На Городе уже был размещен пост, содержащий часть этой статьи - http://gorodskoy.gorod.tomsk.ru/index-1252563669.php?term=%E0%EC%E5%F0%E8%EA%E0%ED%F1%EA%E0%FF+%E0%F0%EC%E8%FF. К сожелению автор решил разместить только кусок статьи, при этом как то странно подошел к его выбору.

      Я решил разместить статью на Городе полностью, правда в 3х частях. Все свои мысли по поводу данной статьи я помещу в конце третьей части.

      Американская армия - самый большой миф ХХ века. Часть 1 

      У идеолога нацистской Германии Альфреда Розенберга был фундаментальный труд "Миф ХХ века". Что в нём автор подразумевал под главным мифом прошлого столетия - я сказать не могу, поскольку он, в отличие от "Моей борьбы" Гитлера, на русском языке для свободной продажи ещё не издавался. Но ХХ век действительно был богат глобальными мифами.
      Одним из таких мифов ХХ века стал миф о том, что в Соединённых Штатах Америки действительно существует мощная и, самое главное, боеспособная армия (сухопутные войска), которая соответствует статусу великой державы.
      Собственно говоря, в этом нет ничего удивительного, поскольку история США и их армии покоится на мифах с самого начала их возникновения.
      Само появление США и их армии покрыто густым туманом мифологии. Так, например, независимым государством США стали не 4 июля 1776, а 10 лет спустя. В 1776 году начался мятеж, а затем партизанская война части североамериканских колоний против британских властей. А избранный непонятно кем президентом США бывший полковник британской армии Джордж Вашингтон скитался по сельской местности, скрываясь от крупных частей британских войск.
      В конце концов, британские войска победили бы разрозненные шайки мятежных колонистов, но в 1783 году войну с Англией начала Франция. Французский флот доставил в Северную Америку значительные силы французской армии. Действиями французской армии и флота английские войска в Северной Америке были разгромлены и капитулировали.
      И только тогда на политической карте тогдашнего мира появились США.
      За это США очень своеобразно отблагодарили своих французских друзей. В 1803 г., воспользовавшись занятостью Франции войнами в Европе, американцы отобрали у неё Луизиану - последнюю французскую колонию в Северной Америке. На территории этой бывшей французской колонии было создано несколько североамериканских штатов.
      Но когда американцы захотели проделать аналогичный фокус с Англией - отобрать у неё Канаду, воспользовавшись её занятостью войной с Францией - то эта война для американцев чуть было не закончилась потерей недавно полученной независимости. В 1814 году английская армия сожгла американскую столицу вместе с Белым Домом. И после этого в течение 84 лет американцы не рисковали сталкиваться с армиями европейских государств, отводя душу на индейцах и мексиканцах. Ну и ещё истребив друг друга в количестве 1 миллиона человек во время Гражданской войны 1861-1865 гг.
      Эта война оказалась такой кровавой (население США в то время - 30 миллионов), потому что генералы и офицеры северян и южан имели очень смутные представления не только об оперативном искусстве, но и об элементарных основах тактики. А дисциплина в обеих армиях была, пожалуй, ниже, чем у действовавшей 55 лет спустя в России анархистской армии Махно.
      Только через 84 года после неудачной войны с Англией США решили напасть на европейское государство, причём на самое слабое - на одряхлевшую и растерявшую почти все свои колонии Испанию. Целью этой войны был захват последних испанских колоний: Кубы и Пуэрто-Рико в Карибском море и Филиппинских островов в Тихом океане.
      Чтобы получить предлог для начала войны, американцы пошли на самую грандиозную для того времени провокацию, взорвав 15 февраля 1898 года на рейде Гаваны собственный крейсер "Мэйн". Во время взрыва погиб почти весь экипаж крейсера (260 человек), кроме офицеров.
