Ларс фон Триер. Догма 95.

Написал этот материал по следам скандала на очередном каннском фестивале вокруг Ларса фон Триера, которого директорат фестиваля объявил персоной нон-грата за Любовь к нацизму.



Датская журналистка попросила фон Триера рассказать о своих немецких корнях (режиссер рос в приемной семье и не сразу узнал о своем настоящем происхождении), а также прокомментировать его интерес к нацистской эстетике.
В ответ на это режиссер сказал следующее:

«Долгое время я считал себя евреем, что меня вполне радовало.
Потом я познакомился с Сюзанной Бир и больше не радовался.
Нет, нет, это я шучу, простите.
Но оказалось, что я не еврей, а даже если бы и был им, то считался бы евреем второго сорта, потому что...
У них там есть своя иерархия.
Нет, я очень хотел быть евреем, но потом выяснилось, что я нацист.

Потому что семья была родом из Германии.
Это было тоже в некоторой степени приятно.
Что сказать?
Я понимаю Гитлера...

Думаю, он во многом был не прав, но я вижу, как он сидит в своем бункере в конце...
(здесь Кирстен Данст пытается что-то сказать режиссеру на ухо)
Что?
Я объясню, что хочу сказать, обязательно.
Я лишь говорю, что мне кажется, будто я его понимаю.
Он не из тех, кого называют «хорошими парнями», но я многое понимаю и даже немного ему симпатизирую.
То есть я против Второй мировой, и я не против евреев, даже не против Сюзанны Бир.
Это тоже шутка. На самом деле я очень люблю евреев. Всех. Израиль, конечно, достает, но... Как бы мне закончить это предложение?


(Смех в зале, модератор предлагает ответить на другой вопрос.)
Нет, что касается искусства, мне очень...
Шпеер, так ведь?
Альберт Шпеер мне нравился.
Может, был не самым лучшим человеком, но талант не отнять.
Он мог... (Обреченно) Ну ладно, я нацист».


---------------------------------------------------------------------------------------
Подробности и кинообозрение можете прочитать в посте : Апокалипсис фон Триера: кино и немцы AgataD  http://agatad.gorod.tomsk.ru/index-1305999279.php
----------------------------------------------------------------------------------------------
Демарш директората Каннов, слова Ларса и "околокинематографическое" мнение, что теперь Ларсу каюк, поскольку деньги и кинематографические площадки для работы для него закрыты, обрисовывают саму ситуации "любви к нацизму" в наше кризисное время.
Каннская ситуация пронизана энергетикой "так ему и надо", "какого черта вылез", "болван", "ну кому Это нужно",  злорадством, сожалением и недоумением.
Так и должно быть, поскольку ХУДОЖНИК ВЫСКАЗАЛСЯ!
Теперь, о нацистской эстетике Ларса.
Нацизм, ведь, не появился на голом месте.
Он появился в провинциальной Италии, но созрел в униженной Германии 30-х годов, когда население Германии вынуждено было расплачиваться за политику своей "элиты" и несло на своих плечах тяжесть контрибуций и разрухи.
Это население болело, умирало и деградировало.
Глупо повторять советские учебники в части того, что нацизм - идеология мелких лавочников, обпившихся пивка в пивнушках Баварии.
Война  и ожесточенность немцев в этой Войне показала, что все население Германии поддерживало нацизм!
Ими руководила ненависть.
Ненависть, которую "цивилизация", стоящая по ту сторону поражения Германии навязала немецкому народу.
И простые немцы бились против тех  "цивилизаций", которые стояли по ту сторону, навязанного им нацизма.
Ведь, нацизм звучит просто - "социализм" в одной стране и только для нас, поскольку мы едины, мы нация!
Поскольку мы знаем, нас научили нашими смертями, что и кто такое Они - "народы победители"!
Нацизм - "Национальный социализм", равенства, братства и равных возможностей!
Что еще нужно было, умиравшему немцу?
Понимали ли они всю тяжесть и неистовость своей ненависти, которую можно было использовать уже другой немецкой  фашистской "элитой", вопрос другой.
Главное -  "народы победители" культивировали в немцах становой хребет ненависти, поддерживающий весь их социальный  организм.
Так загнанная в угол крыса идет в атаку на кошку, заставляя ту отступить.
И сейчас нацизм восстанавливают те "элиты", которые перекладывает на плечи трудящихся и среднего класса результаты своих игр в политиков и банкиров  Греции, Испании, Португалии, Исландии, Ирландии и других стран, где нацизм еще не пылает так ярко.
Нацизм воспроизводит Израиль, ставя условие палестинцам о решении за них их судьбу, связывая свое хорошее отношение к вопросу о независимости Палестины с прекращением  одной части палестинского народа общаться с другой его частью. (Фадх и Хамаз).
"Мы дадим вам независимость, когда вы станете для нас "белыми и пушистыми", - декларирует израильская элита палестинцам, а за их декларации опять таки расплачиается и будет расплачиваться еврейская "не-элита".
Само деление евреев на истинных и не истинных, евреев первого, второго, третьего сортов, рожденных в Израиле, США, Европе или Германии провоцирует нацизм на "бытовом уровне".

