Заменят ли контракторы американскую армию в Ираке?

Бойцы «частных армий»  принципиально не любят, когда их называют «наемниками». Слово «наемник» несет в себе четкий негативный смысл, ассоциируется с несправедливостью и готовностью убивать за деньги кого угодно. «Наемник» – это почти что «наемный киллер».

Другое дело – «контрактор», альтернативный термин, используемый применительно к бойцам «частных армий». Они сами, равно как и их руководители, предпочитают подчеркивать, что речь идет не о ведении боевых действий, а «лишь» об охране людей, объектов и грузов в зоне вооруженных конфликтов. Так ли это на самом деле, остается большим вопросом. Бурный рост «частных армий» в мире наблюдается после 11 сентября 2001 года и вторжений американцев в Афганистан и Ирак. По данным Ассоциации международных миротворческих операций (объединяет частные военные фирмы), в мире насчитывается более 3 тыс. частных военных компаний, которые оперируют более чем в 100 странах мира. Их годовой оборот достигает 100 млрд. долл. Рынок «частных армий» в основном англоязычен. 55% крупнейших компаний такого рода базируются в США, 27% — в странах Европейского союза (в большинстве своем — в Великобритании), по 9% — на Ближнем Востоке и в Африке. Большинство «работ» они выполняют в Ираке, Афганистане, Иордании, Кувейте, Объединенных Арабских Эмиратах и Колумбии. За период с 1994 по 2005 год министерство обороны США заплатило только американским «контракторам» более 400 млрд. долл. Пентагон уже не может обходиться без подобных подрядчиков, которые обеспечивают функционирование почти трети боевой техники.

Некоторые частные военные фирмы способны даже самостоятельно решать судьбу политических режимов. Например, на протяжении ряда лет в одном из наиболее нестабильных африканских государств - Сьерра-Леоне активно работали частные военные компании. Среди них особенно прославилась фирма Executive Outcomes, которой руководили ветераны спецподразделений армии ЮАР. Двухсот «специалистов» фирмы, выступавших в качестве инструкторов и командиров правительственных войск, оказалось достаточно для того, чтобы отбросить от столицы армию повстанцев численностью около 10 тыс. человек! Разумеется, к услугам «частных армий» широко прибегают транснациональные корпорации, используя их для охраны нефтяных месторождений, нефтепроводов и различных промышленных объектов. ООН и Международный Красный Крест также нанимают «контракторов» для обеспечения безопасности своих сотрудников в «горячих точках».




 

Но, бесспорно, главным заказчиком для частных военных фирм остается правительство США. В Афганистане бойцы «частных армий» обслуживают боевые беспилотные летательные аппараты и охраняют коммуникации, осуществляют разведывательную деятельность и обучают афганскую армию. Несколько десятков «контракторов», работающих на американскую компанию DynСorp и оплачиваемых правительством США, охраняют президента Афганистана Хамида Карзая. В Саудовской Аравии частные «подрядчики» из США и Великобритании являются советниками многих высших офицеров, а фактически они играют главную роль в командовании саудовской армией.

В свою очередь, американских чиновников, работавших в Ираке, долгое время охраняли специалисты из британской компании Global Risk Strategies (в большинстве своем, гуркхи и южноафриканцы). Вашингтон широко использует «контракторов» в Колумбии и Сомали, Руанде, Гаити и Сьерра-Леоне. Но, конечно же, особое место среди тех стран, на территории которых США прибегают к услугам «частных армий», занимает Ирак.




 

