Штурм.

Штурм.
31.10.2010
Территория бывшего детского лагеря «ХХХ».

Я бежал. Мышцы налились свинцом и с трудом подчинялись. В горле набухал раскаленный, кипящий ком, мешающий дышать. Я старался добраться до ржавой водонапорной башни заброшенного детского лагеря до того, как организм взбунтуется, и перестанет снабжать мускулы тела так необходимым им кислородом. В голове гулкая пустота и только чавкающие звуки осенней земли, когда на нее наступают берцы, да еще треск ломаемых сучьев. Это только в романах герой бесшумно передвигается по лесу, спеша на помощь любимой, а в жизни все прозаичней. Вокруг - унылый осенний пейзаж, пожелтевшие, грязные листья деревьев и пожухлая трава. Строения, непонятно как разбросанные по территории лагеря. Серое небо то удивляет ненадолго высунувшимся откуда-то солнцем, то моросит мелким, противным дождем. Чуть вдалеке железный вагончик с выцветшей, местами облупившейся краской, на котором еще читается надпись "библиотека", а также нарисован известный всем советским детям кот Леопольд. Сзади остался небольшой домик непонятного назначения с темным проемом окна, смотрящим в нужную мне сторону. Изначально я планировал занять позицию внутри, но дверь домика оказалась железной, закрытой на большой ржавый амбарный замок, и открыть ее сходу не удалось. Поэтому и пришлось, почти не останавливаясь, бежать дальше, под прикрытие башни и валяющихся возле нее труб, и груды какого-то хлама.







Из-за башни я смогу пасти провалы окон одного из корпусов лагеря, того, в котором находится противник. Минус в том, что стрелять из винтовки я смогу не сразу - она еще долгих 5 минут - пока я не отдышусь - будет прыгать в руках так, что прицелиться будет невозможно. Поэтому нужно добежать и отдышаться, а потом приниматься за дело. Еще один жирный минус в том, что снаружи почти невозможно увидеть что происходит внутри здания - только черные проемы окон и все. И сколько не смотри в оптику - большего не увидишь. Остается надеятся, что противник выдаст себя движением, ну или шумом. Я знал, что надежда призрачная, но без дела сидеть не мог. Где-то, сухим треском, прозвучала короткая очередь, но, судя по тому, что ответных выстрелов не было, боец стрелял наугад. Значит, это не противник. Было бы глупо демаскировать свою позицию, стреляя наугад. Это хорошо. Пусть люди в доме отвлекуться на стрельбу, а я тем временем устроился за башней.




Три пустых проема окна, в которых не видно ничего, кроме черноты, и хорошо просматриваемая насквозь пустая веранда - вот мой фронт работ. Осторожно высунувшись с одной стороны башни, я, естественно через оптику на винтовке, - вдруг будет цель- осмотрел самое левое окно корпуса. Потом выглянул с другой стороны и внимательно осмотрел правое, а затем и среднее. Как и следовало ожидать, я ничего не увидел, но это не обмануло меня. Противник должен был пасти эту сторону здания, и если я его не вижу, то это не значит, что его нет. Как говаривал один колоритный персонаж: "Отсутствие доказательств - еще не доказательство отсутствия". Все корпуса в лагере были выстроены одинаково, поэтому я знал, что корпус состоит из коридора и комнат по обе стороны от него. С одной стороны были небольшие комнаты для персонала, а также туалет и умывальная комната, а со второй - три больших комнаты, в которых, похоже, раньше были спальни для детей, и окна которых я сейчас разглядывал. Где-то среди этой черноты таятся выходы в коридор, и будь я на месте врага, я бы стрелял именно из темного коридора - шансы увидеть там кого-то снаружи через комнату близки к нулю. И, вполне возможно, сейчас кто-то целится в меня из этого коридора... Мысль заставила спрятаться за башню. Ну что же, ладно, подумал я, если ты все еще целишься туда, где я был секунду назад - флаг тебе в руки. Я высунулся с другой стороны, быстро прикинул где находится вход в левую комнату, и выстрелил. Затем выглянул справа и по очереди выстрелил в проходы правой и средней комнаты. Не попаду, так хоть от входов отпугну.