Вот, в таком контексте и нужно рассматривать слова Ларса фон Трирера и демарш директората Каннов, которые спрятавшись за собственное благополучие отодвинули во вне Каннов высказанную Ларсом проблему "нацистской эстетики".
Это не наше дело - мнение директората.
А чье это мнение, как не авангарда подлинной Элиты человечества, наконечника его копья, постигающего мир, людей Искусства?
Воспитателей и покорителей нашего Мира.
Только унижение человека человеком, порождает подлинный нацизм и нацистскую эстетику,  - вот мысль Ларса фон Триера, высказанная им публично в Каннах на горе кинематографической "элите",  делаюшей бабло на кинематографическом Искусстве .
-------------------------------------------------------------------------------------------

Ну, а теперь несколько слов о кинематографическом видении Ларса фон Триера, о его месте в Искусстве и его мнение о  предназначении  Искусства.

Ларс фон Триер породил "Догму 95".

«Догма 95»




«Догма 95» — это коллектив кинорежиссеров, созданный весной 1995 года в Копенгагене.

«Догма 95» имеет целью оппонировать «определенным тенденциям» в сегодняшнем кино.

«Догма 95» — это акция спасения!

В 1960 году были поставлены все точки над и.
Кино умерло и взывало к воскресению.
Цель была правильной, но средства никуда не годились.
«Новая волна» оказалась всего лишь легкой рябью; волна омыла прибрежный песок и откатилась.

Под лозунгами свободы и авторства родился ряд значительных работ, но они не смогли радикально изменить обстановку.
Эти работы были похожи на самих режиссеров, которые пришли, чтобы урвать себе кусок. Волна была не сильнее, чем люди, стоявшие за ней.
Антибуржуазное кино превратилось в буржуазное, потому что основывалось на теориях буржуазного восприятия искусства.
Концепция авторства с самого начала была отрыжкой буржуазного романтизма и потому она была… фальшивой!

Согласно «Догме 95» кино не личностное дело!

Сегодняшнее буйство технологического натиска приведет к экстремальной демократизации кино.
Впервые кино может делать любой. (Как и рисовать картины и писать книги! В пределе, представиться человеком искусства! Аналитик).



Но чем более доступным становится средство массовой коммуникации, тем более важную роль играет его авангард.
Не случайно термин «авангард» имеет военную коннотацию.
Дисциплина — вот наш ответ; надо одеть наши фильмы в униформу, потому что индивидуальный фильм — фильм упадочный по определению!

«Догма 95» выступает против индивидуального фильма, выдвигая набор неоспоримых правил, известных как обет целомудрия.

