1

Страну заполонили безработные выпускники вузов. Согласно официальным данным, из 1,5 миллиона специалистов, выпускаемых ежегодно высшими учебными заведениями, только треть находят вакантное место на рынке труда по своему профилю. Остальные начинают работать не по специальности либо на рабочих местах, не требующих высокой квалификации. Около 38% молодых людей, окончивших учебные заведения в возрасте до 29 лет, числятся безработными.

Такая социальная катастрофа задела многие семьи. Моя родственница стала обладательницей красного диплома технического вуза в Астрахани, она эколог. Поискала себе применение и не нашла. Занялась надомной работой, кроит и шьет стельки по заказу какого-то малого предприятия

Второй родственник окончил в прошлом году «Бауманку». Год с лишним рассылает резюме, ходит на собеседования. Пойдет на смотрины, пообщается с кем нужно, ответит на вопросы, на прощание ему говорят: «Вам позвонят». Ждет этих звонков до сих пор. Его приятель-одногруппник устроился менеджером по продажам, развозит иностранные шоколадки. Алексей не хочет быть таким экспедитором. Разве для этого он учился шесть лет?

Однажды, кажется, ему повезло. Устроился в хорошую фирму, приходил радостный, рассказывал о работе. Но потом там, как и везде, началась «оптимизация», отдел сократили, Алексей оказался первым кандидатом на вылет. Потом в другой фирме он замещал курьера, который ушел в отпуск, пытался изнутри прощупать вакансии, однако свободных мест не оказалось. Ему советуют: чтобы быть более востребованным, нужно чему-то еще поучиться. Он отшучивается: ему, инженеру-менеджеру, в самый раз освоить профессию «таджика» со служебными обязанностями «носи больше, кидай дальше». Оказывается, на эти должности попасть тоже трудно. С местной пропиской не берут, невыгодно для работодателя - платить такому работнику придется больше, чем мигранту. Алексей в какой-то мере незаконченный специалист: как и все нынешние выпускники, он напичкан теорией, но не знает, как все это применить на практике. Стажировки на предприятиях за годы учебы у него так и не случилось, не пришлось понюхать пороха.

Сейчас у нас перепроизводство юристов, а в стране творится правовой беспредел. Хорошие в этом направлении получились кормушки, не напрасно тянется сюда молодежь. Всем мест не хватает. В большинстве своем армия юристов, которая в штате, занимается не тем, чем нужно, не учит уважать законы, а, наоборот, старается найти способ обойти их. Для этих подлогов и подвохов нужно много ловких людей. Я долгое время руководил большой правозащитной общественной приемной. Работали в ней около 30 студентов старших курсов юридических факультетов. После лекций в институтах они спешили на дежурство в приемную, суды и т. п. Это была настоящая практика для ребят, мы добились, чтобы им за эту работу шел юридический стаж. Через нас проходило до 4 тысяч дел в год, которые по большей части завершались в нашу пользу. К разрешению этих дел мы подключали и депутатов, и исполнительную власть. Открытые уроки для нас проводили судьи, прокуроры, авторитетные адвокаты. Студенты учились видеть в каждом клиенте не гонорар, а человека, попавшего в беду.

Между прочим, 60% жалоб, исков, с которыми мы разбирались, заключались в несоблюдении законов чиновниками, властью. Все молодые сотрудники приемной стали со временем успешными юристами, но не забыли, что главное у нас - человек. Один из наших, Евгений Бобров, теперь почти бесплатно защищает жильцов общежитий, которых новые хозяева по закону джунглей стараются выкинуть из комнат на улицу. На самого Евгения недавно было совершено покушение, защищать права человека стало у нас занятием, опасным для жизни. Приемную же пришлось закрыть, нет денег даже на канцелярские, почтовые расходы, на оргтехнику.

Нынешнюю молодежь можно назвать потерянным поколением. Молодые и энергичные ребята теряют годы на напрасную учебу и оказываются за бортом жизни. Сколько за это время они могли бы сделать полезного для страны, для общества? Вот так бездарно растрачивается у нас человеческий капитал. Раньше каждое предприятие было живым организмом, школой воспитания. В этом направлении работал трудовой коллектив, цех, бригада. После окончания ПТУ я и еще несколько ребят влились в бригаду Алек­сандра Каленюка в стройцехе. Это была прежде всего большая семья. И праздники, и горести были общие. В один прекрасный день бригадир приказал «свистать всех наверх», созвал срочное собрание. Произошло ЧП: один из молодых бросил учебу в вечерней школе. Его никто не укорял, просто старшие стали приводить примеры, доказывающие, что у образованного человека много преимуществ, он открывает для себя новые просторы. При этом они посматривали на провинившегося. На следующий день Николай, так звали того юношу, отправился после работы в школу.

