Выпуск 23. О танках

В одном филиале «Радио Сибирь» некоторое время назад директором была очень редкая женщина. В том смысле, что нервы у нее были дай бог каждому мужчине! Невероятно сдержанная барышня, уравновешенная как танк, спокойная как шахматы. Броня! И вот в одну из моих командировок с какой-то радости наши друзья-партнеры решили покатать нас по живописным окрестностям города.

Природа вокруг обалденная, погода – сказочная; весна, сопки, бирюзовая речка, мост, парк… Мы все: «Ах! Ох!» Фотоаппаратами – щелк, слюной – кап. Девушки метались – сфотографируйте нас тут, запечатлейте здесь. Даже не ходили, а бегали. И только один человек держал ровное дыхание. Будто в офисе сидит! Это наша барышня, уравновешенная как танк, спокойная как шахматы. Я к ней весь на эмоциях: «Ну! – говорю – Ну круто же!» Да, говорит, хорошо. «Так что ж ты не радуешься, блин?» И, вы знаете, она поворачивается ко мне с та-а-аким удивлением. Да как же, говорит, не радуюсь? Да у меня, говорит, сейчас чуть ли не… истерика!

Вот. Истерика у нее. А на лице в этот момент сверчок паутину сплёл! Но она-то уверена, что у нее там карнавал в Рио-де-Жанейро… Такие люди (в танке) для других людей – опора и поддержка. Кажется, что они всё выдержат: и радость, и горе. Устоят. Стерпят. Прикроют. И всё с неизменным непроницаемым выражением лица. Но если лицо всегда одинаково, чего ж на него смотреть тогда? Оно просто не участвует в процессе! А вот что там кипит, под этой крышкой? Истерики бывают разные. Вот человек стоял с каменным лицом, а через минуту у него встаёт сердце. Камнем. И так выходит, что этих людей надо бы беречь. То есть, их – тоже. Тех, кто в поддержке как будто нуждается меньше всего.