Регистрация Вход

Анна Яблонская, драматург и сценарист из Одессы, 24 января прилетела в Москву на вручение премии «Личное дело» и погибла во время взрыва в Домодедово — единственная со своего рейса. На Украине у нее остались муж и трехлетняя дочь. Пьеса, за которую Анну хотели наградить, — «Язычники» — была впервые прочитана публично на фестивале молодой драматургии «Любимовка» осенью 2010 года. В апреле 2011-го должна быть читка в английском театре Royal Court.

В общей сложности Яблонская написала больше десятка пьес и киносценариев. Спектакли по пьесе «Где-то и около» идут в Москве, Перми и Глазове. В Петербурге поставили «Видеокамеру». «Язычников» готовит к выпуску Театр.doc.



Архивное фото

За пределами Украины Анну Яблонскую (и это общая ситуация для большинства украинских авторов, пишущих на русском языке) знали лучше, чем на родине. Она много ездила по театральным делам — на фестивали и творческие лаборатории в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Омске. В Англии Яблонская участвовала в воркшопе театра Royal Court.

В газете Guardian на следующий день после теракта появился большой некролог. В подзаголовке — горькое сожаление: «она бы так много еще могла добиться». Знакомые и не знакомые с Анной люди оставляют под заметкой полные сочувствия комментарии на английском.

22 февраля в 20:00 в Театре.doc — особенно близком Анне Яблонской — ее друзья и коллеги устраивают вечер памяти. Традиционно 22-го театр празднует свой день рождения, но в этот раз руководители Михаил Угаров и Елена Гремина отказались отмечать очередную годовщину, заменив ее «Аниным днем», — им не до капустников.

После смерти Анны Яблонской множество людей ринулись читать ее блог silkhat.lj.ru. Особенное волнение у них вызывает запись от 21 декабря 2010 года: «Мне кажется, у меня осталось совсем мало времени». Пресса спекулирует на этом «мистическом совпадении», «роковом предчувствии», хотя Анна нередко публиковала заметки о любви и смерти: писатель ведь не может не выяснять периодически отношения с миром. Мир у Яблонской — явленный в записях, пьесах и стихах — очень конкретный, одушевленный. В нем, конечно, умирают, но в основном живут — дети, собаки, гипнотизеры, древние римляне, сказочные братья-двенадцать месяцев, волшебные евреи, магазинные продавщицы, бабушки с дедушками. Много народу. Много всего вообще.

 

 

Полный текст этого поста не сохранился в архиве; выше — его начало со страницы раздела. Поискать в Wayback Machine