Кому нужен миф о телегонии? Песнь о полосатой кобыле

Что нужно, чтобы считать себя человеком передовых взглядов? Не так уж много.

- Прежде всего, нужно презирать «школьную науку», потому что она «многого не знает и знать не может». Презирать намного легче, чем выучить.

- Нужно верить решительно во все мутные теории, которые попадаются в бульварных газетах и книгах типа «Победа над разумом». В книгах можно читать только предисловие или аннотацию вроде «В этой книге вам откроется истина про пирамидные структуры».

- Постоянно поминать Галилея и Джордано Бруно, которых «тоже не признавали» (совершенно не заморачиваясь тем, что не признавали их отнюдь не ученые, а наоборот – религиозные фанатики).

- Часто употреблять слова вроде «непознанное», «сверхчувственное», «торсионные поля», «энергоинформационные матрицы», «эгрегор» и т.п.

- Научиться драматически хохотать над скучными материалистами, которые вообще ни во что не верят, пока им не предъявят убедительные доказательства. Вот, собственно, и все.

Среди мутных теорий одно из почетных мест занимает теория телегонии. В каком-то смысле она даже чемпион, потому что представляет собой самое наглядное сочетание давности существования с полным отсутствием подтверждающих фактов.

Телегония – псевдонаучная концепция, исходящая из представления, что влияние генофонда мужской особи, выступающей в качестве первого сексуального партнёра для женской особи, существенно сказывается на наследственных признаках потомства последней, зачатых от других особей.

Телегония покоится на трех китах:

1 - История про полосатую кобылу лорда Мортона, которая дословно повторяется во всех текстах о телегонии, явно скопированная с одного источника. История повествует о том, что лошадь, сначала неудачно вышедшая замуж за самца зебры, затем от другого (чистопородного) жеребца произвела на свет полосатых жеребят. Обычно защитники телегонии приводят только первую часть этой истории, заканчивая цитату на семейной драме этой несчастной лошади. Между тем, в этой истории есть еще две части.

Вторая повествует о том, что вдохновленные интересным результатом ученые тут же произвели еще серию аналогичных экспериментов, из которых результат с переносом признаков первого мужа на детей от второго не подтвердился ни в одном случае. Ни разу. А в третьей части объясняется, что в очень редких случаях жеребята с полосками могут появляться в результате атавизма (как хвост у человека или знаменитый по учебникам биологии волосатый человек Андриан Евтихеев). А самец зебры вовсе и ни при чем.

2. Второй кит – это мнение собакозаводчиков о том, что если породистая собачка тово... согрешила с посторонним кобельком, то потом сколько ни скрещивай с чистопородными – потомство все равно будет «какое-то не такое». И поэтому они таких морально неустойчивых собачек больше в производительницы не берут. Ни-каг-да! И ни-за-что! А раз не берут, то и результатов, подтверждающих сей тезис, никто никогда не видел. Слухи – это да, слухи слышали. Дядя рассказывал, что точно, а тетя сама видела. Здесь тоже много неясного.

Прежде всего – почему признаки непородистой собачки на генотипе морально неустойчивой мамаши «отпечатываются», а признаки породистых – нет (то есть неизвестны случаи, чтобы от беспородного отца рождались сплошь породистые потомки, потому что мамаша сначала женилась на породистом папаше). А жаль – ведь как было бы удобно скотопромышленникам: чистопородные, допустим, быки и свиньи стоят кучу денег, а так можно было бы свести всех коров с дорогущим элитным производителем только по одному разу. Дальше спокойно ехать домой и производить замечательное породистое потомство от обычного деревенского бычка. Но почему-то такое явление совершенно не известно...

3. Третий кит – это «дети фестиваля», а именно – разнообразные случаи рождения темнокожих младенцев у женщин, которые уверяли, что когда-то давно, правда, были у них иностранные партнеры из экзотических стран, но сейчас – ни-ни. Этот вопрос мы оставим за деликатностью, грешно смеяться над человеческой доверчивостью.

