Полвека тому назад, в ноябре 1962 года, в одиннадцатом номере «Нового мира» увидела свет повесть никому тогда не известного автора «Один день Ивана Денисовича» – и мир впервые услышал это имя: Солженицын. Когда рукопись «Одного дня» появилась в редакции «Нового мира», Александр Твардовский, прежде чем начать трудную и, как тогда казалось, почти наверняка обреченную на неуспех борьбу за нее, дал ее прочесть некоторым своим ближайшим друзьям. В числе первых ее читателей (если не считать сотрудников редакции) был Самуил Яковлевич Маршак.

«Один день Ивана Денисовича» (первоначальное авторское название — «Щ-854») — первое опубликованное произведение Александра Солженицына, принёсшее ему мировую известность, публикация которого, по мнению историков и литературоведов, повлияла на весь дальнейший ход истории СССР. По авторскому определению — рассказ, но при публикации в журнале «Новый мир» по решению редакции назван «для весомости» повестью.

Рассказывается об одном дне из жизни советского заключённого, русского крестьянина и солдата Ивана Денисовича Шухова:

Просто был такой лагерный день, тяжёлая работа, я таскал носилки с напарником и подумал, как нужно бы описать весь лагерный мир — одним днём. Конечно, можно описать вот свои десять лет лагеря, там всю историю лагерей, — а достаточно в одном дне всё собрать, как по осколочкам, достаточно описать только один день одного среднего, ничем не примечательного человека с утра и до вечера. И будет всё.

Анна Андреевна Ахматова, прочитав «Один день Ивана Денисовича», сказала Лидии Корнеевне Чуковской: 

Эту повесть о-бя-зан про-чи-тать и выучить наизусть — каждый гражданин изо всех двухсот миллионов граждан Советского Союза.

История создания и публикации

Рассказ был задуман в лагере в Экибастузе, северный Казахстан, зимой 1950—1951 годов, написан в 1959 году (начат 18 мая, закончен 30 июня) в Рязани, где в июне 1957 года Александр Исаевич окончательно поселился по возвращении из вечной ссылки. Работа заняла меньше полутора месяцев.

Я в 50-м году, в какой-то долгий лагерный зимний день таскал носилки с напарником и подумал: как описать всю нашу лагерную жизнь? По сути, достаточно описать один всего день в подробностях, в мельчайших подробностях, притом день самого простого работяги, и тут отразится вся наша жизнь. И даже не надо нагнетать каких-то ужасов, не надо, чтоб это был какой-то особенный день, а — рядовой, вот тот самый день, из которого складываются годы. Задумал я так, и этот замысел остался у меня в уме, девять лет я к нему не прикасался и только в 1959, через девять лет, сел и написал. … Писал я его недолго совсем, всего дней сорок, меньше полутора месяцев. Это всегда получается так, если пишешь из густой жизни, быт которой ты чрезмерно знаешь, и не то что не надо там догадываться до чего-то, что-то пытаться понять, а только отбиваешься от лишнего материала, только-только чтобы лишнее не лезло, а вот вместить самое необходимое.

В 1961 году создан «облегчённый» вариант, без некоторых наиболее резких суждений о режиме.

«Иван Денисович» вышел в свет

18 ноября 1962 года тираж журнала «Новый мир» № 11 с «Одним днём» был отпечатан и стал распространяться по стране. Вечером 19 ноября около 2000 экземпляров журнала были завезены в Кремль для участников очередного пленума ЦК КПСС. Первоначально тираж журнала составлял 96 900 экземпляров, но по разрешению ЦК КПСС было отпечатано ещё 25 000.

Весть об этой публикации облетает весь мир. Солженицын сразу становится знаменитостью.

30 декабря 1962 года Солженицын был принят в члены Союза писателей СССР.

Через довольно короткое время — в январе 1963 года — рассказ был переиздан «Роман-газетой» (№ 1/277, январь 1963; тираж 700 тысяч экземпляров) и — летом 1963 года — отдельной книгой в издательстве «Советский писатель» (тираж 100 тысяч экземпляров).

Потоком поступали Солженицыну письма читателей:

…когда напечатался «Иван Денисович», то со всей России как взорвались письма ко мне, и в письмах люди писали, что они пережили, что у кого было. Или настаивали встретиться со мной и рассказать, и я стал встречаться. Все просили меня, автора первой лагерной повести, писать ещё, ещё, описать весь этот лагерный мир. Они не знали моего замысла и не знали, сколько у меня уже написано, но несли и несли мне недостающий материал.

