Отголоски Второй мировой - женщины, родившие от оккупантов.

Мариинск | 14 марта 2019 г. |

История | 6580 просмотров | 10 баллов ?

Вторая мировая война для большинства населения победивших стран закончилась весной 1945 года. Но среди граждан стран-победительниц были люди, которые еще долгое время несли на себе ее бремя. Речь идет о женщинах, замеченных в сексуальных связях с немцами, а также о детях, рожденных от захватчиков.

Советский подход.

В СССР не проводили никаких публичных судов над “немецкими шлюхами” наподобие европейских.

1. Вера Глаголева, ее лента «Одна война». В центре сюжета ленты – пять женщин, сосланных за связи с немцами.

2. Дети, рожденные от оккупантов, живут с мамами на Ладожском озере.

Кремль не выносил сор из избы – он действовал проверенным методом: арест и ссылка. Повод долго не искали – власти рассматривали всех жителей оккупированных территорий как виновных априори.

Партийное руководство однозначно признало женщин, имевших сексуальные связи с нацистами, проститутками и предательницами. Так, циркуляром НКВД СССР от 18 февраля 1942 года «Об организации оперативно-чекистской работы на освобожденной территории» начальникам региональных и линейных управлений НКВД предписывалось начинать свою работу на освобожденных землях с арестов ранее выявленных ставленников и активных пособников немцев.

Позднее, в конце апреля 1943-го, в совместном приказе наркомов внутренних дел, юстиции и прокурора СССР прозвучало указание активнее применять репрессивные санкции к женщинам, уличенным в добровольных интимных или близких бытовых отношениях с личным составом Вермахта или чиновниками немецких карательных и административных органов. Чаще всего таких пособниц наказывали тем, что отбирали у них детей.

Но могли и расстрелять без суда и следствия, причем буквально сразу же, по приходе советской власти.

Например, в рапорте представителя гитлеровского министерства восточных территорий при группе армий Юг сообщалось о том, что в секторе Славянск- Барвенково-Краматорск-Константиновка (восток Украины) весной 1943 года, на следующий же день после освобождения этого района Красной Армией, представители НКВД провели массовые аресты.

Задерживали прежде всего тех, кто служил в немецкой полиции, работал в оккупационной администрации или прочих службах. Кроме того, женщин, имевших половые связи с немцами, беременных от оккупантов или имевших от них детей, убивали на месте вместе с малышами. В целом, согласно немецким документам, тогда уничтожили около 4 тыс. человек.

А в одном из докладов Абвера, немецкой военной разведки, значилось: после неудачной попытки освобождения Харькова, предпринятой Красной Армией в 1942 году, за то недолгое время, пока город был в руках советской стороны, погранвойска НКВД расстреляли 4 тыс. жителей.

“Среди них много девушек, друживших с немецкими солдатами, и особенно тех, которые были беременны. Достаточно было трех свидетелей, чтобы их ликвидировать”, – говорится в докладе.

О судьбах детей, рожденных советскими женщинами от оккупантов, практически ничего не известно. Редкие архивные данные и свидетельства очевидцев говорят о том, что в СССР с ними обращались довольно гуманно. Как минимум против них никто не вел никакой целенаправленной работы. Большинство “детей войны”, судя по всему, получили образование, работу и прожили нормальную жизнь.

Единственным официальным документом, свидетельствующим, что власти думали о том, как быть с немецкими детьми, стало письмо Ивана Майского, известного советского историка, заместителя наркома иностранных дел.

24 апреля 1945 года Майский вместе с группой депутатов Верховного Совета СССР направил послание советскому лидеру Иосифу Сталину. В нем историк обратил внимание вождя на “один небольшой вопрос” – детей, родившихся на оккупированной Германией территории “вследствие добровольного или принудительного сожительства советских женщин с немцами”. Майский писал, что общее число таких малышей установить трудно, но по некоторым данным можно говорить о тысячах немчат.

“Что делать с этими детьми? Они, конечно, не ответственны за грехи своих родителей, но стоит ли сомневаться, что если немчата будут жить и расти в тех семьях и в той обстановке, в которой они родились, то существование их будет ужасным?” - спрашивал Сталина чиновник.

Чтобы разрешить проблему, Майский предложил забрать немчат у матерей и распределить по детским домам. Причем во время приема в детдом ребенку нужно дать новое имя, а администрация заведения не должна знать, откуда к ним поступил новый воспитанник и чей он.

Но если письмо Майского к Сталину сохранилось, то ответ вождя народов неизвестен, как неизвестна и какая-либо реакция Кремля на послание.

Если «немецкие дети» в СССР не документировались, и, судя по всему, судьбы их, в большинстве своем, ничем не отличались от судеб их сверстников, то на Западе немчатам порой приходилось несладко: в Норвегии их, к примеру, насильно заключали в дома для душевнобольных.

После освобождения оккупированных Германией территорий европейских государств тысячи женщин, состоявших в личных отношениях с немецкими солдатами и офицерами, были подвержены унизительным и жестоким экзекуциям от рук своих сограждан.

