По ком звонит шпала?...

После горячего лета 2010 года даже у ярых скептиков и политических противников нынешней власти глубоко в душе таилась робкая надежда на перемены. И президент, и премьер, сегодня поменявшиеся местами, давали столь ответственные обещания, что верить очень хотелось. Думалось, что, наглотавшись дыма от лесных пожаров в Центральной России, правящий тандем что-то поймёт и проникнется. Не понял и не проникся.

На заседании правительства перед своим отъездом на Олимпиаду премьер Медведев затронул актуальную тему с лесными пожарами в Сибири. Размах трагедии, а по-другому ситуацию и не назовёшь, приобрёл масштабы катастрофы. Жители Сибири державным вниманием явно не избалованы, а потому нужен грандиозный повод для того, чтобы обратить на себя взор государственного лица такого ранга. Обратить внимание удалось, а вот результаты близки к нулю.

В числе предлагаемых мероприятий особенно позабавила оговорка премьера, при перечислении им средств оповещения о пожаре. В числе прочего предложено использовать дедовские методы как-то колокола и шпалы. Понятно, оговориться может всякий, но в устах Медведева фраза приобрела издевательски-зловещее содержание. Судя по успехам, точнее их долгому отсутствию в борьбе с пожарами, борьбой с ними на всех ступенях властной вертикали руководят такие же далёкие от обсуждаемого предмета люди, как и юрист-премьер. Обещанного восстановления лесхозов так и не случилось; кто теперь способен подсчитать миллиарды прямого ущерба от растащенного и порушенного имущества, которое им принадлежало. Миллионы гектаров выгорающего каждый год оставшегося без охраны леса, пока не считаю. Содержание проверенной временем структуры показалось кому-то слишком затратной.

К сожалению, в деле лесоохранения происходит то же, что и повсеместно. Государство стремительно избегает любой ответственности, перекладывая её на кого угодно. В лесной отрасли это арендаторы, в ЖКХ – управляющие компании, то же самое в строительстве, образовании, медицине, банковской сфере, сельском хозяйстве, промышленности и т. д.. Даже оборонку готовы «сбросить». Похоже, себе наши руководители отводят наиболее привлекательную и необременительную функцию, а именно: собирать под своей царской дланью финансы страны и распределять их по своему усмотрению.

Видимо, по такой прихоти роль гаранта спокойствия страны, и лесов в частности, почему-то отведена МЧС. Эту структуру усиленно накачивают деньгами, не особо заботясь об их эффективном использовании. При ликвидации техногенных катастроф, последствий стихийных бедствий вроде землетрясений, наводнений и т.п. такое министерство необходимо. Но при тушении лесных пожаров МЧС беспомощно, во всяком случае, отдача от его использования несопоставима с затратами. Такой сети дорог, которая позволяла тушить лесной пожар при помощи пожарных машин в России, тем более в Сибири, нет. Уповать на тяжёлую транспортную авиацию тоже глупо. Причин, как минимум две. Первая, конечно затратность, поскольку трудно себе представить барражирующие на патруле заправленные Бе-200 и Ил-76 в поисках очага возгорания площадью 0,1 га. Но даже на пожарах, «достойных» своего применения, последнее слово всё-таки не за этими монстрами. Как говорил один известный деятель, «где проходит пехота, там карта окрашивается в цвет её знамён». Такая пехота есть и влачит она ныне жалкое существование. Её имя – авиалесоохрана. Специфика работы этой структуры заключается как раз в раннем обнаружении и тушении лесных пожаров при патрулировании в зонах своей ответственности.

     Признаюсь, когда Путин проводил свой очередной «диалог», не удержался, позвонил с просьбой обратить внимание на состояние дел в лесоохранении и вернуть работникам АПС (авиапожарной службы) хотя бы часть прежних социальных гарантий, прежде всего, пенсию по выслуге лет. Численность данной категории работников по стране едва ли превышает пару тысяч человек, государство не надсадилось бы. В самом деле, после зурабовской пенсионной реформы образца 2002г. парашютистов и десантников-пожарных стали «уходить» на пенсию по возрасту. После внедрения этой хитроумной схемы получилось, что зачастую не перешагнувшие ещё 40-летний рубеж крепкие и опытные мужики оказались стариками. Маразм в апогее… При этом накопительная часть пенсии оказывалась ничтожной, отсюда и размер самой пенсии. Автор строк на пенсию вышел в возрасте 37 лет в 2006г. имея за спиной три сотни прыжков, ещё больше потушенных пожаров и благодарность от родного государства в размере 2722руб. 64коп. пенсиона. Вопрос сейчас не в том, можно на неё прожить, больше не работая. Дело в том, что пенсионеров пожелавших вернуться на работу принимают только на основании той части ст.59 ТК РФ, которая позволяет работодателю заключать с таким лицом срочный трудовой договор. А идти на работу с минимум тремя источниками повышенной опасности – парашют, воздушное судно и непосредственно стихия – за оклад около 4тыс. рублей… Да ещё и какой-нибудь дурной клещ караулит.

Вот и остаётся созерцать как «тушат» пожары количеством. Количеством бойцов-срочников, количеством израсходованных средств, количеством вылитой из летающих цистерн воды. Возьму на себя смелость утверждать, поливкой с воздуха пожар не потушишь. Мало того, что кромка пожара имеет такую особенность как загадочную и нелогичную извилистость, так ещё и падающие с высоты тонны воды всё-таки являются тоннами и часто банальным образом просто ломают деревья. Нет, по телевидению конечно всё красиво, а на практике прицельного слива быть просто не может. Да ещё в условиях большой задымлённости, свойственной крупным пожарам. Лесной пожар и без того может даже после долгих дождей (в зависимости от подстилки) сохраняться, тлеть и в итоге выползать на, казалось бы потушенном пожаре даже через месяц. А прикрытый к тому же таким водовалом … Разумеется, никто этот новый старый пожар таковым не назовёт, иначе у ответственных лиц горит премия. Дадут новый номер пожару, передвинут привязку по координатам и всё.