…так я собрал неописуемый материал, который в Советском Союзе и собрать нельзя, — только благодаря «Ивану Денисовичу». Так что он стал как пьедесталом для «Архипелага ГУЛАГа»

28 декабря 1963 года редакция журнала «Новый мир» и Центральный государственный архив литературы и искусства выдвинули «Один день Ивана Денисовича» на соискание Ленинской премии по литературе за 1964 год. Выдвижение на столь высокую премию литературного произведения «малой формы» было воспринято многими «литературными генералами» по меньшей мере как кощунственное, такого в СССР ещё никогда не бывало. Обсуждение рассказа на заседаниях Комитета по премиям принимало форму жёстких споров. 14 апреля 1964 года при голосовании в Комитете кандидатура была провалена.

*   *   *

Александр Исаевич Солженицын, русский писатель

Александр Исаевич Солженицын, русский писатель. Родился 11 декабря в Кисловодске. Предки писателя по отцовской линии были крестьяне. Отец, Исаакий Семенович, получил университетское образование. Из университета в Первую мировую войну добровольцем ушел на фронт. Вернувшись с войны, был смертельно ранен на охоте и умер за полгода до рождения сына.

Мать, Таисия Захаровна Щербак, происходила из семьи богатого кубанского землевладельца. 

Первые годы Солженицын прожил в Кисловодске, в 1924 вместе с матерью переехал в Ростов-на-Дону.

Уже в молодости Солженицын осознал себя писателем. В 1937 он задумывает исторический роман о начале Первой мировой войны и начинает собирать материалы для его создания. Позднее этот замысел был воплощен в "Августе Четырнадцатого": первой части («узле») исторического повествования "Красное Колесо".

В 1941 Солженицын окончил физико-математический факультет Ростовского университета. Еще раньше, в 1939, он поступил на заочное отделение Московского института философии, литературы и искусства. Закончить институт ему помешала война. После обучения в артиллерийском училище в Костроме в 1942 он был oтправлен на фронт и назначен командиром батареи звуковой разведки. 

Солженицын прошел боевой путь от Орла до Восточной Пруссии, получил звание капитана, был награжден орденами. В конце января 1945 он вывел батарею из окружения.

9 февраля 1945 Солженицына арестовали: военная цензура обратила внимание на его переписку с другом Николаем Виткевичем. В письмах содержались резкие оценки Сталина и установленных им порядков, говорилось о лживости современной советской литературы. Солженицына осудили на восемь лет лагерей и вечную ссылку. Отбывал он срок в Новом Иерусалиме под Москвой, потом на строительстве жилого дома в Москве. Затем – в «шарашке» (секретном научно-исследовательском институте, где работали заключенные) в подмосковном поселке Марфино. 1950–1953 он провел в лагере (в Казахстане), был на общих лагерных работах.

После окончания срока заключения (февраль 1953) Солженицын был отправлен в бессрочную ссылку. Он стал преподавать математику в районном центре Кок-Терек Джамбульской области Казахстана. 3 февраля 1956 Верховный суд Советского Союза освободил Солженицына от ссылки, а через год его и Виткевича объявил полностью невиновными: критика Сталина и литературных произведений была признана справедливой и не противоречащей социалистической идеологии. 

В 1956-м Солженицын переселился в Россию – в небольшой поселок Рязанской области, где работал учителем. Через год он переехал в Рязань.

Еще в лагере у Солженицына обнаружили раковое заболевание, и 12 февраля 1952 ему была сделана операция. Во время ссылки Солженицын дважды лечился в Ташкентском онкологическом диспансере, использовал различные целебные растения. Вопреки ожиданиям медиков, злокачественная опухоль исчезла. В своем исцелении недавний узник усмотрел проявление Божественной воли – повеление рассказать миру о советских тюрьмах и лагерях, открыть истину тем, кто ничего не знает об этом или не хочет знать.

Первые сохранившиеся произведения Солженицын написал в лагере. Это стихотворения и сатирическая пьеса "Пир победителей".

Зимой 1950–1951 Солженицын задумал рассказ об одном дне заключенного. В 1959-м была написана повесть Щ-854 (Один день одного зэка). Щ-854 – лагерный номер главного героя, Ивана Денисовича Шухова, заключенного (зэка) в советском лагере. 

