День Лейтенанта Бейли-Лэнда

Татьяна Волкова 11.03.2014

Как скучно. Нет, не жить, а читать новости. Перед началом Олимпиады в Сочи я писала у себя в блоге об отставке посла США: «что бы ни произошло во время Олимпиады в Сочи теперь не послужит причиной отъезда посла — ведь о своём отъезде он объявил заранее. С другой стороны если всё пройдёт совсем гладко, например, сорвётся не начавшись, то и сын может передумать». В Сочи у американцев всё сорвалось не начавшись, и теперь сын его превосходительства, видимо, передумал и готов учиться в России. Во всяком случае, отставной посол Макфол теперь чувствует ответственность за то, что происходит на Украине, и это чувство заставило его попросить о восстановлении в должности. При этом он поведал слушателям, что у США есть план на «крайне катастрофичный сценарий» по Украине. 

Этот «крайне катастрофичный сценарий» по Украине уже заботливо подготовлен в США. Не думаю, что нынешние киевские власти рискнули бы проводить не согласованную с посольством на улице Сикорского мобилизацию — а она проводится. В сторону Крыма перебрасываются даже недоучившиеся курсанты украинских военных училищ. «Я не знаю, зачем и кому это нужно, кто послал их на смерть недрожавшей рукой»... 

Однако благородное дело требует жертв, а что может быть благороднее, чем предотвратить общенародный референдум меньшинства, считающего (и не без оснований, взять хотя бы закон о языке) себя угнетённым? 

Президент Обама уже объявил предстоящий плебисцит «незаконным». Это высказывание, разумеется, не несёт никакого юридического смысла, и употребление слова «незаконный» в данном контексте можно отнести, пожалуй, к лишь эмоциональной стороне вопроса или к излишней экзальтированности говорящего. Вряд ли бакалавр искусств (по нашей старой классификации обладатель незаконченного высшего образования) Барак Обама представляет себе суть понятия «юридическая коллизия».

Однако похоже, что в данном случае и коллизии-то никакой нет: в соответствии с принципами международного права принцип территориальной целостности применим исключительно к государствам, обеспечивающим равноправие проживающих в них народов и их свободное самоопределение. Обеспечивает ли Украина равноправие, в частности, языковое, проживающих в ней народов, и в чём выразится свободное самоопределение народа Крыма — не бином Ньютона даже для президента Обамы. Если настаивать на абсолютности принципа интегритета, то закономерно возникнет множество вопросов, например о законности отделения самой Украины от СССР — или от России. Вряд ли можно считать формулировку «Ой, Богдане, Богдане, славний наш гетьмане, на-що віддавъ Україну москалям поганим?!» правовым основанием.

Я не призываю обсуждать сейчас Беловежские соглашения, хотя их законность вызывает гораздо больше сомнений, чем крымский плебисцит. Так или иначе, если всенародный опрос населения Крыма действительно вызывает сомнения с точки зрения его юридической чистоты, то добросовестный международный посредник обязан предложить соответствующие меры для обеспечения законности и прозрачности, такие как направление наблюдателей. Не военных наблюдателей ОБСЕ, стремящихся воспрепятствовать российскому вмешательству, а гражданских наблюдателей на референдум, чтобы со всей чистотой и прозрачностью установить истинное демократическое волеизъявление крымчан. Не сомневаюсь, что подобное предложение было бы встречено с пониманием как с крымской, так и с российской стороны, а его имплементация способствовала бы разрядке напряжённости.

Приличные люди Украины также поддержали бы свободное волеизъявление крымских народов, каким бы оно ни было. К сожалению, сегодня на Украине небезопасно быть приличным человеком. Когда сторонники «Евромайдана» обмениваются приветствием «Слава Україні — Героям Слава», они в первую очередь имеют в виду официально объявленных Героями Украины Степана Бандеру и Романа Шухевича. Эта традиция предусматривает дальнейшее развитие в «Слава Україні! Вождеві слава!».