В 1960 году были поставлены все точки над и!
Кино замордовали красотой до полусмерти и с тех пор успешно продолжали мордовать.



«Высшая» цель режиссеров-декадентов — обман публики.
Неужто это и есть предмет нашей гордости?
Неужто к этому-то итогу и подвели нас пресловутые «сто лет»?
Внушать иллюзии с помощью эмоций?
С помощью личностного свободного выбора художника — в пользу трюкачества?

Предсказуемость (иначе называемая драматургией) — вот золотой телец, вокруг которого мы пляшем.
Если у персонажей есть своя внутренняя жизнь, сюжет считается слишком сложным и не принадлежащим «высокому искусству».
Как никогда раньше приветствуются поверхностная игра и поверхностное кино.

Результат — оскудение.
Иллюзия чувств, иллюзия любви.
(Зрителям прививается чувство их индивидуальности, подтвержденное толщиной их кошелька!
Возможность купить Это, диктует глубину передачи живописью, кино и литературой полноты окружающего мира.
Зрительское: "Я так хочу, я так вижу, я имею право на свое мнение", - вот, что является критерием коммерциализации Искусства!
Под это чувство сводниками от "искусства" протаскиваются пошлые поделки, ремесло и тупиковые направления в искусстве.
Псевдоклассика, псевдопейзаж, псевдопортреты, псевдобуколика , псевдовергилика и прочее и прочее..."Готика", "аниме", "фэнтази" и так далее...Аналитик).



Согласно «Догме 95» кино — это не иллюзия!

Натиск технологии приводит сегодня к возведению лакировки в ранг Божественного.
С помощью новых технологий любой желающий в любой момент может уничтожить последние следы правды в смертельном объятии сенсационности.
Благодаря иллюзии кино может скрыть все.

«Догма 95» выступает против иллюзии в кино, выдвигая набор неоспоримых правил, известных как обет целомудрия.

Обет целомудрия

Клянусь следовать следующим правилам, выведенным и утвержденным «Догмой 95».

Съемки должны производиться на натуре. Нельзя привозить никакого реквизита и бутафории. (Если какой-либо необходимый предмет в данном месте отсутствует, следует найти другую площадку.)
Звук никогда не должен записываться отдельно от изображения и наоборот. (Музыку использовать не следует, за исключением случаев, когда она возникает помимо вас — просто звучит на выбранной натуре.)
Камера должна быть ручной. Допускается любое движение или отсутствие движения руки. (Следует не фильм снимать там, где установлена камера, а устанавливать камеру там, где снимается фильм.)
Фильм должен быть цветным. Искусственное освещение не допускается. (Если света недостаточно, следует обрезать сцену или добавить одну лампочку к камере.)
Комбинированные съемки и фильтры запрещены.
Фильм не должен содержать внешнее действие, экшн. (Убийства, оружие и т. п. исключаются.)
Временное и географическое отстранение запрещается. (Фильм имеет место здесь и теперь.)
Жанровое кино неприемлемо.
Формат фильма должен быть Ацадемы 35 мм.
Имя режиссера не должно фигурировать в титрах.

Отныне клянусь в качестве режиссера воздерживаться от проявлений личного вкуса! Клянусь воздерживаться от создания «произведений», поскольку мгновение ценнее вечности. Моя высшая цель — выжать правду из моих персонажей и обстоятельств. Клянусь исполнять эти правила всеми доступными средствами, не стесняясь соображений хорошего вкуса и каких бы то ни было эстетических концепций. Сим подтверждаю мой обет целомудрия.

Копенгаген, понедельник 13 марта 1995 года
От имени «Догмы 95»
Ларс фон Триер Томас
Винтерберг.
http://seance.ru/n/27-28/von-trier/dogma-95/
P.S.
В Союзе не было снято ни одного фильма в формате "Догмы", в настоящее время в данном формате работает Валерия Гай Германика.

