Андрей Краско: «Я - трудоголик»

Мы успели его полюбить, почти не успев узнать. Зрители едва раскрыли для себя талант Андрея Краско, как он покинул не только экран, но и этот свет. Как говорится, все у него было впереди. Могло бы быть, если бы не работал на износ...




«Таежный тупик»

  Андрей родился в семье известного советского актера Ивана Краско, старшее поколения помнит его по фильмам «Принц и нищий», «Сержант милиции», «Конец императора тайги». «Ну, все понятно, - скажет досужий обыватель, - знаем мы такие династии. Сейчас сплошь и рядом именитые папаши выводят на сцену своих отпрысков». Андрей действительно оказался на театральных подмостках уже в возрасте двух лет. Вот только сделал он это совершенно самостоятельно: малыш, отличавшийся неугомонным темпераментом, выскочил на сцену во время спектакля в Театре имени Комиссаржевской, где служил Краско-старший, и радостно закричал на весь зрительный зал: «А это мой пааа-па!» Потом, учась в старших классах, ездил на гастроли, но не в качестве театрального вундеркинда, как хотелось бы думать, а обыкновенным монтировщиком. Там, кстати, научился не только гайки закручивать, но и горькую пить. В первый раз Краско загремел в вытрезвитель в семнадцать...




Андрей Краско, один и с первой женой однокурсницей Натальей Акимовой

Стать актером не то что бы не мечтал, он хотел стать сразу всеми: звездой экрана, знаменитым космонавтом, а еще врачом, пожарным и сталеваром. А единственная профессия, которая дает возможность осуществить себя в разных ипостасях, - актерская, и Краско-младший поступил в Театральный институт (теперь Санкт-Петербургская Академия Театрального Искусства). Основы актерского мастерства получал у знаменитого педагога Аркадия Кацмана, чему несказанно радовался, но из-за чего и пострадал вместе со всем курсом. В «застойном» семьдесят девятом году первый секретарь ленинградского обкома партии Романов «подарил» выпуск Краско своему коллеге и другу, первому секретарю Томского обкома партии Лигачеву, к открытию томского ТЮЗа. От добровольно-принудительной ссылки в Сибирь увиливали кто как мог: девушки внезапно оказывались необратимо беременны, ребята в мгновение ока превращались в единственных кормильцев бабушек-инвалидов. Андрей в силу своего прямолинейного характера отмазок искать не стал. Мама - учительница русского языка и литературы - воспитала жить по совести. И отец, хоть и ушел из семьи, оставался для мальчика непререкаемым авторитетом: и сам играл героев, и сына учил быть морально устойчивым. Краско-младший поехал в Томск и отработал там больше года, о чем не пожалел ни секунды. Прошел, как тогда говорили, суровую школу жизни. Переиграл весь мировой репертуар: от Шекспира до Горького. Но ни профессиональных, ни личных перспектив не намечалось. В сибирских далях актеры «для сугреву» пили чуть ли не на сцене. При первой возможности Андрей вернулся в родной Ленинград.

Прерванный полет

Пришел в набиравший тогда обороты Театр имени Ленинского комсомола и заявил: «Хочу у вас работать. Вам мастер какого амплуа нужен? Я могу все!» Режиссер так опешил от наглости никому неизвестного в столицах актера, что дал ему главную роль в новом спектакле «Кукарача». Она же оказалась и последней работой Краско в Ленкоме. Творческий взлет молодого таланта был безжалостно прерван власть имущими. Участковый милиционер, блюститель советского закона в его исполнении предстал таким бесшабашно-веселым парнем, что Краско-младший вызвал шквал аплодисментов восторженных зрителей и гнев самого замминистра внутренних дел Чурбанова, всесильного зятя Брежнева. На следующее же утро после премьеры Андрей получил повестку в ряды доблестной армии. Служить довелось аж за Полярным кругом. Заставить ходить строем весельчака и балагура Краско, сколько ни бились, не смогли. В конце концов неугомонной актерской натуре нашли применение в музыкальном взводе. А пока Андрей осуществлял там «общее руководство», жизнь шла своим чередом: роли, о которых он мечтал, играли другие, режиссеры, которые хотели бы снять его в кино, и вовсе ушли в мир иной. Вернулся актер, по сути, не на гражданку, а в пустоту. Помыкавшись без работы, решил снова направить свои стопы в провинцию.




