Как говорим, так и живем

Размышления дилетанта о языке и лжи в двух частях,
и о том, как то, что мы говорим, определяет то, как мы живем.
.
 

Маленькое предисловие. Автор ни разу не филолух и не имеет к ним никакого отношения, а потому, возможно (наверняка?), все написанное может быть ерундой, а может существовать в виде гораздо более проработанной теории. А уж существует ли и делаются ли из нее какие-то выводы — другой вопрос. Изобретать же велосипед — это наше все.
.
.

Часть 1.
.

Итак, начнем от обезьяна Адама. Мало ему показалось невнятного пыхтения и воплей, и договорился он с Евой и прочими, что нужные для жизни понятия будут обозначаться специальными звуками. Проще говоря, речь изобрел. Простую и конкретную — слово означало ровно то, для чего оно придумано, и никак иначе. А ежели кто-то решит пошутить и вместо «Жратва!» крикнет «Волк!», то, когда это обнаружится, все разбежавшиеся в панике собираются обратно и дружно и с наслаждением бьют шутнику морду, пока он не запомнит правильное слово.

Так эти обезьяны и жили — долго и успешно, потому как речь давала существенное преимущество — способность согласованно действовать большими группами и передавать знания друг другу. А заодно и в уме сдвиг пошел — раз предмет можно назвать, значит, его можно представить в воображении и обдумать. Название предмета точно означает предмет, название действия — означает действие. Если обезьян сказал, что сделает — обезьян сделает. А как же иначе — от этого жизнь зависит, и сказать одно, а сделать другое — это же подвести родичей в опасную минуту и самому вляпаться.

Замечательная получилась система коммуникации, да вот беда — все, что можно испортить, наш обезьян обезательно испортит. Показалось ему, что обозначать предмет одним словом слишком просто. Захотелось разнообразия и сложности — и начался дрейф языка. И ладно бы только новые слова для тех же предметов придумывать начали, так ведь и старыми словами начали новое называть. Да еще всплыл здоровый каменюка — каждый, оказывается, понимает слово немножко по-своему. Пока слово простое — не беда, отличие небольшое. А чуть посложнее понятие — глядишь, говорят вроде одни и те же слова, да друг друга не понимают, понимание сказанного-то разное, хотя каждый уверен, что и другие понимают в точности как он сам. Ну к примеру: «красный» — это какой цвет? Крови? Огня? Закатного солнца? Спелого помидора? А если обезьян еще и дальтоник?

Да только и этого показалось мало — обнаружились личности с особо буйным воображением, которые для доходчивости описания стали применять слова не по назначению. Нет, в каждом конкретном случае получалось неплохо: «стальные волны» — так и представляешь цвет стали. Так ведь этот цвет опять же каждый по-своему представляет… Или «бешеный ветер» — оно вроде и понятно… где-то как-то… а смысл расплывчатый — одному такой ветер только прическу растрепал, другому дом развалил. Причем смысл не очень-то понимает не только слушающий, но и говорящий. Что удивительно, эти особо буйные личности почему-то считают, что такой способ выражения — особо правильный и очень выразительный.
А если вдуматься, что именно тут выразительного — сказать так, чтобы точный смысл остался неясным даже для самого себя?
К тому же у обезьян и привычки обезьяньи — один сказал глупость, остальные, даже (или особенно) не понимая, тут же начинают повторять к месту и не к месту, еще больше запутывая смысл.

Кстати, следует иметь в виду — человек мыслит в точности так, как говорит, и соответственно, наоборот. Если мысль четкая, то для ее выражения человек использует четкие недвусмысленные понятия, и напротив — если используемые им понятия расплывчатые, то и мыслить можно только так же расплывчато и неконкретно, ибо невозможно обдумывать то, чему нет адекватного понятия.
(Ровно то же касается и письменной речи — как человек может внятно мыслить, если он не различает разные по написанию слова и языковые грамматические конструкции? Как пишетЬся — так и думаетЬся.)

