2.

Такой вывод можно сделать из заявлений Дмитрия Медведева на встрече со студентами .

Встретившись на прошлой неделе со студентами, Дмитрий Медведев еще раз дал понять, как он относится к самим студентам, к задачам образования в России и социальным обязательствам государства в этой сфере.

Студент сегодня получает стипендию в размере немногим более 1000 руб. в месяц, повышенная – несколько больше. Можно ли на это прожить, понятно каждому без пояснений. Только когда Дмитрию Анатольевичу один из участников упомянутой встречи задал вопрос о том, намерен ли он, президент, решать этот вопрос, Медведев прежде всего сказал, что денег на это нет. Исчерпывающий ответ. Хотя тут же возникает другой вопрос: что за более значимые цели есть сегодня у России, если у нее с ее нефтедолларовыми доходами нет денег на обеспечение полноценного образовательного процесса?

Но показательнее в данном случае другое.

1. Президент подчеркнул, что и не ставит себе такой задачи, как материальная поддержка студенчества. «Я считаю, что целью государства не может быть выплата стипендий, на которую студент может более или менее безбедно жить, – сказал Дмитрий Анатольевич. – У государства нет таких возможностей и, если говорить откровенно, таких стипендий нет ни в одной стране мира. Это – не форма материальной поддержки, а помощь для решения каких-то частных задач».

2. Президент сказал, что стипендии в нашей стране никогда не были большими. По его словам, в 80-е годы прошлого века студентам давали стипендию в размере 50 руб. в месяц. На эти деньги, как сказал Медведев, максимум, что можно было себе позволить, – это сходить с девушкой в кафе. Однако в те годы, заметил президент, студенты не могли найти себе хорошую работу.

3. По словам Дмитрия Анатольевича, «тогда (в советское время. – Прим. ред.) возможности для заработка были гораздо скромнее. Сейчас многие студенты могут работать у себя на факультете, в университете, где-то в бизнесе можно что-то найти. Тогда вообще ничего не было. Я работал дворником в кинотеатре: это единственное, что можно было найти. Мне платили 100 или 120 руб., и вместе с 50 руб. стипендии я был богатым человеком – мог водить девушек в кафе регулярно».

На мой взгляд, эти высказывания много говорят о Дмитрии Анатольевиче, его честности и его памяти.

Рассмотрим их подробно. По первому пункту. Итак, Медведев, повторяем, заявил, что целью государства не может быть выплата стипендии, на которую студент мог бы безбедно жить. Но здесь он, по сути, подменил ответ: о ТАКОЙ стипендии его и не спрашивали. Задача не в том, чтобы студент жил «безбедно», а в том, чтобы студент мог посвятить себя учебе, не отвлекаясь на заработки. Хотя, с другой стороны, Медведев, в общем, ответил и на этот вопрос, заявив, что как раз такое положение дел он считает неправильным.

При чем здесь заявление о стипендиях в других странах – вообще непонятно. Тем не менее, говоря об этом, Дмитрий Анатольевич забыл добавить, что в других странах нет и таких низких зарплат, как в России, и таких низких доходов у тех же родителей.

Что касается фразы Дмитрия Анатольевича «Это – не форма материальной поддержки, а помощь для решения каких-то частных задач», то о ней каждый может судить сам – как о том, что она может значить, так и о том, понимает ли Дмитрий Анатольевич, что он говорит. Все чаще возникает впечатление, что просто не понимает.

Но вернемся к ситуации со студентами. Тут, конечно, самый важный вопрос – о том, должен ли студент дневного отделения работать во время учебы на дневном отделении. Формально, кстати, не должен. Потому что, в частности, ст. 43 Конституции РФ гласит: «3. Каждый вправе на конкурсной основе бесплатно получить высшее образование в государственном или муниципальном образовательном учреждении и на предприятии».

