Обеспечение национальной безопасности

Выступление на заседании «Круглого стола», состоявшегося в Государственной Думе 23.12.2010 г., по теме «Законодательное обеспечение национальной безопасности в Российской Федерации»

Уважаемые товарищи, уважаемые коллеги, я хотел бы сказать, что о проблемах безопасности в Российской Федерации можно говорить до бесконечности. Поэтому я позволю остановиться на некоторых проблемных моментах, достаточно резко выскажу свою позицию по тому законодательству, которое сегодня есть в Российской Федерации.

Если уж говорить о надёжности нашей безопасности: и государственной, и личной и общественной, то её подрыв как раз и истекает из нашей российской Конституции.

Я неслучайно об этом говорю, ибо то государственное устройство, которое сегодня существует, та система хозяйствования, которая сегодня установлена, фактически не работает на общество, не работает на мощь государства.

Отмечу, что законодательство Российской Федерации, касающиеся безопасности, достаточно неразвитое. Совсем недавно мы принимали закон о государственной безопасности. Казалось бы, в этом законе должно быть разложено всё по полочкам, но отмечу – в нём мы не увидели абсолютно никаких проблемных моментов и самое главное – рычагов, обеспечивающих нашу российскую безопасность.

А если уж говорить в целом о безопасности России, то я хочу привести три цифры, после чего можно далее не рассуждать о безопасности.

Я хотел бы отметить, что объём продукции высоких технологий в экспорте России у нас сегодня составляет 0,3-0,5%. В то время как у Соединённых Штатов Америки – 40, у Германии, Японии более 30%. У нас 0,3-0,5%. Вот и из этого исходите, какая развитость нашей экономики, какие новые технологии и прочее, о чём так долго говорят власти у нас в России.

Ещё очень серьёзный момент. Потеря детей, за так называемое, суверенное существование Российской Федерации составила 14 миллионов. Вот на такое количество, на 14 миллионов, сократилось у нас молодое население. У нас проблема скоро возникнет комплектования Вооружённых Сил, проблема комплектования нашей правоохранительной системы и в первую очередь Министерства внутренних дел.

И третья цифра. После чего можно далее не рассуждать. Вывоз капитала, за так называемое, тоже суверенное существование Российской Федерации, составил 2 триллиона долларов. Вы вдумайтесь в эту цифру – 2 триллиона долларов, я могу сказать условно, это 10 бюджетов, российских федеральных бюджетов 90-х годов. Это показатель того, что наше государство не работает на само себя, а работает на кого угодно, только не на Россию. Казалось бы, вот здесь должно быть сосредоточено внимание нашего законодательства. Сегодня нет более важной задачи, чем приостановление вывоза капитала из страны. Однако все попытки представителей национальных оппозиционных сил в Государственной Думе приостановить утечку капитала, все наши предложения и на законодательном уровне торпедировались или президентами, или здесь, в Государственной Думе.

Почему я говорю, что Конституция Российской Федерации сама становится опасной для российского общества и для российского государства?

Потому как опасность заключается, в первую очередь, в том, что фактически эта Конституция перечеркнула народовластие в Российской Федерации. И это перечёркивание усугубилось потом, в последующем принятием ряда законодательных актов, которые, по сути дела, волю народа свели к фактическому отстранению от решения самых серьёзных, самых важных вопросов в нашем государстве.

Есть закон «О референдуме», над которым мы долго работали, но он фактически стал законом о запрете референдума. Это ведь абсолютно уже очевидно. Очевидно и то, что мы перестали выбирать глав субъектов Федерации, областей и краёв. Здесь тоже народ устранили от участия в формировании власти, от участия в больших государственных делах. А потом удивляемся, почему у нас такая низкая явка избирателей на выборах? Да, потому она и низкая, что народ-то видит своё бесправие, свою беспомощность, невозможность участия в решении сложных вопросов.

Я хотел бы сказать, что институт президентства, буду резко говорить, вообще-то, был навязан сначала Советскому Союзу, а потом и Российской Федерации. И был навязан только лишь с одной целью, чтобы через манипулирование сознанием одной личности, в руках которой концентрировались огромные полномочия, проще было разрушать то союзное наше отечество, великое наше государство. И сделали это достаточно легко, достаточно, я бы сказал, и умело с их позиций. Я считал и считаю, что институт президентства в Российской Федерации, мягко говоря, ненужный институт сегодня, он может привести к распаду уже России.

Исходил и буду исходить из того, что в России должна быть мощная законодательная власть и отчётное перед законодательной властью правительство, полноценное правительство, а не такое, какое сегодня есть. 12 министерств, ведомств замыкаются непосредственно на президенте, всё остальное – на премьер-министре, он ими руководит. А на самом деле нет эффективного руководства.

И ещё один момент. Конечно, президентство в России превращается уже в дичайший абсолютизм. Концентрация власти в руках одного человека всегда опасна для безопасности государства, для безопасности общества.