Речь идёт, в соответствии с учением тех же Бандеры и Шухевича, о бессменном вожде, фюрере украинского народа, отвечающем только перед богом и собственной совестью, тогда как подчинённый ему народ обязан без колебаний идти на любое преступление, каким кровавым оно бы ни было — что было неоднократно доказано бандеровцами, в частности, при проводившемся ими геноциде галицийских поляков. В свете охвата Украины этой распространяющейся как степной пожар идеологией и следует рассматривать стремление крымчан отгородиться своеобразным брандмауэром.

Тем не менее так и не поступившее ни от США, ни от Европы предложение об адекватном международном решении крымской проблемы упало бы на плодородную почву. Я не знаю, каковы планы Путина в отношении Крыма, однако идея присоединения Крыма к России, несомненно, обладает в глазах любого человека, «умеющего читать разведывательные донесения», кроме определённых преимуществ, также рядом несомненных изъянов. Можно по-разному относиться к нынешнему президенту России, однако здорового оппортунизма у него не отнимешь, и он несомненно пошёл бы на урегулирование, устраивающее всех, кроме оголтелых нацистов как с нашей, так и с украинской стороны.

Почему же большая часть нашей интеллигенции и не пытается думать о конструктивном решении проблемы, предпочитая окапываться в экзотических логических построениях, не обладающих ни единым шансом на получение народной поддержки? Почему казалось бы приличные люди теперь нам рассказывают, будто нынешние герои Украины Бандера и Шухевич не были нацистами, а всего лишь фашистами (этого отрицать не приходится, они объявили себя фашистами задолго до переговоров о сотрудничестве с гитлеровцами) — хотя в реальности они были как фашистами, так и нацистами, каковыми и является большинство их нынешних последователей.

Я не говорю о тех украинцах, которые искренне протестовали против коррумпированного правления Януковича — их уже отринули как отработанный материал те, кто ставит перед собой идущие гораздо дальше задачи. Я спрашиваю почему наша интеллигенция так легко освободилась «от отягощающих ограничений разума, от грязных и унизительных самоистязаний химеры, именуемой совестью и моралью, и от претензий на свободу и личную независимость».

Этот вопрос в очередной раз возвращает нас обратно в СССР, где США были единственным светом в окошке оппозиции. Сегодня мечты о термоядерном огне, в котором сгорят те города, где живём мы, наши и их друзья и близкие, обуревают множество наших бывших соотечественников, оказавшихся по ту сторону украинской границы. Я нисколько не преувеличиваю, достаточно бегло просмотреть украинские блоги и комментарии в Интернете.

Наша интеллигенция не освободилась от разума, совести и морали. Они просто заменили всё это последним выступлением очередного чина в Пентагоне и последним комментарием CNN. Более того, им даже не требуется это читать, смотреть и слушать. Они интуитивно и абсолютно искренне угадывают верные ответы. Достаточно составить список тех, кто поддержал право чеченского народа на самоопределение вплоть до отделения. Это — до единого — те же люди, которые наиболее активно выступают против права на самоопределение народов Крыма. Однако причин для беспокойства нет: когда крымчане решат присоединиться к России, эти люди первыми поддержат их право на отделение — но от России.

Никто им за это не платит. Они совершенно искренни. Все они читали Оруэлла, знают о двоемыслии, и презирают тех, кто им страдает. Сами они двоемыслием не страдают, напротив, они им совершенно бескорыстно наслаждаются.

Я не страдаю эйджизмом и последовательно выступаю против дискриминации людей по возрасту, равно как и по прочим подобным признакам. Однако, поскольку так уж сложилась судьба наших последних поколений, не пришло ли время поискать идеологов оппозиции не в среде «антисоветских советских» людей, а среди тех, кто чуть адекватнее воспринимает окружающую, очень непростую действительность?