Еще интереснее задаться вопросом, почему на потомство оказывает влияние только первый самец, с которым имела дело женская особь. Это чаще всего подчеркивается тогда, когда о телегонии говорят поборники девственности – вот, мол, почему с древних времен люди так заботились о невинности невест. Логически это еще сложнее: не всякое соитие «записывается в матрице» женщины, а только первое, то есть, надо полагать, в женском организме имеется только одна «ячейка памяти», в которую могут записаться несомые мужчиной признаки.

Первый обладатель занимает ее – и все. Расписался. Тогда становится непонятно – отчего те же древние патриархальные племена так сурово относились к изменам мужу? Ведь если муж был-таки первым, то остальные любовники уже никакого влияния не окажут, и все дети как бы от них – все равно будут похожи на мужа? Он просто сделает за мужа его работу? Это уж совсем какая-то ахинея.

Но так далеко поборники нравственности в логических построениях не заходят, они увлекаются пафосом «нравственности», а нравственность в их представлении довольно-таки узко физиологически локализована. Не то чтоб я против нравственности и за бешеный разврат, – нужно это оговорить, потому что в комментарии тут же придут проповедники, не привыкшие рассуждать и дочитывать до конца сложноподчиненные предложения, и заведут дискуссию в дебри «насчет морали». А это нам тут совсем не нужно и неинтересно. Мы говорим исключительно о телесном: записываются где-то какие-то признаки самца в организме самки или нет? И если записываются, то где? На каких, современно говоря, носителях?

Итак, главная идея телегонии – это хранение организмом матери признаков предыдущих половых партнеров. Поскольку зародыш образуется строго из двух половых клеток, отца и матери, то приходится признать, что информация о прошлых событиях хранится где-то еще, а именно – в соматических (неполовых) клетках. Попытка доказать наличие таких влияний – одна из идей Лысенко Трофима Денисовича, на которую он потратил немало государственных средств и человеческих жизней, поскольку все те ученые-генетики, кто не соглашался с его идеями, оказывались в лагерях или были расстреляны. Такие вот убедительные тогда были аргументы в науке. Впоследствии комплексная проверка работ Лысенко и его соратников показала их полную научную несостоятельность.

Из энциклопедии «Британика»: «…Телегония предполагает, что признаки индивида наследуются не только от его родителей, но и от других самцов, от которых его мать имела предыдущие беременности Все подобные мнения – от наследования приобретенных признаков до телегонии – сейчас должны рассматриваться как суеверия. Они не основываются на экспериментальных исследованиях и не совместимы с известными нам механизмами наследственности».

В упомянутых выше книгах о «победе над разумом» полным-полно фантастических взглядов о ДНК как о «голограмме» с хаотическим использованием сложнейшей физической, генетической и молекулярно-биологической терминологии вперемешку с терминологией фантастической (торсионные поля, энергоматрица). Никакими практическими результатами «волновая генетика» не подтверждена и никакого «волнового перехода информации от предыдущих самцов на неопределимых приборами носителях» наукой не обнаружено.

Нет фактов, господа, просто-напросто НЕТ ни одного корректно проведенного эксперимента, который показал бы такой сверхчувственный перенос информации... Как теоретические законы генетики, так и генетически контролируемые эксперименты полностью отвергают явление телегонии. Все отмечавшиеся в старой литературе по селекции и практическими работниками-селекционерами случаи, указывающие на возможность телегонии, объясняются явлениями другого порядка. (Жypнaл «Дpyг»)

Итак, скрупулезно придерживаясь канонов, вернемся к вопросу в заголовке: кому же нужен этот миф? Очевидно, он очень удобен обскурантам – проповедникам патриархального отношения к женщине как к «инкубатору», который должен производить безупречное потомство, и невежественным любителям «непознанного», которым лень постигать традиционные науки, но нравятся квазинаучные теории в духе Василия Семибулатова, А.А.Выбегалло и старикашки Эдельвейса.