«Опасных» русских классиков поставят в школах на особый контроль

Министр культуры Владимир Мединский предложил разработать новую концепцию школьного курса литературы, которая призвана сделать детей патриотами, помочь правильно понять «опасные» для них произведения, а некоторые книги и вовсе изъять из школьного курса. Как рассказал «Известиям» Павел Пожигайло — председатель комиссии Общественной палаты по сохранению историко-культурного наследия, которая разрабатывает документ по просьбе министра, концепция будет «ориентировать учителей на воспитание в детях через литературные образы гордости за нашу многонациональную страну, глубокого и спокойного патриотизма, уважения к различным культурам, на формирование в учениках ценностей крепкой традиционной семьи».

Поэтому неоднозначные персонажи русской литературы — таких произведений, как «Гроза» Островского, «Отцы и дети» Тургенева, гражданская лирика Николая Некрасова, сказки Михаила Салтыкова-Щедрина и критика Виссариона Белинского должны подаваться так, чтобы не стать образцом для подражания, отмечает газета. Их, по мнению общественника, нужно поставить под особый контроль.

«Будет разработана специальная методичка для учителей, в которой будет четко прописано, что следует рассказывать детям про эти произведения», — подчеркнул Пожигайло. Как отмечает издание, согласно этой методичке, Татьяна Ларина из «Евгения Онегина» вышла замуж и счастлива, «мудро преодолев страсть», а в «Ревизоре» Гоголь высмеивал не коварство чиновников, а «мытарства одной души», и Хлестаков выступает в роли Антихриста.

«Мастера и Маргариту» Булгакова разработчик концепции предлагает вовсе исключить из школьной программы, поскольку «в большей степени дети увлекаются Воландом, Коровьевым, Бегемотом, совершенно не понимая творческую задачу» автора. «Кто-то хочет, чтобы ребенок был полностью свободен, как Раскольников. Но я считаю, что эта свобода, так же как свобода Базарова, она ведет к трагедии. И в этом смысле дать полную свободу, дать Пелевина, Улицкую, «пусть ребенок почитает», — это неправильно», — заключил Пожигайло.