Элитный коттеджный поселок вместо Братской могилы

   Решением последней сессии Бахчисарайского городского совета решено застроить братскую могилу советских воинов, расположенную в рекреационной зоне водохранилища Эгиз-Оба.

   Официально несколько гектаров земли вместе с могилой переданы «для ведения личного крестьянского хозяйства». Новый владелец - частное лицо, некая Екатерина Коломеец. Связаться с ней журналистам не удается. По адресу, где зарегистрирована Екатерина Анатольевна, ее нет и на звонки домашнего телефона никто не отвечает.
   По словам заслуженного архитектора Крыма и почетного гражданина Бахчисарая Валерия Борисова, это обычная рядовая горожанка, которая никак не может претендовать на большое фермерское хозяйство: «Понятно, что она - подставное лицо. После того как выделят землю, люди получат документы, и разделят гектары заинтересованные в процессе солидные люди. На такой территории может поместиться порядка 20 участков под индивидуальное строительство».
   - Нет ни одного планировочного городского документа, который бы разрешал там размещать какие-либо угодья. Я считаю, что фактически совершено преступление, - утверждает В.Борисов.

   А место действительно сказочное, невероятное в любую пору года – на фоне водохранилища встают лавандовые поля Крымских предгорий, рядом ущелье со знаменитым пещерным городом Тепе-Кермен и вход в уникальный по красоте Большой Каньон. А еще президентская трасса, по которой лишь двадцать минут езды до пляжей севастопольской Любимовки…
   Никто не сомневается, что никаких «огородов» на выделенном участке точно не будет. Зато построить элитный коттеджный городок очень выгодно - цены на землю сопоставимы с Южнобережьем.
   Единственная проблема, которую проигнорировал Бахчисарайский горсовет – именно на этом месте в 1942-1944 годах находился концлагерь для советских военнопленных «Толле» площадью  20 га, в нем  содержалось одновременно до 30 тысяч узников – советских военнослужащих – последних защитников города-героя Севастополя.
   Накануне принятия решения новый директор Бахчисарайского историко-культурного заповедника, молодой крымский ученый Валерий Науменко направил местным властям письмо с информацией о точном местонахождении концлагеря и напоминанием о неприкосновенности территории, на которой находится место массовых захоронений.       Протест поддержал глава депутатской комиссии по вопросам градостроительства, земельными ресурсами и охране окружающей среды Бахчисарая Юрий Сорокопуд.

   Однако, несмотря на возражения независимых депутатов, большинство горсовета, представленное правящей Партией Регионов, а также фракцией Рух-Курултай, передало братскую могилу «под хозяйствование» подставной Екатерине Анатольевне. Их аргумент - «территория лагеря смерти не имеет специального охранного статуса».
   … Советская история сообщала, что после восьми месяцев германской осады «3 июля 1942 года советские войска по приказу Ставки Верховного Главнокомандования оставили Севастополь и были эвакуированы морем. Чтобы не дать противнику возможности помешать эвакуации, части прикрытия в районе Севастополя и на Херсонесском полуострове сдерживали наступление врага, а тем временем по ночам производилась посадка на корабли». Для убедительности демонстрировалась схема эвакуации войск и населения.
   В ночь на 2 июля морские артиллеристы взорвали крупнокалиберную батарею № 35: боекомплект был израсходован полностью. Севастопольцы держались еще 2 дня – без боеприпасов, воды и надежды. Больше половины легли в бою у морских обрывов. Увы, не всем повезло погибнуть в рукопашной.
   Тут, в Херсонесе начался крестный путь последних защитников города-героя. Их гнали до Бахчисарая. Конвоировать пленных немцы поручили татарским отрядам самообороны, сформированным в первые же дни оккупации. Расправа началась, когда колонны проходили у севастопольского мыса Фиолент. Конвоиры разбивали головы обессиленных пленных специально припасенными дубинами. Кровь буквально залила дорогу рядом с фиолентовским Свято-Георгиевским монастырем. На счастье, рядом находилась итальянская часть. Итальянцы не выдержали ужаса средневекового избиения, и пообещали расстрелять татар, если те не прекратят массовую казнь.

