Личность Чеслава Немена, безусловно, является ключевой не только для истории польской популярной музыки, но и во всеобщей истории популярных жанров музыки той части Европы, которую ранее называли «странами народной демократии». К сожалению, лишь смерть этого необычного, оригинального и мощного музыканта подтолкнула к тому, чтобы в полной мере оценить масштаб его таланта и то, что было сделано Чеславом Неменом для мировой музыки.

Главный редактор журнала “Jazz Forum” Павел Бродовский, который в свое время выступал на сцене рядом с Неменом как бас-гитарист группы “Akwarele”, указывает на разгадку секрета таланта Немена: «Удивительный мир его звучаний и философии жизни возник в результате столкновения двух разных культур, даже в чем-то двух отличных цивилизаций: Востока и Запада, на стыке традиции и современности, музыки старой и новой, народной и городской, светской и религиозной, популярной и классической, джазовой и экспериментальной, акустической и электронной… Он был артистом Ренессанса, который пробивал границы стилей, высказывался в разных областях искусства. Инфантильную рок-музыку он перенес в иное измерение, привнеся в нее тексты из самых святых канонов великой поэзии».

Родился Юлиуш Выдржицкий (это его настоящее имя) на белорусской земле, в деревне Старые Василишки Лидского района 16 февраля 1939 года. Уже в возрасте 9 лет начал петь в хоре местного костела. В возрасте 19 лет, когда открылась «перспектива» отдать три года Советской Армии, отец Юлиуша, который во время войны находился в рядах Армии Крайовой, воспользовался приглашением тогдашнего коммунистического лидера Польши Гомулки и выехал с семьей в Польшу. Юлиуш Выдржицкий поступил в музыкальную школу Гданьска по классу фагота. На родине он побывал только в 70-ые. Увиденное настолько поразило его, что Юлиуш засветил фотопленку, на которой хотел запечатлеть с детства знакомые места, хотя до конца жизни очень тепло отзывался о Беларуси. Именно там и следует искать источники дальнейшей карьеры музыканта. Его отец был настройщиком фортепиано, сестра играла на многих инструментах. Кстати, и первая жена его была родом из тех же Василишек, но после нескольких лет совместной жизни в Гданьске они разошлись.

Собственно, с Гданьска и началась музыкальная карьера Немена, артистический псевдоним которого был придуман женой известного польского журналиста Франтишка Валицкого. То, что в те годы исполнял музыкант, владевший высоким, чистым и мощным голосом, абсолютным слухом, основывалось на музыке, которая лишь спустя лет 30 завладела всем миром. Пел Выдржицкий исключительно южно-американский репертуар, «латину». Но при этом его выступления, особенно в женской аудитории, вызывали приливы массового восторга, граничащего с истерией. И не было ничего удивительного в том, что вскоре его пригласили в состав популярной рок-н-ролльной группы “Niebiesko-Czarni”, куда, кстати, он и привел свою невесту Аду Русович, для которой написал, видимо, первые собственные песни. Именно в составе «Небеско-Чарных» в 1962 году Немен стал финалистом 1 фестиваля молодых талантов в Щецине, исполняя “Malaguena”. Интересно, что в составе этого коллектива Немен выступал несколько раз на сцене парижской «Олимпии», записывался во Франции, на опольском фестивале 1964 года пел “Nie badz taki Beatles”. Но тогда еще никто не мог предугадать, кем он вскоре станет: Немен был лишь одним из многих подающих надежды певцов молодой польской музыки, всего только исполнителем, но никак не творцом. Впрочем, этот период жизни и творчества был для Немена все же важным. Во-первых, он почувствовал в себе силы быть властителем дум. Во-вторых, начал писать песни ( “Czy mnie jeszcze pamietasz” , “Wiem, ze nie wrocisz”) , вследствие чего быстро понял, что и сам способен возглавить собственный проект. Так возникла группа “Akwarele”.

