Плисецкая Майя Михайловна

           Майя Плисецкая - не просто символ российского балета, но символ российской культуры. Ее имя известно всем, ее биография - легенда, ее именем названа планета, ее манера танца - канон, недостижимая вершина. Она танцевала во многих балетах, снималась в фильмах, о ней снимали фильмы, о ней написана книга, и она сама - автор книги «Я, Майя Плисецкая…», переведенной на одиннадцать языков и несколько раз переиздававшейся в России. Перечислить все ее звания и награды сложно - список очень длинен. Она - Майя Плисецкая, и это уже почти не имя, это - титул.

            Ее отец, генеральный консул на Шпицбергене, руководящий работник "Арктикугля", был репрессирован и расстрелян. Мать, актриса немого кино, арестовали и отправили в Бутырскую тюрьму вместе с младшим сыном. В Москву ей удалось вернуться лишь в 1941-м году. Майю и ее другого брата забрали к себе тетя и дядя, Суламифь и Асаф Мессерер, видные танцовщики Большого театра.
 


            В хореографическое училище она поступила в 1934 году. И помог ей в этом реверанс. Балерина вспоминала: «… в честь такого торжественного случая меня обрядили во все белое: белое платьице, белые носочки, пришпилили к моим рыжим косичкам отутюженный белый бант. Единственное, что несколько портило мой подвенечный вид, - коричневые сандалии. В тот год - 34-й - заявлений в училище было немного. В те «стахановские» годы все мечтали быть летчиками. По-моему, было тридцать заявлений. Мою судьбу решил один реверанс. Всем девочкам было дано задание сделать реверанс, и мое исполнение было тут же отмечено. Так решилась моя судьба».  



            Она хорошо помнит дату своего первого настоящего успеха: 21 июня 1941 года.

            Ей оставалось до выпуска еще два года, но в числе лучших учащихся старших классов она принимала участие в выпускном концерте училища, проходившем на сцене филиала Большого театра. На следующий день началась Великая Отечественная война.

            В труппу Большого театра Плисецкая была принята 1 апреля 1943 года. «Есть в этом что-то дьявольское - быть зачисленной в труппу в день, когда нельзя никому верить», - говорила она.

            В Большом театре Плисецкая встретилась с Агриппиной Яковлевной Вагановой, которую считает своей лучшей наставницей. "Она одним замечанием, одним словом ставила все на место. Многие говорят - попробуй так или так... И все мимо! А Ваганова говорила - надо так, и только тогда получалось".  



           В то время появился ее коронный номер "Умирающий лебедь". Если бы точно было известно, сколько раз она его исполнила, это число наверняка попало бы в книгу рекордов Гиннеса. Никогда не любившая повторов, Плисецкая видоизменяла номер: выходила из разных кулис, появлялась то спиной к публике, то лицом, делала разные акценты в финальной позе. Неизменными оставались только прославившие ее на весь мир лебединые движения рук.  

          Одной из главной в ее творческой биографии была партия Одетты-Одиллии в "Лебедином озере". Успех в этом балете Чайковского был огромным с первого выступления до последнего. В этом балете ее видели все главы иностранных государств, наносившие официальные и дружественные визиты в СССР. На ее спектаклях зрителю не надо было сверяться с либретто, чтобы понять, когда Одетта сбрасывает с себя колдовские чары, а когда снова становится птицей. 
 


             В 1960-е годы Плисецкая уже вполне официально считалась первой балериной Большого театра.  20 апреля 1967 года на сцене Большого театра была впервые показана "Кармен-сюита" - одна из главных ролей Майи Плисецкой в репертуаре Большого театра.

            4 января 1990 года Майя Плисецкая танцевала свой последний спектакль в Большом театре - "Даму с собачкой". 
            Известный французский балетный критик Андре Филипп Эрсен охарактеризовал Майю Плисецкую тремя словами: «гений, мужество и авангард».

            И напоследок - несколько фактов о Майе Плисецкой. Она - левша, всегда любила питательные кремы и «любила, густо ими намазавшись, раскладывать на кухне пасьянсы». Она - футбольная болельщица и любит селедку. Майя Плисецкая никогда не курила, а от бокала вина у нее начинает болеть голова. Она всегда следила за модой, уделяет большое внимание своим туалетам, а олицетворением парижской моды считала и считает Пьера Кардена.