Осенью 1961 с повестью познакомился главный редактор журнала «Новый мир» А.Т.Твардовский. Разрешение на публикацию повести Твардовский получил лично от Первого секретаря Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Н.С.Хрущева. Щ-854 под измененным названием – Один день Ивана Денисовича – был напечатан в № 11 журнала «Новый мир» за 1962. Ради публикации повести Солженицын был вынужден смягчить некоторые детали жизни заключенных. Подлинный текст повести впервые напечатан в парижском издательстве «Ymca press» в 1973. Но название Один день Ивана Денисовича Солженицын сохранил. 

Публикация рассказа стала историческим событием. Солженицын стал известен всей стране. 

Впервые о лагерном мире была сказана неприкрытая правда. Появились публикации, в которых утверждалось, что писатель сгущает краски. Но преобладало восторженное восприятие рассказа. На короткое время Солженицын был признан официально.

Действие повести умещается в один день – от подъема до отбоя. Повествование ведется от лица автора, но Солженицын постоянно прибегает к несобственно-прямой речи: в авторских словах слышится голос главного героя, Ивана Денисовича Шухова, его оценки и мнения (Шухов, в прошлом крестьянин и солдат, осужден как «шпион» на десять лет лагерей за то, что попал в плен). 

Отличительная особенность поэтики рассказа – нейтральность тона, когда о страшных, противоестественных событиях и условиях лагерного существования сообщается как о чем-то привычном, обыденном, как о том, что должно быть хорошо известно читателям. Благодаря этому создается «эффект присутствия» читающего при изображаемых событиях. 

Описанный в рассказе день Шухова лишен событий страшных, трагических, и персонаж оценивает его как счастливый. Но существование Ивана Денисовича совершенно беспросветно: для того, чтобы обеспечить элементарное существование (прокормиться в лагере, выменять табак или пронести мимо охраны ножовку), Шухов должен изворачиваться и часто рисковать собою. Читатель побужден сделать вывод: каковы же были другие дни Шухова, если этот – полный опасностей и унижений – показался счастливым?

Солженицын изображает героиню, живущую в нищете, потерявшую мужа и детей, но духовно не сломленную тяготами и горем. Матрена противопоставлена корыстным и недоброжелательным односельчанам, считающим ее «дурочкой». Вопреки всему Матрена не озлобилась, осталась сострадательной, открытой и бескорыстной. 

Матрена из рассказа Солженицына – воплощение лучших черт русской крестьянки, ее лицо подобно лику святой на иконе, жизнь – почти житие. Дом – сквозной символ рассказа – соотнесен с ковчегом библейского праведника Ноя, в котором его семья спасается от потопа вместе с парами всех земных животных. В доме Матрены с животными из Ноева ковчега ассоциируются коза и кошка. 

Матрена и похожа на Ивана Денисовича, и не похожа. Шухов воплощает народную практичность и сметку. Он может быть покорным потому, что это выгодно. Матренина покорность идет от сердца. Она не прислуживает, но служит другим. Шухов – обыкновенный, неплохой человек. Матрена – праведница, которая всегда готова поделиться последним. Односельчане не ведают об ее утаенной святости, считают Матрену просто неумной. Но именно она хранит высшие черты русской духовности. 

Но и душевно праведная Матрена все же не идеальна. Мертвящая советская идеология проникает в жизнь, в дом героини рассказа (знаки этой идеологии в солженицынском тексте – плакат на стене и вечно не умолкающее радио в доме Матрены).

Житие святой должно завершаться счастливой смертью, соединяющей ее с Богом. Таков закон житийного жанра. Однако смерть Матрены – горько-нелепая. Брат покойного мужа, алчный старик Фаддей, когда-то любивший ее, принуждает Матрену отдать ему горницу (избу-сруб). На железнодорожном переезде при перевозке бревен разобранной горницы Матрена попадает под поезд, который олицетворяет механическую, неживую силу, враждебную природному началу, воплощаемому Матреной. Гибель героини символи зирует жестокость и бессмысленность мира, в котором она жила. 

В 1963–1966 в «Новом мире» были опубликованы еще три расска за Солженицына: "Случай на станции Кречетовка" (№ 1 за 1963, авторское название – "Случай на станции Кочетовка" – было изменено по настоянию редакции из-за противостояния «Нового мира» и консервативного журнала «Октябрь», возглавлявшегося писателем В.А.Кочетовым), "Для пользы дела" (№ 7 за 1963), "Захар-Калита" (№ 1 за 1966). После 1966-го года сочинения писателя не печатались на Родине вплоть до рубежа 1989-го, когда в журнале «Новый мир» публикуются Нобелевская лекция и главы из книги "Архипелаг ГУЛаг". 
Еще находясь в ссылке, в 1955-м, Солженицын начал писать роман "В круге первом", последняя, седьмая редакция романа была закончена в 1968-м.