В те времена была создана система, которая точно отмеряла, сколько нужно людей с высшим образованием. На каждом предприятии работал социальный лифт: хочешь на повышение - поступай учиться заочно или иди на вечернее отделение. И учились! Я сам так, без отрыва от производства, повышал свой образовательный уровень. Рождался специалист, который не был оторван от земли, от коллектива, от проблем. Сейчас предприятий, которые раньше брали опеку над молодыми кадрами, особенно в малых городах, почти нет, обанкротились.

Раньше рабочие были героями, об их труде сочиняли романы, снимали фильмы. Теперь о таком работяге нынешняя пропаганда и слова доброго не скажет, он оказался последним в общественной цепочке, все им понукают - одним словом, быдло.  Кто же после такой «рекламы» будет рваться в слесаря, фрезеровщики? К тому же уничтожено на корню профессиональное обучение. Захочешь стать станочником - никто тебя этому не научит. Зато появилось другое образование - МММ.

Почти три четверти выпускников школ малых городов намерены получить высшее образование. Любимец Путина, бывший начальник цеха Уралвагонзавода, а сейчас полпред президента по Уральскому округу Игорь Холманских заявил, что России не нужны люди с высшим образованием, пора заняться рабочими профессиями. По его словам, в 1980 году высшие учебные заведения окончили 25% молодых, а сейчас - порядка 90%. Такого перекоса никакая экономика не выдержит, нам нужны люди рабочих профессий.

Забыл только новый политик сказать, куда идти ребятам, например, из города Вязники, где разорена, а частью ликвидирована значительная часть фабрик и комбинатов легкой промышленности. Тысячи людей, семьями трудившиеся на ткацком производстве, остались без работы. Больше половины сотрудников выставил за ворота вязниковский завод ОСВАР, фактически прекратил свое существование речной порт. Ребята пытаются вырваться из этого погибающего городка. Для них диплом об окончании вуза как билет в другую жизнь. Неудивительно, что, по социологическим опросам, школьников, желающих поступить в институты, здесь оказалось 80%. Даже те, кто учится на тройки, хотят получить высшее образование. При этом посредственные оценки не препятствие - выручает платное обучение. В областных центрах, в сомнительных филиалах столичных вузов, плата за обучение не слишком велика, даже семьи среднего достатка могут себе это позволить. Оплачивать учебу готовы больше половины выпускников школ.

Абитуриенты при выборе учебного заведения не задумываются о возможности устройства на работу в будущем. Человеку, не знающему плана развития, перспектив организаций, предприятий, наконец, целого города, практически невозможно составить пятилетний прогноз рынка труда.

Подставили молодежь бездумная реформа образования, проклятый всеми ЕГЭ. Раньше сдавали вступительный экзамен в тот институт и по той специальности, к которым школьник долгие годы готовился. Не сдал - откладываешь свои мечты еще на год. Сейчас с этим ЕГЭ как с рулеткой - раскидывают сразу в пять институтов. На удачу, где клюнет. В большинстве своем счастливый случай не совпадает с мечтой, становишься не тем, кем хотел стать, хотя и получаешь в итоге диплом. Неудивительно, что министерствами, различными департаментами управляют в России не дипломированные специалисты, а люди посторонних профессий. Это один из пороков, который разрушает наше государство: 60% работников заняты у нас не по специальности. В стране дилетантов нам еще говорят о модернизации производства.

Кажется, в кремлевских верхах стали разрабатывать долгожданную национальную идею, которую долгое время искали в новой России. Заговорили, что нужно слезть с нефтяной иглы, поднимать производство, которое загибается на корню. Новая индустриализация помогла бы собрать творческий потенциал молодых специалистов, но вместо того чтобы дойти с этим проектом до низов, до рабочих мест, стали раздавать под этой вывеской миллиарды своим людям. Чубайсу выделили средства на какое-то «Нано», создали силиконовую долину под названием «Сколково», в которую как в бездонную бочку бросают деньги. Сплошная маниловщина! Чтобы повернуть страну на другой путь, нужно менять систему, политику, а этого наверху никто не хочет, занимаются только досужими рассуждениями.