----------------------------------------------------------------------------------------------------

(О "Догме" тогда и теперь! Ничего хорошего не накопал и приведу материал киноведа А.Плахова со своими комментариями. Аналитик).


Призрак ДОГМЫ бродит по Европе. И не только

Проект ДОГМА 95 явился центральным, наиболее радикальным событием европейского кинематографа конца века и единственным, которое может быть хотя бы приблизительно сопоставлено с сорокалетней давности "новой волной".




ДОГМА альтернативна всем основополагающим принципам постмодернизма и предлагает утомленным изысками кинематографистам принять освежающий "обет целомудрия".
ДОГМА отрицает культ авторства: даже имя режиссера не указывается в титрах. Отказавшись от засилья техники, спецэффектов и драматургических штампов "мейнстримовского" кино, ДОГМА в то же время решительно избавляется от авторского эгоцентризма и тщеславия.
Так - в теории, в манифесте. На практике все оказалось сложнее.

Триер до ДОГМЫ.




Первый манифест Ларс фон Триер написал еще в 1984 году - по поводу своего фильма "Элемент преступления", детектива о серии убийств детей, который напомнил критикам помесь Орсона Уэллса и Тарковского.
По схожему рецепту фон Триером были произведены еще два коктейля - "Эпидемия" (1987) и "Европа" (1991).
К ним тоже были написаны манифесты.
В "3-м Манифесте" фон Триер называет себя "мастурбатором серебряного экрана", алхимиком, творящим из целлулоида богоподобный мир, который никогда, однако, не будет равен божественному.
Фон Триера, создавшего уникальный изобразительный стиль (эффект "вытравленного" изображения, нередко переведенного на пленку с видео) тогда критиковали за формализм и эстетизм, увлечение техническими штучками, за отсутствие интересных характеров.
В Канне тяжеловесная и пафосная датско-шведско-немецкая "Европа" провалилась, а фестиваль выиграли братья Коэны.
(Ну, здесь, Плахов следует норме официального кинокритика, обслуживающего каннский кинофестиваль и не дразнит "каннских гусей" и самого михалкова!
Свой зад официальному киноведу дороже, тем более, что кроме официозных версий и журналов существует все понимающая околокиношная тусня, где можно "оторваться по полной", быть правдивым и раскованным...даже, в части оценок творчества михалкова... Аналитик).


Это был сигнал окончательной смерти идеалов европейского авторского кино под напором американского постмодернизма.
Амбициозный фон Триер тяжело пережил неудачу и сделал из нее выводы.
Поворотным пунктом стал телесериал Королевство (1994), признанный "европейским ответом на "Твин Пикс".
Фон Триера тут же занесли в список 50 режиссеров мира с максимальным коммерческим потенциалом.




Рассекая волны.

Склонный к чудачествам фон Триер ответил на это проектом съемок в Сибири (по сценарию Фридриха Горенштейна и по мотивам легенд гражданской войны), обнародовал свою фобию (страх перелетов и плаваний), и развернул автомобиль обратно по дороге в Канн-96, прислав туда лишь копию новой ленты (получившей Грaн При жюри) и свой снимок в шотландской юбке.


Новая лента "Рассекая волны" сразу и бесповоротно была признана шедевром, а фон Триер - новым Дрейером, новым Бергманом.
Это был настоящий рывок в завтрашний кинематограф. Фон Триер не только гениально использовал для интимного сюжета ручную камеру, но, быть может, впервые после Феллини успешно соединил духовную проблематику с кичевой эстетикой.
Не религия служит у него материалом для кино, а само кино оказывается чем-то вроде религиозного ритуала, хотя и за вычетом одного из компонентов религии - а именно: морали.
(Какой бред, человека-киноведа, оценивающего религиозность со стороны...не пересекавшего никогда в своей жизни минного поля религии и религиозности!
Тем не менее, с таким невеликим набором занюханных идеологем Плахов держится в верхушке кинокритиков...Аналитик).



Рождение ДОГМЫ.