В 1964-м ради публикации романа в «Новом мире» А.Т.Твардовского Солженицын переработал роман, смягчив критику советской действительности. Вместо девяносто шести написанных глав текст содержал только восемьдесят семь. В первоначальном варианте рассказывалось о попытке высокопоставленного советского дипломата предотвратить кражу сталинскими агентами секрета атомного оружия у США. Он убежден, что с атомной бомбой советский диктаторский режим будет непобедим и может покорить пока еще свободные страны Запада. Для публикации сюжет был изменен: советский врач передавал на Запад сведения о замечательном лекарстве, которые советские власти хранили в глубокой тайне.

Цензура тем не менее запретила публикацию. Позднее Солженицын восстановил первоначальный текст, внеся в него небольшие изменения.

Марфинские узники – зэки привилегированные. Здесь – по сравнению с лагерем – хорошо кормят. Ведь они – ученые, работающие над созданием сверхсовременного оборудования, которое нужно Сталину и его подручным. 3аключенные должны изобрести устройство, затрудняющее понимание подслушанных телефонных разговоров (шифратор).

Один из марфинских зэков, одаренный филолог Лев Рубин (его прототип – филолог-германист, переводчик Л.З.Копелев), так скажет о «шарашке»: «Нет, уважаемый, вы по-прежнему в аду, но поднялись в его лучший высший круг – в первый».

В романе много сюжетных линий. Это в первую очередь история Глеба Нержина – героя, симпатичного автору (его фамилия, очевидно, значит «не заржавевший душой», «не поддавшийся рже / ржавчине»). Нержин отказывается сотрудничать с неправедной властью. Он отвергает предложение работать над секретными изобретениями, предпочитая возвращение в лагерь, где может погибнуть.

В 1955 Солженицын задумывает, а в 1963–1966 пишет повесть "Раковый корпус". В ней отразились впечатления автора от пребывания в Ташкентском онкологическом диспансере и история его исцеления. Время действия ограничено несколькими неделями, место действия – стенами больницы (такое сужение времени и пространства – отличительная черта поэтики многих произведений Солженицына).

В середине 1960-х, когда на обсуждение темы репрессий был наложен официальный запрет, власть начинает рассматривать Солженицына как опасного противника. В сентябре 1965-го у одного из друзей писателя, хранившего его рукописи, был устроен обыск. Солженицынский архив оказался в Комитете государственной безопасности.

С 1966-м сочинения писателя перестают печатать, а уже опубликованные изъяли из библиотек. КГБ распространил слухи, то во время войны Солженицын сдался в плен и сотрудничал с немцами. В марте 1967-го Солженицын обратился к Четвертому съезду Союза советских писателей с письмом, где говорил о губительной власти цензуры и о судьбе своих произведений. Он требовал от Союза писателей опровергнуть клевету и решить вопрос о публикации "Ракового корпуса".

12 февраля 1974-го Солженицын был арестован и спустя сутки выслан из Советского Союза в Западную Германию. Сразу после ареста писателя его жена Наталья Дмитриевна распространила в «самиздате» его статью "Жить не по лжи" – призыв к гражданам отказаться от соучастия во лжи, которой от них требует власть. Солженицын с семьей поселился в швейцарском городе Цюрихе, в 1976-м переехал в небольшой город Кавендиш в американском штате Вермонт. В публицистических статьях, написанных в изгнании, в речах и лекциях, произнесенных перед западной аудиторией, Солженицын критически осмысляет западные либеральные и демократические ценности. Закону, праву, многопартийности как условию и гарантии свободы человека в обществе он противопоставляет органическое единение людей, прямое народное самоуправление, в противовес идеалам потребительского общества он выдвигает идеи самоограничения и религиозные начала (Гарвардская речь, 1978, статья "Наши плюралисты", 1982, Темплтоновская лекция, 1983). Выступления Солженицына вызвали острую реакцию у части эмиграции, упрекавшей его в тоталитарных симпатиях, ретроградстве и утопизме. Гротескно-шаржированный образ Солженицына – писателя Сим Симыча Карнавалова был создан В.Н.Войновичем в романе "Москва-2042".

