В качестве эпиграфа:

"УХОДЯ ОТ НАС, ТОВАРИЩ ЛЕНИН ЗАВЕЩАЛ НАМ ВЕРНОСТЬ ПРИНЦИПАМ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА. КЛЯНЕМСЯ ТЕБЕ, ТОВАРИЩ ЛЕНИН, ЧТО МЫ НЕ ПОЩАДИМ СВОЕЙ ЖИЗНИ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ УКРЕПЛЯТЬ И РАСШИРЯТЬ СОЮЗ ТРУДЯЩИХСЯ ВСЕГО МИРА – КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ!"

М. Вершинин МОСКВА-ПЕКИН

Русский с китайцем братья вовек.
Крепнет единство народов и рас.
Плечи расправил простой человек,
С песней шагает простой человек,
Сталин и Мао слушают вас.

Москва — Пекин,
Москва - Пекин.
Идут, идут вперед народы.
За светлый путь, за прочный мир,
Под знаменем свободы.

Слышен на Волге голос Янцзы,
Видно китайцам сиянье Кремля;
Мы не боимся военной грозы;
Воля народов сильнее грозы,
Нашу победу славит земля.

Москва — Пекин,
Москва - Пекин.
Идут, идут вперед народы.
За светлый путь, за прочный мир,
Под знаменем свободы.

В мире прочнее не было уз;
В наших колоннах ликующий Май.
Это шагает Советский Союз;
Это могучий Советский Союз,
Рядом шагает новый Китай!

Москва - Пекин,
Москва- Пекин.
Идут, идут вперед народы.
За светлый путь, за прочный мир,
Под знаменем свободы.

А. Жаров СТАЛИН - НАШЕ ЗНАМЯ

Нет на свете уголка такого,
Нет такого места на земле,
Где бы люди не слыхали слова,
Сказанного Сталиным в Кремле.

За Карпаты, за хребты Памира
Свет великой истины проник.
Ключевой, живой водою мира
За одним другой забил родник.

Миру прочный мир! — воскликнул Вроцлав.
Мир! — в Париже повторил эфир.
В Праге и в Нью-Йорке раздается
Крепнущий призыв борьбы за мир!

Небывалым штормом нарастая,
Он звучит повсюду, как набат.
Внес народ свободного Китая
В дело мира свой бесценный вклад.

И в Пекине выросла трибуна.
С высоты ее в дни торжества
Слышались в устах Мао Цзе-дуна
Сталинские мудрые слова...

Если силы жизни тесно слиты,
Силы братства объединены, —
Не посмеют слуги Уолл-Стрита
И не смогут развязать войны!

Лагерь мира возмужал с годами,
Слава солнцу и проклятье мгле...
С нами Сталин! Сталин — наше знамя.
Сталин — это мир на всей земле

НА КРАСНОЙ ПЛОЩАДИ

Когда мы думаем
        о Сталине,
стоящем
    на трибуне
        вечной,
мы слышим
    в сердце
        нарастание
любви
    и веры бесконечной.
Им создано
        все наше новое
в советской
        молодой отчизне,
им
    будущее
        отвоевано
для нас,
    для творчества,
        для жизни!
 

Я вижу,
    радуясь
        и празднуя,
Октябрь и Май —
        вершины года,
плывет Москвой
        на Площадь Красную
река советского народа.
И семьи
    тянутся
        по улицам,
и подымают выше
        знамя,
и праздничным Кремлем
        любуются,
и ищут
    Сталина
        глазами...
 

И так
    чудесно получается,
что взор за взором,
    ряд за рядом
его отцовский взгляд
        встречается
с народным
    благодарным взглядом.
И все глаза
    такие верные,
в них ясность
    и любовь простая.
Так смотрит
    делегат из Венгрии,
так —
        наши гости из Китая.
И посланный,
    наверно,
        многими,
так смотрит
    негр из Алабамы,
так —
    и вьетнамец
        с сердцем огненным,
с упрямо сжатыми губами.
Тут
    песней
        партия прославлена.
Тут
    сердце
        трудовой Отчизны.
Товарищи,
    мы видим
        Сталина,
мы видим
    солнце нашей жизни!

ИМЯ - ЗНАМЯ

Сталин!
    Снова,
        снова и снова,
в разных концах
    обширной земли,
от наших границ
    вблизи и вдали,
слышится
    это ясное слово.
Китайский рабочий,
    яванский повстанец,
французский шахтер,
    батрак итальянец,
негр в Алабаме,
    воин в Вьетнаме
несут это имя,
    как факел,
        как знамя.

Я в жизни объехал
    много стран.
Англию видел,
    знаю Иран,
был в Скандинавии, в Альпах.
            И всюду,
где трудно живется
        рабочему люду,
слово Сталин,
        как дружбы начало,
на всех языках
        сердечно звучало.

Его,
    на закате жизни короткой,
в тревожной и душной
        иранской ночи,
шептали,
        сжигаемые чахоткой,
маленькие ткачи.
В стране,
        где песни звучат, как рыданье,
толпой бандитов
        зажаты в кольцо,
то слово
    нефтяники в Абадане
бросали
    своим убийцам в лицо.
Шахтеры
    в шотландском городе Глазго
вложили в него
        надежду и ласку.
И тысячи лондонцев
        в светлом зале
навстречу этому слову
            вставали.
В Варшаве, в Констанце,
            в Пеште —
                        везде,
где счастье труда
        осенило людей,
над морем голов,
        над людскими колоннами,
знаменами,
        песнями окрыленными,
над звоном оркестров
    слова вырастали:
Нех жие Сталин!
    Трайаска Сталин!
        Елиен Сталин!

Мы знаем —
    в мире опять неспокойно.
Торговцы смертью
    планируют войны.
Но, разливаясь
    все шире и шире,
движенье за мир
    разрастается в мире.
И знают люди
    в каждой стране:
Сталин —
        это не быть войне!
Сталин —
        это свободно жить!
Сталин —
        это социализм творить!
И потому
        в просторах земли,
над Вислой,
    над Гангом,
        вблизи и вдали,
на разных наречьях,
    снова
        и снова,
слышится
        твердое, ясное слово —
                Сталин!