Теперь еще раз смотрим на речь: чем дальше, тем больше дрейф понятий, тем больше многозначность, тем меньше конкретика слова. Все верно — в строгом соответствии с законами природы энтропия нарастает, а соответственно, уменьшается количество информации в единице речи и увеличивается доля бесполезного шума. Коммуникативная роль речи снижается. Следовательно, все сложнее довести до собеседника свою мысль за разумно ограниченное время и тем хуже понимание между собеседниками. Остается лишь поверхностное понимание, неглубокое и неопределенное. Очень похоже на то, что буквально сейчас происходит в обществе, не так ли?
Характерный пример — комменты в блогах, где тупоконечники с пеной у рта месятся с остроконечниками, используя одни и те же слова и совершенно не понимая друг друга.
Но ведь это автоматически означает, что и мыслить люди стали точно так же — многозначно, неконкретно, плохо понимая, что и о чем они, собственно, думают.

[Маленькое отступление.]
Помните притчу о вавилонской башне?
Смешались языки — люди перестали понимать друг друга — совместное строительство закончилось.
Нынешние люди тоже перестают понимать друг друга — есть шанс закончить тем же.
[Конец отступления.]

Продолжим мысль. Если мыслить стали невнятно, то и действовать аналогично — мысль и слово больше не связаны напрямую с действительностью, название имеет мало общего с сутью, обозначенное намерение не означает реального действия. Теперь обещать — не значит сделать, а черное — не всегда черное. Закономерное следствие — точность уже не в чести, честь заменяется «гибкостью», а принципы — «толерантностью».
А раз внятно мыслить не получается, то нет и возможности отчетливо продумать цепочку событий — ну просто не хватает способностей достигнуть конца этой цепочки, если каждое понятие в ней неопределенное и неточное. Иначе говоря, если точно не можешь представить, что сам будешь делать через минуту и, тем более, что будут делать другие — не получится и предсказать результат. Вот так и действуем — на авось, подменяя выводы ожиданиями, не в силах предвидеть элементарные последствия своих действий.
Опять же все это подозрительно похоже на нынешнее общество, в котором заправляют политики и торгаши, для которых совпадение слова и дела не естественное состояние, а досадная случайность.

[Еще отступление.]
Нет, в принципе, политики нужны и иногда даже необходимы. В конце концов, лучше говорить, чем воевать, и благодаря политикам, действовавшим пусть и сугубо в шкурных интересах, человечество многого достигло. Вот только политики — инструмент специфический и весьма узкого применения, а потому их место должно быть не во власти, а где-то наравне со шлюхами: при необходимости позвал, использовал по назначению, заплатил и выгнал, а в остальное время про них в приличном обществе и упоминать неприлично.
[Отступление закончено.]

Но поскольку во власти политики, в их руках сила, они и переделывают окружение под себя. Было еще время, когда им приходилось сдерживать свои позывы: народ мыслил конкретно, несоответствие слов и дела просекал на раз, и чуть что, поправлял вилами. Да только опять же обезьяньи привычки: словесные упражнения политиков быстро копируются в народе (кто ни разу не цитировал Черномырдина — поднимите лапки :), а с ними расходятся и привычки разделять слова и дела, падая на очень щедрую почву принципа «во благо ближнего, как я его понимаю» (непременно не спрашивая и вопреки его желаниям). Ну в самом деле — зачем волновать ближнего, объясняя, как его будешь, к примеру, грабить, — лучше успокоить. Пусть спит спокойно, а когда обнаружит… так это же потом будет. Авось еще как-нибудь успокоим.

А между тем для несовпадения слов и реальности давно уже есть специальное слово (которое тоже каждый понимает по-своему) — ложь. И как-то так получилось, что из чрезвычайного события, за которое обезьяны били друг другу морды до полного окоченения, ложь стала не просто нормой, а основным принципом сосуществования бывших обезьян. Более того, ложь теперь стала основой собственной мировой картины каждого — и вашей тоже.

Не верите?
Посмотрите на клавиатуру — она грязная? Это потому, что вы вчера соврали себе, что она еще НЕДОСТАТОЧНО грязная, чтобы ее помыть. Или врете себе сейчас, считая, что она ЕЩЕ чистая.
А в написанных ваших комментах — каждое слово чистая правда, без искажений, уловок, умолчаний и просто ошибок?
И на вопрос ближнего «Как дела?», на который он вовсе не желает получить ответ, вы привычно отвечаете «Нормально», хотя нихрена нормального у вас нет — сосед достал перфоратором, денег не хватает, правительство бесит и здоровья нет. Ну так ведь каждый знает, что нудный человек — это тот, кто на вопрос «Как дела?» подробно рассказывает, как у него дела, а потому этот каждый уже привычно врет, даже не считая свой ответ ложью. (Хотя таки да, есть персонажи, которые на тот же вопрос честно отвечают «Спасибо, хреново!», но их мало.)
А еще вы непременно в своем мироощущении считаете себя приличным человеком — хотя уже факт ежедневной лжи, казалось бы, наглядно демонстрирует обратное. Так ведь не обманешь себя — не сможешь себя уважать.

