Голос Победы. Выпуск 1

Текст программы:

Он был вынужден провести часть жизни «за кадром» – многомиллионная аудитория радиослушателей не знала его в лицо, но голос был знаком каждому гражданину страны. Как в военные, так и в послевоенные годы Левитан начинал своё выступление в прямом эфире словами: «Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза! От Советского Информбюро». Его выступления были сильными, страстными, мобилизующим всех на борьбу, на фронте, в тылу.

Об этом вспоминает Юрий Левитан: «Я помню, как фашисты боялись голоса Москвы не меньше, чем бомб и снарядов. Гитлер требовал разбомбить, заставить замолчать московский радиоцентр. Но эта задача оказалась не по зубам фашистским стервятникам. Мы работали без перерыва все 1418 дней Войны. Работали круглосуточно. И вот пришел долгожданный день, когда мне выпало великое счастье прочесть у микрофона акт о безоговорочной капитуляции Германии и указ президиума Верховного совета СССР об объявлении 9 мая Днем Победы».

Еще в детстве друзья-мальчишки в шутку дали Левитану прозвище Труба — за громкий голос. По комсомольской путевке, выписанной Владимирским горкомом, вчерашний школьник поехал в Москву поступать в кинотехникум. И провалился на первом же прослушивании: уж слишком откровенно юноша окал. Огорченный Левитан собрался было назад во Владимир, когда увидел на заборе объявление, изменившее судьбу. В 1932 году в Радиокомитете была создана Главная редакция информации. Для работы в ней объявили набор в дикторскую группу. Кандидатов прослушивала комиссия, в которую входили работники радио, актеры Художественного театра. И вот перед этими зубрами появляется мальчик, одетый в спортивные тапочки, в полосатую майку-«бобочку», и начинает читать басню Крылова, жутко напирая на букву «о» (из Володимира же родом, там все так говорят!). Отправить прочь? Но уж больно голос хорош. Мхатовцы были единодушны: в этом парне что-то есть, жалко его потерять! И Левитана взяли на радио — дежурным по студии.

Он разносил радийцам стаканы с чаем, нужные бумаги... А жил тут же, устроившись в каморке при студии. Буквально все свободное время тратил на то, чтобы избавиться от своего злополучного оканья. Решив стать радиодиктором, Левитан не жалел на это времени. Занимался по 8—10 часов в день. Кроме правильной речи ЮрБор (так на радио любили впоследствии называть Левитана) работал еще и над развитием внимания — чтобы не допускать оговорок, пауз перед микрофоном... Тренировался самыми необычными способами. Например, становился на руки и, находясь вниз головой, читал тексты, которые подкладывал перед ним прямо на пол кто-нибудь из коллег. Или другой вариант. Левитан читал, а его ассистент поворачивал листок с текстом то боком, то вообще вверх тормашками...

Усилия не пропали даром. Буквально через пару месяцев Левитану доверили работу в ночных эфирах. Никаких передач по программе в это время не шло. Эфир был занят так называемой технической трансляцией: из Москвы передавали тексты с только что сверстанной первой полосы главной советской газеты — «Правды». В самых отдаленных областях страны эту диктовку записывали стенографистки, и через несколько часов материалы уже печатались в местных газетах.  Диктор тщательно проговаривал каждое слово, чтобы люди, для которых он читал текст, успевали все правильно записать. По счастливому совпадению именно в эту ночь у радиоприемника оказался Сталин. Услышав голос Левитана, он немедленно потребовал, чтобы его доклад на ХVII партсъезде читал «диктор, который только что передавал статьи».

На следующий день в студию привезли запечатанный пакет со сталинской речью. Юрий Левитан, белый от волнения, читал текст в течение пяти часов и не сделал ни одной ошибки. С этой минуты девятнадцатилетний юноша стал главным диктором Советского Союза. На протяжении последующих лет Левитан сообщал о вводе в эксплуатацию Днепрогэса, о папанинцах, о перелете в Америку экипажей Чкалова и Громова.  И именно Левитан сообщал стране о том, что происходит на фронтах Великой отечественной войны. Об этом мы расскажем в следующей программе.