Президент решил обобрать пенсионеров

Говорят, что правительству России пенсионеры не нужны. Это не так. Правители России неустанно думают о тех, у кого ещё хоть что-то осталось – это ведь можно и нужно отнять. Ну, зачем пенсионерам, этому «отработанному материалу», собственность? Тем более, когда на неё столько «эффективных менеджеров» претендует? Да и надо, надо чистить Россию от населения, и так уже срываются все сроки…

Заседание медведевского Госсовета «по проблемам пожилых граждан», на удивление, совпавшее с пенсионными выступлениями во Франции, обещает «пожилым гражданам» скорое и окончательное решение всех проблем в виде принудительного хосписа с принудительной же оплатой «пожизненных социальных услуг» через конфискацию недвижимости и пенсий. Так что, если сегодня «пожизненное содержание в обмен на квартиру» – дело добровольное, то завтра всё будет по-новому.

Собственно, никто ничего и не скрывает. Медведев честно, публично и официально обозначает направление нового бизнес-проекта Кремля, посетив пару домов престарелых и обещав построить новые взамен старых, одновременно сделав их «успешными бизнес-проектами» (Медведев призвал переселять пенсионеров из ветхих интернатов в новые), но при этом отметив, что денег в бюджете нет и не будет, так что «заботу о пожилых нельзя полностью перекладывать на власть».

Откуда деньги на такое массовое строительство домов призрения?

Не беспокойтесь, бум строительства домов престарелых с лихвой оплатят сами престарелые. Для этого ведомство Голиковой уже готовит законопроект по «социальному обслуживанию», который, по особому настоянию Медведева, подготовят не к лету следующего года, а уже через месяц (Медведев поручил подготовить законопроект по социальному обслуживанию). Попутно Голикова обмолвилась, что смысла повышать пенсии нет, поскольку расходы пенсионеров превышают значения потребительской корзины вдвое (Расходы пенсионеров превышают значения потребительской корзины вдвое). Подчеркнём: Закон по социальному обслуживанию не надо путать с Законом о соцобеспечении, которое голиковское «Министерство жизни» подготовит чуть попозже – через полгода.

Возникает вопрос: если пенсионеры, по мнению Кремля, и без того шикуют, живя в среднем аж на два пенсионерских минимума, зачем Медведев, регулярно клеймящий «социальное иждивенчество» пенсионеров, так торопится со строительством домов престарелых? Где те деньги, для изъятия которых так срочно пишутся законы?

На самом деле всё просто.

Как подтверждают источники в Минздравсоцразвитиия, речь идёт о приватизации всей системы пансионатов и домов престарелых, пожизненное проживание в которых будут оплачиваться не одной только пенсией, а добровольно-принудительным переоформлением недвижимости на «поставщика социальных услуг», что сулит фантастические и быстрые доходы. И если более ранние способы прижизненного отъёма недвижимости одиноких граждан предусматривали хотя бы символическое доживание жертвы в собственной квартире, то новая схема освобождает квартиру сразу же, после помещения бывшего хозяина в богадельню.

Объяснять, кто будет учредителями коммерческих пансионатов, не надо: торопливость Медведева, Голиковой и Минрегиона говорит сама за себя. И если сегодня пенсионер имеет шанс отбиться от навязчивых услуг, то после подключения к процессу «Министерства жизни», сосредоточившего в своих руках и медицину, и систему социальной опеки, и небескорыстные связи с «индустрией социальных услуг», доказать, что ты не «овощ», будет невозможно: сразу после выхода на пенсию каждого бессемейного гражданина будет ждать хорошо и грамотно организованная дорога в казённый дом.

Впрочем, ставки в игре настолько высоки, что от принудительной госпитализации не спасет и наличие родственников. «Одиноко проживающие» упомянуты на Госсовете совсем не зря.

Сами понимаете, что сразу же после социальной реформы желающих оформить инвалидность или выйти на пенсию в 60 лет или даже лечь в больницу на плановую операцию резко поубавится: придя в больницу свободным человеком, очнуться можно в далёком хосписе под надёжной охраной, причём совершенно официально, в полном соответствии с действующим законодательством.

Долго ли придётся «доживать»?

Не всё так плохо: если хозяину «гуманного бизнеса» сам Бог велел сэкономить на расходах, то персонал заведений будет кормиться с количества заключённых, простите, социально обслуживаемых, в смерти контингента не заинтересован. Впрочем, вопрос жизни и смерти всё равно решает лечащий врач. Профи знают: инъекция инсулина творит чудеса, после чего доброго доктора ждёт конвертик от дирекции.

Впрочем, не за горами и давно обсуждаемый официальный закон об эвтаназии, после которого всё пойдет по отработанной на собачках схеме, как в рекламной газете: «безболезненное усыпление, ветритуал, недорого». Или как в анекдоте: «Не спорьте, больной! Врач сказал – в морг, значит – в морг!»

Особый прицел нового спецпроекта – на сельских пенсионеров. Причина проста: у сельских пенсионеров есть не только дом с участком, но и «земельный ваучер» (земельный пай) на несколько гектаров сельхозугодий, пройти мимо которого не может ни один вменяемый риэлтор и «социальный предприниматель». Кроме того, возникает возможность ликвидации выселенных деревень, счёт которым пойдёт на десятки тысяч. Попутно

Голикова огласила некоторые интересные цифры.

