В одном лесу жил белый-белый зайчик. Он был не только трусливым, как все зайчики, но и добрым-добрым.
Он никогда никого не обижал, даже тех, кто был меньше и слабее.
Зато его любой мог обидеть.
И волк, и лиса, и филин... Даже некоторые другие зайцы. А все из-за его доброты.
Даже те, кто были меньше зайчика, обижали его.




Уже давно в его шкурке поселились злые вошки, и они все время кусали бедного зайку, принося ему постоянные страдания.
А он был таким добрым, что даже не мылся, чтобы не смыть вошек, боясь, что они погибнут. Жил он так какое-то время, все время от боли мучаясь.
Так долго терпел, что вскоре сами вошки не вытерпели и стали спрашивать своего хозяина: «Как же так, мы на тебе живем, да еще вместо благодарности тебя же и едим, кусаем больно, никакой жизни тебе от нас нет, а ты не то что злишься на нас, а наоборот, любишь и заботишься. Даже если кто-то из нас, крови твоей напившись, с тебя свалится, ты его поднимешь и обратно на шкурку посадишь, чтобы он не погиб... Откуда в тебе столько добра?»

— А я только им и живу. Я люблю всех, и потому счастлив, а вы думаете только о себе, поэтому несчастливы...

Задумались вошки, а потом от чистых слов зайца вдруг расплакались и сказали:

— Не хотим больше никого кусать, хотим жить как ты, ради других. Добрыми вошками хотим стать.

— Тогда вам надо перестать жить за счет других, перестать чужой кровью питаться...

— Но как же мы можем, ведь это наша природа — кровь пить да кусать всех!

Задумался зайчонок. Да, говорит, тяжело преодолеть свою природу, но посмотрите на гусениц... И запрыгал он на берег озера, к большому кусту черемухи. Присмотрелись вошки со спины зайца на куст, а на нем — полно гусениц, которые с аппетитом свой дом поедали.

— Вот смотрите, — сказал заяц. — Они, как вы. Тоже свой дом едят, боль бедному кустику доставляют, злые и бессердечные...

— Да, они, как мы, — сказали вошки и заплакали от раскаяния.

— А сейчас посмотрите вон туда, — сказал заяц и показал на озеро, а над ним летали прекрасные бабочки.

— Ой, какие красивые!.. — сказали с грустью вошки. — Вот они уж точно ради себя никого не едят!

— А знаете, что еще недавно красивые бабочки были вот этими гусеницами? — спросил зайчонок.

— Не может быть! — удивились вошки. — Но как же так! Как злые гусеницы смогли превратиться в прекрасных бабочек?

— Даже зло может стать добром, когда с подлинной чистотой и бескорыстием соприкоснется! Они питались кустом, который был добр; он бескорыстно отдавал свою листву, он бескорыстно и терпеливо служил им домом. И тогда, через добро куста, гусеницы превратились в бабочек...

— Тогда и мы, через твое добро, сможем стать чем-то прекрасным?! — вдруг поняли вошки.

— Может быть! — сказал зайчонок. — Если вы сами по-настоящему захотите.............

И как только сказал это зайчонок, все вошки на его шкурке вдруг превратились в красивых-красивых бабочек, только маленьких, но все равно очень красивых.




Они стали порхать вокруг своего зайчика, а потом полетели на луга пить нектар и разносить пыльцу, помогая растениям и радуя своей красотой всех жителей леса...

А добрый зайчонок остался на поляне. Он долго глядел вслед своим вошкам, которые вдруг превратились в бабочек.




Он раньше думал, что так бывает только в сказках, что обычно вошки всю жизнь остаются вошками.




Но он всегда-всегда верил в то, что даже вошки могут стать бабочками, если сами того захотят... 

 

© Максим Мейстер, 1 декабря 2002 г., Пермь