В театре города Димитровграда, что в Ульяновской области, числилось всего два работника с высшим театральным образованием: режиссер и Краско. На балконе росли не оранжерейные цветы, приличествующие культурному заведению, а какие-то дикие кусты, а прямо перед зданием паслись козы, принадлежащие труппе. Вот так все по-домашнему, тихо, спокойно и бесконечно скучно. Оставаться здесь надолго было просто немыслимо для Андрея. Его родные, друзья, интересная жизнь остались в Питере. Он медленно, но верно превращался в тихого запойного алкоголика. Да и совмещать службу в провинциальном театре с другой работой оказалось невозможно.

Когда в 1985 году его пригласили на съемки фильма с символическим названием «Прорыв», директор не захотел отпускать свою приму. Краско уволился, снялся в картине и... все: превратился в безработного. Прорыва в биографии не получилось. В стране наступил период «перестройки», когда всех интересовали демократические выборы, референдумы да свержение памятников бывшим коммунистическим кумирам, а не искусство. Театры еле выживали, в кино царила «чернуха». После пары-тройки эпизодов в посредственных фильмах для Андрея наступил перерыв в профессии длиною почти в двенадцать лет. Чем только актер ни занимался: шил брюки и сумки, торговал книгами, «бомбил» на видавшем виды «Запорожце» и даже копал могилы на кладбище. Он вкалывал, что было сил, и ждал, когда же придет настоящая работа...

Семейная жизнь тоже не спешила складываться. В первый раз Андрей женился еще в институте, но скороспелый студенческий брак скоропостижно распался. Вторая женитьба на красавице-польке подарила ему сына Ивана, но не счастье и спокойствие в доме. Вскоре жена вернулась на родину, забрав ребенка с собой, однако не оформив развод официально. Лишь двадцать лет спустя так называемые супруги расторгли-таки брак, даже не пересекая границ своих государств - через адвокатов. К тому времени Краско уже не раз пытался построить отношения с другими женщинами, обрел, наконец, свою настоящую любовь, с которой расписан не был, но называл женой, воспитывал еще одного сынишку - Кирилла.



к/ф "Блокпост"

Работать, работать и работать

К середине девяностых Краско удалось вернуться в киноиндустрию. В качестве водителя. Как-то ему посчастливилось «засветиться» в маленькой роли в ставшей популярной комедии «Операция «С Новым Годом!», а затем в эпизоде «Улиц разбитых фонарей». А потом словно прорвало: «Агент национальной безопасности», «Блокпост», «Болдинская осень» (причем вместе с отцом), «Олигарх», «Линия судьбы», «Бандитский Петербург», «72 метра», «Гибель империи», «Участок», «Королевство кривых», «Охота на изюбря», «9 рота», «Принцесса и нищий», «Доктор Живаго», «Сволочи», «Грозовые ворота». Известные режиссеры заваливали его предложениями. И хотя далеко не всегда Краско доставались большие роли, запоминалась именно его игра, яркая, искренняя, ироничная в любом амплуа: от комедийного до драматического.



  Вернулся актер и в театр: успешно работал в «Приюте комедианта». На спектакль «Смерть Тарелкина» бывалые театралы ходили по нескольку раз. Доселе неизвестный никому Краско превратился в поистине народного артиста. Уже не мог ездить в метро: поклонники буквально рвали на части. Но популярность, нагрянувшая после сорока, не обернулась для актера «звездной болезнью», он был уже цельной личностью, с четкой жизненной позицией: труд, а не киношные тусовки, автографы и фото в журналах, должен быть на первом месте. Изголодавшись по работе, Андрей отдавал ей все свои силы, нервы, время. Друзья и близкие начинали поговаривать, что надо бы и отдохнуть, невозможно охватить весь современный российский кинематограф. А он выкладывался без остатка, не обращая внимания на все чаще появляющиеся боли в сердце. Отмахивался: жизнь, мол, только начала налаживаться. Да, актерство отнимает силы, но ведь оно же их и дает. И от запоев спасает эффективнее всяких кодировок. Он не скрывал своей болезни, сам вносил в контракты параграф о штрафах за пьянство. Актер слишком дорожил вновь обретенной работой, чтобы срываться. Алкоголизм лечил трудоголизмом.




к/ф "72 метра"

    Чудесным летним днем, не предвещавшим беды, четвертого июля 2006 года Андрей Краско приехал в Одессу. Нет, не отдыхать, а, как всегда, на съемки фильма. А буквально через несколько часов его не стало: острая сердечная недостаточность подкосила человека большого сердца, доброты, гостеприимства, таланта. Таланта не только играть, но и дружить. По страшной иронии судьбы последняя сцена, в которой актер успел сыграть, оказалась сценой смерти его героя. Ему не было и сорока девяти лет.




   к/ф "Я остаюсь"