      Вот как офицер русской военной разведки полковник Жилинский, находившийся на Кубе при штабе испанских войск во время испано-американской войны, описывал это событие: "В конце января 1898 в Гавану прибыл американский крейсер "Мэйн". Посылка крейсера была со стороны правительства США жестом вызывающим и демонстративным. 15 февраля 1898 крейсер погиб от взрыва при неизвестных обстоятельствах. Взрыв произошёл вечером, когда команда была в сборе и люди уже спали. Погибла вся команда, кроме офицеров, которые по счастливой для них случайности были в отсутствии. Американцы, конечно же, немедленно приписали этот взрыв испанской мине. Но моряки-специалисты доказывают, что такой взрыв не мог произойти от мины, а произошёл внутри судна. При взрыве мины должна была образоваться пробоина в подводной части, а на самом деле крейсер был разорван надвое." ("Испано-американская война. Отчёт командированного высочайшим повелением к испанским войскам на острове Куба генерального штаба полковника Жилинского". - СПб, 1899; Е. Е, Юровская. "Практикум по новой истории 1870-1914 гг". - М.: Высшая школа, 1979. - с. 259)
      Поскольку полное отсутствие офицеров на американском крейсере в вечернее и ночное время не вызвало у полковника Жилинского не только подозрения, но даже удивления, то это означает, что в то время американский флот был единственным из флотов крупных держав, корабли которого с наступлением вечера полностью покидались офицерами и предоставлялись сами себе. Вот где закладывался будущий разгром в Пёрл-Харборе.
      Впрочем, армия США показала себя в войне с Испанией ещё хуже. На Филиппинских островах американские войска практически не встретили сопротивления разгромленной филиппинскими повстанцами испанской армии. Но на Кубе, несмотря на помощь кубинских повстанцев, американцы не смогли сломить сопротивление испанских войск и, оказавшись в чрезвычайно трудном положении от недостатка снабжения и тропических болезней, уже собирались капитулировать перед испанцами, но испанское командование опередило своих американских коллег и предложило им свою капитуляцию раньше, чем они ему. На находящемся недалеко от Кубы острове Пуэрто-Рико американцы, ведя боевые действия самостоятельно, поскольку повстанцев там не было, смогли сломить сопротивление испанского гарнизона численностью несколько сот человек только после нескольких недель ожесточённых боёв, потеряв убитыми около 3 тысяч.
      Тем не менее, тогда, как и сейчас, американские газеты своему населению о таких досадных подробностях ничего не сообщали, а били в победные литавры. Вот как описывал эту присущую американцам тупую самовлюблённость русский консул в Нью-Йорке В. А. Теплов в своём донесении от 04.06.1898: "Несмотря на очень умеренные успехи, достигнутые американским флотом со времени победы в Маниле, обычное самомнение американцев, поднятое этой победой на небывалую высоту, продолжает держаться на уровне, отнюдь не соответствующем достигнутым результатам. Лёгкий триумф совершенно вскружил головы здешним политикам. Ни выяснившаяся неподготовленность вооружённых сил, ни недостаточность предметов вооружения и снаряжения войск, ни медленный ход военных операций - ничто не в состоянии утолить всё более и более разыгрывающиеся аппетиты, направленные на поглощение новых территорий." (Е. Е. Юровская. "Практикум по новой истории..." - с. 239-240)
      После окончания испано-американской войны русский посол в США А. П, Кассини в своём донесении от 27.04.1899 отмечал: "После успехов, одержанных вол время войны с Испанией, американским народом овладело чувство чрезмерной гордости и безграничной самоуверенности, презрения ко всему неамериканскому. Высказываемые государственными людьми этой страны мнения были проникнуты этими настроениями, и здешняя пресса, идя дальше по этому пути, заявляет с убеждением, что Соединённые Штаты являются первой и самой могущественной страной в мире и что даже коалиция целой Европы не может устрашить их, потому что они достаточно сильны." (Е. Е. Юровская. "Практикум по новой истории..." - с. 248)
      Эта самая "безграничная самоуверенность и презрение ко всему неамериканскому", свойственные как всему американскому народу, так и особенно его политической и военной элите, имели весьма печальные последствия для американской армии в 1918-1919 гг. во время завершения Первой Мировой войны и Гражданской войны в России.
      В силу своей чрезмерной хитрожопости, американцы вступили в Первую Мировую войну спустя три года после её начала и за год до её окончания, летом 1917, когда её исход был окончательно ясен и победитель, к которому можно было примкнуть, уже определился. Реально же американская армия стала прибывать в Европу с весны 1918, за полгода до окончания войны.