Бесплатное образование – это не только когда ты сам не платишь за учебу. Образование бывает дневным, вечерним и заочным. Два последних варианта и существуют для того, чтобы человек мог вечером учиться и днем зарабатывать. Дневная же форма обучения существует для того, чтобы студент учился днем. Соответственно, при вечернем и заочном обучении учебные программы сокращены, а срок учебы продлен, чтобы у студентов было время освоить и эти программы. Программа дневного отделения больше, срок обучения – меньше. Т. е. дневная форма обучения рассчитана именно на то, чтобы при этой форме обучения студент посвящал себя только учебе, иначе вполне качественно он учебную программу не освоит. Конституционная гарантия бесплатного обучения при дневной форме предполагает, что государство гарантирует и возможность для студента учиться, не отвлекаясь на заработки. Соотнося эту норму с вышеприведенными словами Дмитрия Медведева, можно сделать вывод: президент прямо сказал, что он, в принципе, против выполнения требований данной статьи Конституции РФ.

По второму пункту заявлений Дмитрия Анатольевича. Здесь Дмитрий Анатольевич, напомним, утверждал, что в 80-е годы студенты получали стипендию в размере 50 руб. (что близко к истине) и мало что могли себе на нее позволить. Только он забыл упомянуть, что 50 руб. брежневского времени (на самом деле все-таки даже 45 руб.) – это сегодня по покупательной способности – примерно 9000 руб., если уже даже не больше. А нынешняя стипендия в 1000 руб. – это брежневские 5 руб. Т. е. о том, что можно было себе позволить на одну и другую стипендию, и о том, как соотносятся сегодня 1000 и 9000 руб., пусть студенты судят сами. По факту: стипендия в сравнении с советскими временами сокращена в 9 раз. И если даже и говорить о том, что сегодня у государства нет денег, чтобы платить ту стипендию, которую платили 30 лет назад, то это лишь подчеркивает следующее обстоятельство: у «того государства» деньги на это были. И «то государство» считало важным дать студентам возможность работать, не отвлекаясь на подработки. А «это государство» так не считает.

При этом Дмитрий Медведев выбрал хороший эквивалент реального содержания той стипендии – один поход с девушкой в кафе. Ну, во-первых, стипендия даже тогда давалась не для похода в кафе, а для того, чтобы можно было прожить месяц, посвятив себя учебе. Для похода в кафе, действительно, уже нужно было подрабатывать. Хотя на один поход хватило бы и той стипендии. Потому что, во-вторых, Дмитрий Анатольевич лукавит, говоря о том, что на один поход нужно было потратить всю стипендию. Ужин в ресторане в те времена обходился (если без вина) в сумму около 5 руб. на человека, с вином – 10 руб. Вдвоем с девушкой – 15-20 руб. Но можно было, конечно, потратить и больше, если еще взять черной икры, пару бутылок шампанского, бутылку марочного вина и бутылку марочного же коньяка. Тут могло и 50 руб. не хватить.

Что касается того, что студенты тогда не могли найти себе хорошую работу… Смотря что считать хорошим. Например, в вузах тогда существовала система студенческого трудоустройства, в рамках которой действовали те же студенческие строительные отряды для работы в летние каникулы. Заработать там можно было обычно от как минимум 500 до 2000 руб. и больше в течение двух каникулярных месяцев. В нынешних ценах вышеприведенные летние заработки советских студентов составляли бы от 100 000 до 400 000 руб. и более. Причем профиль у таких студенческих отрядов был разным: от «торгового», когда студенты летом работали в местных магазинах, до какого-нибудь собственно «строительного», когда студенты уезжали в дальние края на большие стройки. Соответственно, те, кто ставил перед собой задачу подработать, и стремились туда попасть. Такая подработка давала потом возможность и купить нужные вещи, и оставить заначку на предстоящие 10 учебных месяцев. Кроме того, так или иначе, в большем или меньшем размере поступала помощь от родителей, у которых в общей массе денег было больше, чем у нынешних родителей.

У студента Дмитрия Медведева при стипендии, предположим, в названные им 50 руб. было, по его словам, еще 120 руб. за подработку дворником, т. е. в нынешних деньгах примерно 34 000 руб. При отце-профессоре (зарплата в месяц – 450 руб., в нынешних – 90 000 руб.) и матери-экскурсоводе (в месяц, допустим, 200 руб., хотя чаще бывало под 300, т. е. в нынешних деньгах – порядка 40 000 руб.) семья, кроме его денег, имела в пересчете на сегодняшние цены минимум 130 000 руб. Получается, что у студента Дмитрия Медведева вообще не было необходимости подрабатывать. Понятно, что в таких условиях для него единицей студенческого благосостояния было число походов в кафе, причем с расширенным ассортиментом.

