Приходя сюда, ты принимаешь простые правила маленького сообщества — текучего, но постоянного.

Очень простые правила: если ты здесь, значит, ты — такой же.

Я давно не приходил сюда. Наверное, с самого детства. Мы переехали в благоустроенную квартиру и ездить сюда через весь город стало как-то не с руки.

Давным-давно, будучи совсем еще неразумным мелким пацанишкой, я попал в это заведение, в котором царили странные порядки. Все дядьки бегали голыми в помещении, полном пара, шума хлещущей из широких кранов воды, треска душа и грохота жестяных тазов. И все они периодически пропадали за маленькой дверью. И появлялись оттуда спустя некоторое время с багровой кожей и каким-то умиротворенным выражением в глазах. Эти люди получали там что-то, что позволяло им буквально парить.

И я помню, как отец провел меня в первый раз за эту дверь.

Жара, бог ты мой, как же там было жарко! Плотная, напитанная влагой атмосфера парилки навалилась на меня, вгрызлась в каждый клочок тонкой детской шкурки. Жар вошел в меня, растекся по венам, проник в легкие и стал частью меня.

— Дыши. Глубже! — Отец ободряюще хлопнул меня по заднице и стало еще жарче. Народ понимающе хохотнул:

— В первый раз? Ну, с крещением, пацан.

И тут я понял, что «жарко» — это нечто совершенно другое. Замелькавшие со всех сторон веники обдали меня волнами вулканического огня, словно в парилке вдруг появились десятки огненных бабочек, и все они теперь мельтешили вокруг. Почти касаясь — и не трогая. Лишь волны спрессованного тепла впечатывались в меня, раз за разом, взмах за взмахом. Я поплыл …

И очнулся, восторженно визжа под жесткими холодными струями душа. Это было… Нет, я не знаю, какие слова подобрать для тех ощущений.

Прошло тридцать лет. Баня никуда не делась из моей жизни. На даче она была построена даже раньше, чем летний дом. И используется летом регулярно, практически каждый выходной. А когда приходят холода, остается лишь ждать следующего лета.

Но как-то вспомнилось детство, и мы с друзьями рванули в обычную общественную баню. Как тогда. Да, конечно, сауны сейчас на каждом углу и в них, вроде бы, и чище, и уютней. Но в них она иная, эта пресловутая душевность момента.

В этих стенах, которые хранят грохот тазиков нескольких поколений горожан, ты не писатель, артист или депутат. Ты снимаешь одежду и становишься просто человеком, пришедшим довести себя до изнеможения парой веников в той самой парилке за маленькой дверкой.

И вокруг — точно такие же люди, которым плевать в этот момент на все внешнее. Их занимает лишь одно — какой сегодня пар в парилке, и — хорош ли веничек. Здесь раскрывается душа, а иначе теряется весь смысл бани.

И вот он, тот самый момент. Ты заныриваешь в парилку и греешься. Распариваешься для последующего действа. И жар медленно проникает в задубевшую от возраста кожу, это уже давно не мальчишеская шкурка. И вот жар в тебе. Сейчас, сейчас... Сотни игл впиваются в тебя, обдавая изморозью — это твоя кожа раскрылась, и вот уже мимолетный озноб улетучивается. Ты — готов.

Не надо колотить себя веником изо всех сил, не надо. Это неправильно. Ведь это же ты, человек, это твои поры сейчас жаждут жара, так дай им его. И веник, набравший духмяного жара, замирает, едва касаясь кожи. С него срывается волна жара и обдает тело. Растекается, расслабляя каждую мышцу, каждую жилку — и даже мысли. Вот оно — колдовство бани, нехитрая ее магия.

И вот из парилки вываливается уже другой человек. С ошалелыми глазами, окутанный клубами пара, зачастую на полусогнутых ногах — этот человек счастлив.

Потом будет как всегда. Но это будет потом.

А сейчас — холодный душ, смородиновый чай, отдых … и снова парилка. Здесь никто не отсчитывает ваше время. И когда кожа заскрипит от чистоты, а веник превратится в бледное свое подобие — вот тогда ты и начнешь собираться назад, к возвращению в мир.

С легким паром вас...

(с) Авторский блог