Американские войска численностью в 1 миллион человек прибыли в Европу совершенно не готовыми к ведению боевых действий. Отсутствовали современная артиллерия и стрелковое оружие. Поэтому французам и англичанам, прежде чем пустить американцев в бой, пришлось их вооружать и обучать. Французы предоставили свою артиллерию, пулемёты; англичане - кое-что из стрелкового оружия и обмундирование. Вот со времён Первой Мировой войны и до настоящего времени у американцев сохранились французские калибры полевой артиллерии: 105 мм и 155 мм.
      Наконец, после полугода перевооружения и обучения, в августе 1918 года (за три месяца до окончания Первой Мировой войны) американские войска вступили в бой. Результаты для них оказались ужасающими. За два с половиной месяца боёв в августе - начале ноября 1918 американские войска потеряли 200 тысяч убитыми. С учётом раненых (около 600 тысяч), американская армия, первоначально посланная в Европу, практически прекратила своё существование.
      И эти чудовищные потери американцы понесли в последние три месяца Первой Мировой войны, когда наиболее боеспособные и обученные солдаты и офицеры германской армии за предшествующие четыре года были либо убиты, либо в результате ранений и отравления газами, покинули военную службу.
      Чтобы осознать чудовищность американских потерь, необходимо сравнить их с потерями других великих держав, участвовавших в Первой Мировой войне. Итак: Россия - 700 тысяч убитыми, Англия - 900 тысяч, Франция - 1 миллион 300 тысяч, Германия - 2 миллиона. Таким образом, в среднем за год войны Англия теряла 225 тысяч, Франция - 325 тысяч, Германия - 500 тысяч. То есть американцы за последние три неполных месяца войны потеряли примерно столько же, сколько Англия потеряла за год.
      Поэтому вполне естественно, что на состоявшейся весной-летом 1919 в пригороде Парижа - Версале - мирной конференции французы, убедившись, чего на самом деле стоят американские войска, очень далеко послали тогдашнего американского президента Вилсона с его претензиями решающим образом определять итоги Первой Мировой войны и послевоенное устройство Европы и мира.
      Это французское презрение к американской армии определялось не только тем, как она показала себя в сражениях конца Первой Мировой войны, но и тем, как она зарекомендовала себя во время западного вмешательства в Гражданскую войну в России в период 1918-1919 гг., оказавшись во время этой интервенции самой слабой из западных армий.
      Как бы ни была деморализована осенью 1918, перед концом Первой Мировой войны, германская армия, но на фоне того, что представлял из себя личный состав Красной Армии в 1918-1920 гг., деморализованные немецкие солдаты выглядели просто суперменами. Но в сражениях с Красной Армией периода Гражданской войны, когда 80% красноармейцев шли в бой под угрозой расстрела на месте, американская армия умудрялась терпеть поражения.
      Одной из самых известных неудач американцев в боях с Красной Армией стала Шенкурская наступательная операция 18-й стрелковой дивизии 6-й армии Северного фронта, проведённая 19-25 января 1919. Этой дивизии, имевшей в своём составе 3100 человек и 13 орудий, было приказано срезать выступ линии фронта в районе г. Шенкурска.
      В этом выступе находилось 700 русских белогвардейцев и 500 американских солдат с 16 орудиями. Во время наступления 18 СД основное сопротивление ей оказывали белогвардейцы. Исход сражения решил обходной манёвр одной из частей 18 СД в тыл противника, в результате которого был взят город Шеговары в 30 км к северу от Шенкурска на дороге Архангельск-Шенкурск. В результате американские войска в Шенкурске были окружены и только с помощью белогвардейцев, знавших местность, смогли выйти к главным силам англо-канадских войск.
Вошедшая 25.01.1919 в Шенкурск 18СД взяла в качестве трофеев 12 американских пушек, множество складов с боеприпасами, продовольствием и обмундированием.
      Таким образом, из 16 орудий американцы от огня красных потеряли только 4. Главным противником для 18СД стало не превосходство американцев в артиллерии, а природные факторы: снег по пояс, 40-градусный мороз и лишь отчасти ружейно-пулемётный огонь белогвардейцев.
      После поражения под Шенкурском американские войска на Русском Севере были отведены в тыл, а затем поспешно эвакуированы на родину.