Европейский подход или Как "мужественные" французы расправлялись с "пособниками" немецко-фашистских оккупантов.

Во Франции преследование таких женщин началось еще в годы войны, когда французское Сопротивление вело подпольную борьбу с оккупантами. Подпольщики распространяли среди населения листовки с таким текстом: “Француженки, которые отдаются немцам, будут пострижены наголо. Мы напишем вам на спине – Продались немцам….»

От слов участники Сопротивления быстро перешли к делу. По данным историков, с 1943 по 1946 г. в стране остригли наголо за “горизонтальный коллаборационизм”, как с насмешкой называли французы сексуальные связи с оккупантами, более 20 тыс. женщин.

Происходили подобные “суды Линча” так: вооруженные подпольщики врывались в дома и силой вытаскивали оттуда провинившихся женщин, вели их на городские площади и стригли. Наказания и унижения были тем сильнее, что проводились публично, на глазах у родных, соседей и знакомых. Толпа смеялась и аплодировала, после чего, посрамленных водили по улицам, иногда даже голыми.

Бритье головы было, по сути, легкой формой наказания. Некоторым “подстилкам” рисовали краской свастику на лице или даже выжигали соответствующее клеймо. А кое-кому из них приходилось выдерживать жестокие допросы, сопровождаемые избиениями, когда из женщин выбивали детали их сексуальной жизни.

После волны издевательств над “подстилками для бошей” большую часть этих женщин приговорили к заключению. По постановлению правительства от 26 августа 1944 года примерно 18,5 тыс. француженок были признаны “национально недостойными” и получили от шести месяцев до одного года тюрьмы с последующим понижением в правах еще на год.

Нередко блудниц расстреливали, а порой и они сами, не выдержав бремени остракизма, сводили счеты с жизнью.

3.

Очевидец тех событий: «Мимо нас под аккомпанемент ругани и угроз медленно ехал открытый грузовик. В кузове было около дюжины женщин, все – с обритыми наголо головами, низко опущенными от стыда». Кадры хроники – олицетворение этих слов.
Зачастую на бритье головы не останавливались, рисовали краской свастику на лице или выжигали клеймо на лбу.
Они были признаны «национально недостойными», многие получили от шести месяцев до одного года тюрьмы с последующим понижением в правах еще на год. В народе этот последний год называли «годом национального стыда».

Схожей была судьба норвежских “немецких шлюх” (tysketoser). После войны таких в Норвегии насчитали более 14 тыс., из которых 5 тыс. человек осудили на полтора года тюрьмы. Их тоже публично унижали – раздевали, обмазывали нечистотами.

В Нидерландах после 5 мая 1945 года во время уличных самосудов убили около 500 “девушек для фрицев” (moffenmaiden). Других уличенных в связях с оккупантами женщин собирали на улицах, раздевали и обливали нечистотами или ставили на колени в грязь, брили волосы или красили головы в оранжевый цвет.

Невинные жертвы.

Не легче была жизнь детей, рожденных от немцев. Историки до сих пор не могут четко определить, сколько “детей оккупации” появилось в разных европейских странах. Во Франции считается, что местные женщины родили от немцев 200 тыс. малышей, в Норвегии – от 10 тыс. до 12 тыс.

В некоторых странах неприятие “детей оккупации” подогревалось властями. Например, в Норвегии 90 % “немецких ублюдков” (tyskerunge), или “нацистской икры” (naziyingel), объявили умственно неполноценными и отправили в дома для душевнобольных, где они содержались до 1960-х годов. Позже норвежский Союз детей войны заявил, что “недоумков” использовали для испытания медицинских препаратов.

Лишь в 2005 году парламент скандинавской страны принес официальные извинения этим невинным жертвам войны, а комитет по юстиции утвердил им компенсацию за пережитое в размере 3 тыс. евро. Сумма могла быть увеличена в десять раз, если пострадавшие предоставят документальные подтверждения того, что они столкнулись с ненавистью, страхом и недоверием из-за своего происхождения.

Последняя норма вызвала возмущение у местных правозащитников, справедливо указавших, что трудно доказать побои, обидные прозвища и прочее, если это происходило много лет назад и часть действующих лиц уже умерли.

Во Франции к “детям бошей” изначально отнеслись лояльно. Меры воздействия ограничились запретом для них изучать немецкий язык и носить немецкие имена. Конечно, не всем им удалось избежать нападок со стороны сверстников и взрослых. Кроме того, от многих таких малышей матери отказались, и они воспитывались в детдомах.

В 2006 году “дети бошей” объединились в ассоциацию Сердца без границ. Создал ее Жан-Жак Делорм, чей отец был солдатом Вермахта. Сейчас в организацию входят 300 членов.

“Мы основали эту ассоциацию, поскольку французское общество ущемляло наши права. Причина – мы были франко-немецкими детьми, зачатыми во время Второй мировой войны. Объединились мы для того, чтобы совместно заниматься поиском наших родителей, помогать друг другу и провести работу по сохранению исторической памяти. Почему сейчас? Раньше это было невозможно сделать: тема оставалась табу”, – рассказал в одном из интервью Делорм.