Уже тогда Чеслав Немен был заметной фигурой в польской популярной музыке. В начале 1967 года он проявил себя как настоящий лидер артистического проекта, умелый организатор, тонко чувствующий коллег и способный привлечь к сотрудничеству настоящих профессионалов. При этом был очень спокойным, выдержанным человеком, хотя практически все его выступления сопровождались как массовой истерией со стороны поклонников и фанатов, так и порой очень резкими высказываниями ответственных за идеологию партийных боссов и прессы. Не нужно забывать, что «чуждое влияние Запада», которое связывалось в конце 60-х прежде всего с популярной музыкой, было актуальным вопросом идеологии не только в СССР, но и в странах социалистического блока. Хотя, конечно же, в той же Польше идеологическое давление было несомненно слабее. Но Немена, в числе прочих эстрадных идолов, бичевали как за внешний вид, так и за исполнительскую манеру, которая уже вобрала в себя все актуальные приемы современной западной музыки. Тем не менее, еще в 1965 году государственная тарификационная комиссия запретила Немену публичные выступления, которые организовывала государственная же концертная фирма «Эстрада». Позже Немен стал выступать в роли своеобразной «палки», которую сунули во внешне спокойный эстрадный муравейник.

Можно только догадываться, как в такой ситуации в 1967 году ему позволили выйти на сцену национального фестиваля песни в Ополе и исполнить “Dziwny jest ten swiat” . Песня эта, достаточно декларативная по тексту , тем не менее, стала сенсацией и своеобразным лозунгом поколения, поскольку уж очень сильно отличалась от всего того, что звучало тогда с польской музыкальной сцены. А кроме того — наиболее знаменитой из всех, что были написаны и исполнены Неменом до того, как он резко изменил направление в своей музыке.

К этому периоду относятся лучшие песенные альбомы музыканта во главе с диском “Sukces” , а альбом “Dziwny jest ten swiat” стал первым в истории Польши «золотым».

Следует отметить, сколь быстро произошло это превращение. Буквально за три года «попсовый» Немен превратился в Немена-философа, а музыкальный его язык стал вовсе неузнаваем. Фаны оказались в тупике. А сам музыкант, открыв поначалу для себя, а потом — и для широкой публики классическую польскую поэзию, вывел польскую (и не только ее!) музыку на принципиально новые просторы. (Сам Немен, который в детстве обучался в нормальной советской школе, признавал, что любимым его поэтом был Лермонтов.)

Альбом “Enigmatic” , изданный в 1970 году, принес ряд принципиальных новшеств. Во-первых, резко изменился «формат»: вместо привычных по продолжительности песен он предлагал не только развернутые композиции с нетипичными построениями, но и масштабную фреску — “Bema pamieci zalobny rapsod” на стихи тогда призабытого польского поэта Циприана Норвида . Во-вторых, вместо привычных ранее для песенно-рокового репертуара музыкантов Немен пригласил к сотрудничеству ряд известных уже тогда в Польше джазовых музыкантов — саксофониста Збигнева Намысловского , барабанщика Чеслава «Малого» Бортковского , тенориста Михала Урбаняка . Этот союз с музыкантами из другой, в общем-то, сферы исполнительства был продиктован кардинальным изменением музыкального языка, укрупнением форм композиций, когда в них проявлялось пространство для импровизации. В-третьих, впервые в польской популярной музыке авторами текстового материала для песен стали представители в первую очередь классической польской поэзии, прежде всего Циприан Камиль Норвид. Кстати, пел Немен и на стихи Сергея Михалкова ( «Pokoj» ), планировал записать программу на стихи Сергея Есенина.

А вот с классиком польской поэзии Ярославом Ивашкевичем случился казус. В 1979 году, после исполнения на фестивале в Сопоте песни “Nim przyjdzie wiosna” на стихи этого любимого тогдашним коммунистическим лидером Польши Эдвардом Гереком поэта, Немен был обвинен оппозиционно настроенной к власти интеллигенцией в конъюнктуре. Масла в огонь добавил и тот факт, что в этом же году Чеславу вручили награду Председателя Совета Министров 1-й степени за творческие достижения в области композиции и интерпретации. Правда, песни на стихи Ивашкевича он исполнял и раньше, а на чьи-то различного толка высказывания обращал уже мало внимания. Тем более что упомянутая выше песня стала одной из лучших в его творчестве вообще.