      В боях под Шенкурском американские офицеры показали неспособность к элементарному управлению артиллерийским огнём. Артиллерия 18СД для борьбы с пулемётами противника была рассредоточена по стрелковым полкам, которые наступали на разных направлениях. А 16 орудий американцев были сосредоточены в одном месте и поэтому элементарное умение сосредотачивать огонь на угрожаемых направлениях парализовало бы наступление 18СД, несмотря на её превосходство в численности.
      Управлять и маневрировать артиллерийским огнём, сосредотачивая его на том или ином направлении, мог любой европейский офицер-артиллерист того времени, но только не американский.
      Причина - в слабой подготовке американских офицеров вообще и артиллерийских в частности из-за общего слабого уровня американского гражданского образования, поскольку на всём протяжении существования американских вооружённых сил основная масса офицеров поступала в них из числа выпускников гражданских высших учебных заведений.
      А об уровне подготовки в американских университетах и колледжах свидетельствует следующий факт. В 1883 г. бывший артиллерийский штабс-капитан Дегаев, будучи двойным агентом революционно-террористической организации "Народная воля" и русской политической полиции, запутавшись в двойной игре и спасая свою жизнь, бежал из России сначала во Францию, а затем в США. Там он в 1920 году скончался своей смертью, будучи профессором математики одного из университетов. Для этого ему хватило образования русского артиллерийского училища. В самой Америке он больше нигде не учился. Если бы Дегаев не был так запуган и не скрывался - то в США он вполне мог бы добиться и большего. Поступить, например, на службу в американскую армию и закончить карьеру в чине генерал-полковника, начальника артиллерийского департамента военного министерства. Уровня его образования в русском артучилище для этого хватило бы с избытком.
      Кроме русского Севера, в годы Гражданской войны американские войска находились на русском Дальнем Востоке. Там регулярной Красной Армии не было, но действовавшие там красные партизаны главным своим противником считали японцев и белогвардейцев. К американцам они относились с нескрываемым презрением и за солдат не считали, вымогая у них оружие и деньги в обмен на ненападение. Такой вот своеобразный русский рэкет, о котором подробно упоминал Фадеев в романе "Последний из удэге", посвящённом партизанам Дальнего Востока в годы Гражданской войны.
      После Первой Мировой войны у американской армии долгое время не было ничего своего. Вооружение французское, обмундирование английское. Английские каски-"тарелки" находились на головах американских военнослужащих вплоть до лета 1942. Тогда их наконец сменили каски собственного фасона.
      Если армия США в 20-30-е гг. ХХ в. находилась в глухом застое, не имея вплоть до конца 30-х гг. даже танков отечественного производства, то американский флот довольно бурно развивался, в особенности новый для того времени вид корабельных сил - авианосцы и базирующаяся на них палубная авиация. Но толку от этого оказалось очень мало.
      К 1941 г. американский флот не воевал 43 года - с момента окончания испано-американской войны 1898 г. Поэтому американский скулёж, вошедший затем в мировую историографию, о том, что якобы только внезапный удар японской авиации по Пёрл-Харбору 07.12.1941 привёл к первоначальному поражению США на Тихом океане в декабре 1941 - июне 1942, не выдерживает никакой критики. Во время налёта были уничтожены только все 9 линкоров американского Тихоокеанского флота, а все авианосцы, крейсера и эсминцы оказались целы. Но даже уничтоженные линкоры можно было компенсировать переброской кораблей аналогичного класса с Атлантического океана, что и было в конце концов сделано. Но самое главное то, что во время удара по Пёрл-Харбору не было уничтожено или повреждено ни одного американского авианосца, которые были главной ударной силой морских сражений Второй Мировой войны.
      Так что причиной поражений США на Тихом океане в 1941-1942 гг. стал не удар по Пёрл-Харбору, а бездарность командования американского флота. Об этом свидетельствуют результаты сражения в Яванском море в ночь с 27 на 28 февраля 1942, когда отряд из 5 американских крейсеров и 10 эсминцев атаковал 4 крейсера и 14 эсминцев японского флота, прикрывавших караван японских транспортов с десантом на борту. Несмотря на примерное равенство в силах и на то, что японские корабли были скованы охраной транспортов, в ходе ожесточённого морского сражения японцы, не потеряв ни одного корабля и ни одного транспорта, потопили 2 американских крейсера и 3 эсминца, а остальных обратили в бегство. И всё это при том, что японский флот не воевал 37 лет со времён русско-японской войны 1904-1905 гг.