В эмиграции Солженицын работает над эпопеей "Красное Колесо", посвященной предреволюционным годам. "Красное Колесо" состоит из четырех частей-«узлов»: "Август Четырнадцатого", "Октябрь Шестнадцатого", "Март Семнадцатого" и "Апрель Семнадцатого". Солженицын начал писать "Красное Колесо" в конце 1960-х и завершил только в начале 1990-х. "Август Четырнадцатого" и главы "Октября Шестнадцатого" были созданы еще в СССР. "Красное Колесо" – своеобразная летопись революции, которая создается из фрагментов разных жанров. Среди них – репортаж, протокол, стенограмма (рассказ о спорах министра Риттиха с депутатами Государственной думы; «отчет о происшествиях», в котором анализируются уличные беспорядки лета 1917, фрагменты из газетных статей самых разных политических направлений и т.д.). Многие главы подобны фрагментам психологического романа. В них описываются эпизоды из жизни вымышленных и исторических персонажей: полковника Воротынцева, его жены Алины и возлюбленной Ольды; влюбленного в революцию интеллигента Ленартовича, генерала Самсонова, одного из лидеров Государственной думы Гучкова и многих других. Оригинальны фрагменты, названные автором «экранами», – подобия кинематографических кадров с приемами монтажа и приближения или удаления воображаемой кинокамеры. «Экраны» полны символического смысла.

Так, в одном из эпизодов, отражающем отступление русской армии в августе 1914, изображение оторвавшегося от телеги колеса, окрашенного пожаром, – символ хаоса, безумия истории. В "Красном Колесе" Солженицын прибегает к повествовательным приемам, характерным для модернистской поэтики. Сам автор отмечал в своих интервью значимость для "Красного Колеса" романов американского модерниста Джона Дос Пассоса. "Красное Колесо" построено на сочетании и пересечении разных повествовательных точек зрения, при этом одно и то же событие иногда дается в восприятии нескольких персонажей (убийство П.А.Столыпина увидено взглядом его убийцы – террориста М.Г.Богрова, самого Столыпина, генерала П.Г.Курлова и Николая II). «Голос» повествователя, призванного выражать авторскую позицию, часто вступает в диалог с «голосами» персонажей, истинное авторское мнение может быть лишь реконструировано читателем из целого текста. Солженицыну – писателю и историку – особенно дорог реформатор, председатель Совета Министров России П.А.Столыпин, который был убит за несколько лет до начала основного действия "Красного Колеса". Однако Солженицын посвятил ему значительную часть своего произведения. "Красное Колесо" во многом напоминает "Войну и мир" Л.Н.Толстого. Подобно Толстому, Солженицын противопоставляет актерствующих персонажей-политиканов (большевика Ленина, эсера Керенского, кадета Милюкова, царского министра Протопопова) нормальным, человечным, живым людям. Автор "Красного Колеса" разделяет толстовскую мысль о чрезвычайно большой роли в истории обыкновенных людей. Но толстовские солдаты и офицеры творили историю, не сознавая этого. Своих героев Солженицын все время ставит перед драматическим выбором – от их решений зависит ход событий.

Отрешенность, готовность подчиниться ходу событий Солженицын, в отличие от Толстого, считает не проявлением прозорливости и внутренней свободы, а историческим предательством. Ибо в истории, по мысли автора "Красного Колеса", действует не рок, а люди, и ничто не предопределено окончательно. Именно поэтому, сочувствуя Николаю II, автор все же считает его неизбывно виноватым – последний русский государь не исполнил своего предназначения, не удержал Россию от падения в бездну. Солженицын говорил, что вернется на родину лишь тогда, когда туда вернутся его книги, когда там напечатают "Архипелаг ГУЛаг". Журналу «Новый мир» удалось добиться разрешения властей на публикацию глав этой книги в 1989-м. В мае 1994-го Солженицын возвращается в Россию. Он пишет книгу воспоминаний "Угодило зёрнышко промеж двух жерновов" («Новый мир», 1998, № 9, 11, 1999, № 2, 2001, № 4), выступает в газетах и на телевидении с оценками современной политики российских властей. Писатель обвиняет их в том, что проводимые в стране преобразования непродуманны, безнравственны и наносят огромный урон обществу, что вызвало неоднозначное отношение к публицистике Солженицына.