Идиоты.

Спустя два года после "Рассекая волны" фон Триер опять появился в Канне - причем появился физически, что уже само по себе стало сенсацией.


Правда, не пришел на собственную пресс-конференцию и укрывался от сторонних глаз в соседнем Антибе, куда пригнал специальный фургон.


Когда синий микроавтобус с надписью "Идиоты" (точно на таком же ездят герои одноименного, представленного в конкурсе фильма) подрулил к лестнице фестивального Дворца, свершилось невероятное: величественный и неприступный Жиль Жакоб, художественный директор фестиваля, самолично спустился с лестницы, чтобы приветствовать режиссера этой картины Ларса фон Триера.
Такого Жакоб не делал даже для самых ярких голливудских звезд.
(Дрогнуло в нем что-то человеческое...Аналитик).



Правда, на этом почести и закончились: "Золотой пальмовой ветви" фон Триер так и не получил.
(Было бы глупо, чтоб директорат рубил денежный сук на котором сидит. Например, рассердить михалкова, значит получить отлуп от московского кинофестиваля и так далее, если перечислять всех киношных бонз, захвативших этот лакомый кусок кинематографического бизнеса. Аналитик).



В противоположность киношлягеру "Рассекая волны", Идиоты лишены мелодраматических подпорок, а эксперименты, которые ведут герои, каждый "в поисках внутреннего идиота", разрушают все мыслимые табу, демонстрируют крайнюю степень психологической агрессии.
Чтобы раскрепостить своих исполнителей и вдохновить их на сеанс группового секса, фон Триер в первый же день явился на съемочную площадку голым.
(Начинается серия кинематографических анекдотов, которыми киновед оживляет свой материал...Аналитик).



В качестве лидера "нового левого", "радикального", "идиосинкразического" кино фон Триер создал кинокомпанию по производству порнофильмов, а также возглавил коллектив киноавторов "ДОГМА 95".
Они подписали манифест, формулирующий правила, по которым намерены теперь делать кино.
Разумеется, антибуржуазное, но не повторяющее плачевный, по их мнению, опыт "новых волн".
Спустя сорок лет после дебютов Годара и Трюффо, спустя тридцать после того, как майские радикалы 68-го закрыли Каннский фестиваль, фон Триер эпатировал кинематографическую общественность в возрожденной цитадели буржуазности.




Торжество.

Кинематограф не должен быть индивидуальным! - утверждается в "Догме" с восклицательным знаком.
Сегодняшнее кино должно использовать "технологический ураган", делаться в цвете и на широком формате, но при этом не быть жанровым (никаких перестрелок), не уходить от актуальной жизни ни исторически, ни географически, воспроизводить реальность "здесь и теперь" на натуре, без фальшивых декораций и светофильтров, с помощью подвижной ручной камеры, и даже фамилии режиссера не должно стоять в титрах.
Вторым "подписантом" манифеста стал младший соратник фон Триера Томас Винтерберг: его семейный гротеск Торжество получил приз в Канне и потом на многих других фестивалях.
Более радикальных "Идиотов" ждала менее благоприятная судьба: кучка приверженцев объявила фильм гениальным, но его не приняли на ура ни фестивали, ни прокат, ни нормальная публика.
(Нормальный Платов, разумеется, этот фильм тоже не принял, но в кругу "своих", ненормально нормальных взахлеб его комментировал...Аналитик).


ДОГМА после фон Триера

ДОГМА стала невероятно модной. (И только? Аналитик).


Всюду печатались списки ее новых проектов.
Ни один уважающий себя фестиваль не обходился без "догматического" фильма. Плодились сенсации: классик американского авангарда Пол Морриси присоединился к ДОГМЕ!
В рамках ДОГМЫ экранизирует стриндберговскую "Мадемуазель Жюли" культовый американец Майк Фиггис!