А впрочем да — теперь лгать по поводу и без действительно стало приличным.
Разница только в том, что некоторые, особо модернизированные, врут всегда, а некоторые — видимо, по привычке — все еще иногда сбиваются на правду.

Человечество практически уже живет в искаженном выдуманном мире. Чего удивляться тогда, что и живет оно искаженно? Как говорим — как мыслим — так и живем.
.
.

Часть 2.
.

Закономерное продолжение логической цепочки о лжи — посмотреть на тех, кто занимается ей профессионально, зарабатывая на хлеб с маслом и икрой именно транспортировкой ее (лжи, а не икры) в свободные уши и разбавлением ложью собственного производства. Все поняли, о ком я, но пальцем показывать не буду — во-первых, неприлично, во-вторых, дабы не квалифицировали как разжигание розни в духе постановлений партии и правительства (хм… двусмысленная фраза получилась).

Для начала рассмотрим несколько типичных циклов украшения ушей мучными изделиями.

1) Случилось событие. К примеру, теракт. Или плотина упала. Некий доброжелатель, который мало чего понял (кто понял хорошо — обычно уже лежит в морге), сообщил в редакцию. Собственно, пути получения первого сообщения не важны. Важно, что автор сообщения изложил СВОЕ понимание события, а принявший сообщение опять же понял его ПО-СВОЕМУ — в меру своего опыта, сложившегося мировоззрения и своей заинтересованности, и составил свое впечатление. Далее собралась группа, едущая получить свои собственные впечатления с места событий (да и то не всегда — кое-кому для публикации хватает того словесного фонтана, который выдал информатор). Но такова психология, что заранее извещенный репортер уже приезжает к месту событий, заранее — целенаправленно или невольно — составив некое свое впечатление и выработав свое отношение к событию. Соответственно, он ищет подтверждение своего понимания, и если некоторые факты не вписываются в него — то тем хуже для фактов. А уж нужные факты найдутся всегда — «очевидцев» разной степени информированности и адекватности обычно хватает. Добавим сюда то, что точных обстоятельств события он не знает, но «примерно догадывается».
Короче, последующая публикация от реальности отличается в степени от «слегка» до «радикально» даже в случае добросовестного репортажа.

2) Берется интервью. О том, что даже высококлассный стенографист записывает неточно (даже не выпуская ни слова, никак не получится записать невербальный ряд — паузы, мимику, жестикуляцию, порой меняющие смысл до обратного), я уж не говорю. Но даже в случае видеозаписи вопросы-то задает человек, так или иначе имеющий определенную позицию и ведущий свою линию — он может задолбать слона настырными вопросами с предопределенными ответами или наоборот, ловко обойти неудобную тему, в результате чего сформирует заданное впечатление о собеседнике. Это не считая опять же того, что потом запись отредактируют — и хорошо, если вырежут только паузы, а не смысловой контекст. А ведь цитаты вне контекста и умело обрезанные очень часто меняют смысл.

3) Техническое сообщение массово публикуется людьми, не имеющими достаточно не то что квалификации, но порой даже элементарного образования и здравого смысла. Ну ладно, многие вопросы действительно очень трудно объяснить неспециалисту — даже не для понимания (хотя упрощение само по себе искажает смысл), а просто для записи. Но ведь этому дилетанту мало случайных ошибок — ему надо еще и покрасоваться перлами художественного изложения, да еще сделать сообщение броским и сенсационным (он же по убогости не понимает, что само содержание сообщения сенсационно и не нуждается в украшениях).

Да вы посмотрите просто на заголовки новостей — два из трех не то что не  дает точного представления о содержании, но порой и вовсе не имеют отношения к тексту — это исключительно продукт больного воображения авторов. Зато «креативно».

Итог: ВСЕ публикации информационных профессионалов содержат ложь. Преднамеренную или случайную — но содержат. В разных дозах — от легкого искажения до голимого вранья, но содержат.
Забавная картина — цивилизация, имеющая основным принципом ложь, с упоением и гордостью производящая и передающая ложь в промышленных масштабах.
 