Как работают привлечённые в «пожарном» порядке, тоже не сразу вышепчешь. Запомнилась, командировка в Читу в 2003г. где впервые столкнулся с практикой работы на основании фиксированной ставки. Когда приехали на пожар, по привычке кинулись было перерезать сопку на пути огня, чтобы его становить. Реакция местных работников, которых именно присутствовало примерно 20-30 человек, удивила. Они объяснили, что пожар вообще не местный, сейчас сделает небольшой крючок по хребту и уйдёт обратно в Бурятию, откуда и пришёл. Пусть там его и тушат. Когда поинтересовались размером крючка, оказалось, километров 70. Эти работники имели паёк, 500 руб. в день независимо от результата. А кто-то ещё социализм ругает… На работу собирались часов в 9 утра, пока то да сё, погрузка, примерно в обед прибывают на пожар. Само собой обед, после него перекур с дремотой, картишки, чаёк. Потом выдвижение в сторону пожара, не удалось дойти, тоже не беда. Главное, что к ужину надо быть дома.

Там же узнал, как может летать АН-2, когда экипажу платят за фактическое время нахождения в воздухе. Казалось, патрулирование никогда не закончится, летуны умудрялись даже в воздухе глушить двигатель. Плюс намертво выпущенные закрылки и ощущение на высоте 200-300 метров такое, что самолёт намертво приколотили к небу.

Имел наглядную возможность посмотреть, как могут показывать активность прокуратура, милиция, лесники. В п. Мокзон кажется, находилось более 2 десятков приёмных пунктов древесины и сдачей леса жили все. Пилили лес в зависимости от размера наглости и лошадиных сил личного транспорта. Возили чуть ли не на мотоциклах, казалось бы, жди их родимых порубщиков у дверей этих пунктов. Ан нет, представители органов исправно выезжали в сопки, вот только где и каком месте они что-то ловили, неизвестно. А во время облёта хорошо просматривались белые точки от свежеспиленных деревьев на ещё тлеющей гари… То, что леса в тех краях горят почти исключительно по осознанному человеческому желанию, это факт. Китайские партнёры охотно покупают древесину в любом количестве, не задавая лишних вопросов.

Почему вспомнил об этом сейчас? А потому что система, тогда казавшаяся верхом абсурда, оказалась живучей и, вопреки логике, не исчезла, а напротив, распространилась повсеместно вместе с порочной стратегией: и главное, порочная стратегия: лишь бы населённые пункты не сгорели, а там хоть трава не расти.

Всё, что описано выше, так или иначе, теперь везде.

Режим тотальной экономии на раннем обнаружении и тушении малых очагов лесных пожаров привёл к тому, что последние годы парашютистов стали высаживать только на те пожары, которые находились вблизи от лесных дорог. Вертолётов для вывозки катастрофически не хватает, АН-2 также, так что теперь работники АПС «прыгают» почти исключительно с автомашин. Понятно, что тушатся пожары, которые заметно из населённых пунктов. А что творится в лесах Гослесфонда, где как раз зарождаются и набирают силу пожары - «миллионики», похоже никого не интересует.

Как построена работа по противопожарным мероприятиям, начиная с муниципального уровня? Формализм в чистом виде, листовки, информационные аншлаги, сборы глав поселений (большинство из которых женщины) с тем, чтобы они хотя бы посмотрели, что такое РЛО. На уровне области начальник лесоохраны даст дежурное интервью, что проведена тренировка парашютистов. Всё, к сезону готовы. А на чём, с чем и за что люди будут работать, остаётся за скобками. Зачем говорить о мелочах вроде нехватки банальных рабочих рукавиц, спальных мешков, шанцевого инструмента, задержках зарплаты, подвисших в воздухе договорах с авиапредприятиями из-за нехватки финансирования. О том, что давно не готовят взрывников и ответственных руководителей взрывных работ, да и сами эти работы не проводят. Дорого, видишь ли. Дешевле копать метровую подстилку в кедраче по тридцать-сорок метров в день силами пяти–шести человек. Какая уж тут оперативность.

Тот, кто придумал тушить пожары днём в 40-градусную жару, явно дурак, но его дело живёт и здравствует. Во всяком случае, работников АПС на пожары возят по «читинскому» сценарию. Наиболее действенная схема давно опробована и заключается в том, что на тушение надо выходить как раз вечером, когда температура падает и работать, если понадобится и ночью. Однако, предпочитается тратить деньги на ежедневные туристические выезды. Зато средств на необходимое снаряжение и обмундирование, нет.

Перефразируя слова литературного героя, скажу, что пепел Сибири стучит в моём сердце. Обидно, что этот пепел не долетает до тех, кто вместо того, чтобы побывать в таких местах своей страны, где люди задыхаются от удушливого смога, предпочитает смог на берегах Темзы и чмокать в щёчки волейболисток. Тех, кто возомнил себе двумя головами птицы-мутанта с нашего герба, по очереди примеряя императорскую корону.

… А кто надумает звонить Путину, совет: спрашивайте о собаке. Ответят.
31.07.2012г.

                                                  Алексей Орловский ,
                            пос. Катайга, Верхнекеткий район, Томская область.

02 августа 2012 г.