      Поэтому, если бы японцы не уничтожили 9 американских линкоров в Пёрл-Харборе, то они уничтожили бы их во время сражений 1941-1942 гг.
      За 8 месяцев наступательных боёв на Тихом океане в 1941-1942 гг. японцы захватили гигантскую акваторию со множеством архипелагов, которую американцам пришлось отвоёвывать два года в 1943-1944 гг.
      Что касается действий американской армии на других фронтах Второй Мировой войны, то они были ещё более скромными.
      По замыслам американских правящих кругов, главная операция американских сухопутных войск - высадка во Франции в июне 1944 - должна была проходить практически без боя. Командующий немецкими войсками во Франции фельдмаршал Роммель - участник антигитлеровского заговора - должен был открыть фронт для высадившихся во Франции американских и английских войск.
      Что касается Роммеля, то он свою задачу выполнил полностью. Высадка союзных войск была 06.06.1944, а за день до этого Роммель уехал в Германию под предлогом празднования дна рождения жены. Перед своим отъездом он для того, чтобы полностью разрушить управление немецкими войсками во Франции, на день высадки союзников назначил совещание для командования 7-й армии, оборонявшей атлантическое побережье Франции, где должна была произойти высадка. На это совещание прибыли командиры всех корпусов, всех дивизий и многих полков. Если учесть при этом, что союзный десант имел абсолютное превосходство в боевых кораблях, 15-кратное превосходство в авиации, 5-кратное в танках и 3-кратное в живой силе, то он должен был преодолеть 200 км, отделявших его от Парижа, максимум за три дня, а через 6-7 дней с момента высадки выйти к границе с Германией.
      Однако, неуправляемое, но яростное сопротивление немецких войск при общей бестолковости американских и английских генералов и нежелании американских и английских солдат и офицеров рисковать своими "драгоценными жизнями" привели к тому, что союзные войска топтались на месте высадки 10 дней. За это время немецкое верховное командование сумело восстановить управление войсками. Оценив ситуацию и почуяв неладное, Гитлер отстранил Роммеля от командования. Новым командующим войсками во Франции стал фельдмаршал Клюге, преданный Гитлеру, а командующим 7-й армией - обергруппенфюрер Хауссер, один из создателей войск СС.
      Не сумев воспользоваться открытием Роммелем Западного фронта, правящие круги США потребовали от заговорщиков произвести переворот и отстранили Гитлера от власти. Спустя две недели от начала высадки 20.06.1944 на Гитлера было совершено покушение. В этот же день генералы-заговорщики захватили власть в Париже и Вене, арестовав находившихся там руководителей службы безопасности, СС и нацистской партии. Но бездействие руководителей заговора в Берлине позволило находившемуся там Геббельсу разгромить заговорщиков.
      В результате американским и английским войскам во Франции вместо парадного марша и приёма капитуляции немецких войск пришлось начать воевать хотя бы чуть-чуть. И для того чтобы пройти 200 км до Парижа, союзникам вместо двух дней понадобилось два с половиной месяца. Средний темп продвижения - два с половиной километра в день. И это при многократном превосходстве в живой силе и технике и 15-кратном - в авиации. От места высадки союзников до границы с Германией было 600 км. Это расстояние союзники преодолели за 6 месяцев, к концу декабря 1944. Средний темп продвижения - 3 км в день.
      Для сравнения: Красная Армия, начав примерно в то же время, 23.06.1944, наступление в Белоруссии, прошла 600 км за месяц или примерно по 20 км в сутки, имея значительно меньшее превосходство в технике и людях над немецкими войсками.
      Но ещё более вопиющим было соотношение людских потерь союзных и немецких войск во время боёв во Франции. Потери немцев: 150 тысяч убитыми и ранеными. Потери союзников: 135 тысяч убитыми и ранеными. И это при 15-кратном превосходстве союзников в авиации. Такое количество потерь убитыми и ранеными немецкие войска понесли за 34 дня боевых действий в Крыму в период его освобождения советскими войсками 8 апреля - 12 мая 1944. Но в Крыму немецких войск было 200 тысяч, а не 1 миллион, как во Франции. Площадь Крыма 26 тысяч кв. км, а Франции - около 600 тысяч кв. км. Советские войска во время боёв в Крыму потеряли 60 тысяч убитыми и ранеными (то есть в два с половиной раза меньше, чем немцы), а во Франции потери союзников и немцев были примерно одинаковы: 135 и 150 тысяч. И это - при гигантском превосходстве союзников в авиации и значительном - в других видах военной техники и при стремлении американских и английских солдат и офицеров максимально избежать риска для своей жизни.