К слову, с 2009 года в Германии действует закон, согласно которому дети, рожденные во Франции от солдат Вермахта, могут получить немецкое гражданство.

5.

6.

7.

8.

9.

10.

11.

12.

13.

Огромная популярность таких наказаний, равно как и ритуалов, их сопровождавших, видимо, указывает на глубокую потребность освобожденных людей выразить свое отвращение к коллаборационизму. Историк Петер Новик, который провел первое объективное исследование этого периода во Франции, подчеркивает, что обрезание волос у женщин давало местному населению выход эмоций, который помог предотвратить широкое кровопролитие более серьезных коллаборационистов, словно эти женщины явились «жертвоприношением».

Часто первые недели после освобождения зрелище обритых женщин на рыночной площади приводило к заметному спаду напряжения в данной местности и уменьшению кровопролития в отношении других предателей. В то время как некоторые историки ставили под вопрос эту точку зрения, такое обращение с женщинами, несомненно, объединило местное население как относительно безопасная и временная форма насилия; это был единичный акт мести, в котором все могли принять участие.
Сейчас такую практику можно рассматривать как позорный эпизод в истории Европы, но в то время это все делалось с гордостью. Газеты Сопротивления в 1944 г. описывают праздничную атмосферу, царившую на процедурах ритуального обрезания волос, при которых толпы народа спонтанно распевали патриотические песни. По крайней мере, в одном районе Франции местные жители подарили людям, проводившим эту экзекуцию, ножи и опасные бритвы в качестве сувениров на память об их работе.

В Дании и Голландии сочетание уязвленной национальной гордости и сексуальной ревности из-за поведения местных женщин привело к тому, что тысячи женщин подверглись процедуре обривания головы.
На Шанельских островах – единственном небольшом уголке Британских островов, в который удалось вторгнуться Германии, – было несколько случаев, когда женщинам обривали головы, потому что они спали с немецкими солдатами.
В Северной Италии были даже песни про бритье женщин, спавших с фашистами, вроде этой, которую пели партизаны в Венето:
И всем вам, красоткам,
Которые с немцами спали,
Ваши прекрасные кудри
Теперь не сбреют едва ли.

В Норвегии, помимо личной инициативы женщин «сотрудничать» с оккупантами, большую роль сыграла и сама Германия. Нацисты считали Норвегию страной, близкой по расовому признаку к Германии. Некоторые из этих отношений возникли из программы нацистов «Лебенсборн», созданной в 1935 году. Название переводится, как «фонтан жизни», программа должна была способствовать укреплению и увеличению численности арийской расы.

В рамках программы были созданы дома Лебенсборн, где беременные женщины, "чистой арийской расы" рожали и получали поддержку для детей. Когда нацисты оккупировали Норвегию в 1940 году, они начали создавать огромное количество домов Лебенсборн по всей территории страны .
Т ысячи детей родились в этих домах , н о после окончания войны в 1945 году дети, родившиеся в домах Лебенсборна и их матери, подверглись остракизму и жестокому обращению.
Норвежские женщины, которые имели отношения с немецкими солдатами, рассматривались как преступники.
Они были интернированы в специальных лагерях, в ожидании депортации.

14.

Только в 2018 г., через 70 лет после принятия Всеобщей декларации прав человека, Норвежское правительство официально извинилось перед женщинами, которых преследовали за отношения с нацистскими солдатами во время Второй мировой войны.

15. Премьер-министр Норвегии Эрна Сольберг.

Сольберг выразила сожаление о недостойном обращении с женщинами после краха нацистского режима в Норвегии. Женщины, которые подозревались в сексуальных отношениях с немецкими солдатами, часто арестовывались, в некоторых случаях их лишали норвежского гражданства и депортировали в Германию.
«Для многих это была только подростковая любовь, для некоторых, любовь или невинный флирт, который оставил свой след на всю оставшуюся жизнь», – сказала Солберг. «Сегодня, от имени правительства, я хочу извиниться».
«Норвежские власти нарушили основополагающий принцип, согласно которому ни один гражданин не может быть наказан без суда», – сказала Солберг.

Прошло уже более 70 лет после окончания войны и маловероятно, чтобы какая-либо из «немецких девушек» была еще жива, чтобы услышать это официальное извинение.
Но живы их дети и они считают извинения очень правильными.

Источник: https://vm.ru/news/276481.html, https://aloban75.livejournal.com/2780266.html, https://pressa.tv/interesnoe/86905, https://korrespondent.net, https://www.yaplakal.com, https://oper-1974.livejournal.com/1228702.html.

Поделитесь с друзьями:

{Оставить комментарий}

рапорт представителя гитлеровского министерства восточных территорий при группе армий Юг и доклад Абвера, немецкой военной разведки (с), так себе источники, на которые следует ссылаться.

Отголоски Второй мировой - женщины, родившие от оккупантов.

{Оставить комментарий}

Комментарии:

{Оставить комментарий}

История