Большая грызня. Как умирает постиндустриальное общество

Автор: Михаил Хазин

Я уже как-то писал (правда, не помню, где), что современное общество несёт в себе крайне тяжёлое противоречие: само по себе оно устроено сложно («постиндустиально»), система управления в нём устроена по феодальному принципу (жёсткая вертикаль и принцип «вассал моего вассала — не мой вассал»), а элита вообще устроена по родоплеменному принципу. В результате всё время создаются разные проблемы, которые так или иначе приходится преодолевать.

Одним из способов преодоления в последние десятилетия являлось резкое расширение числа богатых людей — финансовой элиты (не путать с реальной). За счёт модели «рейганомики», стимулирования кредитования и эмиссии удалось увеличить количество богатых людей примерно в 10 раз по сравнению с нормальным количеством, которое может выдержать экономика, находящаяся в равновесном состоянии. Это позволило сильно уменьшить деструктивную активность талантливых и деятельных людей, которых в норме допустить до «кормушки» было невозможно, поскольку она просто недостаточно велика.

Беда состоит в том, что все легенды о динозаврах о том, как можно «быстро сделать деньги» и «войти в элиту», постепенно начинают сходить на нет. Причём последнее вообще никогда не реализовывалось — в родоплеменную элиту можно войти только через кровь, то есть через брак. И никак иначе. Реальная роль нуворишей — это прислуга для элиты, и это уже постепенно становится заметно, а дальше будет заметно ещё больше. Стать богатым последние десятилетия действительно было можно — но отныне, судя по всему, такого безобразия не будет. Более того, значительная часть богатых (разумеется, «новых» богатых, но от этого не легче, поскольку совокупно их уже сильно больше, чем «старых») перестанут таковыми быть, что сильно их расстроит.

Собственно, элитам — что сегодняшним, что во все времена — абсолютно наплевать на судьбы этих нуворишей. Все их проблемы — их личное дело. Проблема в другом. На протяжении многих десятилетий потенциальным бунтарям показывали то направление, куда они должны идти. И не просто направление, но и результат движения других туда же. То есть появление колоссального количества финансовых нуворишей было механизмом снижения социальной и управленческой напряжённости. Грубо говоря — если есть возможность заработать много денег, никто не спрашивает, чем там занимается реальная элита … Ну, или совсем примитивно: западным «навальным» дали возможность столько заработать на воровстве леса, что они просто забыли про свои «распилы». Им стало не до того.

Такая ситуация продолжалась несколько десятилетий — и вдруг закончилась. И сразу возникает как минимум два вопроса. Первый — что делать с теми, кто активный, но ещё не богатый? Куда его толкать? В фашисты? В коммунисты? В ваххабиты? Все три варианта крайне опасные для власти и элиты, а альтернативы не видно. Но и второй вопрос не проще. Что делать с теми активными и уже умелыми, кто пока ещё богатый, но в силу обстоятельств таковым скоро быть перестанет? При этом у него ещё много ресурсов, и он прекрасно понимает, что происходит. Ну, во всяком случае, понимает те угрозы, которые относятся к нему лично…

Отметим, что самый простой способ решить проблемы этих «нуворишей» — это войти в реальную элиту. Беда в том, что массово его осуществить невозможно: мест там нет, да и не покупаются эти места деньгами. Поэтому возникает естественная идея эти элиты сменить — как в России/СССР в 1917 и 1991 годах. Сразу освобождается масса мест, которые можно занять. Разумеется, в нормальной ситуации «нувориши» не контролируют аппарат управления и ничего «такого» сделать не могут, но в условиях нынешнего кризиса ситуация меняется принципиально. Грубо говоря, используя активность тех, кто потерял все надежды на будущее (в том числе и тех, кто уже стал ваххабитом или фашистом), нувориши могут попытаться свалить современное государство и его элиту. Под предлогом того, что они допустили колоссальный кризис, с которым не знают что делать.

Вот это и есть, с моей точки зрения, главная опасность для современной элиты. Поскольку та общественная группа, которую они вырастили вначале для борьбы с СССР, а потом поддерживали для канализации общественной активности, становится постепенно её злейшим врагом. По той банальной причине, что сохраниться в рамках возврата экономической системы в равновесное состояние она не может в принципе. Но и потерять то, что имеет, она тоже не может, это тот случай, когда смириться невозможно.

На всякий случай я ещё раз объясню, почему считаю, что никакой договорённости быть не может. За последние десятилетия доля общей прибыли, которую перераспределяет в свою пользу финансовый сектор, выросла как минимум в 5 раз — с 10 до 50%. По мере развития кризиса она упадёт в лучшем для финансистов случае до тех же 10% (скорее — даже больше). А сама экономика упадёт в развитых странах в два раза, что означает, что в абсолютном выражении финансовый сектор сократится на порядок. В 10 раз. Сколько в нём останется людей, которые смогут поддерживать уровень жизни выше среднего? И куда денутся все те, кто сегодня обеспечивает роскошное потребление?

Мне кажется, что именно этот конфликт — элиты и выращенных за последние десятилетия «нуворишей» — станет базой для разрушения и современного Западного общества, и всей либеральной идеологии. Кстати, технически это будет похоже на конфликт в Российской империи начала ХХ века, в которой реальной причиной всех трёх революций, скорее всего, стал иностранный (британский) капитал, проникший на территорию страны после реформ Витте. Я пока не вижу, как можно было бы этого конфликта избежать, поскольку альтернативой либералам-нуворишам могло бы стать традиционное общество (как, кстати, это и было в России), однако оно так активно разрушалось последние годы, что консолидировать его будет трудно. Во всяком случае, попытки Ватикана что-то сделать пока нарываются на жёсткое противодействие либералов (во Франции католическую церковь чуть ли не террористической организацией собираются объявлять). Кстати, это почти автоматически переводит консервативный протест либерализму в крайне жёсткие формы, в первую очередь — исламские.

В общем, я, конечно, не настаиваю на своём понимании конфликтов в современном обществе, но мне кажется, что описанная выше проблема является одной из главных.