      Только изобретение атомной бомбы позволило США, имеющим такой, мягко говоря, своеобразный человеческий материал, избежать серьёзных неприятностей на мировой арене после окончания Второй Мировой войны.
      Но всё хорошее имеет склонность быстро заканчиваться. И спустя 5 лет после окончания Второй Мировой войны правящие круги США, считавшие себя на гребне мирового могущества, вновь с помощью своей же армии ощутили, как они от него далеки.
      Конец американским иллюзиям о мировом господстве периода 1945-1950 гг. положила война в Корее 1950-1953 гг.
      Как известно, эта война началась в июне 1950, когда тогдашняя просоветская Корейская Народно-Демократическая Республика (Северная Корея) напала на Республику Корея (то есть на Южную Корею). Северокорейская армия первоначально насчитывала 100 тысяч человек. Её противниками были: 100-тысячная южнокорейская армия и 40-тысячный корпус американской морской пехоты.
      То есть налицо было нарушение главного формального принципа ведения боевых действий, согласно которому наступающий должен иметь численное превосходство.
Но при элементарном рассмотрении того, что представляли собой противоборствовавшие стороны, ситуация становилась совсем скандальной.
      Дело в том, что к началу своего наступления на юг северокорейская армия существовала меньше двух лет (КНДР была образована в сентябре 1948). А за два года при всех усилиях можно обеспечить нормальную подготовку только командиров взводов. То есть в северокорейской армии практически отсутствовали нормальные командиры рот, батальонов, полков, не говоря уже о командирах дивизий и корпусов. По сути, к лету 1950 армии у Северной Кореи не было. У неё было несколько тысяч пехотных взводов, несколько сот танковых взводов и несколько десятков артбатарей. Такая "армия" могла ещё как-то выполнять полицейские функции внутри страны, но вести войну с внешним противником она по всем правилам не могла.
      Поэтому, даже если бы у Южной Кореи не было своей армии, то 40 тысяч американских морских пехотинцев должно было хватить не только для обороны, но и для наступления против такого противника.
      Но регулярная 100-тысячная армия у Южной Кореи существовала и по формальным признакам должна была быть сильнее, чем северокорейская армия, так как Южной Корее в наследство от японского колониального режима достались десятки тысяч офицеров и сержантов, корейцев по национальности, которые служили в японской армии и имели определённый боевой опыт. Все они либо проживали на юге, либо бежали туда с севера, опасаясь политических репрессий. Таким образом, по всем формальным признакам северокорейская армия не только не должна была наступать, но она не могла и обороняться.
      Но, как известно, всё произошло с точностью до наоборот. За первый месяц войны северокорейская армия продвинулась на 600 км на юг, захватив 99% территории Южной Кореи, кроме города-порта Пусан и прилегающей к нему территории ("Пусанского плацдарма"). Здесь остатки американских войск (южнокорейская армия прекратила своё существование) удерживались только благодаря непрерывному огню американских линкоров и крейсеров и благодаря ударам палубной авиации.
      Чтобы как-то объяснить своё первоначальное сокрушительное поражение в Корейской войне, американские и западные историки, замалчивая сам факт первоначального полуторного превосходства американо-южнокорейской группировки войск над армией Северной Кореи, любят рассуждать о пятикратном превосходстве северокорейцев в танках (500 Т-34 против 100 американских М-24). Но в условиях полного господства американцев в воздухе с первых дней войны эти 500 северокорейских танков при элементарной стойкости американской пехоты были бы уничтожены американской авиацией за 2-3 суток, как это делала немецкая авиация в 1941-1942, срывая удары превосходящих советских танковых сил. Но американские морские пехотинцы бежали с помощью автотранспорта настолько стремительно, что американская палубная авиация просто не успевала реагировать на изменение линии фронта и наносила удары по тылам наступавших северокорейцев.
