В России модель медицинского страхования извращена

1

Вылечить можно каждого, считает академик, но только если своевременно поставить диагноз

«Если бы сегодня мне надо было выбирать профессию, врачом бы не стал», - заявил «АиФ» один из самых известных врачей страны, отдавший 37 лет онкологии, академик, директор Российского онкологического научного центра им. Блохина Михаил Давыдов накануне своего юбилея.

Помощь как услуга

«АиФ»: - Михаил Иванович, неужели разочаровались в профессии? Рак, получается, победил?

М.Д.: - Нет, рак сегодня излечивается у всех, есливыявляется на ранней стадии. Но профессия врача стала абсолютно непривлекательной. Раньше это была романтика, спасение людей. Сегодня она превратилась из медицинской помощи в медицинские услуги. Некогда заниматься больными. Надо писать отчёты. Их увозят грузовиками.

«АиФ»: - Боюсь, чтобы попасть в вашу клинику, больным тоже надо со­брать кучу бумаг по инстанциям, а кому-то ещё и приплатить...

М.Д.: - У нас есть случаи, когда люди по полгода не могут попасть. Ведь сначала нужно получить талон на так называемое высокотехнологичное лечение (ВМП) в федеральной клинике. На каком основании ВМП выделено отдельно, непонятно, человек имеет право всю жизнь получать специализированную помощь и без этого талона. Там, где считает нужным. И в прин­ципе государство выделяет достаточно средств, чтобы эту помощь организовать и обеспечить. Другое дело, что эти средства используются странно. Идёт какой-то невероятный строительный бум, создаются высокотехнологичные медцент­ры. А по сути помощь во многих из них осталась на уровне обычных областных больниц.

«АиФ»: - В здравоохранении давно идут реформы, а где результат?

М.Д.: - В проводимых мероприя­тиях часто отсутствует здравый смысл. Вот недавней реформой участковым врачам увеличили зарплату сразу на 10 тыс., в итоге «обиженные» узкие специалисты из поликлиник разбежались. Реализация принципа «деньги идут за больным» привела к тому, что борются не за больного, а за деньги. И те больницы, которые никогда раньше не лечили онкологических пациентов, сейчас их берут. Но опыта нет. В итоге мы завалены рецидивами.

«АиФ»: - Минздрав рапортует, что у нас снизилась смертность...

М.Д.: - Сомневаюсь, что изменения так глобальны. Да, в кардиологии есть улучшения, а что касается онкологии, то смерт­ность осталась такой же. Никаких сдвигов нет. И не будет, пока в России не будет создана государственная онкологическая служба.

«АиФ»: - Сегодня диагноз «рак» бросает семью на грань нищеты...

М.Д.: - Ни одно государство в мире, даже самое богатое, не может полностью обеспечить больных лекарствами. Но в России ситуация просто катастрофическая. Деньги на здравоохранение выделяются немалые, но как они расходуются - непонятно. Вот сейчас делал операцию тяжелейшему пациенту, у которого рак нижнего отдела пищевода с переходом на желудок и одновременное множественное поражение коронарных артерий. Онкологическая квота - 109 тыс. руб. Это же смех! Мы тратим на пациента 1,5-2 млн. Есть ли здравые мысли у наших руководителей здравоохранения?

«АиФ»: - Собираются ввести лекарст­венное страхование. Поможет?

М.Д.: - В России модель медицинского страхования извращена. Такого нет нигде в мире. Сред­ства, собранные с налогоплательщиков, аккумулируются в государственный фонд. Тот заключает договоры с частными компаниями для оплаты работы собственных государственных учреждений. Это узаконенное мошенниче­ство! Треть выделяемых денег уходит на содержание страховых компаний, а вовсе не на лечение больных. Сегодня онко­логический научный центр, одно из крупнейших учреждений Европы, работает с 22 част­ными страховыми компаниями. Это идиотизм, которого свет ещё не видывал! Я много раз об этом писал и говорил. Но у профессиональных медиков сегодня нет согласованной позиции с руководством здравоохранения.

«АиФ»: - Чиновники уверяют, что всегда советуются с экспертами.

М.Д.: - За 5 лет, что я был президентом РАМН, не было ни одной встречи ни с одним из руководителей. Сегодня чиновников становится всё больше, их реформаторская активность нарастает, а уровень понимания динамичных процессов здравоохранения падает.

Голова и наука

«АиФ»: - Всё-таки как не стать вашим пациентом?

М.Д.: - Абсолютной защиты нет.Рак - это многоликое заболевание, которое возникает и у детей как результат различных геномных нарушений. Или как следствие неблагоприятного внешнего воздействия. По­этому совет общий - вести здоровый образ жизни. Конечно, совет питаться только здоровой, качественной едой людям, у которых не хватает денег на содержание семьи, вряд ли будет иметь какой-то отклик. Чтобы нормально питаться, нужно иметь социальную защищённость. Но всем по силам отказаться от курения, злоупотребления алкоголем.

«АиФ»: - К онкологам нужно приходить как можно раньше. Когда?

М.Д.: - Когда больные сами приходят к онкологу - это всегда поздно. Потому что приходят они, как правило, когда начинаются боли, кровотечения, а это уже запущенная стадия. Модель ранней диагностики означает, что врачи идут к здоровому населению и проводят скрининговые программы (специальные обследования на раннее выявление опухолей. - Ред.).

Но даже если вы в какой-то области поставите 100 маммографов, то не увеличите число ранних случаев опухолей молочной железы. Кроме аппаратуры нужна ещё голова. Терапевт или гинеколог в поликлинике, даже с самой крутой аппаратурой, никогда не выявит начальную форму рака - опухоль менее 1 см, скажем, 3-миллиметровый рак желудка. Это наши высокомудрые организаторы здравоохранения думают, что поликлиника выявит им все ранние раки. Исключено это! Но как только мы наладим реальную систему ранней диагностики, рак будет на 100% излечим.

СОВЕТЫ АКАДЕМИКА ДАВЫДОВА

1 раз в год

Мужчинам после 45 лет: сдавать анализ крови на простатоспецифический антиген (ПСА).
Женщинам после 30 лет: делать маммографию, мазок на цитологическое исследование.

Всем:

✔ флюорографию или компьютерную томографию лёгких,
✔ гастроскопию желудка,
✔ колоноскопию (обследование толстой кишки),
✔ УЗИ внутренних органов.

Юлия Борта