Весна. 5 дней в тайге.

Эпиграф:

Еврей молится Богу: «Господи, дай мне выиграть в лотерею!

Ведь я такой достойный еврей, а так ни разу ничего не выиграл!».

Машина отдавала все что могла. Мокрый «воздухан» лежал за спиной, в салоне было мокро от воды, зачерпнутой «ноздрей» капота, движок подтраивал. Вытянутый подсос и включенные блокировки немного выравнивали ситуацию. «Нива» снова и снова вытаскивала своего хозяина с жутких «говен». С неба нещадно поливал дождик. Что говорить, вечер субботы выдался на славу: и глох, наглотавшись воды, и побуксовал минут 40, но все еще еду. В этот раз я один, так что вся надежда на себя, да на лесовозы, которые, если все будет совсем плохо - выдернут. Чудом, на грани фола, прохожу участок жуткой песчано-глиняной трясины. Выхожу посмотреть – вот это каша! Сапоге вмиг уходит в песок и, без помощи рук, ногу уже не выдернуть. Довольный плюхаюсь на сидение и с благодарностью глажу панель машины: «ну, ласточка, с зарплаты, будет тебе свежее маслице!». Проезжаю еще пару луж и вот он мой поворот! УРА! Начинается плохая дорога! Очень плохая уже позади.



 

По прибытии в лагерь дождик немного утихает. Все на месте. По быстрому раскалываю чурки, попиленные еще осенью, растягиваю навес из пленки и развожу костер. Фуф, ну и денек! Завариваю чай и, под стук дождя об навес, ужинаю. Тушенка, с охотничьим антидепрессантом в виде чеснока идет на ура. Целоваться сегодня точно не планирую… Вымотался. Ставить ради себя одного 4х местную палатку – лень. Впервые ложусь спать в машине. Ночью несколько раз просыпаюсь. Стоило очнуться, и голову тут же атаковали десятки мыслей, мешая заснуть. Дело в том, что была у меня «синяя мечта»  (это «голубая мечта», посиневшая от ожидания её исполнения) – поохотиться на глухаря на току. Изначально, ток, хоть косачиный, хоть глухариный, были для меня из области фантастики. Да, в космос в принципе летают, но простым смертным туда путь заказан. Тем не менее, разведав единожды тетеревиный ток, внутри у меня что-то перевернулось, тогда я понял, что это может стать реальностью и в моей жизни. Этой весной, когда выяснилось, что госфонд открывает охоту на боровую дичь, у меня отпали всякие сомнения, куда я поеду. Заберемся дня на 4 в тайгу и будем ходить и слушать, слушать и ходить. Найдем глухаря обязательно! Уже перед самой поездкой выяснилось, что у моих двоих напарников срывается выезд. Моментально решаю – раз так, поеду один! Меня пытались разубедить ехать одному, но, так как я человек больной на всю голову (зачеркнуто) увлекающийся, увещевания эффекта не возымели. И вот сейчас, лежа в машине посреди тайги, слушая, как барабанит «крупа» по крыше авто, думал, какой я счастливый, что моя мечта уже так близко от меня, надо еще только чуть-чуть постараться…

