) право, а также Магдебургское право для больших городов. Принявшие такое "право" жители городов на Копу больше не являлись, а управлялись уже по другим законам. Окрестные же сёла произвольно приписывались к такому го-роду и назывались «околичными». Но всё же копное право продолжало действовать, но на Копе должен был присутствовать ВОЗНЫЙ из городского уряда, который и составлял протокол Копы и вёз его в город для вписания в актовые книги.
Вместе с Магдебургским правом на сельские общины начала распространяться и власть по-мещиков. Поначалу помещик владел землями лишь формально; он собирал налоги, а власть при-надлежала Копе.
А время шло, и под натиском крепостного «права» Копа перерождается постепенно в сель-ский суд, на который приглашаются от каждого села по одному сходатаю, а помещик со священ-ником, урядником и несколькими своими приятелями вершат дела так, как им нужно. Мужики уже безмолствуют – себе дороже. А с 1557 г. помещики получают право даже убивать своих кре-стьян.
В некоторых местах Копа, будучи всё ещё жизнеспособной, сохранялась, хотя и в ослаблен-ном виде в структурах нового управления. Но сходатаи уже не могли доказать справедливость своих требований, кроме как давностью своего права. Всё чаще помещик говорил: «Я на ГОЛОЕ СЛОВО МУЖИЦКОЕ платить не приказываю». Иногда помещики просто уводили своих крестьян с Копы, а в XYII веке и вовсе запретили им посещать коповище.
О том, что Копа несла в себе и всячески оберегала высокие духовные начала, говорит и на-чавшаяся порча в народе. Она следовала неизбежно за уничтожением общинного владения Землё-Матушкой. и Поселяне, вместо того, чтобы предотвращать преступления, открывать и наказывать преступников, сами разбойничали, поджигали и грабили селения богатых собственников. Отсюда и наступление смутного времени, вспышки народных восстаний.
Ещё при Владимире Мономахе на Руси появилась «Русская Правда» – первый писаный уго-ловно-правовой феодальный кодекс нашей древности. Его аналоги давно уже существовали в За-падной Европе. «Русская Правда» всячески защищала интересы народившихся удельных князьков (феодалов, будущих помещиков). Именно они-то и были первыми гонителями Копы как вырази-тельницы народных интересов. Новые Князья боролись не только с Копами на селе. Поперёк горла была им и городская Копа. Вся история Руси представляет собой нескончаемую борьбу верховных князей со всё ещё могущественными городскими Копами. Города вроде Новгорода назывались долгое время вольными и свободными именно потому, что содержали в себе островки Копного права.
Непокорные города истребляли огнём и мечом. Но они вновь и вновь возникали их сельских общин вследствие роста населения и совершенствования ремёсел. Они наполнялись жизненной силой опять же благодаря Копе. Читая «Русскую Правду», можно проследить следы общины и на-родных юридических обычаев, но уже с примесью немецкого права, столь милого сердцу князей (а затем и царей).
Согласно древнейшим русским обычаям, князья как профессиональные воины приглашались Копой для защиты своих земель от внешнего врага и поддержания должного порядка (закона) внутри страны. Если Князь не устраивал Копу, то его прогоняли. Для содержания Князя и его дружины, пограничных застав, для строительства пограничных городов и оборонительных линий Копой выделялась десятина (десятая часть доходов домохозяев). Кроме того, селяне добровольно несли трудовую повинность по строительству особо важных или срочно необходимых объектов, а в военное время все воины поднимались на защиту Отечества. Только благодаря соблюдению тра-диций Копного права Светослав Хоробре смог в считанные дни собрать 10.000 воинов, каждый из которых был вооружён, имел коня и запас фуража.
Во времена Копного права Князья выбирались из представителей самых влиятельных и крепких родов, которые составляли Честь и Славу нашего Отечества. В качестве главы всей стра-ны выбирался достойный из достойнейших – Великий Стольный Князь Всея Руси. Это проис-ходило на Всеземском Соборе (собрание князей со всех земель). Так постепенно складывалась Самодержавная Монархия (власть «высшего ума», которая опирается на народ сам себя держа-щий). От Монарха требовалось защищать народ от ворогов иноземных, соблюдать законы Копно-го права, а не в коем случае не нарушать их.
За рамками этой статьи остаются многие интересные вопросы. Что конкретно решалось на Копе? За что, как и кого наказывали? Что предпринимали в случае спорного дела? И многие дру-гие. Пока же я вижу свою задачу лишь в том, чтобы напомнить любезным моим соотечественни-кам о таком удивительном и ныне незаслуженно забытом явлении, как русское КОПНОЕ ПРАВО. А также о его влиянии на воспитание подрастающего поколения через коллектив.
Моя попытка не нова. В середине XIX века в России жил и активно действовал по возбужде-нию интереса к Копе славный сын Отечества нашего Николай Дмитриевич Иванишев. Он прила-гал немало усилий к тому, чтобы открыть при Киевском Университете кафедру древнего Копного права, однако его буквально поднимали на смех с «мужицким» правом! Но Н.Д. Иванишев смог оставить после себя книгу «О древних сельских общинах юга России», где он и рассказал об ос-новных принципах народного Копного права, изучая многие и многие тома древних актовых книг.
Таким образом, совсем не случайна в русском народе тяга к общинности, к древнейшим формам народного самоуправления. И в воспитании подрастающего поколения следует активно пользовать коллективом. Коллективы, как инструменты воспитания, следует создавать и всячески поддерживать и всячески пропагандировать этот опыт. В заключении напомним, что «коллектив» слово латинское и в переводе означает «община».
.Иванишевъ. О древнихъ сельскихъ общинахъ въ Югозападной Россіи