Cреди отечественных собственников не оказалось созидателей, которые отстраивали бы свой завод любовно, как собственный дом. Цеха, где работают люди, для них всего-навсего времянки, огороженные забором. Вброшенные сверху призывы по модернизации и инновациям не для этих людей. Они не развивают производства, не создают новых технологий, продолжают работать на допотопном оборудовании. Их принципы - побольше урвать и помахать на прощание ручкой.

Может, они по-своему и правы: вложишь в предприятие огромные деньги, на лакомый кусок обратят внимание чиновники, пошлют с проверками правоохранительные органы, опишут недвижимость и движимость, передадут управление в руки знакомого рейдера. Не может частный капитал развиваться в криминальной зоне, какой стала наша страна. Зачем с таким подходом нужна хозяину молодая кровь, молодые специалисты? Их ведь нужно доучивать, да и молодежь сейчас с амбициями, будет баламутить... Уж лучше обходиться престарелыми кадрами: у них нет видов на будущее, они держатся за свое место - не выгоняют за ворота и то хорошо. Вот, например, самому молодому квалифицированному рабочему на машиностроительном заводе города Вязьмы 45 лет, а здесь работает 1200 человек. Не предприятие, а дом престарелых. Выйдут из строя старички - закроется завод.

Нет у нас крупных проектов, на основе которых можно учить молодежь, а в мертвой среде специалисты не размножаются. Происходит девальвация инженерного и естественнонаучного образования, где готовят технических специалистов; давно устарели лаборатории, опытная база.

КАКИХ-ТО два десятилетия назад для выпускников вузов было все проще, не нужно было искать работу, ее предоставляло государство. Делалось это в приказном порядке. Выпускника могли отправить работать далеко от дома. Не всегда хотелось ехать в тмутаракань, но поскольку ты подписал договор, должен был три года отработать. Когда кончилась распределительная система, выпускники схватились за голову: раньше они были нужны, каждый был на учете, а сейчас их выталкивают на все четыре стороны - летите, голуби... Система была очень важна и нужна. Особенно пострадали от разрушения прежней системы малообеспеченные и приезжие из областей выпускники.

Сегодня разрабатывается проект новой контрактной системы, которую предложил, будучи еще президентом, Медведев. По замыслу, она должна стать альтернативой бывшей распределительной системе. Согласно этому проекту, государство будет выделять кредит на обучение абитуриентам, у которых не получилось занять бюджетное место в институте. Таких студентов вроде бы хотят обучать бесплатно, но после того, как они получат диплом, им нужно будет отдавать деньги за учебу или отрабатывать кредит в течение тех же трех лет в нужном для страны месте, например в деревенской школе.

Разные идеи запускают наши правители, эти прожекты как воздушные шарики - все небо ими разукрашено. Государственные мужи своих детей уже пристроили на хорошие дол­жности, а о чужих могут лишь отвлеченно философствовать. Красиво звучит разговор о 25 миллионах высокотехнологичных рабочих мест. Пока же иностранные фирмы спасают российские заштатные городки по-своему: в поисках дешевого труда завозят к нам отверточное производство. Поставят человека на конвейер - и крути в одну сторону до отупения. Вот и вся высокая технология - голова не нужна, одни руки. Под стать этому процессу и наша высшая школа наладила выпуск отверточных специалистов с сомнительными дипломами. Система образования у нас оказалась в критическом состоянии. Был бы уместен закон, о котором сейчас заговорили: запретить чиновникам и депутатам обучать своих детей на Западе. Может быть, тогда чинуши обратят внимание на отечественные школы и инсти­туты.

Беда с выпускниками не только у нас, она поразила все слаборазвитые страны, к которым можно причислить новую Россию. Недавно в Марокко пять выпускников вузов, которые не смогли устроиться на работу, в виде протеста попытались поджечь себя перед министерством труда. Медикам удалось их спасти. Может быть, и наши безработные выпускники не выдержат и учинят какую-нибудь дерзкую акцию? Конечно, хотелось бы обойтись без самопожертвования.

Альберт СПЕРАНСКИЙ,

председатель Совета общероссийской общественной организации «Рабочие инициативы»

Советская Россия