      Кроме абсолютного превосходства в воздухе к началу войны, у американской морской пехоты в Южной Корее имелось около 4 тысяч реактивных гранатомётов "базука" различного калибра. По восемь гранатомётов на каждый северокорейский танк. Даже самый малокалиберный из них (60 мм) прямым попаданием поджигал Т-34. Но для этого надо было подпустить Т-34 на расстояние не дальше 300 метров, а ещё лучше на 150-200. Но нервы у американских гранатомётчиков не выдерживали, и они открывали огонь по Т-34 с 400-500 метров. Разумеется, с такого расстояния не попадали и не пытаясь произвести повторного выстрела, обращались в бегство, погибая под огнём танковых пулемётов.
      Таким образом, при наличии у американских солдат элементарного чувства даже не храбрости, а хотя бы воинского долга, они, имея по 8 гранатомётов на каждый танк противника, сожгли бы все северокорейские танки в первые два дня войны. Тем более что наступали северокорейские танки тогда, как правило, без артиллерийской подготовки, не говоря уже о сопровождении их наступления артогнём.
      Аналогичная ситуация и с другим доводом американских и западных "историков" - о якобы "многомиллионных китайских ордах", которые помешали американцам выиграть войну в Корее. В самый разгар корейской войны общая численность китайской армии составляла 6 млн. человек. Для сравнения: у США к концу Второй Мировой войны "под ружьём" находилось 11 миллионов. Поэтому более 1 миллиона китайские войска в Корее никогда не имели. Вместе с китайцами воевало 200 тысяч северокорейцев. Итого 1 миллион 200 тысяч. У американцев в Корее в разгар боёв 1951-1953 около 600 тысяч человек 200 тысяч южнокорейцев и ещё около 200 тысяч из других стран. Всего около 1 миллиона. При 10-кратном превосходстве в авиации и 5-кратном превосходстве в танках и артиллерии над китайцами и северокорейцами этого было вполне достаточно для победы.
      Успешно скрывать от окружающего мира потрясающую недееспособность своих сухопутных войск США помогает тотальная фальсификация реальных цифр своих боевых потерь. И началась эта тотальная фальсификация как раз со времён Корейской войны.
      Официальных американских данных о потерях в этой войне нет до сих пор. Одни американские и западные историки говорят о 30 тысячах убитых, другие - о 50 тысячах. Единственная официальная цифра - это 8 тысяч пропавших без вести.
      Даже максимальная цифра убитых - 50 тысяч - приводимая западными историками, звучит несерьёзно. В 1951-1952 гг. в целом ряде наступательных операций, проводимых по всей линии фронта, американское командование концентрировало на отдельных участках до 100 танков на километр фронта и соответствующее количество пехоты. И при такой концентрации сил суточное продвижение не превышало 2 км, а обычно составляло несколько сот метров. Так что можно представить, какие при этом были потери. Такой концентрации танков на километр фронта не было даже во Второй Мировой войне. В разгар крупнейших танковых сражений на Курской дуге летом 1943 наибольшая концентрация танков была у немцев, и она не превышала 70 танков на километр фронта.
      Теперь об устойчивой цифре американских потерь в Корее - 8 тысяч пропавших без вести. С её помощью можно определить истинную цифру американских потерь путём сопоставления аналогичных показателей по Вьетнаму.
      Во Вьетнаме у американцев было, по официальным данным, 58 тысяч убитых и 2 тысячи пропавших без вести. То есть один пропавший без вести на 29 убитых. Тогда только одно умножение 8 тысяч пропавших без вести на 29 даёт 232 тысячи убитых американцев в Корее. Похожую цифру дают и северокорейцы: они заявили о гибели 150 тысяч американцев.
      То есть за три года войны в Корее американцы потеряли убитыми больше либо примерно столько же, сколько они потеряли за четыре года своего участия во Второй Мировой войне.
Таким образом, китайцы и северокорейцы, имея очень небольшую военно-техническую поддержку СССР, уничтожили столько же или даже больше американцев, чем Германия и Япония вместе взятые. И это при том, что в отличие от Германии и Японии, они не имели линкоров, авианосцев, других крупных боевых кораблей, бомбардировочной и штурмовой авиации, баллистических и крылатых ракет.
      Не буду касаться войны США во Вьетнаме. Она довольно хорошо изучена; благодаря многим обстоятельствам американцам не удалось в этом случае сильно скрыть свои людские потери.

Конец первой части.