Так в том-то и разница, что советский студент на свою стипендию прожить мог! И мог полностью отдавать себя учебе. Да, он подрабатывал, но на некие дополнительные статьи: на новый костюм, на магнитофон, на поездку за рубеж (была система студенческого международного туризма «Спутник», где можно было ездить вообще по льготным ценам), еще на что-то дополнительное. Нынешний студент, если он не имеет материальной поддержки родителей, НЕ подрабатывать просто не может. Не проживет он на 1100 руб. в месяц.

По третьему пункту заявлений Дмитрия Анатольевича. Частично об этом уже было сказано выше. Только если Дмитрий Анатольевич уверен, что сейчас у студентов гораздо больше возможностей для хорошей подработки, пусть уточнит, о каких именно возможностях идет речь. В советские времена студенты в любом случае при желании могли подзаработать 70-120 руб. (по нынешним ценам это 14 000 – 24 000 руб.). Да, такие деньги студент заработать может – в крупных городах. Может и больше, но только в том случае, если будет работать днем вместо того, чтобы учиться. И вот тут на самом деле возникает самый главный вопрос. Когда по тем или иным обстоятельствам человек тогда, в советские времена, не хотел либо не мог жить на 50 руб. в месяц, у него был выход из ситуации. Он шел на вечернее отделение: днем работал, вечером учился. При этом вуз помогал и даже настаивал на том, чтобы он работал по специальности. Причем студент в этом случае имел ряд льгот для учебы: на работе его не ставили в ночные смены, ему давали оплачиваемый отпуск на две сессии в год, ему могли запланировать основной отпуск только на летнее время, на время каникул. Ему даже создавали условия, чтобы он мог готовиться на работе к вечерним занятиям. Сейчас многое из этого для студентов-неочников формально тоже прописано законодательством, но в большинстве случаев не соблюдается.

Если же в прежние времена проблемы материального характера у человека не было, он шел на дневное отделение. Была, правда, одна категория студентов, которые стремились на дневное отделение, хотя собирались не сидеть сутками за учебниками, а работать: те, кто не хотел служить в армии.

К слову, по поводу службы в армии: в биографии нынешнего Верховного главнокомандующего Вооруженными силами России сказано, что как студент он проходил полуторамесячные военные сборы. Этим его служба в армии и ограничилась. Но это к слову.

И теперь – все-таки о том, а как все же должно быть: должен ли студент работать во время учебы или нет? Для того, чтобы совмещать работу и учебу, есть вечернее и заочное отделения, а также другие разнообразные формы: группы выходного дня, диктантное обучение и т. д. С этой точки зрения, если считать, что студент должен зарабатывать себе на жизнь, дневное отделение просто вообще не нужно.

Если считать, что почему-то нужно именно дневное отделение, предполагающее совмещение учебы и работы, возникает вопрос: что конкретно это означает?

Если студент должен учиться в течение трех академических пар в день, а вечером готовиться к семинарам (желательно в библиотеке), – значит, он будет работать либо пропуская дневные занятия, либо не готовясь к занятиям следующего дня. Т. е. осваивать материал он будет явно не вполне качественно. Если он, как бывало в советские времена, будет ночью грузить мешки на товарной станции, то на лекции следующего дня он придет в соответствующем состоянии. И, скорее всего, просто будет спать, и уж точно ничего не усвоит. Кстати, студенту нужно еще время и на те же самые студенческие встречи и вечеринки. Это нужно и с психологической, и с учебной точек зрения: такая вечеринка с неизбежностью переходит во внеформальное обсуждение наиболее проблемных тем проходимых предметов. И это, кстати, усваивается куда лучше, чем формальные занятия.

Т. е. обучение при совмещении его с работой – это изначально сугубо ущербное обучение. При вечерней и заочной форме обучения эта ущербность частично компенсируется рядом моментов. На дневном – не компенсируется ничем.

Декларируя, что студент дневного обучения должен совмещать работу и учебу, Дмитрий Медведев, с одной стороны, демонстрирует свое представление о том, как нужно и должно учиться в вузе – больше времени отдавая работе дворником и походам в кафе. Но, с другой стороны, он узаконивает то, что еще можно было принять как временное и неизбежное зло. Т. е., по сути, официально объявляет, что в России отныне полноценной высшей школы существовать не будет.

Черняховский Сергей Источник:   km.ru