Конечно, сегодня ставить вопрос об устранении института президентства, было, может быть, и нелепо, в общем-то, это вызовет определённое непонимание, но об этом надо говорить. В Конституцию должны быть внесены существенные изменения, и должно произойти перераспределение власти. Президент должен выполнять представительские, координационные функции, у нас должно быть полноценное правительство, которое отвечает за всё в стране, и должен быть сильный парламент, принимающий более активное участие в формировании правительства.

Я сегодня считаю, что формирование судебной власти и прокурорского надзора в Российской Федерации должно происходить без всякого участия президентских структур и структур исполнительной власти. Все эти функции необходимо сосредоточить в руках законодателей. Тогда, я подчёркиваю, наше государство будет более прочным, более уверенно стоять не на одной ноге, а на трёх ногах.

О коррупции. Я не случайно говорю о коррупции, потому что нет более опасного сегодня явления, чем это. Не победим коррупцию – не решим с вами ни одну социально-экономическую проблему. Это я вам ответственно заявляю.

Но теперь возникает вопрос: а как побеждать коррупцию? И вообще, можно ли победить коррупцию, тогда, когда власть коррумпирована снизу доверху?

Давно занимаюсь этими вопросами и в теории, и на практике, на законодательной основе. Я прихожу к горькому выводу. Уважаемые мои товарищи, уважаемые мои коллеги, не о коррупции надо речь вести уже, о власти. Потому что та власть, которая есть сегодня, коррумпирована снизу доверху, и она сама с собой бороться не будет. Это закономерно. И мы должны сегодня концентрировать все наши вопросы именно на проблемах власти, на проблемах радикальной замены власти. Без этого мы с вами не победим коррупцию, без этого государство будет гибнуть и продолжать разрушаться по всем, к сожалению, направлениям.

Учитывая недостаток времени, остановлюсь ещё коротко на некоторых острых проблемах судебной власти.

Опасность для государства, для общества заключается в том, что наши общественные отношения не декриминализируются.

В этой связи в России увеличилась судимость, и количество людей, находящихся сегодня в местах лишения свободы, достигает уже критического уровня. Для того чтобы быть убедительным, скажу, что нынешний российский уголовный кодекс потяжелел на 100 статей, по сравнению с советским кодексом.

Вот несколько примеров из судебной практики. В Казани недавно осуждён судья, который участвовал в организации умышленного убийства. Полтора года тому назад в Москве осуждены два судьи, участников преступного сообщества. Сегодня лихорадит Савёловский районный суд.

И я хотел бы отметить, что сама судебная система тоже становится уже опасной. Люди хотят найти в ней правду, а вместо этой правды мы получаем вот то, что мы получили.

Здесь надо говорить в первую очередь о формировании судебной системы, о пожизненности и несменяемости судей. Выдают это, как за одно из серьёзнейших демократических завоеваний. Я говорю да, но нельзя забывать об обратной стороне, что за этой несменяемостью скрываются злоупотребления и даже преступления.

Я глубоко убеждён, что судебная, так же, как и депутатская неприкосновенность, должны иметь более низкий уровень. Зачем испрашивать согласия на привлечение к уголовной ответственности, если носители этой неприкосновенности застигнуты на месте совершения преступления, или оно не связано со служебной деятельностью?

Глубоко убеждён, что судебная власть на уровне района, города должна формироваться путём выборов на альтернативной основе и без всякого опять участия исполнительной президентской власти. Все вопросы должны быть сконцентрированы в руках законодателей. Верховная судебная власть должна формироваться тоже парламентом Российской Федерации, как и судебная власть в краях, областях и республиках. И тоже без всякого участия президентских исполнительных структур. Тогда у нас появится какая-то определённая гарантия независимости судов.

А если говорить о радикальности, то я могу отметить одну особенность. Вы знаете, сколько бы мы не говорили об объективности судебной системы, не надо забывать, что она является ветвью государственной власти. А коль она является одной ветвью государственной власти, то, несомненно, эта система будет защищать, в первую очередь, власть чиновников, и после этого защищать права и полномочия нашего гражданина. Поэтому я считаю, что судебную систему надо выводить из органов государственной власти.

На первый взгляд это покажется нелепым. Но на чём обосновывается моя теоретическая предпосылка? На одном, на том, что Конституция и российская, и Конституция всех почти государств закрепляет главенствующий принцип – власть принадлежит народу. Так вот пусть народ и формирует эту власть путём выборов. А сами суды не должна входить в государственную власть. Государство должно исполнять наказание и обеспечивать работу этой судебной власти.

Виктор Иванович Илюхин – Заместитель Председателя Комитета ГД РФ по конституционному законодательству и государственному строительству. Председатель Общероссийского движения «В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки». Заслуженный юрист РФ.