Номера очередных ДОГМ стали путаться (кажется, четвертая и пятая ДОГМЫ получились неудачными, и Триер велел их выкинуть из общего концепта, хотя одну из них поставил его постоянный актер Жан-Марк Барр).
Верно то, что ДОГМА стала интернациональной.
Победа в Канне-99 бельгийской "Розетты" братьев Дарденнов, целиком снятой ручной камерой, могло произойти только под влиянием ДОГМЫ.


Появление целого ряда арт-фильмов с элементами "порно" явно спровоцировано "Идиотами", где в самых шокирующих сценах героев дублировали порно-актеры.
ДОГМА-6 под названием "Джулиен, мальчик-осел" режиссера Хэрмони Корина, тоже развивающего этику и эстетику "Идиотов", хотя с явным привкусом манеры американских Independents.
ДОГМА стала модой, а потому начала восприниматься как банальность, чуть ли не как дурной тон.
Хорошим тоном среди продвинутых молодых критиков считается теперь ругать ДОГМУ.


(Интересная установка киноведов! Говорить не об искусстве, а о своем имидже киноведов и нормах поведения канонизирующих статус порядочного нормального киноведа. Аналитик).



Так было в свое время с "новой волной".
Хотя разница между ними огромна: авторы "новой волны" бунтовали против буржуазно-клерикального "папиного кино"; инициаторы ДОГМЫ пытаются вернуть публике религиозную чистоту и ритуальность эмоций.
Но и те, и другие обращают кинематограф к реальности, отвергают отрепетированную условность.
Первым это сделал неореализм, потом "новая волна".
ДОГМА уже в нашу постмодернистскую эпоху сыграла аналогичную роль.
Она раскачала лодку в застоявшейся воде.
И быстро стала сдавать свои позиции.
ДОГМУ талантливо раскрутили по всему миру, наплодили ее почитателей и подражателей. Есть американский, французский, испанский, аргентинский, шведские, русский вариант "Догмы".
По ее канонам сняты многочисленные "независимые" фильмы в обоих полушариях.
Они придают новое дыхание реализму - с приставками в самом широком диапазоне от "соц-" до "порно-".
Они создают ощущение возврата кинематографа от виртуальной к настоящей реальности. Но все это - очередная иллюзия, блестящая инсценировка, искусная манипуляция.
ДОГМА, как выяснилось, беззастенчиво адаптируется к старым жанрам - таким, как социальная мелодрама ("Любовники" Жан-Марка Барра про обреченную любовь француженки и серба).
ДОГМА без зазрения совести спекулирует на модных буржуазных темах (инцест в "Торжестве").
ДОГМА породила "Розовую тюрьму" -- образец феминистского порнофильма в триеровских декорациях и с трансплантированной психологией по Станиславскому.




ДОГМА оказалась слишком всеядной и конформной, чтобы долго блюсти свой радикализм. Не случайно Триер уже заявил о приостановке проекта, который не просто выполнен - перевыполнен на двести процентов.
В киномире началось брожение - и "догматики", всколыхнувшие застойное болото, сами могут уйти на покой.
Что означает - порушить ДОГМУ и начать жить каждый своими интересами.
Среди кинематографистов, близких к ДОГМЕ, только один сегодня достоин называться великим - это Ларс фон Триер.
Неважно, выдумал он ДОГМУ из тщеславия, ревности к призам и голливудским бюджетам, эстетического чутья или **лиганского личного каприза.
ДОГМА родилась.
И стала жить без фон Триера.
А он без нее.
В 2000 году он представил в Канне мюзикл "Танцующая в темноте", опровергнувший все каноны ДОГМЫ.


Дальнейшее хорошо известно.

Андрей Плахов.
http://www.drugoekino.ru/magazine/news2050.htm
P.S.
Еще раз напомню о последователях советско-русской Догмы, о которых осторожный киновед Плахов разумно не упоминает.
В Союзе не было снято ни одного фильма в формате "Догмы", в настоящее время в данном формате работает Валерия Гай Германика.