Некоторые поэтические наработки (и не только)

Костры не светят в темноте

Для тех, кто тонет в суете,

Не греют их своим теплом,

Не плавят дикой боли ком.

Разорваны все острова,

И не пробьётся здесь трава,

В развалинах немой души —

Осколки зла, беды и лжи.

Всегда готов будь сделать шаг,

Увидеть, как смеётся враг,

Позволь своей душе прозреть,

Не дай надежде умереть.

***

Спи и дальше, умирай,

В мёртвом эхе света тай,

Путь свой впредь не выбирай,

Золото души отдай.

Ты, распявший своё время,

Распростёр его в пыли,

Тщетно ищут ноги стремя,

Твой корабль на мели.

Полоса тугого света

Не ударит по глазам,

Не поймёшь судьбы совета,

Осквернишь свой дивный храм.

Время уходит в песок,

Душит надежды глоток,

Лечит нас только беда,

Холод и лезвие льда.

***

Ни спица, ни стан, ни широкая нить,

Ничто не останется в горнице гнить,

И время былое воротится вновь,

Причалит к брегам мирозданья любовь.

Разрушенный дом восстановит опять,

Кровавых мозолей оставив печать,

Вернутся деревни, леса и поля,

Вернутся, о жизни со страстью моля.

***

Рёв безумства, пляска ада
Выльются с пустого склада,
Сплав костей по рекам крови,
Страж у врат нахмурил брови.

По развилкам средь могил
Кто-то трупы разложил,
Пир бушует под горой,
Проклят и распят герой.

Ночь уродливых созданий,
В честь Аида возлияний,
Сменит всё рассвет кровавый,
Злой лакей преступной славы.

***

Я вижу солнце, неба синь,
Волнует запахом полынь,
Прозрачный воздух гулок, чист,
Прекрасен падающий лист.

И плещет жизнь вокруг меня,

Всё полно гордого огня,

Немыслим кажется мне гнёт

Камней немых, стальных тенёт.

Подёрнут дымкой долгий путь,

Немая радость рвёт мне грудь,

Азартно в жилах кровь бурлит,

Я светом изнутри залит.

***

Косой порез на пол-лица,

И я узнал бы подлеца,

Но был он ловко маской скрыт

Так, словно под землёй зарыт.

Три звена калёной стали

Нас от воли отделяли,

И рвались сердца ретиво,

Непокорно и строптиво.

***

Шершавый шлейф воспоминаний

Пробороздил мой бедный мозг,

И глянец красочных названий

Придал сему безумству лоск.

***

От ночного греха и обратно,

Обожание — это отвратно,

Красный дьявол любви оплетает

Мою душу, что мраком летает.

Задышать, словно сотни пылающих домн,

Растворяющих в страсти два тела,

Ты же знала, и можешь не врать мне потом,

Уверяя, что ты не хотела.

Бредил ночью сумасшедший,

Убеждал себя в любви,

Только дивы снизошедшей

Не дождёшься, не зови.

Гулять босиком по скалистому пляжу,

Носить на руках своих верных подруг,

Стирать с одиноких развалин их сажу,

Сводить многомильных дорог сизый круг.

***

Когда надо Мальдонадо,

Мы на старте видим гада,

Когда нужен нам Петров,

Наш болид вдруг не готов.

Первый русский в первых гонках,

Страсть, талант, огонь, азарт,

Вечно дело в чьих-то шпонках,

Не дают возглавить старт.

***

— ...А кто у нас вообще нормально играет? Не знаю никого.

— Почему? А эти наши? Андеграунд?

— Трэшеры? Да, про них я и забыл.

Так начали разговор ранним утром два умудрённых опытом музыканта консерватории, пианист и скрипач.

— Ты понимаешь, а ведь кто их слушает? Кто их знает? Затёртая шпана. Хотя и музыканты они виртуозные, и тексты злободневные, вскрывают все наши язвы... Но... ты понимаешь... этого всё-таки мало. Они, допустим, против наркотиков, против жестокости, но зачастую сами в это скатываются. Не выдерживают напора, который сами и нагнетают. Также и все их фанаты. Я слышал, что в одной группе басист напрочь отказался и от наркоты, и от спирта, и от курева. А что толку? Люди на их концерты всё равно приходят "угореть". Кого это меняет к лучшему? Рок слишком дискредитировал себя этим клише — sex, drugs, rock'n'roll.

— Да, всё-таки ты прав.

Странным образом слова эти оказались в тот же момент в голове того самого басиста, и к тому же отца-основателя одной очень влиятельной в городе банды. И только подумав, что всё — всё! — что он сделал, сочинил, сыграл, спел — ни на кого не повлияло, ничего не изменило, никого не сделало лучше, что всё его творчество понимают в извращённой форме... и, в конце концов, не фанаты даже виноваты... его охватило лютое отчаяние, захотелось выть волком... К чему тогда и зарок от наркоты, алкоголя, стремление стать лучше?..

В 12 часов дня гитарист и ударник этой группы, придя в вагончик, где одиноко жил басист, душа коллектива, обнаружили, как он висит на струнах, перетянутых вокруг горла... Повсюду валялись бутылки, кое-где был рассыпан белый порошок... Неизвестно, сколько он принял перед смертью.

...На похоронах собрались все имеющие отношение к андеграундной культуре и непосредственно к умершему басисту. Все были мрачны и молчаливы. Было сказано мало слов, но, пожалуй, их не стоило говорить вообще.

После этого случая многие группы по тем или иным причинам распались. Но те, что остались, как-то незаметно для себя изменили своё отношение и к себе, и к фанатам, и к музыке, которую они играли. И они всё же знали, что могут достучаться до сердец, и даже видели плоды своей музыки. А о конченых подонках, приходивших на их концерты в поисках угара они не думали - этот мусор всегда был и будет. Они знали, чего стоит их музыка.

***

В моих глазах дрожит реальность,

В моих руках дрожит рука,

Приняв прозренья гениальность,

Мы вечно смотрим свысока.

***

Искалеченные души,

Изуродованный мир,

Здесь никто не хочет слушать,

Заглушает грязный пир.

Ты преступность понимаешь,

Пьёшь спокойно реки лжи,

Но себя на том поймаешь,

Что в тебе уж нет души.

Где же чистые озёра

Тех живых прекрасных глаз?

Скоро ль выплывут из хора,

Частокола мёртвых фраз?

Жертва выпила отравы,

Видит всё глазами зла,

Полюбив тиски оправы,

Сердце даром отдала.

Все забыли про дорогу,

Солнце закопали в грязь

И сгноили понемногу,

И восстал уродства князь.

Но не верьте злому бреду,

Серый пепел сдуйте с глаз,

Верьте в чистую Победу,

Верьте, и поверят в вас.

Переплыв забвенья реку

И раздвинув глыбы стен,

Станет ясно человеку,

Что бессилен этот плен.

И простор умчится в вечность,

Воздух переполнит грудь,

Человек увидит солнце,

Начиная долгий путь.

***

I want to talk to someone,

I want to be with her,

I'll never be a blind one,

Her love will be the cure.

I'm falling into abyss

Instead of rising high,

My fate is like an actress,

Her role's to make me die.

My road to sun was ruined,

The sun itself was black,

It sank in darkest ocean,

I'll never get it back.