Патриарх Кирилл объявил о финале атеистической системы образования.

Государственное финансирование теологического образования является «символическим финалом» атеистической системы образования в России. Об этом на заседании Высшего церковного совета Русской православной церкви заявил патриарх Кирилл, передало 28.02.2018 г. РИА Новости.

«Необходимо, чтобы у людей не оставалось сомнений в том, что теология правомерно включена сегодня в систему научных знаний», — отметил он.

1. 



Религиозное образование, по словам Кирилла, требуется не только будущим служителям церкви, но и студентам светских вузов. «Это может показаться парадоксом, но теологическое образование неизбежно расширяет кругозор и учит уважительному отношению к представителям иных культур», — подчеркнул патриарх.

Поддержка церковных учений не мешает государству, по мнению главы РПЦ, оставаться светским. «Государство поддерживает теологию, как и любую другую область научного знания, — пояснил Кирилл. — Теперь вопрос: а зачем нужна теология? В науке этот вопрос звучит не менее абсурдно, чем вопрос, зачем нужна психология или философия».

Высшая аттестационная комиссия  признала  теологию научной дисциплиной в 2015 году, а в июне 2016 года  состоялась  защита первой кандидатской диссертации. Ее автором был декан богословского факультета Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ) протоиерей Павел Хондзинский.

2. Протоиерей Павел Хондзинский.



Он первым в истории современной России защитил диссертацию по теологии, которая с недавних пор включена в список научных дисциплин наряду с биологией, химией и физикой.

«Лента.ру» побеседовала с отцом Павлом о том, как его работу встретили в российском научном сообществе.

… «Лента.ру»:  Необходимым признаком науки принято считать воспроизводимый эксперимент. Как с этим в теологии?

Ответ: Теология, как большинство гуманитарных наук, так или иначе, имеет дело с текстами. Своеобразие теологии лишь в ее точке зрения на эти тексты. А работа с ними ведется с применением общих для всех гуманитарных наук методик: герменевтика, компаративистика и так далее. В евангельских текстах филолог будет изучать отразившуюся в них языковую среду, историк будет выяснять, в каком историческом контексте они возникли и какие признаки исторической реальности в них присутствуют, а теолог будет смотреть на них как на тексты, фиксирующие откровение Божие…

3. Протоиерей Павел Хондзинский во время защиты диссертации. 



… «Лента.ру»: Каково ваше отношение к Книге Бытия и описанному там процессу сотворения мира — с позиции современного человека?

Ответ: Для меня это книга Священного Писания, запечатлевшая откровение Божие, данное человеку. Дальше — и это уже говорили до меня — скажу, что эта книга не ставила перед собой задачу дать научную картину мира. Были у нее другие задачи.

Вообще, тезис о том, что научное знание обязательно противоположно Откровению, то там, то там дает сбой. Например, раньше часто звучал упрек: как это, в начале – был свет, а солнце появилось только на четвертый день? А современные физики теперь, насколько я знаю, утверждают, что начальное вещество Вселенной — это фотоны, то есть свет.

В любом случае, я думаю, не задача теологии решать, правы они или нет…

4. На кафедре теологии в Московском инженерно-физическом институте.



… «Лента.ру»: Однако, согласитесь, сам факт появления кафедр теологии в наших светских вузах выглядит несколько странно. «Не можете разобраться в квантовой механике — не беда, мы предложим вам упрощенную картину мира...»

Ответ: Я считаю невозможным возвращение в Средневековье. Люди сами себя пугают, и этот страх выражается в агрессии. На Западе существование теологии в общем научном поле не пресекалось, как у нас, и это не остановило прогресс. Напротив, наличие большого числа специфических точек зрения позволяет человеку получать более объемные, а значит — более реальные знания. В первую очередь — о себе самом.

… «Лента.ру»: Вы же могли защититься по религиоведению или истории. Почему решили стать первым кандидатом теологии, принять на себя удар критиков?

Ответ: Сразу после защиты меня спросили, чувствую ли я себя первопроходцем, и я ответил, что скорее чувствую себя человеком, который головой пробивал стену. Хотя следует сказать, что стена была пробита до меня. Наш университет — это первое учебное заведение Русской православной церкви, получившее государственную аккредитацию. Нам первым научные степени в этом смысле и понадобились, потому что они нужны для той же самой аккредитации, для отчетов по науке, и здесь речь идет не столько о формальных показателях, сколько о возможности полноправно присутствовать в общественном научном пространстве. Мы последовательно били в эту стену — это было наше общее дело, поддерживаемое, конечно, и всей церковью.