«Частная» война

По словам Ричарда Мэя, ветерана вооруженных сил США, а ныне - научного сотрудника министерства финансов, примерно 20% из астрономической суммы в 55 млрд. долл., ассигнованных США на восстановление Ирака, было выплачено частным военным компаниям на охрану и обеспечение безопасности. Всего Ираке в настоящее время (помимо 130-тысячного контингента армии США) действуют более 170 тыс. бойцов «частных армий». Их национальный состав довольно пестр: граждане США и Великобритании, Австралии, Канады и ЮАР, французы и украинцы, непальские гуркхи (ветераны британского спецназа) и даже выходцы с экзотических островов Фиджи. «Англоговорящие», безусловно, доминируют, причем большинство из них являются не просто профессионалами своего дела, но и имеют опыт службы и ведения боевых действий в элитных подразделениях армий США и Великобритании. В отличие от солдат регулярных армий, «контракторы» редко попадают в объективы телекамер. Если же и попадают, то связано это, увы, с громкими скандалами. Так было, когда четыре «контрактора», работавшие на компанию Blackwater, были схвачены и растерзаны толпой в иракском городе Фаллуджа. В качестве акции возмездия американская морская пехота штурмовала город, что привело к гибели сотен местных жителей. Другой скандал разразился после того, как в СМИ попали кадры, на которых бойцы компании Aegis стреляли для развлечения по гражданским автомашинам. Показательная информация была обнародована в результате расследования скандала в тюрьме «Абу Грейб». Как оказалось, абсолютно все переводчики и половина специалистов, проводивших допросы заключенных, были не военнослужащими армии США, а частными «контракторами». Несколько кадровых военных, издевавшихся над заключенными, были, как известно, судимы и приговорены к тюремному заключению в США. В то же время «контракторы» не понесли никакого наказания: не будучи военнослужащими, они не могут быть судимы военным трибуналом. Теоретически их дела должен рассматривать суд государства, на территории которого они совершили преступления (в данном случае Ирака). Но, разумеется, «своих» ни за что бы не выдали иракским властям. Получается, что «контракторы» работают как бы в «серой правовой зоне». Фактически это означает, что они никому неподсудны, а их деятельность слабо контролируема.

По словам Ричарда Мэя, многие сотрудники частных военных фирм в Ираке чувствуют, что стоят выше закона и высокомерно относятся к кадровым военнослужащим. У «контракторов» есть свои небольшие городки на территории военных баз, куда военнослужащим запрещено заходить. Кроме того, многие из них раньше служили в спецподразделениях, это люди особого менталитета, и дополнительную уверенность в себе им придает то обстоятельство, что, работая по частному контракту, они не подчиняются даже правительству США. Отношения между «контракторами» и местным населением – это особая тема. Ирак наводнен англоговорящими иностранцами с оружием в руках, причем среди них – не только солдаты и офицеры в военной форме, но и бойцы спецподразделений (вроде американской «Дельты» и британского САС), которые чаще всего действуют в гражданской одежде. Далее идут вооруженные сотрудники ЦРУ и других американских ведомств. Местное население традиционно относит «контракторов» именно к этой влиятельной группе. Иракцы могут дразнить американских солдат, это для них особое развлечение. Но когда они видят гражданского с оружием, который выглядит как американец, то не хотят рисковать – хотя бы потому, что право «контрактора» применять оружие практически не ограничено никаким законом.

На смену армии

Теоретически США могут вывести свой воинский контингент из Ирака и оставить там десятки тысяч бойцов «частных армий», чье пребывание в стране будет оформлено контрактами с иракским правительством. В военно-политическом руководстве США сейчас идут активные дискуссии о масштабах и перспективах использования «частных армий». Информационные преимущества очевидны: частная фирма – это не регулярная армия, ее присутствие в той или иной стране не ассоциируется с оккупацией. Особенно важно то, что людские потери среди бойцов «частных армий», естественно, не учитываются среди боевых потерь армии США и вообще остаются закрытыми для публики. Очевидно, что новым полем деятельности для «частных армий» становятся «миротворческие операции» под эгидой ООН и НАТО. Вслед за Косово, Сомали и Сьерра-Леоне американские «контракторы» вскоре могут оказаться в богатой нефтью суданской провинции Дарфур. «Мягкий» сценарий действий США на международной арене предполагает широкое использование неправительственных организаций.




И «частные армии» идеально вписываются в эту схему. Однако есть и серьезные проблемы правового характера. «Контракторы» не входят в классическую структуру вооруженных сил и, действуя в зоне вооруженных конфликтов, формально не подчиняются военным. Парадокс состоит в том, что с точки зрения действующего международного права их нельзя считать ни военнослужащими (они не носят военной формы), ни гражданскими людьми (они носят и используют оружие). К «незаконным вооруженным формированиям» их тоже не отнесешь - как-никак, действуют вполне легально, на основе контракта, и даже платят налоги. Самая большая системная проблема состоит в том, что, в отличие от регулярной армии, призванной решить боевую задачу максимально быстро, частные военные компании, фактически зарабатывающие на войне, прямо или косвенно заинтересованы в том, чтобы вооруженный конфликт длился возможно дольше.

Алексей СТРОГИН. С использованием материалов агентства Washington Profile.