Многие не без основания считают, что альбом “Enigmatic” стал лучшим не только в дискографии Немена, но и в истории польской рок-музыки вообще. «Моим идеалом было б создание музыки, которая находилась бы на стыке музыки популярной и академической», — поделился музыкант своими устремлениями в одном из интервью, которых, чем дальше, тем меньше удавалось у него взять…

В начале 70-х слава Чеслава Немена вышла далеко за границы Польши. Интерес к тому, что он пишет и исполняет, проявили и крупные издательские фирмы Запада. Так, немецкий филиал “CBS” выступил с инициативой издания альбома «Русские песни». На самом деле среди русских оказались и украинские песни. Трудно поверить, что, познакомившись в детстве с этими песнями, он не знал белорусских. Тем не менее, на изданном в 1973 диске году белорусских не было. Сам же альбом получился достаточно интересным. Это были действительно любимые песни Чеслава Немена: «Выхожу один я на дорогу» , «Бродяга» , при этом все партии многоголосия он записал сам, чем поразил немецких звукорежиссеров. Кстати сказать, песня эта на самом деле называется "По диким степям Забайкалья", а вот ее рок-версия, сделанная Неменом еще в 1968 году, действительно называлась "Бродяга", то есть Wloczega .

В творчестве музыканта в отличие от ранних соул-ориентированных работ начали преобладать прогрессивные веяния. Смена стиля потребовала и смены сопровождающего состава, и теперь команда артиста, состоявшая из будущих членов "SBB", называлась просто "Niemen". Новый коллектив много гастролировал у себя на родине, делал вылазки в Германию, Чехословакию, Финляндию и Венгрию, а также стал участником церемонии открытия Олимпийских Игр в Мюнхене.

В этот период Чеслав записал для фирмы "CBS" несколько англоязычных пластинок. В 1974-м Немен собрал очередной проект, "Aerolit", с которым выпустил джаз-роковый альбом. Новая команда распалась очень быстро, и следующий диск музыкант записывал практически в одиночку. Если звучание "Katharsis" было чисто электронным, то работа 1978 года "Idee Fixe" являлась разноплановой. Здесь можно было услышать и фольклорные стилизации, и электронный авангард и фанк и многоуровневые импровизации. К концу 70-х гастрольная деятельность артиста сильно сократилась. Лишь в 1978-м Немен с джаз-роковой группой "Laboratorium" посетил Индию, а в 1980 провел турне по Штатам. Диск "Postscriptum", выпущенный против воли музыканта, как бы подводил черту большого этапа его творческого пути.

В 80-х Чеслав основательно окопался в своей студии, экспериментируя с электронными звуками, а затем увлекся компьютерной графикой. Перед тем как исчезнуть из поля зрения на долгое время Неман выступил на концерте "Old Rock Meeting", посвященном 25-летию польского рока, и в 1989-м выпустил альбом "Terra Deflorata". Последняя работа музыканта вышла в свет в 2001-м. 17 января 2004 года Чеслав Немен скончался от рака.

Известный польский журналист Марек Гашиньски на страницах журнала “Jazz Forum” пишет: «А что он дал нам сам? Дал нам то, что мы получили возможность общаться с кем-то лучшим нас самих, что в этом удивительном мире всегда существовал этот моральный авторитет, каким был он, дал нам образец твердого человека, неуступчивого, не гнущегося, идущего против ветра, показал, что лучше дарить, чем отбирать, поскольку в годы, когда всем хочется прибрать к рукам, он предпочитал одаривать. Он дал нам столько радости, но столь же часто подсказывал нам размышлять — хотя бы о том, что время уплывает подобно реке, что все больше у нас остается позади, и все больше мы приближаемся к такому дню, как этот».

Правила комментирования блога otello.gorod.tomsk.ru