            В 4 утра, когда уже можно было различить дорогу, выдвинулся на поиски тока. Тишина полная. Вчерашняя непогода сменилось полным штилем. Слышно разве что как похрустывает подмерзший за ночь мох под моими «болотниками». Через час стало заметно светлее. Выйдя на одну из вырубок, взгляд выцепил 2 белых пятна на фоне пожелтевшей прошлогодней травы. Пятна вдруг разом вытянулись и оказались зайцами в зимнем одеянии. Косые неподвижно стояли «столбиками», настороженно прислушиваясь. Хех, ничего не боятся! То ли за зиму совсем отвыкли от людей, то ли знают, что весной на них охота закрыта! Неспешно проходя мимо косых, заставил их покинуть поляну. Зайцы удалялись чинно, отскакивая на несколько шагов, останавливаясь и прислушиваясь вновь. Через несколько поворотов, нос к носу сталкиваюсь с лисой. У той округляются глаза, моментально включается «реверс» и рыжая со всех ног улепетывает в обратную сторону, ныряя в тайгу. Вот напугал рыжую! Зайцы и те медленней удирали. Улыбаясь иду дальше, когда до меня доходит, что сегодня же ПАСХА! На душе становится еще радостней. Крещусь и говорю Христос Воскресе! Углубившись в тайгу, в сторону самых дальних вырубок, нахожу весенние следы медведя. Все-таки правильно, что в стволах пулевые, найду ток – перезарядиться всегда успею. Надо сказать, что всю поездку тщательно старался соблюдать элементарную технику безопасности: всегда рядом ружьё, ни каких безрассудств, типа ходьбы по неизвестным направлениям (что я часто проделываю осенью), обязательный осмотр от клещей. Все-таки ощущение, что ты один на многие километры, очень положительно влияет на работу инстинкта самосохранения. Ближе к 8 утра слышу призывную трель рябчика. Охота на них весною запрещена, но вот манить ни кто не запрещает. Достаю манок, который специально взял из дома, и свищу самкой. Несколько трелей и раззадоренный петух начинает суетиться вокруг меня, перелетая с ветки на ветку. Тут же прилетает обеспокоенная подруга (рябчики уже разбились на пары) и начинает недовольно стрекотать. Эх, забыл фотоаппарат в машине! Ну, ничего, устрою сегодня вам фотосессию. Передохнув в лагере и поставив несколько банок для сбора березового сока, отправляюсь фотографировать рябых.



Честно говоря, желание сделать удачный кадр с участим рябчика, во мне живет очень давно. Другое дело, что осенью во мне охотник побеждает натуралиста. Как ни крути, но по мне фотография ужина имеет меньший приоритет по сравнению с самим ужином. Выманив парочку, ухмыляюсь, какой суровый патриархат царит в семье у рябчика! В один из перелетов, когда самец и самка хотели сесть на одну и ту же ветку, кавалер попросту «бортанул» подругу, усевшись сам. В другой же раз, он не моргнув глазом согнал с насиженной ветки свою пассию, и та была вынуждена искать себе другое место. Джентльмен, одним словом. Нащелкавшись птиц в разных ракурсах, я довольный собой вернулся в лагерь. Погодка шептала! Все-таки, на Пасху, какая не будь погода, а солнышко обязательно выглянет!

Покемарив пару часиков, я вновь отправился побродить. Вдруг повезет увидеть летящего глухаря и хотя бы немного сузить утренний круг поиска. За всю дорогу поднял 1 копалуху, да многочисленные парочки рябчиков, сидящих рядом с дорогой.

К вечеру началась небольшая ломка. Куча впечатлений, эмоций, а поделиться не с кем. Не могу сказать, что это тяготило, но это выбивалось из моего привычного эмоционального  уклада на охоте. Захотелось петь. До самых сумерек, под аккомпанемент щелкающих угольев,  пел то одну, то другую песню Высоцкого. Других авторов душа сегодня не принимала.

            Утро понедельника не принесло ничего нового. Длинная дорога, тишина, нарушаемое цоконьем белок, да шумным вспархиваением рябчиков. Если осенью такое классическое «фррр» заставляет чаще биться сердце охотника, то сейчас на это уже просто не обращаешь внимания. 

 

По дороге замечаю приличных размеров березовую сувель. Вот, придет осень, надо сюда наведаться с пилой!




К концу пути дорогу преграждает разлившаяся Тунгуска. Осенью она больше напоминает небольшой ручей, сейчас же ширина водной преграды около 10 метров. Выламываю «дрын» покрепче, раскатываю болотники и успешно форсирую речку. Честно говоря, умаялся за утро. Сильно хотелось пить. Тем приятней было, идти и опустошать по пути свои банки с березовым соком «утренней дойки»! Довольный тормошу костер и, скинув сапоги, плюхаюсь на пенек, вытягивая ноги к огню. Хорошо!