«Я хотела бы остановиться на социально-демографическом портрете пожилых людей за 2009 год. Численность населения России в 2009 году составила 141,9 миллиона человек, 30,7 миллиона – это граждане в возрасте старше трудоспособного», – сказала Голикова. По её словам, численность мужчин, вышедших на пенсию по возрасту, составляет 8,6 миллиона человек, женщин – 22,1 миллиона человек. Из них в сельской местности проживает 3 миллиона мужчин и 14,2 миллиона женщин. «Таким образом, 64% пенсионеров у нас сегодня проживают на селе», – заметила министр.

По данным за 2009 год, ожидаемая продолжительность жизни мужского населения составила 62,9 лет, женского – 75 лет. Средний размер пенсии мужского населения в 2009 году составил 6,5 тысяч рублей, женского – 6 тысяч рублей, сказала Голикова. По прогнозам, в 2010 году пенсия составит в среднем 8 тысяч рублей. Среди всех пенсионеров в общественном производстве занято 3 миллиона мужчин и 5 миллионов женщин. «Средняя зарплата мужчин за 2009 год составила 19,6 тысячи рублей, женщин – 13,7 тысячи рублей», – сказала Голикова.

По её словам, в России пожилые люди социально делятся на три группы. Первая – активные пожилые люди, которые готовы к вовлечению в общественную жизнь. Количество таких людей, по оценкам экспертов, составляет более 12 миллионов человек. Вторая группа пожилых – одинокие или одиноко проживающие граждане, которые требуют определённых социальных услуг. Таких, по словам министра, в России более 6 миллионов человек. Третья группа – граждане, нуждающиеся в паллиативной помощи и постороннем уходе. Их в стране около 4,5 миллиона человек, сообщила глава Минздрава.

«По тем данным, которыми мы на сегодняшний день располагаем, 50% пожилых людей испытывают затруднения при ходьбе и подъёму по лестнице, 31% испытывает затруднения при самообслуживании, 8% вовсе не выходят из своих квартир и 5% не покидают постели. 74% пожилых людей употребляют лекарственные средства и 2-3 раза в месяц нуждаются в вызове скорой медицинской помощи», – сказала министр.

Таким образом, под прицелом кремлёвских доброхотов оказались 6+4,5=10,5 млн. завещателей недвижимости из 30 млн. Упомянула Голикова и другую оценку спецконтингента – от 31% «испытывающих затруднения при самообслуживании» до 50% «испытывающих затруднения при ходьбе». «Затрудняешься»? Сдавай паспорт и получай свои социальные услуги. Как обещал Ельцин в 1991, «жить вы будете плохо, но недолго». Вот всё и кончается.

Интересны и другие цифры. Прежде всего, Россия, оказывается, крайне далека от «катастрофического постарения», которым обосновывают открытие границ для «трудолюбивых мигрантов» с родины мака и конопли. 30,5 млн. из 145 – это всего двадцать с небольшим процентов. Размер пенсии – 6 тысяч, в четыре-пять раз ниже средней «белой зарплаты», да и срок дожития (среднее время получения пенсии) – жалкие 10 лет. Учитывая, что половина пенсионеров вынуждена работать и, соответственно, платит соцналог, сопоставимый с пенсией, за рассказы о «трудностях наполнения пенсионного фонда» пора бы подавать в суд за должностной подлог. Интересно и соотношение городских и сельских пенсионеров, из которого следует, что по неизвестным причинам, смертность сельских пенсионеров кратно ниже, чем городских: три четверти выживших в реформы старушек проживают в деревне, притом, что сельское население едва превышает 20%!

Однако именно к ним тянется длинная рука медведевского закона: ради экономии бюджетных средств принято решение в принудительном порядке «приблизить получателя к социальной услуге», а именно принудительно переселить пенсионера в коммерческую богадельню, расположенную в городе. Необходимое медицинское заключение – не проблема: земельный пай того стоит. Так что теперь сельский пенсионер трижды подумает, прежде чем вызвать «скорую»: спасение может закончиться ВТЭКом и заключением в спецпансионат с конфискацией недвижимого имущества. Поняли, откуда заявления Голиковой, что «74% пенсионеров» вызывают «скорую» «2-3 раза в месяц»? (Минрегион хочет переселить пенсионеров в "социализированные" поселения).

Принудительно концентрируя (заметьте – именно концентрируя) пенсионеров в спецучреждения, Минрегион убивает сразу двух зайцев, создавая рабочие места в безработных моногородах!

Напомним, что сам термин «концентрационные лагеря» возник во время англо-бурской войны (1900 г.) когда гуманные британцы «всего-навсего» «концентрировали» мирное бурское население за колючей проволокой – сугубо с гуманитарными, антиповстанческими целями – чтобы затруднить «неконвенциональное» сопротивление буров. Сами понимаете, что вышли из лагерей не больше трети «сконцентрированных» – потери на поле боя был намного меньше. Второй опыт «концентрации» (в плен нонкомбатантов брать вроде бы нельзя) англичане повторили уже в Архангельске – с неменьшим успехом. Так что у «концентраторов» получателей социальных услуг – большая традиция.

Соответственно, по ходу «концентрации» собственников земельных паев по месту планируемых социальных и ритуальных услуг идёт дополнительное сокращение расходов за счёт ликвидации десятков тысяч населённых пунктов, «зачищенных» от последних жителей. А заодно новым, «эффективным» собственникам выморочных полей не придётся согласовывать завоз и расселение китайцев и таджиков. Нет населения – нет проблем!

Таким образом, безработные моногорода получат новые рабочие места в «бизнесе социальных услуг», став «Моногородами смерти», а земля будет «кротко и милосердно» освобождена от ненужного населения, мешающего инвестиционным проектам…