В 1991-м Солженицын пишет книгу "Как нам обустроить Россию. Посильные сображения". А в 1998-м Солженицын печатает книгу "Россия в обвале", в которой резко критикует экономические реформы. Он размышляет о необходимости возрождения земства и русского национального сознания. В «Новом мире» писатель регулярно выступает в конце 1990-х с литературно-критическими статьями, посвященными творчеству русских прозаиков и поэтов. В 1990-х Солженицын пишет несколько рассказов и повестей: "Два рассказа" ("Эго", "На краях") («Новый мир», 1995, 3, 5), названные «двучастными» рассказы "Молодняк", "Настенька", "Абрикосовое варенье" (все – «Новый мир», 1995, № 10), Желябугские выселки («Новый мир», 1999, № 3) и повесть "Адлиг Швенкиттен" («Новый мир», 1999, 3). Структурный принцип «двучастных рассказов» – соотнесенность двух половин текста, в которых описываются судьбы разных персонажей, часто вовлеченных в одни и те же события, но не ведающих об этом. Солженицын обращается к теме вины, предательства и ответственности человека за совершенные им поступки. В 2001–2002 выходит двухтомный монументальный труд "Двести лет вместе", который автор посвящает истории еврейского народа в России. Первая часть монографии охватывает период с 1795 по 1916, вторая – с 1916 по 1995. Издания Солженицына А.И. Собрание сочинений (в 20 тт.). Вермонт, Париж, 1978–1991; Малое собрание сочинений (в 8 тт). М., 1990–1991; Собрание сочинений (в 9 тт.). М., 1999 – (издание продолжается); "Бодался телёнок с дубом: Очерки литературной жизни". М., 1996; "Красное Колесо: Повествованье в отмеренных сроках в четырёх узлах" (в 10 тт.). М., 1993–1997.

А. И. Солженицын скончался 3 августа 2008 года на 90-м году жизни, на своей даче в Троице-Лыкове, от острой сердечной недостаточности. 6 августа его прах был предан земле в некрополе Донского монастыря за алтарём храма Иоанна Лествичника, рядом с могилой историка В. О. Ключевского.

Афоризмы, цитаты, высказывания

Образование ума не прибавляет.

Интеллигент — это тот, чья мысль не подражательна.

Если ты не умеешь использовать минуту, ты зря проведешь и час, и день, и всю жизнь.

Нет на свете нации более презренной, более покинутой, более чуждой и ненужной, чем русская.

Всякий, кто однажды провозгласил насилие своим методом, неумолимо должен избрать ложь своим принципом.

Работа — она как палка, конца в ней два: для людей делаешь — качество дай, для начальника делаешь — дай показуху.

А откуда вы знаете, в какой точке земли вы будете счастливы, в какой — несчастливы? Кто скажет, что знает это о себе?

Снятие ответственности с Ельцина — великий позор. Я считаю, что Ельцин и человек сто из его окружения должны предстать перед судом.

Есть высокое наслаждение в верности. Может быть — самое высокое. И даже пусть о твоей верности не знают. И даже пусть не ценят.

Интеллигент — это тот, чьи интересы к духовной стороне жизни настойчивы и постоянны, не понуждаемы внешними обстоятельствами и даже вопреки им.

Народ имеет несомненное право на власть, но хочет народ — не власти (жажда ее свойственна лишь процентам двум), а хочет прежде всего устойчивого порядка.

Есть черные люди, злокозненно творящие черные дела, и надо только отличить их от остальных и уничтожить. Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека. И кто уничтожит кусок своего сердца?

Самая тяжелая жизнь совсем не у тех, кто тонет в море, роется в земле или ищет воду в пустынях. Самая тяжелая жизнь у того, кто каждый день, выходя из дому, бьется головой о притолоку — слишком низкая.

Совсем не уровень благополучия делает счастье людей, а отношения сердец и наша точка зрения на нашу жизнь. И то и другое — всегда в нашей власти, а значит, человек всегда счастлив, если он хочет этого, и никто не может ему помешать.

Все приемы предвыборной борьбы требуют от человека одних качеств, а для государственного водительства — совершенно других, ничего общего с первыми. Редок случай, когда у человека есть и те и другие, вторые мешали бы ему в предвыборном состязании.

У прежних русских купцов было КУПЕЧЕСКОЕ слово (сделки заключались без письменных контрактов), христианские представления, исторически известная размашная благотворительность, — дождемся ли мы такого от акул, взращенных в мутном советском подводьи?

Достоинство у ночных арестов, что ни соседние дома, ни городские улицы не видят, скольких увезли за ночь. Напугав самых ближних соседей, они для дальних не событие. Их как бы и не было. По той самой асфальтной ленте, по которой ночью сновали воронки, — днем шагает молодое племя со знаменами и цветами и поет неомраченные песни.

Правила комментирования блога otello.gorod.tomsk.ru