беден? сдай детей в приют!

Суть поправки, номер законопроекта которой 304472-5, проста. К пункту 1 ст. 80 п. 1 Семейного Кодекса РФ: «Родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно». добавляется: «Содержание ребенка включает расходы, направленные на удовлетворение его физических, интеллектуальных, психических, духовных и нравственных потребностей, в том числе расходы на питание, одежду, обувь, другие предметы первой необходимости (средства ухода, санитарии и гигиены, предметы мягкого инвентаря, хозяйственного обихода и т.д.), обеспечение прав ребенка на жилье, образование, медицинское обслуживание, отдых и оздоровление и т.д.»

Сама по себе, возможно, эта поправка выглядит не страшно — однако рассматривать российские законодательные новеллы стоит в связке с правоприменительной практикой. А практика такова: уже сотни детей в России за последние годы разлучены с родителями после визита к ним на дом комиссий из органов опеки, которые установили, что среда обитания ребенка не соответствует принятым стандартам. Вернуть детей после такой формулировки удается не всем и не сразу.

«Они пришли и начали осмотр с холодильника, - рассказывает Юлия С., мать младшей школьницы, пережившая недавно такую ситуацию и пока не сумевшая полностью оправдаться перед опекой. - Заявили, что холодильник пустой. Как будто я ребенка морю голодом! На самом деле, мы просто питаемся свежими продуктами, запасов не делаем, поэтому холодильник полупустой».

Аналогичный подход при желании можно применить и к оборудованию детской комнаты/уголка (известны случаи, когда детей забирали в приют из квартиры, где шел ремонт и поэтому был явный беспорядок — так случилось с московской семьей Кузнецовых). Если речь идет о совсем маленьких детях, то часто практикуемый родителями совместный сон с ребенком тоже может стать «фактором риска»: как это у ребенка нет кроватки?

Наконец, даже из чистого и опрятного жилья, от добрых и любящих родителей детей иногда отбирают — просто «по бедности». Так заявили представители опеки города Суздаля семье Пчелинцевых, которая жила впятером в одной комнате. Родители стояли в очереди на улучшение жилищных условий, многодетность по закону также дает некоторые преимущества — но органы опеки сочли более разумным отобрать у Пчелинцевых сразу троих (!) детей. Сами супруги - известные в городе активисты, не раз проводившие акции протеста, заявили, что детей у них забрали, чтобы сделать «спокойнее».

«Закон не предусматривает каких-либо специальных условий для возникновения обязанности по содержанию (например, наличие у родителей необходимых средств, трудоспособность и дееспособность родителей и др.)… – комментирует поправку президент Центра «Гражданская позиция», эксперт по вопросам защиты прав человека,  Рэм Латыпов, - Иными словами, на законодательном уровне создаются правовые основания для лишения детей права жить со своими родителями в связи с бедностью последних. Причем вне зависимости от причины бедности: являются ли родители безработными, попали ли в трудную жизненную ситуацию или лишены возможности работать в силу состояния здоровья (тяжелое заболевание, инвалидность).

Фактически, это дискриминационный законопроект, направленный в первую очередь против малоимущих семей, которым вместо поддержки и помощи предлагаются новые санкции за «неисполнение обязанности по содержанию ребенка». Применение закона приведет к тому, что родителей будут лишать детей только за то, что они бедные и не могут купить ребенку апельсинов, т.е. на языке чиновников «уклоняются от выполнения обязанностей родителей…».

Таким образом органы опеки могут решать для себя сразу несколько проблем. Во-первых, стоит ожидать, что число обращений родителей за материальной помощью, субсидиями и т.п. по причины низкого достатка резко снизится. В самом деле, признание семьи малоимущей — это прямой путь к постоянным изматывающим инспекциям опеки. Во-вторых, на каждого ребенка, помещенного в детдом, государство выделяет в разных регионах от нескольких тысяч до миллиона рублей в год. То есть объем денежного потока, проходящего по линии детских домов, увеличивается с каждым помещенным туда ребенком. Наконец, у чиновников нижнего и среднего звена — которых не отнесешь к категории неприкосновенных — появляется прекрасный аргумент против всевозможных общественных активистов. Каждого, кто громко кричит и, тем более, организует что-то не нравящееся властям, может ждать участь Пчелинцевых, которые детей смогли вернуть, но лишь после многих недель публичной кампании и нескольких месяцев судебных разбирательств.

Обеспокоенные активисты семейных объединений провели в пятницу пикет около Государственной думы. В акции участвовали несколько десятков мам с детьми, которые требовали немедленной отмены вносимых в Семейный кодекс поправок и разворота госполитики от «ювенальной юстиции» в сторону поддержки семьи.

Напомним, что активная фаза внедрения «ювенальной юстиции» в России началась в 2009 году. Тогда на государственном уровне впервые заговорили о необходимости введения пакета законодательных актов и поправок. Помимо собственно ювенальной юстиции, то есть особого судопроизводства по делам несовершеннолетних правонарушителей, государство планирует расширить пределы полномочий органов опеки и попечительства до «европейских» стандартов. Европейские же стандарты подразумевают возможность без постановления суда изъять ребенка из семьи — далее родитель может вернуть его лишь выиграв судебную тяжбу.

Интересно, что в Европе также хватает эксцессов, связанных с произволом или ошибками органов опеки. Так, сразу несколько случаев произошло в 2009-2010 годах в Финляндии. Самым громким стал случай 8-летнего Антона Салонена, которого отец, гражданин Финляндии, отнимал у матери-россиянки, при помощи почти детективных методов. Мальчика, которого Римма Салонен перевезла в Россию, отец вывез из страны в багажнике дипломатического автомобиля.

Известны и другие случаи, когда дети россиянок, живущие в Финляндии, отнимались органами опеки. Факторами риска финская ювенальная юстиция считает такие вещи, как православное вероисповедание (соблюдение постов), обучение русскому языку как родному, желание после обучения в школе перебраться в Россию.

Возмущаясь этими и подобными случаями, российские чиновники, тем не менее, насаждают подобную систему и в РФ. При этом законодательных новелл даже не требуется: руководствуясь едва ли не устными инструкциями и слухами о «будущей государственной политике», органы опеки значительно усилили давление на «нестандартные» семьи. Например, на тех родителей, которые приняли решение рожать дома, на тех, кто спит не на кроватях, а по-восточному — на циновках на уровне пола.

Одним из самых скандальных с точки зрения «ювеналки» регионов стала Пермь — там было несколько сообщений о том, что чиновники из органов опеки и попечительства пытаются организовать плановое выявление неблагополучных семей. При этом для такого мониторинга предлагалось привлекать студентов, заработок которых зависел бы от количества выявленных неблагополучных семей. По счастью, из-за возникшего скандала инициатива была дезавуирована.

Скандалы и сейчас являются единственным действенным средством против подобных инициатив. На каждый из митингов против внедрения ювенальной юстиции собираются все больше людей. Этому способствуют и явно неумные действия чиновников на местах — так, атака опеки на семью священника, «виновного» лишь в том, что к собственным 5 детям усыновил столько же приемных, не может не вызвать возмущения. Подчас — если одновременно посмотреть на все инициативы государства за последние месяцы - складывается впечатление, что власти России делают всё, чтобы переполнить чашу терпения общества и дождаться неуправляемого социального взрыва по египетскому образцу.