Вот и пришла в голову идея классифицировать информацию по степени ее достоверности. Получилось примерно следующее, разложенное по 10-балльной шкале (наверняка есть более точные и обоснованные шкалы оценки, и я с удовольствием бы их посмотрел):

10 — точная оригинальная информация: полная оригинальная аудиозапись, фото-кино-видеосъемка реальных событий без режиссуры и редактирования, факсимиле оригинального документа.

9 — точная оригинальная информация с техническим (несмысловым) редактированием: оригинальная стенограмма без редактирования; аудиозапись с вырезанием пауз, шумов, не относящихся к делу фраз, коррекцией и т.д.; фото-кино-видео реальных событий без режиссуры, но с несмысловым редактированием и технической обработкой; перепечатка оригинального документа.

8 — точная по смыслу оригинальная информация: стенограмма с литературной обработкой; цитаты без потери точности смысла и без акцентации; отрывки из реальных аудио-видеозаписей или реальные записи с режиссурой без акцентации; точные по смыслу постановочные фото-видео-аудиоматериалы; технически точное и полное изложение проблемы специалистом.

7 — неточная оригинальная информация: цитаты без учета контекста или урезанные для акцентации; аудио-видео-фото записи с акцентированной режиссурой или приближенные постановочные; полное изложение проблемы специалистом с упрощениями для неспециалистов.

6 — неискаженная неоригинальная информация: пересказ цитат/событий своими словами без личных оценок, искажения и потери смысла; интервью с участниками событий; включение в достоверную информацию высоко вероятных догадок, непроверенной информации, недоказанных фактов с прямым указанием недостоверности таковых и не искажающих общий смысл; упрощенное и научно-популярное изложение проблемы специалистом для дилетантов.

5 — искаженная неоригинальная информация: пересказ событий с личными оценками и неточностями, не меняющими общий смысл; пересказ своими словами чужих высказываний без существенных искажений; включение в достоверную информацию непроверенной и неточной информации без прямого указания на недостоверность этой информации; изложение проблемы неспециалистом без изменения общего смысла.

4 — вероятная информация: пересказ событий через вторые руки; телефонные сообщения с места реальных событий от случайных очевидцев или второстепенных участников; предварительная неполная информация о событиях; анонимная информация из доверенных источников; поверхностное изложение проблемы неспециалистом.

3 — слухи: пересказ через более чем вторые руки; сообщения с места реальных событий от людей, не присутствовавших непосредственно при событиях; анонимные сообщения.

2 — заведомо недостоверная информация: сообщения о событиях, не имевших места; частично или полностью заведомо ложная информация.

1 — фантазия, информация о невозможных событиях.
 

А отсюда как-то логично было бы квалифицировать СМИ по уровню достоверности, исходя из нижней (не средней!) границы точности публикуемой ими информации и сроков удержания этой нижней границы, ну, скажем, примерно так:
A+ — гарантированно достоверные; не менее 10 лет с уровнем достоверности не ниже 8.
A — достоверные; не менее 3 лет с уровнем достоверности не ниже 7.
B — заслуживающие доверия; не менее 2 лет с уровнем достоверности не ниже 6.
C — недостоверные; уровень достоверности не ниже 5.
D — «желтая пресса» или ОБС; уровень не определен.
 

Заодно уж неплохо бы и помечтать, чтобы каждая публикация обязательно сопровождалась индексом достоверности, а ежли кто обнаружит, что индекс завышен (проще говоря — искажения информации больше заявленного), и сумеет это подтвердить, СМИ автоматически слетало бы в рейтинге до уровня, соответствующего фактической достоверности публикации — с соответствующим последующим долгим и трудным набором рейтинга заново и раздачей плюшек всем причастным.
А чтобы некие силы не давили кошельком, всего-то нужно ограничить максимальный пакет акций в одних руках (включая контроль через посредников) полудесятком процентов.
Что-то кажется мне, что при такой постановке дела нынешние профессионалы вранья, пересказов и постановочных трюков очень скоро бы оказались не у дел.
 

Кстати, домашнее задание: попробуйте оценить известные вам СМИ по предложенной шкале…
.
.
PS. Задолбал этот редактор, имеющий собственное мнение, каким должно быть форматирование.