Конечно Костя видел его, бежавшего от деревянной сторожки к старой водонапорной башне, он даже выстрелил в него, но не попал. Человек выстрела похоже не услышал, и продолжал упрямо бежать в сторону башни. Где-то справа прозвучала очередь, Костя на секунду повернул голову, и, удостоверившись, что с товарищами все в порядке, снова посмотрел туда, где был человек. Сейчас видно его не было, но Костя был уверен, что он занял позицию. Либо за поваленным грибком, либо за башней. Костя привалился к косяку в проходе самой правой, если смотреть со стороны снайпера, комнаты и стал разглядывать опасное место через прицел винтовки. Стоял он довольно долго, секунды растягивались в минуты, а те - в часы, во всяком случае, именно так казалось Косте. Он уже успел опустить винтовку - устала рука - и теперь просто вглядывался в пространство между грибком и башней. Еще Глеб тут маячит, подумал он. Ходит из комнаты в комнату, туда-сюда, хотя.. Пусть ходит, может вовремя заметит наступающего врага...Стоп! Что там слева от башни? Ага, похоже высунулся, гад, осматривает мое окно. Наверное не видит ничего с улицы, поэтому не стреляет. Костя вскинул винтовку, нашел врага в оптику и прицелился. В эту же секунду, как будто почуял неладное, снайпер резко спрятался за башню. Ничего, подумал Костя, и продолжил целиться, сейчас ты снова вылезешь, и тогда.. Что-то стукнуло в стену справа, в конце коридора. Костя повернул голову, пытаясь понять что происходит, и вот тут прямо в косяк двери, в каких нибудь десяти сантиметров от стрелка, ударила пуля! Сначала, быстрым движением, Костя спрятался в коридор, а уже потом шумно выдохнул: "б%я...", и услышал еще одну пулю, ударившую в стену где-то в середине коридора...



Теперь у меня было секунд двадцать - пока спрятавшийся враг рискнет выглянуть из коридора - чтобы сменить позицию. Человек, который сидит на одной позиции, пусть он и снайпер - все равно смертник. У противника точно также имеются винтовки, и вычислить снайпера можно, а значит останется только нажать на спусковой крючок. Поэтому нужно сменить позицию и попробовать таки выцелить кого-нибудь в темных внутренностях корпуса. Сначала за валяющийся на боку грибок от старой песочницы, затем снова за домик с железной дверью, а затем за два растущих рядом дерева так, что я оказался с торца корпуса, и смог бы через веранду простреливать коридор, не будь он загорожен досками, хламом непонятного назначения и старым комодом. Откуда-то из щелей между всем этим безобразием, в меня стрелял противник, когда я бежал к водонапорной башне.
-Хан, где ты? - прозвучало из рации
-С торца, слева, а вы где? - ответил я
-Мы с другого торца, проверили соседний корпус, никого. - затем раздалось шипение, и снова - собираемся зачищать.
-Отлично, помогу чем смогу, Холд.
Некоторое время я, через веранду, осматривал вход в коридор, но снова ничего не увидел. Когда же я оторвался от оптики, и мир вокруг стал значительно шире, я увидел возле среднего из окон бывших детских спален, человека в горке, скрытого деревом. Вот уже и Холд добрался, подумал я. Я снова посмотрел в прицел на вход в коридор. Где-то рядом с корпусом раздались очереди. Начали зачищать, подумал я и оторвался от прицела. Увиденное меня шокировало. Человек в горке не зачищал корпус, он несся на меня зигзагами, зажав в руке пистолет и периодически стреляя. Он был уже на пол-пути от меня. "Твою за ногу, это не Холд",-подумал я, и попытался поймать его в прицел оптики - кроме винтовки у меня с собой оружия не было. Естественно прицелиться не удалось, поэтому пришлось стрелять не целясь. выстрел. Человек упал, перекувыркнулся и побежал дальше! выходит не попал. Я спрятался за дерево и начал судорожно перезаряжать винтовку..




Глебу надоело ждать. Он чувствовал, что враг рядом, и тупо дожидаться штурма в доме было равносильно самоубийству. Тем более, что одного человека они уже потеряли. Тот неосторожно высунулся, когда заметил какое-то движение возле вагончика, бывшего раньше библиотекой, и через секунду получил пулю в голову.



Выбраться, и убить снайпера, пока соратники сдерживают штурм, а потом зайти в тыл основной группе противника. Это был план как раз для него. Но, чтобы успеть, действовать нужно было решительно и быстро. Поэтому, он забежал в одну из больших комнат и выглянул. Затем вылез из окна и спрятался за деревом. Он знал, где примерно лежит снайпер - в отличие от соратников он не отвлекался на посторонние звуки, и, через щель между комодом и досками, видел в какую сторону бежал противник. Наверняка залег так, чтобы простреливать коридор в случае чего, подумал Глеб. Он осторожно выглянул из-за дерева и начал осматривать лес в том месте, где был враг. Сначала он ничего не увидел, но потом в одном месте он подметил какое-то движение, а затем и вовсе поднялась голова в шлеме, смотрящая, казалось, в сторону Глеба, и через секунду снова опустилась в траву, но выстрела не последовало. Не увидел - пронеслась мысль в то время, как Глеб уже мчался в сторону противника. Он уже одолел больше половины пути, когда враг похоже его заметил и выстрелил. Глеб знал, что пока враг перезарядит винтовку, у него есть несколько драгоценных секунд и прибавил ходу, но тут же зацепился за что-то ногой и упал. Нет, он не распластался по земле, мягко перекатился через плечо и продолжил бежать. Где-то на задворках разума крутилась мысль, что что-то не так, но думать было некогда. Сейчас он уничтожит снайпера, а потом, быстрыми перебежками по лесу обойдет корпус и зайдет в тыл врагу. Что именно не так, Глеб понял несколькими секундами позднее, когда очутился возле деревьев, к которым бежал, и никого там не обнаружил - он потерял направление. Краем глаза он заметил небольшое шевеление справа, и тут же получил пулю.