   До «Толле» дошли 30 тысяч солдат и матросов. Практически каждый севастополец, взятый в плен, прошел через него.
  В «Толле» практиковали особый, крымский вид мучения. Людей кормили хамсой крепкого довоенного засола – и не давали пить. Расстрел в таких муках казался избавлением. Многие сходили с ума, пили мочу и жевали мокрую грязь после редких дождей.
   Глоток протухшей воды охрана давала лишь за рытье новых могил. От лагерной границы до водохранилища было всего 100 метров – и никакой ограды. Вместо колючки стояли пулеметы…
   Краснозем здешних долин между речками Бельбек, Альма и Кача имеет удивительные особенности. Еще во времена Российской империи альминские яблоки считались самыми вкусными и стоили дороже ананасов. Но кроме плодородия, эта земля обладает свойством мумификации.
   Когда в 70-х под Бахчисараем перезахороняли останки курсантов, первыми встретивших врага на подступах к Севастополю – плакали даже взрослые мужчины. Тела 18-летних мальчиков казались совершенно нетронуты, словно они сейчас вздохнут и встанут. Только черные губы и страшные раны заставляли вновь предать мальчишек земле.
Для людей верующих нетленность – абсолютный признак святости. Нет никаких сомнений, что Господь принял души мучеников-черноморцев из лагеря «Толле». А тела их теперь свернут бульдозером куда-нибудь под соседний скифский курган?

   - Я категорически выступаю против такого решения. Оно недопустимо не только с точки зрения закона, но и просто по-человечески. Нормальному человеку никогда не придет в голову строить что-то на братской солдатской могиле. Но большинство в нашем горсовете думают иначе,- прокомментировал ситуацию «Свободной Прессе» бахчисарайский депутат, атаман Объединения казаков Крыма Сергей Юрченко.
   Главный архитектор района Владимир Баранник также заявляет, что выделять участки возле водохранилища нельзя: «Это противоречит генплану города. Я против этого и ничего подписывать не буду».
   Но хватит ли решимости этих людей, чтобы отстоять святыню?

   Городской голова Константин Рубаненко заявил журналистам, что решение было принято без его ведома, и если участок совпадает с захоронением - он будет добиваться отмены его выделения.
Константин Рубаненко заявил, что он не был ознакомлен с повесткой дня сессии и не присутствовал в городском совете при обсуждении вопроса, поскольку находился на больничном.
   — Мне не было известно об этом решении. Если бы не мое состояние здоровья, оно бы обязательно попалось мне на глаза, и я был бы первый, который бы по нему задал тысячу и один вопрос. И первое, что бы спросил, где конкретно находится этот участок! - отмечает городской голова.

   Тем временем...
   В севастопольский Союз поисковых организаций «Долг» позвонила владелица одного из земельных участков на Сапун-горе. По словам женщины, на её земле находится ДОТ №28 времен Великой Отечественной войны. Она предложила «долговцам» выкупить участок – в противном случае обещает снести ДОТ.
   Рассказывает Александр Неменко, командир отряда «Береговая оборона» Севастопольского объединения поисковых организаций «Долг»:
  - Она начала кричать, что «он мне не нужен здесь к чёртовой матери, это моя территория». Ну, мы начали поднимать документацию. Выяснилось, что эта земля пока не узаконена и, скажем так, не должна быть узаконена.
ДОТ №28 во время осады гитлеровцами Севастополя в 1941-1942 годах входил в систему обороны ключевой высоты в окрестностях города - Сапун-горы. Весь его расчёт погиб от взрыва снаряда, влетевшего в амбразуру. Останки защитников укрепления, найденные поисковиками при расчистке ДОТа, захоронены здесь же, под белым крестом.