            На сегодня намечено одно важное дело. Один из моих друзей, который не смог поехать вместе со мной, должен сегодня вечером, или завтра утром самостоятельно добраться до лагеря. Точной дороги он не помнил, хотя и бывал в здешних краях. Что бы облегчить его путь решаю на дороге нарисовать указатели и написать метровыми буквами его имя. Выйдя в обед, оступился, переходя Тунгуску, в итоге начерпал полные сапоги воды. Ладно, схожу ближе к вечеру! Переодевшись и обсушившись, решаю приготовить на обед что-нибудь нормальное. Надоел охотничий фастфуд в виде тушенки и консервов. Начистил картошки и пожарил с колбасой и луком. Ляпота!

Вечером выхожу на тропу и иду «метить территорию» для друга. Выйдя на основную «очень плохую» дорогу вижу, что самый свежий из следов, это мой след 2х дневной давности… Черт, долго бы я ждал лесовоза, который бы меня вытянул… Дойдя до развилки, к которой ведут все дороги, я начертил указатель и написал координаты точки, снятые в лагере с GPS’ки. Такие же стрелки я нарисовал на каждой из развилок, что бы друг не сбился с пути. Перед речкой на пенек положил крепкую палку.

            Ждал до 11 вечера. За эти дни уже привык к одиночеству. Все-таки есть что-то в том, когда сидишь, подкармливая костер дровами, видя, как закат уменьшает твой окружающий мир, до размеров пятачка, освещаемого огнем. Вокруг же возвышается стена из тьмы. После 11 ждать не имеет смысла. Даже если четко знать дорогу, куда идти все равно не видно.

            Предпоследнее утро. Проспал. На часах 5 утра. Глотаю березового сока и одеваю патронташ. Так, дырки закончились, а хотелось бы затянуть потуже… Блин, уезжал из дома вполне себе солидным дядькой «с пузцом», а на охоте запустил себя. Где-то совсем рядом слышно как поют косачи! Ну, может хоть здесь не оставит меня охотничья муза? Топая в направлении тока, предвкушаю удачу. Забираясь все дальше и дальше от дороги, все слышнее становятся подробности: вот уже слышно «чуфышш», вот уже слышно как мутузят друг друга драчуны… Болото… Где-то метрах в 400-500 от меня, по середине болота и происходит все действо. Подобраться можно разве что отрастив крылья. Ладно, возвращаемся к глухарям. Раз косачи запели, глядишь, и у глухаря весна в жилах заиграет! К сожалению, и этим ожиданиям не суждено было осуществиться. С другой стороны, чего только не встретишь в тайге, имея самую обыкновенную наблюдательность: вот шишки стали распускаться, под весенним солнышком, стоп, а это что?

По дороге в лагерь я ожидал застать там своего друга, тем не менее, он не появился. Вечером полил дождь, который загнал меня в «гнездо» под пленку.






Утром решил забраться в самую даль, куда еще не хАживал. Сказано-сделано. По дороге меня пытались сбить с пути то один, то другой косачиный ток, однако, собрав волю в кулак, я держался. Облазив кучу просек и прочесав множество «усов» натолкнулся на свежие медвежьи следы…



 

С глухарем явно не срослось… Услышав очередной тетеревиный ток, решил попробовать еще раз. Косачи казались совсем рядом, но приблизиться что бы разглядеть птиц я так и не смог. Быть может, они смещались, так как полуболотистая местность заставляла изредка хлюпнуть или чавкнуть сапогом, а может еще что. Тем не менее, выбраться на свою просеку я не смог. Блуданул. В направлении основной дороги был уверен, так что просто начал идти сквозь тайгу, что вывело меня на другую просеку. Ладно, пора круглить с охотой, впереди еще очень много грязи…

Что же выходит, этой весной у меня были все шансы съездить и добыть селезней уток, с большой долей вероятности я мог съездить на косача, ибо четко знаю один «крепкий» ток в легкодоступном месте, но это ни на минуту не приблизило бы меня к моей мечте – побывать весной на глухарином току. Променял бы я свое 4х дневное одиночество посреди тайги на «гарантированный трофей» другого рода? Наверное, нет. По крайней мере, я могу сказать, что я попробовал - купил лотерейный билет, и пусть мне не достался главный приз, мне выпала куча призов поменьше, то что услышал и увидел, а самое главное, моя мечта стала гораздо ближе.