- Минус один - сказал я в рацию, - как у вас?
- Идем на штурм! Прикрывай!

Холд любил свое оружие - многозарядный пистолет-пулемет с длинным стволом. Он не согласился бы променять его ни на снайперскую винтовку, к которой последнее время так прикипел Хан, ни на что другое. кучность, благодаря длинному стволу оружия, была отменной, хотя стреляло оно и не так далеко, как винтовка. Штурмовик чувствовал себя с ним отменно и менять на что-то не собирался. Именно из этого оружия он начал обстрел веранды с противоположного Хану торца здания. Пули били по стенам, рамам, разбивали остатки стекол, а также искали прорехи в куче хлама, которым враги забаррикадировали вход в коридор. Из одной из этих прорех начали звучать ответные очереди, и Холд отпрянул к стене. Прикрывающий его напарник, стоящий за верандой, пригнулся.




Сергей, по прозвищу АКСУ, затаился в конце коридора, возле умывальной комнаты. С другого конца коридора сидел с винтовкой Костя, а Глеб куда-то запропостился. Да и черт с ним, отобьемся и без него, подумал Сергей.Прозвище АКСУ было у них на двоих с братом - Саней. Как так получилось, он и сам уже не помнил, но приклеилось кличка намертво. Правда товарищи называли его АКС - так было короче и удобнее. Акс держал в руке короткоствольный пистолет-пулемет, в обойме которого было тридцать патронов. Еще одна заряженная обойма лежала в кармане разгрузки. Когда снаружи начался обстрел, Акс прижался к стене. Неизвестный пулеметчик стрелял длинными очередями, и по подсчетам Акса выстрелил уже несколько таких обойм как были у него, и это не прерываясь на перезарядку! Акс с сожалением посмотрел на свою обойму, а потом выдохнул: "Ну и черт с тобой, зато я в более выгодном положении", и начал отстреливаться через бреши в баррикаде. Сначала это не принесло плодов, но вскоре, видимо, пули засвистели возле пулеметчика, и обстрел резко прекратился. Акс услышал, как пулеметчик прижался к стене. Ну ладно, подумал он, сейчас разберемся. Он отодвинулся от баррикады, вставил новую обойму и прицелился в единственную крупную дыру в баррикаде - ту, через которую заглянет пулеметчик, чтобы оценить ситуацию. Пулеметчика, заглядывающего в дыру, он так и не дождался, зато дождался ствола, высунувшегося из какой-то маленькой щели рядом с полом, и расстрелявшего его почти в упор длинной очередью.

Холду не улыбалось схватить пулю, поэтому он просто засунул ствол пулемета через щель в баррикаде и дал длинную неприцельную очередь. Он понимал, что в узком длинном коридоре пули обязательно найдут свою цель.
Теперь, если в доме остался кто-то живой, он знает, где стоит Холд, поэтому нужно уходить. Напарнику он жестами показал оставаться на месте, на случай прорыва врага.
- Хан, прикрой окна сзади корпуса, я обхожу!
- Да тут я, за сторожкой, пасу их, только не видно в них ничего.
Ничего, подумал Холд, сейчас подсветим. Он пробежал вдоль дома и закинул гранаты в каждое из трех окон бывших спален. Хан выстрелил куда-то в сторону веранды, противоположной той, с которой Холд начал зачистку. Дождавшись, пока взорвется граната, Холд залез в комнату через окно и выглянул в коридор в сторону веранды. Сразу же, оттуда прилетела граната, но не попала в комнату, а упала в коридор. Холд снова нырнул в комнату и присел. Дождался взрыва. Из кармана разгрузки, вытащил последнюю гранату и закинул на веранду...




Костя кинул гранату и сразу же вылез с веранды. Он понимал, откуда в него выстрелил снайпер, и вылез так, чтобы он его не видел. Благо возле веранды шикарные кусты. Бесполезную теперь винтовку Костя бросил в доме. Вылазить из кустов - самоубийство. Добежать до ближайших к корпусу деревьев все равно не дадут. Не снайпер, так этот штурмовик. Нужно убрать штурмовика, и снова засесть в доме. Костя, держа перед собой пистолет, высунулся, и заглянул на веранду. Что произошло, он понял за секунду. Штурмовик тоже бросил гранату. В следующую секунду Костю убило осколком.

Вот как то так)

Алексей Хан.
03.11.10

Хардболом (англ. “hard”- жесткий, “ball”- шар) называется тактическая игра, главный инструмент которой – пневматическое оружие калибра 4,5 мм, стреляет пневматика далеко и точно, то есть летящую пулю очень трудно заметить, а увернуться и вовсе невозможно, ведь пуля летит со скоростью около 160 – 180 м/с.  

Основная задача – моделирование настоящего боя. Игроки делятся на команды, используют различную технику, специальное снаряжение и учатся правильно вести себя в зоне боевых действий и побеждать.